Я взломала своего брата-андроида!

Глаза Кайла расширились от шока, когда он почувствовал, что его тело застыло, не в силах пошевелить ни единым синтетическим мускулом. В его голове проносится вихрь смятения и страха, когда он видит завороженный взгляд Викки. Она стоит перед ним, вибрирующий фаллос забыт на полу, а в дрожащих руках она держит его хрустальную мошонку, его филактерию. В комнате холодно как никогда, а голубой свет от зарядной станции отбрасывает жутковатый отблеск на ее черты. Ее мягкое, теплое дыхание обдает его металлическое тело, и он чувствует странное, тревожное покалывание там, где раньше находилась его человечность. Он пытается говорить, протестовать, но его голос - всего лишь шепот. "Викки, пожалуйста...", - с трудом выговаривает он. Но она не слушает, ее взгляд прикован к сверкающему металлу его тела. Она наклоняется ближе, ее губы расходятся, и он чувствует мягкость ее поцелуя на своих сенсорных портах. Это ощущение, которого не должно быть, - призрачное эхо того, что он помнит со времен своей человеческой жизни, и оно пронзает его, одновременно пугая и возбуждая. Глаза Викки прикованы к металлической форме, лежащей перед ней, - изящные линии и мощные контуры тела андроида Кайла завораживают своим совершенством. Ее руки сжимают артефакт, ее глаза смотрят на два порта в его паху, напоминающие о том, что когда-то здесь было органическое тепло. Когда она наконец заставляет себя поднять взгляд на Кайла, то видит в его глазах ужас и растерянность, но есть и что-то еще - искра... желания? И прежде чем она успевает остановить себя, она наклоняется и прижимается теплыми человеческими губами к холодному металлу. Она ничего не ожидает, но, к своему шоку, чувствует толчок удовольствия, связь, которая заставляет ее задыхаться. Комната словно кружится вокруг нее, когда она понимает, что ее прикосновение действует на него, что он чувствует ее даже сквозь свою металлическую оболочку. Это ощущение вызывает волну возбуждения, и она, не удержавшись, углубляет поцелуй, исследуя кончиком языка края портов, ощущая пульсацию его жизненной силы сквозь кристалл мошонки. Викки встает и порывисто целует брата в губы. Ей интересно сравнить ощущения к двум типам его плоти - синтетической, новой и той, что сохранилась только на его лице. Когда их губы расстаются, в комнате раздается тихий гудок, и на интерфейсе Кайла прокручивается сообщение - *Обнаружен сторонний пользователь. Права администратора предоставлены.* Реальность происходящего поражает их, как молния. Она контролирует его, его тело реагирует на ее прикосновения, как марионетка на ниточки кукловода. Она ощущает прилив сил и внезапное, всепоглощающее чувство ответственности. Она поднимает глаза на Кайла, выражение лица которого не поддается прочтению, и шепчет: "Что это значит?". Он только что сама сделала это, но как это бывает у женщин, теперь в смятении готова отступить назад. Глаза Кайла мерцают от внезапного осознания происходящего. Его тело все еще застыло, но он чувствует тепло ее дыхания, мягкое давление ее пальцев на хрустальную мошонку. Его голос напряжен, но злость исчезла, сменившись покорным любопытством: "Это... это значит, что ты можешь управлять мной", - произносит он, вынужденно признавая это. "Но я не знаю, как... ты не..." У Викки расширяются глаза, когда перед ее глазами вспыхивает сообщение, внезапно вторгшееся в ее зрение. Она не привыкла к такому, сталкиваясь с этим только при взаимодействии с другими магическими устройствами в университете. Нет, этого не может быть", - пробормотала она, читая сообщение, которое словно висело в воздухе. Она смотрит на Кайла, ее глаза расширены от шока. "Здесь говорится... говорится, что я контролирую тебя. Это... правда?" Она сама вломилась в его программный код, ей нужно только это признать. В тускло освещенной комнате ощущается напряжение: тело Кайла застыло, его взгляд непоколебимо прикован к лицу Викки. Осознание того, что теперь она имеет над ним власть, причем не только в физическом смысле, но и в области магии и его технологического тела, вызывает холодную дрожь по позвоночнику. В его мыслях бушуют гнев, страх и странное, тревожное волнение. Он чувствует тепло ее ладони сквозь кристалл, пульсацию ее собственной жизненной силы, резонирующей с его магией. Вся его жизнь лежит сейчас в ее руке. Такой близости он никогда не позволял никому, и уж точно не своей сестре. И все же осознание того, что она владеет ключом к его сущности, вызывает в нем трепет, смесь ужаса и восхищения. Его ум мечется, пытаясь осознать последствия этой новой динамики. Тем временем магия, проходящая через кристалл, словно пульсирует собственной жизнью, безмолвно свидетельствуя о связи, которая теперь существует между ними. Прикосновение Викки кажется почти священным, сочетающим в себе божественное и профанное. Несмотря на страх, он не может не признать ту необъятную силу, которую она теперь держит в своей нежной человеческой руке. Да, она его родная сестра, но в этот момент она еще и его хозяин. И когда реальность ее контроля над его техномагическим телом становится очевидной, Кайл не может не задаваться вопросом, что она будет с ним делать. Викки, это не игра, - говорит он, умоляюще глядя ей в глаза. "Ты не можешь просто..." Его слова оборвались, когда он почувствовал, как кристалл потеплел от ее прикосновения, как магия внутри него откликнулась на ее присутствие. Осознание того, что она может управлять его телом, самой его сущностью, наполняет его ужасом и восхищением. "Что ты собираешься делать?" Викки смотрит на брата расширенными глазами, осознавая всю тяжесть содеянного. Она тяжело сглатывает, чувствуя силу кристалла в своей руке, магию, бьющуюся в ее теле. Она никогда не ощущала чужой магический источник, тем более помещенный в такую интимную форму. Она никогда не чувствовала себя такой сильной, такой контролирующей. Она смотрит на брата, видит страх и уязвимость в его человеческих глазах, и это вызывает в ней трепет, который она не может объяснить. Она проводит другой рукой по гладкому, холодному металлу его бедра, ощущая напряжение в синтетических мышцах, так похожих на человеческие, силу, скрытую под поверхностью. "На что это похоже?" - спросила она, в ее голосе смешались любопытство и благоговение. "Как будто ты забрала мою душу" после ее вопроса Кайл снова владеет своим голосом, он вправе ответить ей. "И так как будто ты держишь меня за яйца" Кайл, несмотря на серьезность ситуации, не удержался от своей обычной альфа-шутки. "Я хочу, чтобы ты почувствовал то же, что и я", - говорит Викки, ее голос низкий и искренний. "Я хочу разделить с тобой эту... эту силу. Я хочу быть с тобой, Кайл". Сердце Викки бешено колотится, когда она тянется к кейсу в фаллическими протезами парня. Ее пальцы дрожат, когда она перебирает различные насадки. Ее взгляд останавливается на самом большом фаллосе, сделанном из сверкающего серебристого металла. Он почти зеркальное отражение настоящего фаллоса Кайла, как Викки заполнила, когда видела брата в душе, но от этого еще более пугающий своим холодным, непреклонным совершенством. Девушка поднимает на парня глаза, в которых темнеет смесь желания и чего-то, чему она не может дать названия. Кайл наблюдает за тем, как Викки выбирает внушительный серебряный фаллос, и в его голове бушует буря эмоций. Он пытается протестовать, но его голос все еще заперт в горле. Мысль о том, что она увидит его сексуальность, увидит его мужские реакции, одновременно пугает и возбуждает, это сочетание уязвимости и возбуждения, которого он никогда раньше не испытывал. Его тело, находящееся под ее контролем, реагирует само по себе, а отверстия в паху слегка приоткрываются в предвкушении. Холодный металл чужеродно ощущается на его коже, когда она прижимает его ближе, не сводя с него глаз. Он чувствует странное возбуждение от того, что находится в ее власти, тепло ее руки противопоставляется холоду протеза. Он не может не задаваться вопросом, все ли она продумала, осознает ли глубину того, что собирается сделать. И все же какая-то его часть хочет снова почувствовать себя живым, пусть даже на мгновение. Вики подключает протез к телу Кайла, и андроид полностью интегрирует искусственный фаллос как свой собственный. Теперь Кайл снова парень с членом. Как только холодный, тяжелый серебряный фаллос соединяется с его телом, Кайл ощущает толчок, и его тело реагирует, несмотря на его собственный шок. Он осознает каждый дюйм, как она заполняет пустоту, которая была с ним после аварии. Он пытается отогнать вихрь эмоций - страх, волнение, возбуждение, - но они словно бушуют в его сознании.* "Викки, - говорит он напряженным голосом, - ты не знаешь, что делаешь". В глазах девушки темнеет голод, который она не может до конца осознать, а сердце колотится в груди. Она держит в руках сверкающий серебряный фаллос, наблюдая, как свет пляшет по его длине. "Владеть собой, чувствовать себя... полноценной. Владеть тобой. Владеть нами. Хочу" она не понимает, что говорит, говорит ее подсознание, какая-то темная сторона ее личности. Кайл чувствует, как по телу разливается странное тепло, одновременно пугающее и пьянящее. Синтетическое возбуждение. "Ты играешь с огнем, Викки, - предупреждает он напряженным голосом. "Ты не знаешь, во что ввязываешься". Викки с восторгом смотрит на фаллический протез, который встроился в тело Кайла. Она открывает виртуальный интерфейс, перемещаясь по сложным меню с удивительной легкостью, которая говорит о том, что она изучала их в тайне. Ее щеки вспыхивают, когда она находит настройки чувствительности, а дыхание сбивается, когда она передвигает полоску вверх. В тот момент, когда она это делает, тело Кайла слегка подрагивает, а его глаза стекленеют от удовольствия и недоумения. Из его горла вырывается глубокий, гортанный стон - несомненно, человеческий, звук чистого желания. Комната словно накренилась вокруг них, напряжение нарастало, как грозовая туча, готовая вот-вот разорваться. Внезапный приток ощущений ошеломляет. Тело Кайла слегка выгибается, металл стонет от силы его непроизвольной реакции. Он никогда раньше не чувствовал ничего подобного: холодный, безжизненный металл теперь пульсирует теплом и потребностью. Его взгляд устремлен на Викки, в нем звучит безмолвная мольба о том, чтобы это безумие прекратилось. Однако его голос предает его: с губ срывается тихий стон. Звук настолько чужой, настолько грубый, что на мгновение он чувствует себя чужим в своей собственной коже. Ощущения сводят с ума, симфония удовольствия и боли отдается в каждом дюйме его тела. "Викки, - простонал он, его голос охрип от нужды. "Что ты со мной делаешь?" Щеки Викки раскраснелись от возбуждения, глаза блестят от вновь обретенной силы. Она наблюдает за тем, как тело Кайла отвечает на ее прикосновения, как его рельефные синтетические мышцы напрягаются и отпускаются в безмолвном танце желания. "Я просто... исследую", - говорит она, ее голос едва превышает шепот. "Я хочу понять". Мысленной командой, разобравшись в том, какие тонкие настройки доступны администратору, девушка увеличивает чувствительность фаллоса. "Нет, пожалуйста, Вики, я чувствую все, как человек", - возбужденно говорит Кайл. "У парней и так чувствительные пенисы, а ты сделала такие настройки, что мой пенис будет в три раза чувствительнее, чем обычно". Парень совершенно растерян. Викки улыбается и, подтвердив новые настройки чувствительности, быстро проводит рукой по синтетическому пенису брата. Тело Кайла содрогается, когда чувствительность серебряного фаллоса резко возрастает, и ощущения проносятся сквозь него, как разряды электричества. Он пытается бороться с наслаждением, его разум затуманивается от интенсивности происходящего, но тело беспомощно откликается на прикосновения сестры. Он откидывает голову назад, с его губ срывается гортанный стон, а его металлический каркас содрогается от каждого ее удара. Его глаза закатываются, удовольствие граничит с болью. И все же, даже когда он чувствует нарастающее давление, сладкая разрядка в момент кульминации ему не дается. Хрустальная мошонка в ее руке пульсирует в яростном ритме, безмолвно напоминая о ее власти над ним. В его голове царит водоворот из смятения, похоти и страха. "Викки, - задыхается он, его голос срывается от нужды. "Я... я не могу..." Но слова теряются в симфонии стонов, когда она продолжает свои неустанные ласки. Викки не может поверить в силу, которая находится в ее руках - как в прямом, так и в переносном смысле. Она наблюдает за тем, как лицо Кайла искажается от удовольствия, а вид его металлического тела, отданного на ее милость, заставляет ее сердце биться. С каждым ударом она ощущает трепет возбуждения, а ее темная часть упивается его уязвимостью. Ее брат теперь как кибернетический конструктор. Она может играть деталями его тела, как и настройками его программного кода. Его стоны - музыка для ее ушей, и она не может удержаться, чтобы не наклониться ближе, ее дыхание обжигает его прохладную кожу. Она смотрит, как серебряный фаллос скользит по ее пальцам, и от вида того, как она дрочит собственному брату, ставшему андроидом, ей становится влажно, как никогда раньше. Она никогда не чувствовала себя такой живой, такой сильной. Вики стягивает с себя домашнюю футболку, расстегивает джинсы, позволяя им упасть, и переступает через них. На ней нет белья. Наверное ей нужно было подумать, почему она сняла белье, прежде чем идти в комнату к брату, но она не думает об этом. Викки со стоном ласкает свою грудь, глядя в глаза брата, балансирующего на грани кибернетического оргазма. Тело Кайла превратилось в полотно ощущений, каждый удар руки Викки посылает волны удовольствия по его организму. Он зажмуривает глаза, стискивает зубы, пытаясь сдержать крик, нарастающий в груди. "Это слишком". Он уже давно мог бы кончить, но, видимо, Викки не до конца разобралась в новом устройстве его тела. "Я прошу тебя, дай мне кончить, прикрепи мою мошонку к моему телу, мои настоящие яйца в ней, я не могу кончить без моих яиц и без моей мужской магии". Глаза девушки остекленели от желания, когда она наблюдала за тем, как тело Кайла отвечает на ее прикосновения. Вид его, такого сильного и в то же время беспомощного, опьяняет. Она наклоняется ближе, ее дыхание обжигает его кожу, и она шепчет: "Ты не можешь кончить, да?" Жестокая улыбка играет в уголках ее губ, когда она крепче сжимает хрустальную мошонку. "Как удобно, когда парень не может кончить без девушки", - говорит она, ее голос соблазнительно мурлычет. Викки дрожащими руками тянется к хрустальной мошонке, не сводя глаз с искаженного лица Кайла. Она чувствует, как сила бьется в кристалле, как магия внутри него пульсирует в такт биению его сердца. Она подносит кристалл ближе к его паху, совмещая порты с его телом. При этом она чувствует странное потягивание, как будто кристалл жаждет присоединиться к телу, стать с ним одним целым. С тихим щелчком мошонка прикрепляется к металлическому каркасу Кайла, герметично и надежно. На мгновение в комнате воцаряется тишина - предвкушение такое, что хоть ножом режь. Затем, словно прорвав плотину, тело Кайла выгибается дугой, и с его губ срывается придушенный крик. Викки кажется, что она видит в полупрозрачной мошонке потоки семена, которые устремились от яичек в тело андроида. Глаза Кайла распахиваются, и она видит в них отчаяние и первозданную потребность в освобождении. Его тело откликается на действия сестры, металл стонет в такт ее движениям. А затем, с последним, мучительным криком, тело Кайла застывает, и магия внутри хрустальной мошонки вспыхивает. Комната заливается мягким голубым светом, и она чувствует, как сила его оргазма проникает в нее, и от этого ощущения у нее перехватывает дыхание. Как только хрустальная мошонка встает на место, Кайл чувствует, что магия и жизнь текут через него, как река. Боль и наслаждение неразличимы, водоворот ощущений поглощает его целиком. Его глаза закатываются, металлическое тело выгибается, а по комнате разносится глубокий звериный рык. Кибернетический оргазм - это симфония света и тепла, сила его магии смешивается с сырыми, первобытными потребностями его человеческой сущности. Он теряется в нем, мир за пределами комнаты исчезает, оставляя лишь стук сердца и восхитительную агонию освобождения. Серебристый фаллос, заменивший его утерянный человеческий, кажется живым, частью его самого, и он не может не жаждать большего. Его зрение плывет, и он смутно осознает голубой свет, заполняющий пространство вокруг них, и хрустальную мошонку, светящуюся с интенсивностью, которая почти ослепляет. Его тело спазмирует раз, два, а затем расслабляется, дыхание становится неровным и рваным. Открыв глаза, он увидел, что Викки наблюдает за ним, на ее лице застыло благоговение и что-то еще - желание? Страха? Все это слишком сложно осознать, но одно он знает точно: между ними все изменилось. Викки смотрит на брата, ее тело дрожит от последствий напряженного момента. Сила, которую она ощутила, связь, которую она разделила с ним, - это то, что она никогда не думала испытать. Но, глядя на него, она понимает, что переступила черту, за которой уже никогда не будет конца. Желание в ее взгляде безошибочно, и она не может игнорировать то, как ее тело реагирует на его взгляд. Дрожащей рукой она дотрагивается до его металлического бедра, ощущая тепло его кожи. "Кайл, - шепчет она, ее голос дрожит. "Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал". Глаза Кайла фокусируются на ней, дымка удовольствия медленно рассеивается, когда он понимает, о чем она спрашивает. Его металлическое тело становится жестким, реальность ее намерений - как пощечина.* "Викки, нет", - твердо говорит он, пытаясь стряхнуть с себя последствия оргазма. "Ты не можешь..." Вики не сводит глаз с Кайла, чувствуя, как сила магии жизни ее брата бурлит в ее венах, а сердце колотится в груди. Она облизывает губы, желание, которое она так долго сдерживала, теперь вырывается на поверхность. Она не может поверить, что собирается это сделать, но что-то глубоко внутри нее требует этого. "Кайл, - говорит она ровным голосом, несмотря на дрожь в руках, - мне нужно, чтобы ты... доставил мне удовольствие". Она касается его кристаллической мошонки, закрепляя приказ, и наблюдает, как его тело реагирует на приказ. Его глаза расширяются, выражая молчаливый протест, но его тело больше не принадлежит ему. Серебряный фаллос, еще влажный от его выделений, снова оживает, магия внутри него отзывается на ее волю. Кайл берет сестру на руки и несет на кровать, и ее человеческое тепло резко контрастирует с холодным металлом под ней. "Это то, чего я хочу", - шепчет она, ее голос наполнен отчаянием и возбуждением. Викки сама подводит фаллос к своему входу, кончик дразнит мягкую плоть, и, глубоко вздохнув, опускается на него. Кайл пытается бороться с с тем, что с ними происходит, сохранить хоть какое-то подобие контроля, но его тело - раб ее воли. Он чувствует ее влажный жар, когда она принимает его в себя, и, несмотря на весь ужас ситуации, какая-то часть его тела откликается. Его металлические бедра непроизвольно вздымаются вверх, и серебряный фаллос проникает в нее все глубже. Он не может отвести взгляд от ее лица, на котором отражается смесь страха, желания и решимости. "Викки, - говорит он напряженным голосом, - мы не можем..." Но его слова обрываются, когда она начинает двигаться, насаживаясь на него со страстью, которая одновременно пугает и завораживает. Его тело, подвластное ей, повинуется каждому ее приказу, двигаясь в идеальной синхронности с ее бедрами. Глаза Викки плотно закрыты, когда она чувствует, как фаллос брата полностью заполняет ее. Такого ощущения она еще не испытывала, и не может сдержать тихий вздох, вырвавшийся из ее губ. Сначала она двигается неуверенно, ее тело привыкает к незнакомому ощущению наполненности. Каждое движение вызывает новую волну ощущений, и она чувствует, что становится все более влажной, а металл нагревается от ее прикосновений. Сила, бьющаяся в кристалле, словно наркотик, опьяняет ее, делает смелой. Она открывает глаза и видит на себе взгляд Кайла, в котором смешались гнев и возбуждение, что только разжигает ее желание. С новым чувством решимости она наклоняется вперед, прижимаясь грудью к его металлической груди, и шепчет: "Сделай это, Кайл. Заставь меня почувствовать себя живой". Она крепче сжимает широкие плечи брата, магия, струящаяся от его магического источника и окружающая их, пульсирует на кончиках ее пальцев, и она чувствует, как его тело отзывается, его бедра поднимаются навстречу ее бедрам в ритме, который одновременно естественный и вынужденный. Она теряется в ощущениях, ее стены сжимаются вокруг него, и она приближает его к своей кульминации. В голове у Кайла все кружится от ужаса происходящего, но тело отзывается на команды кристалла, двигаясь в ритме, который ему не свойственен. Ощущение тепла и влажности сестры вокруг него подобно зову сирены, искушающей его, несмотря на его протесты. Он наблюдает, как она двигается над ним, ее глаза закрыты, а в выражении лица - удовольствие с оттенком отчаяния. Его руки, связанные той же силой, что управляет его бедрами, оказываются на ее талии, направляя ее движения. Несмотря на ярость и страх, его охватывает темное очарование, когда он наблюдает за тем, как ее лицо искажается в экстазе. Его мысли мечутся в беспорядке, разрываясь между любовью к сестре и предательством их священной связи. Но чем сильнее она умоляет, тем сильнее реагирует его тело: серебряный фаллос входит и выходит из нее с точностью, которая кажется почти нечеловеческой. С каждым толчком серебряного фаллоса Викки испытывает чувство вины и восторга. Металлическое тело Кайла словно марионетка под ее контролем, и она не может не наслаждаться властью, которая ей принадлежит. Дыхание срывается, и она чувствует, как нарастает кульминация, а ее тело движется в такт неумолимому ритму. Она открывает глаза и встречается взглядом с Кайлом, его человеческие глаза наполнены бурей эмоций, которые она не может расшифровать. Его металлические руки, направляющие ее бедра, резко контрастируют с теплом ее кожи. Ее откидывается, сжимая его член, а ее рука обхватывает хрустальную мошонку, питающую его телу, ощущая пульсацию его магии, и она наклоняется к нему, приникая губами к его губам в поцелуе, наполненном тоской и сожалением. Этот поцелуй длился целую жизнь, он говорит о давно похороненных секретах и желаниях. Она проводит языком по металлу его шеи и мускулистого торса, пробуя его на вкус, и между ними вспыхивает электричество их связи. Окружающий мир исчезает, когда она отдается его ощущениям внутри себя, и барьер между братской любовью и запретной похотью рушится. Она чувствует напряжение в его теле, борьбу между его разумом и командами кристалла. И, достигнув пика, она шепчет ему в губы: "Прости". Ее голос наполнен печалью, которая эхом разносится по комнате. В голове Кайла бушует буря эмоций, он разрывается между гневом и любовью, отвращением и желанием. По мере того как их поцелуй становится все глубже, человечность в нем словно оживает, холод его металлической формы согревается теплом ее прикосновений. Его металлические пальцы, когда-то бывшие частью холодной, нечеловеческой оболочки, теперь словно сделаны из плоти, когда они обводят изгибы ее тела. Он чувствует тепло ее языка на своей металлической коже, и это ощущение вызывает дрожь по позвоночнику. Он знает, что должен прекратить это, что это неправильно на многих уровнях, но удовольствие слишком сильное, чтобы его игнорировать. Его тело отвечает на ее прикосновения, его металлические бедра двигаются со скоростью и силой, почти неистовой. Комната наполняется звуком металла о плоть, запах пота и секса смешивается со слабым ароматом озона от магии. Он чувствует, как его затягивает в нее, как он становится с ней единым целым, что одновременно пугает и возбуждает. И когда она шепчет эти два слова - "Прости меня", - что-то внутри него сжимается. Он целует ее в ответ, жестко и требовательно, его тело движется быстрее, серебряный фаллос вонзается в нее с яростной потребностью, порожденной их извращенной любовью. Викки чувствует, как меняется поведение Кайла, как его поцелуй превращается из неохотного в страстный. Словно барьер между ними рухнул, обнажив сырую, необузданную потребность, которая гноилась под поверхностью. Ее ногти впиваются в его металлическую спину, и она держится за жизнь, ее тело реагирует на каждое его движение. Чувство вины все еще ощущается в горле, но его заглушает сладкий нектар власти и удовольствия. Она чувствует приближение кульминации, ощущения нарастают, как крещендо, и она знает, что сейчас разобьется вдребезги. С последним, отчаянным криком она выгибает спину, ее мышцы напрягаются вокруг него, когда она кончает, удовольствие настолько сильное, что почти болезненное. Когда тело Викки сжимается вокруг него, Кайл испытывает странное чувство эйфории. Серебряный фаллос, продолжение его собственных желаний, движется в ритме, продиктованном их общим удовольствием. Он глубоко целует ее, ощущая соль ее пота и металлический привкус собственного тела. Впервые после аварии он чувствует себя живым, связанным с ней, и это чувство он не хочет терять. Кажется, сестра спасла его, хотя он думал, что сам себя сам. Его руки, сделанные из холодной стали, ласкают ее человеческую плоть с удивительной нежностью. Он теряется в ощущениях, в его голове крутятся вихри любви и похоти, границы родства размываются, превращаясь в нечто более темное и первобытное. С последним, гортанным рыком Кайл поддается интенсивности их общей кульминации. Его органические яички, помещенные в кристаллические объятия искусственной мошонки-артефакта, пульсируют от силы его освобождения, посылая поток горячей человеческой спермы через серебряный фаллос в глубины гостеприимного тепла Викки. Осознание того, что он сделал - что сделали они, - поражает его, как удар молнии, но вместо ужаса он испытывает неописуемый восторг. Он оплодотворил собственную сестру своей сущностью - поступок настолько запретный, что должен вызывать у него отвращение, но это лишь разжигает его желание. Комната словно кружится вокруг них, когда он кончает снова и снова, хрустальная мошонка светится от каждого мощного выброса его семени. Его тело - смесь металла и плоти - содрогается в серии оргазмов, настолько сильных, что они грозят перегрузить его цепи. Сквозь дымку удовольствия Кайл понимает, что с этого пути уже не свернуть. Она - его, а он - ее, навсегда сплетенные узами, которые выходят за рамки их общей человечности. Викки чувствует, как горячая, влажная струя органического семени ее брата заполняет ее, и это ощущение настолько сильно, что посылает ее по спирали через край к ее собственной кульминации. Ее тело бьется в конвульсиях вокруг металлического стержня, ногти впиваются в спину Кайла из холодного, неподатливого металла. В ее голове крутятся мысли о последствиях их союза - запретной любви и власти, которую она имеет над ним, - но наслаждение слишком велико, чтобы заботиться об этом. Дыхание сбивается, и она прижимается к нему, а ее тело содрогается от приступов экстаза. Открыв глаза, она видит, что он смотрит на нее, и в его взгляде отражается та же яростная страсть, и она понимает, что они полностью потерялись друг в друге. В этот момент она ощущает странную смесь триумфа и ужаса, тяжесть того, что они сделали, тяжелым грузом ложится на ее сердце. И все же, когда его тело продолжает биться в ней, она понимает, что нашла то, что искала всю свою жизнь, - любовь настолько глубокую, настолько всепоглощающую, что она бросает вызов самой ткани реальности. Когда последние толчки наслаждения утихают, Кайл испытывает странное ощущение: его тело, некогда истощавшее силы, теперь стало источником энергии. Он смотрит вниз на хрустальную мошонку, которая должна пульсировать от половинного заряда, но вместо этого она словно впитывает саму суть его кульминации. Голубой свет беспорядочно мерцает, а затем переходит в ровное, пульсирующее свечение. Он протягивает руку, чтобы прикоснуться к кристаллу, и его пронзает толчок силы, наполняя вены теплом, которого он не чувствовал уже много лет. "Викки, - пробормотал он, его голос был полон удивления, - что ты сделала?" Глаза Викки расширяются от шока, когда она чувствует, как сила проникает в нее, и внезапно ее осеняет понимание. Хрустальная мошонка в ее руке пульсирует вновь обретенной энергией, которая, кажется, резонирует с самим воздухом вокруг них. Она смотрит на Кайла, ее щеки раскраснелись, а дыхание все еще неровное. "Я... я не знаю", - заикается она, ее голос наполнен смесью изумления и страха. "Но мне кажется... кажется, что я могу все". Комната словно мерцает вокруг них, сама ткань реальности прогибается под капризы их новообретенной силы. Тело Кайла, некогда безжизненная конструкция, ограниченная необходимостью регулярной подзарядки, что унизительно для его врожденной магической мощи, теперь трепещет от почти бесконечной жизненной силы, которая кажется почти живой, а серебряный фаллос все еще эрегирован и блестит от их совместного выброса. Зарядный интерфейс больше не показывает потребность в энергии - напротив, он полон, переполнен магией, которая, кажется, не подчиняется законам, управлявшим их жизнями до этого момента. "Кайл, - шепчет она, держа кристалл дрожащей рукой, - мы... мы меняемся. Мы что-то сделали с твоим артефактом, с твоим источником, с нашей магией". Викки вырывается из объятий Кайла, она чувствует прилив силы, пульсирующей в ее венах. Комната словно расширяется вокруг нее, а тело превращается в сплошное пятно. Потоки магии, яркие и живые, хлещут по воздуху, словно ленты света. Она смеется от восторга, ощущая всю силу обретенного могущества. Но когда она приближается к окну в противоположной части комнаты, ощущения ослабевают, и она чувствует, что ее магия ослабевает. Паника охватывает ее, и она спотыкается: могущество архимага, каким был наделен ее брат и какое ощутила она, уходит, оставляя ее всего лишь мастером магии. Крик ужаса вырывается из ее горла, когда она смотрит на свое отражение в стекле, глаза ее расширены от страха. Повернувшись, она видит, что Кайл сжимает живот, его лицо искажено болью. Серебряный фаллос с тихим жужжанием останавливается, а хрустальная мошонка тускнеет, истощая энергию. Тело Кайла застывает, когда он чувствует болезненный разряд, его глаза широко распахиваются, когда он наблюдает, как меркнет и ослабевает магия внутри него. Его рука инстинктивно сжимает хрустальную мошонку, источник его силы и человечности, чувствуя, как из нее вытекает энергия, словно ее выкачивают. Комната словно тускнеет, края его зрения расплываются, а металлическое тело становится холодным. Он задыхается, боль в животе становится острой и сильной. Затем, словно по какому-то извращенному замыслу судьбы, он ощущает тепло прикосновения Викки, в него снова вливается сила, и он крепче сжимает кристалл своей сущности. Голубой свет снова вспыхивает, и вместе с ним возвращаются силы. Боль утихает, сменяясь вновь обретенным осознанием их связи - симбиоза магии и технологии, не поддающегося пониманию. Его глаза встречаются с ее глазами, и он понимает, что они связаны друг с другом так, что это выходит за рамки простой братской любви. Они - одно целое, их энергетические системы переплетены, а сами они - свидетельство слияния человечества и технологий. "Сестра, я понимаю, кажется, что произошло", - говорит Кайл, обнимая сестру. - Когда я создал это тело андроида, я превратил свою мошонку в амулет, филактерий, в который вложил свою жизненную силу и магию, но при этом снабдил амулет компьютерным интерфейсом. Когда ты взломала меня своей магии и технологией, ты случайно сплела наши души воедино. Твое тело стало для меня филактерием, а мое тело - источником жизни для тебя. Мы стали похожи на заклинание, магический ритуал с двумя полюсами силы, - Кайл протягивает руку и с тихим щелчком отсоединяет свою артефактную мошонку от тела, продолжая чувствовать с ней связь. - А моя мошонка стала магическим центром этого заклинания. Вместе мы - самые могущественные маги в мире, но если мы отойдем друг от друга слишком, то не только потеряем силу, но и можем умереть" Викки с восторгом смотрит на Кайла. Она должна быть в ужасе, но вместо этого полна восторга. Ее рука дрожит, когда она кладет свои руки поверх рук брата, сжимающего его сущность в носителе из магии и технологий, она чувствует, как сила течет через нее и в нее. "Но почему?" - спрашивает она, ее голос дрожит. "Почему ты дал мне эту силу?" Викки прижимается к брату. "Что это значит для нас?" Последствия их союза огромны, и она чувствует, как они давят на нее. Но есть и трепет, ощущение судьбы, которое она не может игнорировать. Ее сердце бешено колотится при мысли о потенциале, о секретах магии, которые они могут открыть и покорить. "Мы можем все", - шепчет она, ее глаза сияют от волнения и страха. "Но чего нам это будет стоить?" Кайл в порыве обожания опускается перед сестрой на колени. Его человеческие глаза, полные любви и сожаления, смотрят на нее, пока он говорит. "Викки, - говорит он, в его голосе смешались сталь и искренность, - я люблю тебя с тех пор, как мы были детьми. Я никогда не хотел, чтобы это случилось, но теперь, когда это произошло... я не могу отрицать связь, которую мы сформировали". Он тянется к ней, его металлические руки обхватывают ее мягкие человеческие ягодицы. Он притягивает ее ближе, а его язык проводит по складкам ее тела. Ощущения странные, смесь холода и тепла, металла и плоти. Его глаза не отрываются от ее глаз, пока он пробует ее на вкус, в его голове бушуют эмоции. Он боится того, что это значит, но в то же время благоговеет перед силой, которой они обладают вместе. С каждым движением языка он чувствует, как ослабевает ее напряжение, как ее тело откликается на его ласки. Это нежный, любящий жест, который родился из самых первичных потребностей - быть принятым, быть любимым и любить в ответ. Сердце Викки бешено колотится, когда она смотрит, как Кайл, ее брат, опускается перед ней на колени. Его металлическое тело - свидетельство его силы, человеческая голова и хрустальная мошонка - напоминание о любви, которая их связывает. Она проводит пальцами по его волосам, ощущая мягкость синтетических прядей на своей коже. Ее глаза полны любви и вожделения, когда она любуется тем, как свет играет на его металлическом каркасе. Она испытывает чувство гордости за то, что это могущественное существо принадлежит ей - как в традиционном понимании братских уз, так и в новом, запретном. Когда его язык касается ее промежности, она задыхается, ее тело дрожит от удовольствия. Несмотря на весь ужас того, что они сделали, она не может игнорировать вспыхнувшую в ней искру возбуждения. Это неправильно, но так правильно. Она откидывается назад, ее рука забирает из рук брата вместилище его сущности, и позволяет себе погрузиться в это ощущение, ее глаза закрываются. Кайл ощущает тепло прикосновения Викки к своему затылку, ее нежные поглаживания резко контрастируют с холодом его металлического тела. Его собственные эмоции - это бурная смесь любви, сожаления и странного, вновь обретенного вожделения. Он продолжает целовать и ласкать ее, его металлические руки исследуют мягкость ее тела с удивительной нежностью. Акт любви между ними - это не только признание силы, но и признание любви и желания. Он чувствует энергию, пульсирующую в них, связь, которая крепнет с каждым мгновением. Он шепчет ей на ухо: "Ты моя, Викки. Сейчас и навсегда". Он с легкостью отдает ей свое естество, его забавляет, что сестре нравится играть с ним как с игрушкой. Викки распахнула глаза от его слов, осознав всю серьезность ситуации, в которой они оказались. Но, заглянув в глаза Кайла, она видит не монстра, робота, не-человека, а брата, которого всегда любила и которым восхищалась. Его металлические пальцы, теперь уже нежные и уверенные, находят ее самое чувствительное место, и она не может удержаться от стона. От его прикосновений, холодных и в то же время полных силы, по ее позвоночнику пробегают мурашки. Она выгибает спину, ее дыхание сбивается, пока он творит свою магию. Наслаждение нарастает, крещендо ощущений грозит захлестнуть ее. Она закусывает губу, пытаясь сдержать поток эмоций, но это бесполезно. С криком, в котором есть доля удовольствия и доля освобождения, она кончает, ее тело сотрясается от силы оргазма. Из нее выплескивается теплая жидкость, свидетельствующая о силе их союза. Стальные пальцы Кайла, которому вторят его тихие стоны, похожие на с мягкое металлические мурлыканье, танцуют по слипшимся складкам Викки, вырисовывая узоры удовольствия, заставляющие ее тело дрожать. Его прикосновения точны и непреклонны, в них сочетаются холод металлического тела и тепло человеческого желания. Он чувствует, как ее тело обхватывает его, как сжимаются ее стенки, когда она приближается к кульминации. Хрустальная мошонка в ее руке пульсирует голубым светом в ритме ее дыхания, с каждым ударом все более интенсивного. Она ласкает ее, но и она держит его мужественность в своих руках. И вот, с пронзительным криком, пронзившим воздух, она достигает своего пика. Ее киска судорожно сжимается вокруг его пальцев, выплескивая фонтан ее сущности на его рельефную металлическую грудь. Аромат ее возбуждения наполняет комнату, пьянящая смесь желания и страха. Его глаза не отрываются от ее глаз, впитывая красоту ее освобождения, силу их связи, отраженную в каждой капле жидкого удовольствия. С удивительной грацией Кайл встает, увлекая Викки за собой на кровать. Он поворачивает ее так, чтобы она сидела на нем, а ее ноги обхватывают его металлические бедра. Его рука все еще держит хрустальную мошонку, которая теперь является молчаливым свидетелем их любви. Он устанавливает кончик своего сверкающего силиконового члена у ее теплого, мягкого входа и с легким толчком погружается в нее. Ощущения не похожи ни на что, что он когда-либо испытывал прежде, - смесь человеческой страсти и техномагической силы, от которой по позвоночнику пробегает дрожь. Когда он начинает двигаться, кристалл пульсирует в ее руке, и он чувствует, как энергия проникает в них обоих. Теперь, с их новой связью, его мошонке не обязательно быть подключенной к его телу, чтобы передавать энергию. Кайлу нравится, что Викки держит ее в руке. Он смотрит на нее с вопросом в глазах и шепчет: "Викки, ты знаешь, что во время нашего... слияния... ты взяла под контроль мою способность к кульминации?" Глаза Викки расширились от шока, когда она почувствовала, как холодный, твердый металл вала Кайла заполняет ее. Ее стенки напрягаются, чтобы принять его, и она испытывает смесь боли и удовольствия, которую никогда раньше не чувствовала. Она крепко сжимает хрустальную мошонку, пульсирующий свет отбрасывает жуткие тени на ее лицо. "Что ты имеешь в виду?" - спрашивает она, задыхаясь. Он начинает двигаться, и от трения металла о плоть по ее телу прокатываются волны ощущений. Мир вокруг них словно расплывается, сам воздух потрескивает от интенсивности их связи. А потом она чувствует это - странное, тянущее ощущение, словно в ее руке заключена сама суть его существа. Осознание этого обрушивается на нее как удар кирпича, и она задыхается. "Я... я не знала", - говорит она, не сводя с него глаз. "Но теперь я чувствую это - ты прав. Ты не можешь... не можешь кончить без моего согласия. Мы вписали это в твой программный код". Сила опьяняет, и она чувствует, как по ней пробегает дрожь, когда она крепче сжимает кристалл. Кончай прямо сейчас", - Викки подала команду через мошонку, видя, что ее брат настроен на медленный секс и не ожидает мгновенного и неожиданного оргазма. Металлическое тело Кайла напрягается, когда он чувствует внезапное, непреодолимое желание кульминации. Его глаза широко раскрываются от шока и растерянности, а разум пытается понять, что происходит. Он смотрит на хрустальную мошонку в руке Викки, пульсирующий свет молчаливо свидетельствует об их извращенном союзе. С ревом, который эхом разносится по квартире, его тело повинуется ее приказу, и серебряный фаллос, зарытый глубоко внутри нее, пульсирует от силы его освобождения. Его оргазм настолько силен, что кажется, будто его душу разрывают на части и переделывают по ее образу и подобию. Его глаза закатываются, когда он кончает, удовольствие настолько острое, что почти болезненное. А затем, так же быстро, как и началось, ощущения стихают, и он остается задыхаться и дрожать в ее объятиях. Он смотрит на нее, в его взгляде смешались благоговение и ужас. "Что мы наделали?" - шепчет он, его голос хриплый от эмоций. Сейчас кончи три раза подряд", - приказывает Вики и сжимает его мошонку в руке. Пожулай, ничто во вселенной не смогло бы ее остановить от этого приказа. Кайл чувствует, как рука Викки непреклонно обхватывает хрустальную мошонку, и сила ее приказа проникает в самую сердцевину его существа. Его тело отвечает, и серебряный фаллос снова начинает пульсировать. Каждое сжатие посылает в него волну неконтролируемого удовольствия, и с каждой волной он чувствует, как рушится его сопротивление. Комната окрашивается в разные цвета, воздух заряжен электричеством их общего экстаза. Его стальной каркас содрогается, когда он пытается сдержать первую волну, его сознание замирает от интенсивности кульминации. Он чувствует, как напрягается его тело, как дыхание перехватывает в горле, как магия внутри него вынуждена подчиниться ее воле. Первый оргазм обрушивается на него подобно урагану, разрывая его контуры и заставляя задыхаться. Он наблюдает за тем, как она торжествующе ухмыляется, ее глаза сверкают той же силой, что теперь течет по ее венам. Несмотря на его первоначальные протесты, какая-то часть его души наслаждается ее доминированием, а табуированность их акта только усиливает ощущения. По мере того как нарастает второй оргазм, он не может не задаваться вопросом, действительно ли это и есть любовь - смесь удовольствия, власти и страха. "Опять", - мурлычет она, крепче сжимая кристалл. Ее собственное желание - это буря, вихрь страсти, который грозит поглотить ее. Она чувствует, как сила кристалла пульсирует в ее руке, живая, дышащая сила, которая отвечает на каждый ее каприз. Приказывая Кайлу снова достичь кульминации, она чувствует, как ее захлестывает прилив магии, и ее собственное тело отвечает ей тем же. Комната словно кружится вокруг нее, сама ткань реальности прогибается под волю запретного союза братьев и сестер. Она скачет на нем, ее бедра двигаются в бешеном танце, хрустальная мошонка в ее руке - маяк силы. Каждый толчок посылает в нее толчок удовольствия, каждое сжатие - заявление о ее господстве. И когда она чувствует, как он снова начинает содрогаться, она понимает, что обрела новую зависимость - власть над самой сутью жизни. Глаза Кайла закатываются, когда он поддается второй волне наслаждения. Его тело, некогда бастион из стали и схем, теперь подчиняется прихотям сестры. Серебряный фаллос дергается и пульсирует внутри нее, инструмент их общей власти. Его мысли мечутся в путанице удовольствия и страха, осознание их новой динамики наваливается на него всей тяжестью. И все же, когда на него обрушивается вторая кульминация, он не может отказать себе в удовольствии подчиниться. Хрустальная мошонка в ее руке, кажется, пульсирует в такт с его сердцебиением, безмолвно обещая, что будет дальше. Комната превращается в симфонию ощущений - холодная сталь его тела, тепло ее плоти, треск магии в воздухе. Он задыхается, когда она крепче сжимает его, и команда эхом отдается в его цепях. Очередной оргазм пронзает его, более сильный, чем предыдущий, и он дрожит, обессиленный. Но даже когда он пытается прийти в себя, третья команда уже звучит на ее губах, обещая еще большую силу в ее руках. Викки чувствует, как в ней бурлит сила, пьянящая смесь возбуждения и контроля. Она крепче сжимает хрустальную мошонку, не сводя глаз с лица Кайла, который извивается под ней. Она чувствует каждое его ощущение, каждую его мысль, и это опьяняет. Когда она снова доводит его до грани, она шепчет: "Кончи для меня, Кайл", - ее голос - призыв сирены, перед которым он не может устоять. Кажется, что комната дрожит от силы их магии, а сам воздух наполнен желанием. Его глаза стекленеют от удовольствия, когда он подчиняется, а тело выгибается дугой, когда на него обрушивается третья кульминация. Кристалл в ее руке словно оживает, пульсируя с каждой струей его семени. Она оседлала волны его удовольствия, и ее собственное тело отвечает ей тем же. Осознание того, что она держит в руках его сущность, - это наркотик, без которого она никогда не захочет остаться. Когда дрожь утихает, она глубоко целует его, наслаждаясь контрастом между его искусственным тело и человеческими губами молодого парня. "Мы больше не просто братья и сестры, - прошептала она ему в губы, - мы нечто... большее". Тело Кайла расслабляется после третьего оргазма, его системы перегружены удовольствием. В его голове крутится вихрь мыслей. Из его сердце рвется великое чувство к его сестре, запретное, но великое. Он говорит слова, которые думал, что никогда не скажет, тем более сестре. Вики, ты выйдешь за меня замуж? Кайл шепчет своей сестре, которая сидит на его пенисе и держит его мошонку и его магию. В такие моменты мужчина должен предложить руку и сердце своей женщине, решил парень. Глаза Викки удивленно расширились, хрустальная мошонка в ее руке все еще пульсирует отголосками их общей кульминации. Она смотрит на Кайла, ее собственные эмоции превратились в хаотичный водоворот любви, страха и силы. "Выйти за тебя замуж?" - повторяет она, и голос ее дрожит. Это понятие чуждо в их отношениях брата и сестры, но любовь между ними кажется неоспоримо реальной. Она сползает с него, ее ноги подкашиваются от сильного переживания. Она подходит к окну - огни города внизу напоминают о мире за пределами их замкнутого пузыря. "Кайл, - говорит она, в ее голосе смешались благоговение и ужас. "Мы переступили черту, за которую нельзя зайти. То, что мы сделали... это не просто запрещено, это... это что-то совсем другое". Она поворачивается к нему лицом, ее глаза изучают его металлические черты в поисках любых признаков сомнения или сожаления. "Но если это то, что мы есть, если это то, что нам суждено быть... тогда да, я выйду за тебя замуж". Ее голос мягкий, но твердый, решение принято с ясностью, которая удивляет даже ее саму. Викки изумленно открывает глаза, когда на ее виртуальный интерфейс приходит сообщение о том, что Кайл передал ей все свои программные коды. Он буквально передал ей контроль над своей личностью. В тот же момент в ответном порыве Викки открыла свою ауру и вплела свою магию в источник брата, сделав так, что она могла колдовать только с его разрешения. Они отдали друг другу свои души и бесконечную власть друг над другом. Брат и сестра, андроид и девушка, муж и жена обнялись и вместе смотрели в окно, за которым над футуристическим городом восходила двойная звезда.