Часть 3. Необыкновенное в обычном

Дружить всё же пришлось, тем более что Ник чувствовал, как в нём просыпается интерес к необыкновенному миру, куда он пока заглянул через тоненькую щёлочку. Лилльена, та самая светловолосая красавица, многозначительно улыбаясь, вручила им с Бэлл по картонному стаканчику с кофе и вытолкала «на прогулку». Да, пройтись и уложить немного мысли в голове было необходимо. А Бэлл, снова спрятавшая вызывающие оторопь глаза под тёмными очками, явно могла рассказать много интересного. На выходе из торгового центра Ник непроизвольно замер — ему показалось, что окружающее пространство выглядит не совсем так, как полчаса назад, когда он входил. Бэлл заметила его заминку, понимающе улыбнулась, не разжимая губ, и, подхватив под руку, медленно повела по улице вниз к морю. — Ну что, успокоился немного? — спросила она через несколько минут молчания. — Успокоишься тут, — проворчал Ник. — Когда такое увидишь. — Как я, что ли? — Бэлл было всё сложнее не так явно веселиться и не показывать зубки на всеобщее обозрение. — Брось, я добрая, пока не разозлят. А ты сам ни разу не замечал необычное вокруг? — Бэлл, у нас обычный город. Приморский периферийный крошечный городок. И самое странное, что тут происходит — это новый мусоровоз, подаренный городу спонсором и распиаренный на всю область, который потом даже не скоммуниздили. Бэлл всё же расхохоталась, весело и звонко, хорошо хоть, рядом никого не было, кроме пробежавшей мимо стайки щебечущих студенток. Ник моргнул — ему показалось, что у девушек из-под волос проглядывают кончики милых закруглённых ушек, а подолы длинных юбок приподнимают кончики розовых хвостиков. — Ну да, — посерьёзнела его спутница. — Кофе Лилльены неплохо помогает «разлепить» глазки. А если серьёзно… Ник, вспомни. Нумерация всех улиц в городе идет либо с юга на север, либо с востока на запад. Это потому, что только в домах на таких перекрёстках могут жить те, кто пришёл в ваше измерение из множества других. Или старые дома с острыми углами и новые с более плавными мягкими линиями. Выучили, наконец, что ментальные вредители, опасные не только для людей, передвигаются только по прямым линиям. — Ты серьёзно? — Более чем. Помнишь, в сквере Войнов-интернационалистов есть замурованный дверной проём с надписью «9 ¾»? Все смеются и фотографируются, но я бы не рекомендовала пытаться туда войти. По крайней мере, самому. Или неужели ты думаешь, что улицы Поворотную и Проездную назвали просто так? Дороги между мирами никто не отменял. Ник уже понял, что Бэлл не шутит, для этого она была слишком серьёзной. Да и под влиянием кофе он то тут то там замечал что-то, на что не обращал внимание раньше. То заплетённый цветущими комнатными цветами перед Новым годом круглый балкон, то горгулью со слишком живым взглядом каменных глаз, то из кафе доносился плеск воды, поразительно похожий на человеческую речь. — И это тоже, — мимоходом заметила Бэлл, поудобнее перехватывая его руку. — Но нам туда еще рано, тебе и так нужно привыкнуть к истинному зрению и перестать считать увиденное галлюцинациями. А то в больничку с ментальным расстройством загремишь. — Постараюсь, — потряс головой Ник, ощущая внутри гулкую пустоту. — А ещё что у нас в городе необычное? — Всё тебе расскажи, — притворно насупилась Бэлл, но Ник видел, что ей приятен такой интерес. — Может, сам что-то вспомнишь? — А Сасык-Сиваш? — вдруг спросил Ник, подумав о любопытной загадке своего детства. — Молодец. Да, для обывателей Розовое озеро обретает такой цвет из-за определенных водорослей с непроизносимым латинским названием. А ведь самые стабильные порталы между мирами именно такого цвета… Ну и наконец. Как на территории одного, относительно небольшого квартала всего-то в два квадратных километра, могло поместиться аж двенадцать знаковых и культовых сооружений ? И ни одной прямой улицы вокруг. Все плетут и заплетают, уводя за собой. Куда? Ник задумался. И правда. Привыкнув с детства к особенностям родного города, он никогда не задумывался: а почему именно так? Может, теперь он сможет получить ответы на те вопросы, которые еще не смог даже задать.