Часть 6. На краю света

Время, казалось, остановилось. Дождь перестал — лишь редкие капли ещё срывались с крыши и падали в лужи, нарушая тишину короткими всплесками. МС и Питер стояли у выхода из заброшенного дома. Их взгляды встретились, и в этом немом диалоге было больше слов, чем они могли бы произнести вслух. — Ты ведь не уйдёшь? — спросила МС, едва слышно. Она боялась задать этот вопрос, ведь ответ мог быть как спасением, так и окончательным крахом. Питер не спешил отвечать. Он выглядел потерянным, словно стоял перед обрывом, не зная, прыгать ли в пропасть или развернуться и уйти в обратную сторону. Его пальцы дрогнули, сжимая её руку чуть крепче, но этого давления было недостаточно, чтобы дать ей уверенность. — Я не знаю, — наконец выдохнул он. МС смотрела на него пристально, но не с упрёком. Она видела в его глазах страх — не тот страх, что пугает детей по ночам, а страх потери, страх непоправимости. Он уже однажды сделал выбор — оставить её, решив, что так будет лучше. Вернуться сейчас значило признать свою слабость. — Ты не должен знать наверняка, — мягко сказала она. — Иногда шаг вперёд — это просто шаг. Мы не обязаны сразу видеть дорогу до конца. Её слова, как тихая мелодия, коснулись его сердца. Питер отвёл взгляд и посмотрел на горизонт — тучи медленно расходились, и слабый свет пробивался сквозь их тяжёлое серое полотно. — Ты слишком веришь в меня, — сказал он. — Кто-то ведь должен, — улыбнулась она, пытаясь пробиться сквозь его отчуждённость. — И я не собираюсь останавливаться. Питер закрыл глаза. Он слышал её голос, но внутри него всё ещё бушевала буря. Любовь к ней была для него и спасением, и проклятием. Она открыла в нём то, чего он боялся больше всего — привязанность. А вместе с ней пришёл и страх, что он не сможет быть для неё тем, кем она его видит. — Знаешь, что самое страшное? — спросил он вдруг, глядя куда-то в сторону. — Что? — Я боюсь, что однажды ты поймёшь, что ошиблась. Что я не тот, кто тебе нужен. МС шагнула ближе, сокращая расстояние между ними. Она протянула руку и коснулась его щеки, заставляя его снова посмотреть ей в глаза. — Если бы ты был другим, ты бы не был моим Питером. Я не ошиблась. Его взгляд дрогнул. Эти слова задели что-то глубоко внутри, ломая стены, которые он так долго возводил. Он чувствовал, как всё в нём рвётся на части — желание остаться и страх, что его присутствие принесёт ей только боль. — Скажи мне, Питер, — продолжила она, не отводя глаз. — Если бы сейчас, в этот самый момент, ничего больше не существовало, кроме нас… что бы ты выбрал? Он молчал. Слова застряли в горле, но она не давала ему снова уйти в себя. — Я здесь. Я жду. Просто ответь. Он посмотрел на неё, и в этот миг всё стало до боли простым. — Я бы выбрал тебя, — прошептал он. Это признание пронзило воздух, как удар грома. В нём было столько правды, что она едва могла дышать. — Тогда сделай это, Питер, — сказала она, её голос был полон решимости. — Просто выбери меня. Не завтра, не потом. Сейчас. Питер шагнул назад, будто её слова его испугали. Он был на краю — балансировал между страхом и желанием сделать шаг вперёд. — А что, если я снова ошибусь? — прошептал он, почти одними губами. — Тогда мы упадём вместе, — ответила она. — Но я не отпущу тебя.

***

Небо наконец очистилось. Свет луны залил всё вокруг мягким, серебристым сиянием. Питер стоял на пороге дома, глядя на улицу. МС стояла рядом, чуть позади него. — Питер… — тихо позвала она. Он обернулся к ней. Его глаза были полны сомнений, но в них светилась искра, которую она думала уже потерять навсегда. В этот момент он выглядел таким же, как когда-то: её Питер, её единственный. — Я… не знаю, каким будет завтра, — начал он. — Но если ты готова… если ты правда готова, я попробую. — Я всегда была готова, — улыбнулась она сквозь слёзы. Питер протянул руку, и она вложила свою в его ладонь. Этот жест был простым, почти обыденным, но он означал так много. Это был их первый шаг вперёд. Но что их ждало за порогом? Что будет дальше? Двое стоят у входа в дом, держась за руки, а над ними раскинулось бескрайнее ночное небо. Они сделали свой выбор, но будущее по-прежнему оставалось неизвестным. Они выбрали друг друга — на этот раз. Но хватит ли этого шага, чтобы преодолеть пропасть между ними? Или страхи снова победят? Тишина заполняет пространство, а где-то далеко раздаётся слабый шум ветра.