***

Юнхо порой просто невыносим. Вечно поддразнивает Данна, шумит под боком, отпускает ехидные шуточки на правах многолетней дружбы, кормит втихомолку подозрительной едой. И в то же время льнет, ластится балованным котёнком, слова против не говорит, когда в очередной раз лидер повисает на нём в порыве эмоций. Только улыбается тихонько и смотрит куда-то вглубь себя. Не то чтобы он один был такой юморист. У них таких минимум полгруппы: ни стыда ни уважения что к старшинству, что к лидерским обязанностям. Даже кингме это вечное данновское "пожалуйста, выключите камеру!" уже в мем превратили. И с остальными такие мини-взбучки на время даже прокатывают. Но Юнхо? Он совершенно непробиваемый. Данн уже не знает, что делать. Ругаться? Осаживать? Угрожать? Ещё бы оно помогало. Младший видит, как хëн психует в попытках добраться и разобраться, но только хохочет. Знает, шкодный бельчонок, что ничего ему от хëна особо не будет. Ну влепит слегка подзатыльник, ну попытается пнуть пару раз на бегу по заднице... Зато какой адреналин! А потом Юнхо приходит ночью и лезет под бок. Ворочается, вздыхает тяжело, случайно ли, намеренно ли прогоняя прочь сон. Глядит задумчиво. Данн совершенно не знает, чего ожидать. Скинут ли его с кровати? Поделятся наболевшим? Просто настроение поговорить пришло, а других теребить боязно? – Хëн, — смотрит Юнхо в темноте, блестит глазищами. Улыбается неловко. – Ну чего тебе? — со вздохом отзывается Данн. – Я счастлив, что дебютировал с тобой второй раз. И Данн вспоминает робкого, застенчивого мальчика, которого встретил когда-то. Вспоминает, как тот когда-то и рта не мог раскрыть, даже уже готовясь к новому дебюту. Как день за днём этот мальчик расцветал и загорался всё ярче, становясь очаровательным молодым мужчиной, стремясь всё вперёд и вперёд. И на сердце у Данна теплеет так, что он не может скрыть широкой улыбки. Приподнимается на кровати, протягивает руку, ерошит пересушенные краской, но всё ещё мягкие волосы: – Я тоже счастлив, Юнхо, — говорит он от чистого сердца.