Часть 4.2 Трещины глубже, чем кажется?

МС смотрела вслед уходящему Питеру, не в силах двинуться с места. Казалось, дождь впитывал в себя её мысли и эмоции, превращая всё в промозглую пустоту. Грудь сдавило болью, такой знакомой и в то же время новой. Это было не просто отчаяние — это была обида, смешанная с бессилием. «Я не позволю тебе снова исчезнуть», — подумала она, стирая мокрые от дождя и слёз капли с лица. Она не могла просто стоять и смотреть, как Питер разрушает их связь, кусочек за кусочком.

***

Спустя пару часов МС нашла его. Как и в тот раз, он прятался в их старом убежище — заброшенном доме, ставшем символом их любви и потерь. Он сидел в углу на полу, спиной к стене, склонив голову на руки. Огонь зажигалки вспыхивал и гас в его ладонях — сигарета тлела, но он даже не курил. — Сколько ещё ты будешь убегать от меня? — тихо спросила она, переступив через выбитый порог. Питер вздрогнул, но не поднял головы. — Уходи, МС. — Нет. Она подошла ближе и остановилась в шаге от него. Её голос был твёрдым, но мягким. — Я больше не уйду, Питер. Сколько бы ты ни пытался оттолкнуть меня. Он медленно поднял голову. Его глаза были красными и пустыми, словно он давно не спал. — Зачем ты пришла? Я же сказал… — Ты всегда это говоришь, — перебила она его. — «Я не заслуживаю тебя», «я делаю это ради тебя». А на самом деле ты просто боишься признать, что тебе нужна помощь. Что тебе нужен кто-то, кто будет рядом. — Я не хочу тащить тебя на дно вместе с собой, — прошептал он. — А ты спросил меня, хочу ли я уйти? Спросил, почему я до сих пор держусь за тебя, несмотря на всё это? Питер молчал. МС присела напротив него, подбирая слова. — Ты не можешь спасти меня от боли. Ты не можешь сделать так, чтобы в жизни не было трудностей. Но знаешь, что ты можешь? Быть рядом. Просто рядом. — Я не знаю, как это делать, — тихо сказал он. — Учись. Со мной. — Она смотрела ему прямо в глаза, не позволяя отвернуться. — Ты думаешь, что защищаешь меня, а на самом деле ты делаешь мне больнее, когда закрываешься. Я не хочу твоих стен, Питер. Я хочу тебя. Питер сжал кулаки и прикрыл глаза. — А если я сломаю всё окончательно? — Тогда мы будем чинить вместе. Её слова заставили его вздохнуть. Он медленно поднял руку и коснулся её ладони. — Я не знаю, что во мне нашла такая, как ты, — прошептал он. — Но если ты не боишься, я тоже попробую. МС слабо улыбнулась и переплела свои пальцы с его. — Вместе, Питер. Хорошо? — Вместе.

***

Поздно ночью они шли по пустой улице. Дождь давно закончился, воздух был свежим, и только лужи напоминали о прошедшем ливне. Питер молчал, засунув руки в карманы, а МС шла рядом, изредка бросая на него взгляд. — Ты не спросила, кто был тот человек, — вдруг произнёс он. МС качнула головой. — Ты расскажешь, когда сам будешь готов. Питер остановился и повернулся к ней. — Он был из прошлого. Часть той жизни, которую я так старался забыть. — Он помолчал, словно собираясь с мыслями. — Я работал с такими, как он. Людьми, которые думали, что весь мир можно купить или сломать. Я был их инструментом. — Но ты ушёл оттуда? — спросила она осторожно. — Да. Но они не забывают тех, кто отказывается играть по их правилам. — Он горько усмехнулся. — Именно поэтому я так боюсь, что однажды они снова потянут меня назад. И что ты пострадаешь из-за этого. — Я не боюсь. — Тебе стоит бояться, — ответил он, но в его голосе не было злости — только усталость. МС сделала шаг к нему и положила руки ему на плечи. — Питер, послушай. Мы все делаем ошибки. Мы все несём груз прошлого. Но это не определяет нас полностью. Если ты хочешь оставить это позади, тебе нужно поверить, что ты заслуживаешь новой жизни. И что ты не один. Он смотрел на неё долго, будто пытался найти в её словах подвох. Но потом его взгляд смягчился. — Трудно верить в то, что ты говоришь, когда я сам в это не верю. — Тогда позволь мне верить за двоих. Пока ты не сможешь. Он ничего не ответил, но осторожно притянул её к себе и обнял. МС прильнула к нему, чувствуя, как напряжение покидает его плечи. В этот момент она знала, что всё ещё впереди — что их путь будет тяжёлым, а прошлое ещё не раз даст о себе знать. Но она не боялась. Главное, что он больше не был один.