Ты показала мне другой мир!

Облегчение. Свет. Чьи то холодные руки, прикосновения, ожоги..и не зима ведь, и не солнце доминирует в идущем времени. «идущем? Разве идущем?». Было страшно задавать себе этот вопрос, а ещё страшнее - найти на него ответ. Что то сжимало тело, пробиралось не просто под одежду, а под тонкую, почти белоснежную кожу. Каждая частица воздуха раздражала, словно капли кислорода насмехались над её положением. Он поступал в лёгкие? Может и да, но сердце безостановочно стучало, словно боялось безвыходно остановится, утратив последние намёки на жизнь. Помнило ли оно как любить? Как сострадать? Как сплетать всё самое важное в одном небольшом комке, который можно было взять в ладонь и сказать "да, в нём всё ещё ютиться человечность". Напряжение и тревогу, как казалось, ничто не было способно прервать..пока не послышался голос, даривший мотивацию распахнуть глаза. - ты в порядке? Боль? — обеспокоено спрашивала фигура, хоть увидев скривившуюся от солнца мордашку - смогла издать только знакомое ушам хихиканье. - ты не уйти я! Ты показать мне другой мир! — набросился с тёплыми объятиями Кроулинг. Сказать, что девушка до сих пор ничего не понимала - ничего не сказать..но разве не стоит сломать четвёртую стену обычной попыткой? - лифт, Мачете, существо с красным зонтом..что это всё, мать вашу, было? — вопросы кружились в голове, затягивая в незнакомый вальс. Забавно, а ведь она совсем не умела его танцевать..подождите, она не умела? Кто она? Вальс затих, всё погрузилось во тьму. Девушки в бальных платьях медленно поворачивались к ней, а джентльмены злобно сжимали бокалы, за нарушенный покой и веселье. Странно, но все лица удивительно знакомы..мистер Сильвер, мистер Мачете, мистер Худ, мистер Гэп и..мистер Скарлеттела. Стены больше не были прежними. Красная субстанция лилась из стеклянной, на вид нежной посуды, окрашивая всё вокруг в цвет алых роз. Вино это, скрытая внутри агрессия или кровь - не важно. Страх, дикий страх. Знакомый красный зонт. Из губ, цитируя, раздался тихий, почти скулящий звук. "Ты отдать своё имя?" Шептал он..её это был голос, или может бордового преступника? Неизвестно. Непонятно. Уста приоткрылись, желая выдавить из себя жалкое название..хотя бы на миг вспомнить эту индивидуальную частицу себя, хоть и не полностью. Но рот наполняется водой, теряя в такой мелкой луже возможность говорить. Тряска, взволнованная и тревожная..сопровождаемая дрожанием рук. Безопасных рук. - я волноваться ты..ты боль — гладили уже голову чьи то дрожащие пальцы. По телу разливалось расслабление, и показать зрачкам мир, который, как казалось, больше не причинит тебе вреда - стало легче. Приподнявшись на локтях, девушка посмотрела в глаза ползунчика, тихо и нервно роняя слова. - Адами Адашино..я вспомнила, меня зовут Адами Адашино.