Шагнуть в арку

Идея о переходе в другой мир, как способе уничтожения хоркрукса, не моя. Встречалась она мне в других работах. Если навскидку, то есть, например, прекрасная работа «Мудрец» за авторством R-Lee, в которой описывается такая ситуация. (https://ficbook.net/authors/1092198/profile/works?p=2) *** Знание о том, что ему совсем не обязательно подставляться под Томовскую Аваду появились у Гарри Поттера ещё на их третьем курсе. Только он не сразу сопоставить смог знания полученные тогда, со знаниями полученными только что. Из Снэйповских воспоминаний. А узнал он, что хоркрукс он, оказывается, наравне со всякими там чашами, медальонами и прочими дневниками. И что теперь, он просто обязан пойти к Тому и добровольно под его Аваду подставиться. Типа, выхода другого нет. Вот и разозлился он после того как он Снэйповские воспоминания посмотрел. В первую очередь, из-за того, что слишком долго от него эту информацию скрывали и планомерно подводили к тому, что он собой пожертвовать должен. И во-вторых, что нет, мол, другого способа с тем что он хоркрукс разобраться. Ну, это так Дамблдор покойный утверждал. И теперь, когда его перед фактом поставили, то он должен, помимо всего прочего, Дамбика понять и простить. Перед тем как к Тому сдаваться отправиться. Воспоминия, кстати, просматривались им в директорском кабинете, в Омуте памяти. Так что, было вполне естественным то, что портрет Дмблдора, тоже в кабинете висел. Вот и хорошо это было, потому как имелся объект на который Гарри мог злость свою направить. — Нет, ну какая же ты всё-таки сука, Дамблдор! — орал он на этот самый портрет, — ведь получается, что знал ты всё, заранее! Ну, что жизнь мою Волдиковская Авада оборвёт! И ведь внушал же ты, всё это время, козлина, что когда я все хоркруксы «почикаю», то сразу же всеобщие «мир, дружба и жвачка» наступят! Пусть и не напрямую, но видом своим и интонациями. Нет, я, конечно, и сам не намного лучше, потому что сомневаться в твоих словах слишком поздно начал. Впрочем, чего уж теперь. История сослагательного наклонения не знает. Вот только на твоё мудачество, Альбус, это не влияет совсем никак. Всё равно ты тварь! А когда проорался, обзывая и понося Альбуса на чём свет стоит, то вышел он из кабинета и рассуждать, наконец-то, начал. Успокоившись. — Вот, значит, какие у тебя планы насчёт меня были, — подумав, ухмыльнулся про себя Гарри, — а вот… «балалайку» тебе… дедушка Альбус. Планы твои я, пожалуй, пообломаю. А то, ишь ты, придумал он. Типа, иди-ка ты Гарри к Тому на заклание. И станешь ты у нас героем. Правда, немножко мёртвым, но это уже неважно будет. Главное, что героем. А вот хрен тебе. Гарри, вдруг остановился, развернулся и возвратился в кабинет. Прямо к портрету Дамблдора. И уже там, постаравшись изобразить наиболее гадкую и злорадную ухмылку на которую он был способен, ещё кое-что сказал: — А знаешь что, Альбус? Не такой уж ты и великий маг, каким тебя все считали. Потому что говно ты, на самом деле. И, чтобы ты знал, есть способ уничтожения хоркрукса во мне помимо Томовской Авады. Только я тебе его не скажу. Сиди теперь в своём портрете и гадай что это за метод такой до тех времён, пока холст на котором тебя нарисовали не истлеет. Всё равно не узнаешь. Сука ты старая. Правда, мы можем договориться, если ты мне расскажешь, кое-что. А потом у него в горле пересохло. Так что пришлось ему прерваться чтобы трасфигурировать стакан и водой его наполнить. Ну, и чтобы высказать Дамбику, после того как водички попьёт, ещё немного своего неудовольствия: — Да, именно что хрен тебе, Альбус. Причём по всей морде. Зря я что ли столько усилий приложил разыскивая и уничтожая эти грёбаные хоркруксы и жизнью рискуя, чтобы после всего сделать то, что ты мне предлагаешь? Вот так просто пойти и под Аваду подставиться? Да ещё и добровольно? Нет уж. Ты сначала с Беней познакомься, а потом возьми и сходи… к Бениной маме. К тому же, кто сказал что Том меня именно заавадит? Быстро и почти безболезненно. А если эта тварь меня помучить захочет перед моей смертью? Как тогда, на кладбище. Целых три Круцио как-то небезболезненными совсем оказались. Так что, нет уж. Гарри вдруг захихикал. Потому что вспомнилось ему кое что. Как там говорилось-то? — Нахрен! Нахрен! — кричали пьяные слизеринцы. — Испугались, суки! — орал в ответ пьяный Снэйп. Нет, так-то план у Дамби может и правильный был. Пожертвовать сначала одной половиной фигур на доске, затем — пешкой, чтобы, в итоге сохранить вторую половину. Только, не учел добрейшей души дедушка, один, пусть и маленький, но весьма существенный нюанс. Под названием Парселтанг. Благодаря чему Гаррина встреча с одной змеюкой состоялась. В конце второго курса. Была которая большущих размеров и имела весьма забористый яд. А может это и не она была, а он? Потому как василисками такие змеи назывались. Впрочем, сейчас, как и раньше, это было неважно. Важно было то, что когда та змеюка его за руку цапнула, а феникс Дамблдора над ранкой поплакал, то действие яда было нейтрализовано и жив тогда Гарри остался. И пошло ему это на пользу. А почему на пользу? Да потому что, когда он наконец очухался после произошедшего, то огляделся и увидел на одной из стен Тайной комнаты, где собственно схватка с василиском и происходила, надпись. Причём, до этого, когда он в ту сторону смотрел, то видел там только закорючки какие-то. В общем, получалось, что яд василиска, скорее всего в сочетании со слезами феникса, что-то в нём то ли по-новому настроил, то ли, вообще, перестроил. В любом случае, Гарри увидел изображение двух змей, так же вырезанных в стене, как на входе в Тайную комнату, а над ними надпись. На парселтанге. Мол, если тебе этот мир надоел, то добро пожаловать. Вот Гарри туда и попал, через некоторое время. Уже на третьем курсе. Нет, не в другой мир, конечно. Не было его прямо там, за стеной, которая так же раздвигалась как и главный вход. Ну, если на парселтанге прошипеть «Откройся». А была там приличных размеров комната, с многолучевой звездой, вырезанной в полу. И с аркой, прямо в центе этой самой звезды. А под стенкой стоял сундучок с единственной книгой, написанной на змеином языке. Книга, кстати, оказалась совсем не толстой, но вот читать её можно было только в этой комнате. В общем, если не вдаваться в подробности, то было там одно длинное заклинание и ритуал ухода в другой мир. Заклинание, кстати, необходимо было произнести в любое время до ритуала. А нужно оно было чтобы в новом мире не возникали трудности, например, с пониманием тамошних языков. Ну, и ещё для некоторых моментов. А сам ритуал, можно было провести не произнося завершающего слова. Ну, примерно как с пистолетом. Взвести его, но на спусковой крючок не нажимать, чтобы выстрел не прозвучал и пуля ни в кого не полетела. До нужного момента. Вот Гарри это и проделал. На всякий случай. А сделал он это на их шестом курсе. Потому как начал понимать, что их «Золотое» трио в конце концов станет дуэтом. Места в котором для него уже не будет. Ну, того места которое он сейчас занимает. Вот он тогда и сделал это, под влиянием момента. Кстати, ещё у него появилась мысль, что места ему не будет не только в их «Трио», а и вообще в этой жизни. Были у него тогда такие мысли. Далее, там, в этой книге, ещё говорилось, что в новый мир маг явится, что называется, голым и босым. Но, главное, при этом, было то, что ещё и очищенным от всякой дряни. То есть, на нём в этот момент останется только одежда. А вот всякие там волшебные палочки и прочие, разные артефакты, как и родовые, да и не только, проклятия, исчезнут во время перехода. Самоуничтожатся. Кстати, о том что он в Тайной комнате обнаружил, Гарри никому рассказывать не стал. Посчитал он, что ни к чему это. Тем более, что только змееустам этот метод подходил. А кроме себя знал Гарри ещё всего лишь одного змееуста. И не хотел, чтобы эти знания, невольным обладателем которых он стал, в руки к тому попали. Потому что, этим змееустом, как раз, Волдеморт-то и был. Главная его вражина. А почему он этим методом раньше не воспользовался? Так ведь и не собирался он уходить. Пока, во всяком случае. Хоть и не держало его тут ничего больше. Ну, если задуматься. Для него, если порассуждать, разницы никакой не было, что один мир, что другой. Друзья? Так они, как он уже сказал, «нашли» друг друга. Джинни? Не смешите его тапочки. Остальные Уизли? Тоже не самый большой приоритет в его жизни. Особенно после того лета, которое они в доме у Сириуса вместе провели. Кстати, самого Сириуса тоже уже почти как два года не было. Родители? Он их вообще не знал. И он бы давно туда ушёл, но, оставалось у него ещё одно незаконченное дело. Которое стало делом принципа. Вот и решил он, что провернёт его и отправится, после этого. Хотя, конечно, не рационально было стараться сделать то, что он собирался, но люди-то на то они и люди, чтобы иррационально поступать. Временами. Вот и собирался он закрыть этот гештальт. А собирался он, всего лишь, напоследок, уничтожить Волдикову змеюку, да и самого его прихватить, по возможности. Для того чтобы уважать самого себя не перестать. После чего, сразу же, умчаться в Тайную комнату и в другой мир уйти. И сделать всё нужно будет быстро, чтобы дух Волдика, за это время не успел до Албании добраться. Ведь если Гарри его тела лишит, и последний хоркрукс в своём лице уничтожит, сразу после этого, то и незачем остатку его душонки туда лететь будет. В эту самую Албанию. А сразу же в Следующее большое приключение она отправится. Ведь якорей-то больше не останется. Кстати, возникла у него ещё одна мысль. А подумалось ему также о том, как бы ещё себе помочь в выполнении последней миссии. Чтобы увеличить вероятность успеха её выполнения. Для чего, на всякий случай, залез он рукой в Распределяющую шляпу и обрадовался когда нащупал там рукоять Годрикова меча. Потому как вспомнилось ему, что, вроде как, что-то такое говорил в своё время Альбус насчёт него. Типа, что возвращается меч каждый раз в своё вместилище. Рано или поздно. И откуда угодно. Вот и вытащил он его из Шляпы и пристроил его в ножнах на поясе, которые в кабинете тоже нашлись. А откуда они там взялись Поттер интересоваться не стал. Главное, что нашлись. И ещё у него одна мысль появилась. Что Дамби просто так ничего никогда не делал. Всё ведь у него с переподвыпертом было. Вот и подумалось Гарри, а нахрена Альбус ему снитч завещал. Ведь наверняка же не просто так. Нет, так-то у него была пара заклинаний в запасе, которыми хоркруксы, тоже оказывается уничтожать можно было. Ну, скорее всего. Жаль только что он их узнал слишком поздно и опробовать не успел. Впрочем, чего расстраиваться-то, это и по дороге к Волдику сделать можно будет. Ну, как минимум одно из них. Потому что второе сопровождалось всякими разными эффектами, которые скрыть невозможно было. Но ведь для чего-то же Дамблдор снитч-то ему завещал. И не просто так он это затеял. Мысль уточнить у Дамблдора насчёт снитча мелькнула у него когда он на протрет орал. Вот Гарри в конце и добавил фразу про обмен информацией. Дамблдор согласился и Поттер, взяв снитч двумя пальцами, показал его портрету и спросил, мол, нахрена это? — А для того, Гарри, мальчик мой, — сообщил ему нарисованный Альбус, — чтобы ты произнеся любую фразу в которой имеется слово «Смерть» извлёк из снитча Камень воскрешения. — Ну, а он-то мне зачем? — спросил Поттер. — Да затем, чтобы зажав его в руке, ты мог незаметно мимо врагов пробраться. — Так ведь у меня плащ-невидимка есть, — удивился Гарри. — Согласен, — пояснил ему Дамблдор, — только не от всех врагов он тебя скроет. Например, от дементоров он не поможет. — Хм-м… Разумно, — согласился Потер. — Ну, тогда слушайте. Гарри рассказал коротко о возможности уничтожения хоркрукса путём перехода в другой мир. А после засобирался на встречу с Волдиком. Потому как подходило к концу время перемирия объявленное Волди. Но, перед уходом он, тем не менее, не удержался и сказал Дамблдору, что несмотря ни на что, тот всё-таки… сука. Затем надел он свой плащ-невидимку и покинул кабинет уже окончательно. А плащ он надел, потому как подумалось ему, что дальше ему нужно одному действовать. Кстати, выйдя из замка, Гарри остановился ненадолго и… «принюхался» что ли. Точнее, постарался ощутить всеми органами чувств, кроме зрения и слуха, имеется ли в наличии антиаппарационный купол, которым был накрыт Хогвартс. И понял, постояв, что нету его. Ну, и отправился на поляну, где Волди с приспешниками его ждал. Зажав в кулаке Камень воскрешения. Хорошо хоть плутать не пришлось, потому как бывал он на той поляне ранее. Посреди которой он увидел горящий костёр. Вблизи которого стоял Волдик, лицо которого было похоже на маску, настолько оно было неподвижно. Разве что, в отблесках костра его красные глаза казались горящими угольями и он медленно крутил в своих длинных пальцах волшебную палочку. А у его ног сидела Беллатрикс Лестрендж. И ещё лежала свернувшись кольцами его змеюка. — Да, — мелькнула ещё мысль у Гарри, когда он приближался к Волди. — Это я удачно зашёл. В общем, не стал он чего-то ждать, а приблизившись к змее колданул в неё одно из тех двух заклинаний, которые у него в запасе были. Он их из Блэковских книг узнал, которые Гермиона прихватить с собой, в своё время, успела. Называлось оно «Копьё праха» и было, если разбираться, самым что ни на есть темномагическим. Но, что самое странное, не приравнивалось оно к Непростительным, почему-то. Впрочем, самого Гарри такие мелочи давно уже не волновали. Тёмная магия применялась или Светлая. Главное вражину завалить было. Причём наверняка. Так что рука у него не дрогнула. В общем, как только заклинание попало в змеюку и та стала осыпаться прахом, Гарри, сбросил плащ, выхватил из ножен меч и одним махом снёс Волдику голову, а вторым движением воткнул меч в Беллатрикс. После чего присев и схватив в руку свой плащ, и не вставая, крутанулся на пятке, и аппарировал к входу в замок. А там он снова надел плащ и помчался в Тайную комнату. И только добежав до комнаты перехода, он подумал о том, что надо бы сообщить о произошедшем защитникам замка. Поэтому он воспользовался методом Волдеморта. Наколдовал он такое же обращение к находящимся в замке, которое Змеемордый не так давно использовал. В общем, через секунду все находящиеся в замке услышали. — Защитники замка, — гремел его голос — к вам обращаюсь я, Гарри Джеймс Поттер. Хочу сообщить вам, что проблема с тем, чьё имя некоторые до сих пор боятся произнести, окончательно закрыта. Для тех кто в курсе, его предпоследний хоркрукс и он сам уничтожены, а через минуту в этом мире не останется вообще ни одного. Ещё скажу, что напоследок мне довелось побеседовать с портретом Альбуса Дамблдора. Прощайте. И не поминайте лихом. Так закончилась жизнь Гарри в этом мире и началась в новом. Разве что, перед отбытием, он оставил рядом с сундучком, в котором лежала книга с инструкциями, свою волшебную палочку, Воскрешающий камень и свой плащ. А после встал в арке и произнёс заключительное слово ритуала. Ну, а дальше начался процесс переноса. И нельзя сказать что был он очень приятным. Вообще, как потом вспоминал Гарри, ощущения были как будто бы его сначала разобрали на мельчайшие составляющие, а потом обратно собрали. Что впрочем, и немудрено было, ведь в новый мир он попал без всяких проклятий. И их видимых атрибутов. В виде шрамов. Даже тех, насчёт сведения которых Гарри уже давно не надеялся. Так, у него теперь отсутствовали и его знаменитый шрам на лбу, и на руке — от укуса василиска. Кстати, с магией тоже получилось интересно. Колдовать теперь можно было… как дышать, наверное. Ну, почти. Приходилось, правда, руками помогать, так сказать, мысли свои выразить. Но, это потом понятно стало, когда его из арки вытолкнуло. Которая, кстати, тут же исчезла куда-то, как только Гарри из неё вышел. И оказался он в каком-то лесу, на берегу речки. Правда, автор той книжки, благодаря сведениям из которой Гарри тут оказался, ошибся немного. Потому что одежда на нём отсутствовала вообще, от слова «Совсем». Так что, для начала пришлось ему травы нарвать и трансфигурировать её в одежду и обувь. И отправиться туда куда река текла. А по дороге у него невольно возникла мысль, что ведь может быть и так, что тот же Салазар тоже в другой мир ушёл. И совсем не потому, что он таким мудаком был, каким его Гаррины современники описывали. А совсем может быть, что они с Годриком женщину не поделили. Ту же Хельгу, например. Или Ровену. Которая, в итоге, Гриффиндора выбрала. Ну, как версия. — Нет, ну а чего? — рассуждал Гарри по дороге. — Вполне себе рабочая версия. Хотя, неважно это теперь. Мне теперь, главное, до местных жителей добраться и убедиться, что здесь и люди живут, а не только какие-нибудь эльфы или орки. Ну, а там разберёмся. В любом случае, да пребудет со мной магия.