2. Ранен - не убит!

      На улице темно. Черное небо казалось еще мрачнее, когда ты один вглядываешься в эту черную бездну. Звезды казались жуткими и пробирали до мурашек, пугая и что-то говоря на своем непонятном языке.       Абди сидел один на кровати. Уснуть не получалось. Пустое место на кровати рядом настораживало и пугало, не давало мыслям спокойно разгуливать в голове. Лишь шаловливые мрачные картины расправ над его новым «Господином» навязывались в голову и вытесняли светлые надежды.       Да, Лололошка часто задерживался где-то в лесах или вообще не приходил домой спать. И каждый раз это мучительное ожидание парализовывало, отнимало сны и настораживало, заставляло верить неумолимо и неудержимо. Страх, что Лололошка вообще может не вернуться домой заставлял сжаться в маленький комочек и пугливо рассматривать нежить за окном. Но он всегда возвращался. Всегда… «Но его нет уже второй день», — пронеслось в мыслях, заставляя жмуриться. Страшно, до дрожи в коленях, до помутнения в глазах. Страшно и жутко. И в то же время слегка больно где-то на рабской душе.

***

      За дверью слышится шорох, а после человеческая ругань. Это тот самый голос того самого человека. Он вернулся. Деревянная дверь резко открывается, быстро захлопываясь за Лололошкой. Он тяжело дышал, а по дому разнесся слегка заметный запах металла. Но вот алое, слегка подсохшее пятно на боку, которое все росло, бросалось в глаза. Слишком бросалось в глаза.       Человек оседает на пол, скатываясь по стене, придерживая ранение ладонью. Кажется, он даже не заметил Абди, что вскочил и помог аккуратно сесть.       — Абди? Не нужно, все хорошо, — прошептал Лололошка, когда раб слегка приподнял белое худи и пошел разыскивать бинты, бегая испуганными глазами по сундукам.       — Н-но Г-господин… — Абди прикусил нижнюю губу. Если он ослушается во благо Господину, ему же ничего не будет? «Один раз можно. Тем более, когда это касается жизни Ло- Господина», — кивнув самому себе, он наконец нашел бинты и спирт в одном из сундуков.       — Аб-бди, со мной правда все хорошо… — послышалось болезненное шипение, когда ему попытались перевязать обработанную рану. — Это всего лишь рана… не смертельно же… — прерывисто говорил он, прерываясь на болезненое шипение.       — Г-господин, вам нужно от-тдохнуть, — тихонько пролепетал Абди, помогая раненому подняться. Уложив его на кровать, он просто сел рядом и что-то прошептал, в попытках не расплакаться. Не получилось и первые слезинки скатились по щекам.       — Эй, Абди, ты чего плачешь? Ранен — не убит! — с довольной улыбкой проговорил Лололошка, зевая. — Идем-ка, со мной поспишь, — он притянул бывшего раба к себе, зажимая в объятиях. Непривычно. Но все бывает в первый раз, правда?