Раздумья и планы

      Жизнь Лилиан Поттер в прошлом как ни странно, стала налаживаться. Она нашла друзей, приобрела авторитет в школе, как среди учеников, так и среди учителей, а самое главное, она больше не зависела от школьных подачек. Контракт с семейством Руквуд, дал ей финансовую свободу, и конечно же злость директора по этому поводу. Дамблдор за эти четыре месяца, активно старался как он выражался «направить девушку на нужный путь», но получал отказ за отказом. Попытки проникнуть в голову девушки тоже не увенчались успехом, директор обнаружил, что у неё сильный блок. При этом сама Лилиан, делала вид, что не замечает попыток директора прочесть её мысли и воспоминания. Это вводило директора в ступор, а также вызывало злость, которую ему скрыть было довольно сложно. Многие учителя стали тоже замечать, что Дамблдор уж слишком зациклен на мисс Риддл, что неоднократно говорили Минерве Макгонагал, она ведь её ученица. Но профессор Трансфигурации молчала, хотя и не докладывала директору ничего, о сомнениях её голлег. Мародеры стали вести себя тише, стали избегать слизеринцев, а особенно Снегга, поскольку не хотели снова оказаться в центре скандала и насмешек. Конечно Сириус Блэк старался привлечь внимание красноволосой девушки, но натыкался на глухую стену. Он не понимал причин её отказов с ним встречаться или просто сходить в Хогсмид. Сама Поттер сдружилась на своём факультете с Алисой и Марлин, они по мнению девушки были самыми надежными друзьями. Что до Лили Эванс, то она стала официально встречаться с Джеймсом Поттером, но это не принесло бурных овации в Большом зале, как на это рассчитывали Мародеры, а только смех. Многие не применули отметить, что Поттеру досталась магловка только из-за того, что у неё просто не было выхода. В школе её чурались, свою популярность она растеряла, в чём и винила Лилиан Риддл. — Я ничего не делала и не говорила, — рассказывала в гостиной факультета Эванс тем, кто там находился, но никто не слушал её на самом деле. — Она просто распустила слухи обо мне, чтобы занять моё место.       Все ребята на самом деле нисколько не сочувствовали Лили, они знали, на что она способна.       В один из дней, на Истории Магии, профессор Бинс задал им целую работу о жизни великих людей в мире магии. Историю магии никто не любил, делать по ней работы, никто и не собирался. Декан, после многочисленных жалоб гриффиндорцев, разрешила только одному студенту выступить, дабы не подрывать авторитет и так нелюбимого профессора-призрака. — Вот пусть Риддл и делает доклад, — встала со своего места Лили Эванс, после того, как Макгонагал в гостиной алого факультета, объявила о послаблении для своих студентов. — Она ведь считает себя очень умной. — А ты видимо нет, раз отказываешься блеснуть своим умом в очередной раз, — парировала нападки своей родственницы Лилиан Риддл. — Хорошо профессор, я ведь настоящая гриффиндорка, а им впору спасать страждущих и немощных, раз они их об этом так сильно просят.       Многие в классе засмеялись, а Лили Эванс покраснела, после чего села на свое место, под насмешливые взгляды сокурсников. — Я напишу доклад о четырёх Основателях Хогвардса. Они ведь самые величайшие маги в истории. О Мерлине и так много всего написано и переписано, — сказала декану дочь Поттеров. — Как угодно мисс Риддл, — ответила Макгонагал. — Тогда остальные по распоряжению профессора Бинса, будут писать небольшую контрольную работу. Она поможет вам подготовиться к годовом экзамену. А доклад мисс Ридл нужно будет сдать через месяц после рождественских каникул.       Студенты не хотели контрольную, но уже изменить ничего не могли, позже все спокойно занялись своми делами после ухода своего декана, а Лилиан решила пойти с Северусом в лабораторию, ведь у них ещё были незаконченные зелья для миссис Руквуд. — Что Риддл? Работаешь для нужд слизеринцев? — едко спросил как ни странно именно Питер Петтигрю. — Нет крысеныш, для нужд магов, — ответила Лилиан с презрением. — Если вы гриффиндорцы не в состоянии помогать тем, кто в чем-то нуждается, то и обсмеивать тех, кто это делает тоже не стоит. — Я не крыса, — взвизгнул парень. — Разве? — насмешливо спросила Лилиан, на что все Мародеры опустили глаза.       Более ни говоря ни слово, девушка покинула свою гостиную, отправившись в лабораторию. Профессор зельеварения Гораций Слизнорт обожал талантливых учеников, и с радостью разрешил Риддл и Снеггу варить в его кабинете свои зелья. — Привет Северус, что у нас сегодня по плану? — спросила Лилиан, входя в кабинет зельеварения, где уже находился и Снегг. — Здравствуй, — улыбнулся подруге слизеринец. — Вот ознакомься со списком, всё это нужно сварить до конца недели, перед Рождеством. — Многовато, но ничего, мы с тобой точно справимся, — кивнула парню гриффиндорка. — Вы решили писать доклад для Бинса? — Да, нас же обязали, но всё недовольны, — ответил Северус, ставя сразу несколько котлов на огонь. — В основном, все пишут про Мерлина, некоторые пишут про бывших директоров. Я решил выбрать кого-то из зельеваров. — Я буду писать об Основателях, — сказала Поттер. — И из всего факультета только я одна, остальные обойдутся контрольной работой по этому предмету. — Почему? — удивлённо спросил Снегг. — Никто не любит Бинса, и Макгонагал разрешила написать только одну работу из всего класса, — спокойно рассказала всё девушка. — А почему именно ты? — О, Лили Эванс предложила мою кандидатуру, этим самым обозначив меня, как самую умную в Гриффиндоре, — хиыкнула Лилиан. — Всё никак не успокоится, — вздохнул Северус. — А в детстве, мне казалось, что Петунию завистлива, но нет, младшая из сестёр в этом первая. — Не обращай на это внимание, — поддержала друга Лилиан. — Мне даже забавно наблюдать за её жалкими попытками казаться умнее других. Пусть и дальше выставляет себя посмешищем перед другими. Как у тебя дела дома? — Более или менее, — ответил Снегг. — Отец как всегда пьёт, а мать, старается быть незаметнее тени в собственном доме. Но я все равно не поеду на каникулы, здесь работы много. А ты ведь тоже останешься здесь? — Да, тем более каникулы всего через несколько дней, — ответила девушка. — У нас мало времени. — Мы успеем, тем более на каникулы думаю тоже взять работу, хочу иметь собственные деньги, не от кого не зависеть, — сказал Северус. — Домой же ехать нет никакого желания. — Тебя отец не бьёт? — прямо спросила Поттер. Она много дома слышала о том, какими тяжёлыми были детство и юность Северуса Снегга, и девушке хотелось, хоть немного поддержать его. Ведь помочь в этом мире она ему не в силах, она здесь пока никто. — Нет, — ответил слизеринец. — Он из-за постоянных пьянок, растерял всё здоровье. Он уже не может поднять на меня руку, как и я на него никогда не мог, к сожалению. — Не сожалей о подобном, Северус, — сказала гриффиндорка. — Поднимать руку на родителей нельзя, даже если они тебя и ненавидят.       Северус внимательно посмотрел на свою подругу, ему в какой-то момент показалось, что она говорит о себе. Но Снегг быстро отмел это предположение, Лилиан не была бы так спокойна, если бы всё о своей семье помнила, но по каким-то причинам была оторвана от родных. — Лучше расскажи мне о Волондеморте, — попросила Поттер. — Ты наверняка слышал о нём в гостиной факультета. — Не думаю, что стоит о нём говорить, — замялся Снегг. — Почему? Из-за того, что я гриффиндорка? — прищурившись спросила Поттер. Она в любом случае собиралась всё разузнать о Томе Риддле. Девушке не давало покоя то, что она услышала в кабинете Дамблдора. Проклятие рода Гриффиндор волновало Лилиан, поскольку именно она видимо и являлась той, кто должен был его снять. Но ведь для этого ей нужна была помощь представителя рода Слизерин. А кто остался его единственным потомком — Том Ридл или лорд Волондеморт конечно. Просто заявиться к слизеринцам и спросить в лоб не получится, они те ещё молчуны. Поэтому Лилиан решила начинать прощупывать почву с Северуса, пусть её интерес дойдёт и до других змеек Хогвардса, возможно они сами выйдут на разговор. — Зачем тебе информация о лорде? — спросил Северус. — Неужели хочешь примкнуть к нему? — А ты? — Я ещё не решил, но он гораздо лучше Дамблдора, — ответил парень. — От директора я, как слизеринец, ничего хорошего и не жду. — Я хочу понять, что лорд из себя представляет, — решила чуточку открыться гриффиндорка. — Директор меня разочаровал, одни только слова и обещания, а на деле, он только всё делает ради себя любимого, власти и признания желает он больше всего. За таким человеком я никогда не пойду. И если лорд Слизерин будет другим, то кто знает, может быть он наилучшая сторона в намечавшейся войне. — Я с ним сам не встречался, Лилиан, — ответил Снегг. — Но могу поконкретнее поспрашивать у однокурсников. — Прекрасно, а я пока займусь докладом об Основателях этой школы, — ответила Поттер. — Я кстати планировала зайти сегодня в гостиную Слизерина, в гости. — Ребята будут рады, — сказал Северус с улыбкой, а после оба зельевара вернулись к работе, ведь сроки поджимали.       Вечером Поттер как и планировала, посетила гостиную Слизерина. Ученики змеинного факультета были рады гриффиндорке. Вечер прошёл в разговорах, но самая главная была о Воландеморте. — Тебе так интересно это знать? — спросил Регулус Блэк. — Хочу сравнить двух противников: одного манипулятора, прикидывающегося добрым дедушкой, второго, который захватывает власть, но пока не понятно для чего. — А ты хочешь выбрать сторону? — спросила Блэк. — Пока не знаю, но точно уверена, что сторону директора я уж точно не приму. А что до Воландеморта, то с ним ничего не понятно. А вы то сами, что решили со стороной? — Тоже в раздумьях, — ответил Руквуд. — Хотя наши родители не против, сказали самим решать, только бы не позорить род. — Я слышала, что он последний представитель рода Салазара Слизерина, — кинула пробный шар Поттер. — Как думаете — это правда? — Да, правда, — кивнул Мальсибер. — Он змееуст, мой отец видел лорда, и слышал, как тот разговаривал с большой змеей на Парселтанге, а этим владели только потомки рода Салазара. — Значит правда, — кивнула Лилиан, внутренне улыбаясь, она то тоже им владела, но это подарок её роду сходный с даром самого Салазара Слизерина, но гораздо сильне, за что она очень благодарна. — Расскажите, как собираетесь справлять Рождество?       Слизеринцы стали рассказывать девушке о том, куда собираются поехать с семьями. Они описывали всё так интересно, что и Лилиан, и Северус даже позавидовали им всем. — Лилиан, Северус, может поедете со мной, мы посетим Италию, родители будут не против? — предложил Джошуа Треверс. — Нет, спасибо тебе Джош, но я должна закончить партию зелий по договору для миссис Руквуд к Рождеству, — отказалась Риддл. — К концу праздников нужно сдать огромное их количество. — Я тоже останусь в Хогвардсе, — ответил Снегг. — У меня ведь тоже контракт. — Мама вас совсем завалила работой, — нахмурился Руквуд. — Я поговорю с ней, пусть хоть на Рождество вас не заставляет работать. — Спасибо. Но не стоит, мы же согласились на такие обязательства, подписали контракт, — успокоила друга Поттер. — И потом, ты же понимаешь, что за рамки контракта, твоя мать выйти не сможет. — Да, верно, — опустил голову Руквуд. — Не переживай, — улыбнулась ему Нарцисса. — Уверена, что и Лилиан, и Северус в восторге от такой работы, им нравиться варить зелья. — Ты права Нарцисса, — кивнула я. — И потом, Рождество семейный праздник, а я пока её здесь не имею. — А если ты никогда не вспомнишь кто ты и откуда, что тогда? — поинтересовался Регулус Блэк, который влился в компанию совсем недавно. — Постараюсь построить новую, — пожала плечами Лилиан Поттер, отдавай себе отчёт, что сказанное ею тогда в машине, а также и слова Джинни Уизли, скорее всего лишили её возможности вернуться домой. Но она стала спокойно к этому относиться, не в её правилах было плакать над тем, что она исправить не может. Тем более, здесь девушке всё нравилось, только она скучала по отцу, братьям и дяде Рону, прежних друзей тоже не хватало, но и здесь она уже не одна. И тем более, здесь всё не так рутинно как дома, скорее всего её ждут непростые времена. Но она к ним готова, главное не ошибиться в самом начале своего пути. — Кстати, — вдруг сказал Регулус. — Я узнал, что мой тупой брат с компанией тоже остаются здесь. Поэтому будьте осторожны. — Регулус верно говорит, — сказала и Нарцисса. — Они явно что-то постараются предпринять. — Хм, тогда я попрошу профессоров Макгонагал и Слизнорта, разрешить мне переехать на каникулы в вашу гостиную, — подумав, ответила Лилиан. — Но пока никому об этом не говорите. — Если тебе это удасться, то я сниму перед тобой шляпу, — серьёзно сказал Мальсибер. — Уверена, что я смогу это сделать, — Лилиан не собиралась оставаться в гостиной с Мародерами. Нет, она их не боялась, но не хотелось встревать в конфликты, когда Дамблдор только и ждёт, чтобы заставить её быть на его «светлой» стороне любой ценой. — С прихвостнями директора опасно оставаться одной на каникулы. — Они могут напасть? — спросила Нарцисса. — Хотя, я уже не вижу в кузене Сириусе достойного человека. — Напасть нет, но найти какой-то неприятный компромат, или даже скорее создать его, да, тогда лучше быть от них подальше, — ответила Поттер. — Когда в гостиной много студентов, они ничего сделать не посмеют, но кто знает, на что они пойдут сейчас. Тем более они сейчас под подозрением у Попечительского Совета, никто не поверит, что они находясь под колпаком что-то будут делать. — Согласен с Лилиан, — кивнул Руквуд. — Лучше ей быть подальше от них, во избежание чего-либо. — А давайте сейчас сходим к декану и поговорим с ним, — предложила Нарцисса. — Нет, я сама, — отказалась Риддл. — Вам не стоит вмешиваться в это, не нужно давать директору повод вас в чём-то уличить. Ведь Слизнорт не тот, кто сможет вас защитить, слишком добрый. — Да, ты права, — кивнули слизеринецы.       Лилиан не стала откладывать свою просьбу, и сразу после ужина отправилась в учительскую к Макгонагал и Слизнорту. После того, как декан Гриффиндора услышала подобное, то она разразилась нравоучительной речью о том, что в Гриффиндоре так не поступают, этот факультет очень сплоченный. — Да будет тебе Минерва, — вступилась за девушку мадам Спраут. — Все её друзья с Гриффиндора уезжают по домам, так пусть останется с друзьями из Слизерина. — Я согласен с Помоной, — наконец очнулся и Слизнорт. — Тем более, мисс Риддл работает над зельями с моим студентом Северусом Снеггом, так пусть этим мы сохраним им важное для зелий время. — Но директор… — Согласно правилам школы, перевод из факультета в факультет даже временно, и его внутренний распорядок, принимаю деканы между собой, — вмешалась в разговор Лилиан, уставшая слушать глупый лепет взрослых людей. — Разрешение директора на это не нужно. — Браво мисс Риддл, — ответил Флитвик. — Девушка сама знает, что ей нужно, и всё для этого делает. А тебе Минерва пора выйти из тени Альбуса. До самой смерти будешь у него спрашивать разрешение буквально на всё? Ты же уже не его ученица. — Филиус, — воскликнула Макгонагал, стреляя глазами в сторону Лилиан. — Так что вы решили, господа деканы? — спросила Поттер. — Хорошо, — недовольно пробурчала женщина. — Гораций ты что решил? О, я согласен, — улыбнулся мужчина, жуя засахаренный ананас. — Прекрасно, я перееду сегодня же, — ответила девушка. — Сегодня? — спросила Макгонагал. — Но до рождественских каникул ещё несколько дней. — За эти дни, я обживусь в Слизерине, и они ко мне привыкнут, — пожала плечами Ридл. — Некрасиво вваливаться в гостиную слизеринцев со своими вещами, когда они ещё не знают о моём переезде.       Некоторые преподаватели заулыбались, понимая, что слизеринцы давно уже ждут переезда гриффиндорки ним. Более не желая оставаться в учительской, Лилиан поспешила в гостиную, собирать свои вещи. — Ты правда останешься там? — спросила взволнованно Алиса, помогая собираться. — Тебе не страшно там будет? — Ой, прекрати Алиса, — фыркнула Марлин. — Там у Лилиан больше друзей чем здесь, и они более достойные. Послушай подруга, а можешь для меня кое-что сделать? — Говори, постараюсь, — улыбнулась красноволосая девушка. — Не говори никому, что переезжаешь, этим вечером я сама расскажу всё в гостиной, пусть Эванс и Мародеры полопаются от ярости, — засмеялась от своей просьбы Маккинон. — Хорошо, вещи уменьшу и уберу в карман, — кивнула Поттер своей подруге.       Сама же Поттер, собиралась во время каникул посетить еще раз кабинет директора. Поговорить с портретами, а может ещё что-то узнать. Это ей поможет в будущем, а может и не только ей.