4. Кукушка-кукушка…

Следующие три дня я безвылазно сидел над книгами, тщательно изучая народную мудрость об мире мёртвых. В основном это были всякие поговорки и былины. Самой удачной находкой оказалась сказка о Калиновом мосту – но искать его было бесполезно. Где я посреди заваленной снегом тайги найду докрасна раскалённый железный мост? В здешних широтах я таких не видел. Видимо, за этим надо было ехать в город, а лучше в Москву, она как раз на реке стоит. От отца я слышал, что там всё есть. Этот мост тоже наверняка там. Я был лишен широкого простора для поисков, так что в итоге было решено попробовать отыскать кукушку, которая отмеряет кому сколько жить. Если верить прочитанному, то она водила знакомство с самой Ягой, а та в свою очередь была на короткой, костяной ноге с иным миром.

***

5 января я проснулся пораньше, заранее продумав что делать. Быстро позавтракав, сказал маме, что собираюсь кататься с горки на другом конце села и стал собираться для похода к границе мира живых. Решив, что полностью безоружным идти глупо, тихо выкинул в окно, чтоб с обратной стороны подобрать, свой старый пластиковый автомат, который уже полгода пылился без дела на верху шкафа. Туда его спрятал от меня отец, когда я нечаянно выбил пульками боковое зеркало у его «Нивы». Впрочем, вряд ли он на самом деле мог мне помочь, но быть может лесные чудища не отличат его от настоящего и несколько раз подумают, прежде чем напасть. Хотя откуда чудищам вообще знать, что такое автомат, настоящий или как у меня, игрушечный?

***

Шел я окольными тропами, пробираясь сквозь навалившие за несколько недель сугробы. Так было нужно, ведь я не хотел попасться на глаза кому-нибудь из знакомых взрослых или, что ещё хуже, наткнуться на пиратскую шайку.

***

Подходя ближе к кромке леса я обратил внимание на одиноко стоящий ветхий двухэтажный дом. По-моему, недавно туда переехала новая семья из города. Вроде бы даже с двумя детьми, но никто ещё не успел с ними познакомиться. Они всё время сидят дома, будто бы заранее предчувствуя гибельность внешнего мира. Наверное, жутко там жить, в такой близости от чащобы, почти полностью окружающей твой дом своей искорёженной пастью. Будто бы по малейшему желанию это нутро могло начать смыкаться и у незадачливых жильцов не осталось бы ни малейших шансов на побег.

***

Вот я и дошёл до геркулесовых столпов, как писалось в одной книжке с греческими мифами. Вход в лес со стороны особо не выделялся, но в непосредственной близости был отчетливо виден свод арки врат, образованных тремя раскуроченными деревьями. Подумав, что входить без спроса невежливо, я решил, что опушка идеальное место для знакомства. Немного замешкав, я пролепетал: - Кукушка-кукушка, ты тут? Тишина. Даже тонким лезвием разрезавший пространство ветер, до сих пор неумолимо продолжавший свою песнь, стих. Лес будто бы прислушивался к тревожащему его незваному гостю. - Кукушка-кукушка, сколько мне жить осталось? - А сколько ты хотел бы? – внезапно с кроны дерева проклекотал ответ. Обомлев, я не знал, что делать дальше. Я ж не верил, что мне кто-то и в самом деле ответит. Пока я незадачливо пытался решить, что делать дальше, голос настойчиво и с налётом обиды продолжал диалог: - Оглох что ли? Сам пришел, вопросы тут задаёт, а на мои отвечать не соизволит! - Так ты настоящая? – спросил я первое, что пришло в голову. Вдруг небольшое тело плавно спикировало с самой верхушки дерева, приземлившись прямо передо мной. Это была белоснежная сова, только в метр высотой и с странным лицом-маской. Разве такие бывают? Да ещё и говорящие – подумал я. - А какие у меня причины быть ненастоящей? Да и что бы это значило? А ты сам-то настоящий? М? - Я? – а и в самом деле, зачем я спросил то, на что и сам едва ли смогу дать осмысленный ответ. Решив сменить тему, я воскликнул - Так ты на самом деле сова! - Не совсем, кукушка сегодня занята, яйца подкидывает. Я за неё. Что у тебя? – с бюрократичной деловитостью, будто бы бухгалер с маминой работы, промолвила Сова. - Мне Яга нужна, она должна знать, где мой друг Витька. - Хм, Яга? Ты что ж это, сказок перечитал? Уху-хух-ух. – совиный клюв раздался глухим смехом - Она же вымышленная, это и дети знают. Уху-хух. Так значит она не всегда такая насупленная и тоже может веселиться. - подумал я - Это хорошо, ведь зло всегда серьёзное. Это я в одной из книг вычитал. - Ладно, тогда я ошибся. Извини. Мне уже пора. - Стой, на счёт друга твоего и вымышленных бабок пытать не нужно, я могу к нему отвести. Он тут, недалеко. - Вы знакомы? – недоверчиво спросил я, вспомнив, что мне не следует заходить в лес. Особенно с малознакомыми говорящими совами. - Конечно. Вот его рукавичка, узнаешь? Он её отдал. Ему-то у нас тепло и сытно, так что не замёрзнет. Я внимательно изучил перчатку и счёл, что она действительно принадлежала Витьке. У него все вещи были с вышитыми красной ниткой инициалами. Его бабушка считала, что это отпугивает злые силы. Значит ли это, что совушка не злая, раз она так спокойно носила с собой заговорённую вещь? - Ну так что, идёшь? Или не мешай, не задерживай очередь, не один тут. И всё же я замешкался, оглянувшись и не увидев абсолютно никого, кому моя неуверенность могла бы помешать задать свои вопросы заменявшей сегодня кукушку сове. Но спорить не стал. - Ладно. Но учти, если что я вооружен. – и поправил замёрзшими пальцами висящий на плече автомат. Я старался говорить это без злобы, просто чтобы предупредить, что со мной всякие трюки провернуть не удастся. - Уху-хух, напугал! Договорились, никаких трюков. – словно прочитав мои мысли успокоила меня сова, начав прокладывать тропинку с окраины леса вглубь.

***

Полчаса ходьбы по непроглядному бурелому окончательно утомили меня, так что я уже был не уверен, хватит ли мне сил на обратный путь. Как только я хотел было повернуть обратно, мы наконец-то вышли на поляну, и я удивился уже в который раз за день. На ней не было снега, зимы, даже и намёка на неё. Тут господствовало лето. В центре сидел понурый Витька. Я незамедлительно бросился к нему. - Вить, вот ты где? Что ты тут делаешь? Почему ты без меня ушёл? - Вова, зачем ты здесь? – испуганно пролепетал мальчик. Он явно был измучен и не рад меня видеть. - Да. Пошли обратно. Представь, все думают, что ты уехал в город. А ты здесь… - Я бы с радость, только ведь я умер. Извини, зря ты сюда... Вдруг словно в миг сменились декорации. Лето растаяло, окружая нас ледяными сугробами. Стало мертвецки холодно. Напала ночь. Крохотный клочок поляны вокруг нас обступили звери, наподобие совы, и подло заладили какую-то жуткую песенку на густопсовый лад:

Кусай до ребра

Дам больше добра

Поглубже режь

Послаще поешь…

Я смотрел на их лица. В исступленной панике я еле различал их силуэты: лиса, волк, медведь, сова. Чуть в стороне на чудовищной флейте чёрный козёл урезал какой-то дьявольский мотив. Все они сардонически гоготали, кривя свои пасти в предвкушении близившегося ужасающего, омерзительного ритуала, в центре которого оказался глупый я.