Часть 1

Люциус Малфой открыл глаза, и почувствовал, что лежит на жëстком полу. При попытке встать его тело пронзила резкая, острая боль. Сдержав рвущийся наружу крик, Люциус дождался, пока она немного утихнет, осторожно поднялся на ноги, и осмотрелся вокруг. Он явно был в темнице: лишённое света мрачное помещение с низким потолком, покрытые плесенью стены, решëтка вместо двери. Спёртый воздух, от которого так трудно дышать. Внезапно послышался чей-то стон. Бывший пожиратель устремил в сторону звука взгляд, и обомлел. Привыкшие к темноте глаза заметили у одной из стен лежащую на полу женщину, в которой мужчина узнал свою жену Нарциссу. Она явно была без сознания. Обеспокоенный Люциус, хотел подбежать к ней, но ноги отозвались болью. Люциус упал лицом вперëд, встал на четвереньки и пополз к жене. "Что это происходит? — думал он. — Мы с женой заперты в темнице. Кто мог нас сюда затащить? Зачем? Месть за погибшего на войне родственника? Но скоро мы предстанем перед судом. Чем это нас так околдовали, что Цисси до сих пор без сознания, а я ходить не могу? Заклинанием? Зельем?" Он не успел доползти до супруги: раздались скрип двери, стук женских каблуков, и лязг решëтки. Оглянувшись, Люциус увидел бегущих к темнице сестëр Гринграсс: Дафну и Асторию. Увидев их, мужчина понял, что они с женой находятся в собственном поместье: вскоре должна была состояться свадьба Драко с Асторией Гринграсс, и она гостила у семьи жениха. Неизвестно по каким причинам, но еë сестра Дафна прибыла к Малфоям вместе с ней. Хотя, старшую могли прислать проследить, чтобы Драко не сорвал цветок наречённой раньше времени. — Что происходит? — спросил Люциус. Его голос был тихим и слабым, от слов после долгого молчания горло начало болеть, во рту пересохло. — Тише! — произнесла Дафна. — Нам нужно спешить, пока Драко не вернулся. Они с сестрой опустились на колени около Нарциссы и Люциуса, из рукавов скользнули палочки, замелькали вспышки заклинаний. Затем, Астория достала из-под мантии пузырëк с каким-то зельем. Еë сестра раскрыла лежащей без сознания хозяйке поместья рот, в который отправилась примерно половина содержимого флакона. Через несколько секунд, веки леди Малфой дрогнули, еë дыхание выровнялось, а будущая невестка молча протянула пузырëк Люциусу. Тот без слов осушил его, поморщившись от горечи. Очень скоро по телу разлилось тепло, боль отступила, и бывший пожиратель поднялся на ноги. — Идёмте. — шепнула Дафна, и Люциус, впервые со дня свадьбы взял супругу на руки. Астория наложила на них чары невидимости, и они осторожно двинулись к выходу. Всё было тихо, казалось, будто в поместье нет ни души, однако Астория и Дафна были напряжены и не выпускали из рук волшебные палочки. Люциус ступал им в след, боясь уронить жену и издать малейший шум: волшебники лучше магглов чувствуют опасность, и Люциус ощущал её каждой клеткой своего тела и ругал себя площадной бранью за то, что не мог защитить жену в битве. В том, что скоро придётся сражаться он не сомневался —в бытность пожирателем смерти он побывал во многих схватках и давно научился их предугадывать заранее. Его опасения оказались верными: едва они вошли в гостинную, где располагался камин, за их спинами захлопнулась дверь. От стены в девушек полетел ярко-алый луч заклинания. Спешно выставленный Асторией щит поглотил его прежде, чем он попал в цель. Из угла комнаты разъярённой кошкой выпрыгнула Панси Паркинсон. Легко взмахнув рукой, она наколдовала отменяющее заклинание, срывая покров невидимости со старших Малфоев. Скользнув по ним полным отвращения взглядом, Паркинсон повернулась к сёстрам Гринграсс. — Вам была оказана великая честь, стать родственниками Драко Малфоя, — проговорила она. — а вы не оценили её! Редукто! Инсендио! Девушки увернулись от заклинаний и, резко описав круг, будто в танце, оказались лицом к противнице, но невербальный экспеллиармус лишил Асторию оружия, а беспалочковый остолбеней, сбил Дафну с ног. Она ударилась головой и лишилась чувств. Панси гадко улыбнулась и развернулась к Люциусу, вскинув палочку. — Сейчас! — раздался крик Астории. Прозвучал хлопок трансгрессии, Панси Паркинсон исчезла, а рядом с местом, где она находилась появился домовик. — Вам нужно немедленно уходить! — быстро проговорила Астория, заталкивая Люциуса с женой в камин. — Куда вас отправить? Люциус задумался. "Куда? Хороший вопрос. Нужно место, в которое Драко ни за что не сунется, где будут люди способные нам помочь и главное, не отказавшие бы в помощи пожирателям смерти." К счастью Люциус знал такое место. — Нора Уизли! — вскричал он. В тот же момент вверх взметнулись языки зелёного пламени. * * * Гарри, Гермиона, Рон, и Джинни вынырнули из омута памяти. Несколько минут они молча стояли, переглядываясь друг с другом. — Ну что? Ты всё проверил? — спросил Гарри у Билла. Билл, Флёр и Молли стояли над лежащими на диване Малфоями. Нарцисса пришла в себя, и Молли отпаивала её зельями. Билл и Флёр с помощью легиллименции и сыворотки правды допрашивали Люциуса. — Да, — кивнул первенец Артура и Молли. — Всё увиденное нами — правда. — Судя по воспоминаниям, покалечил их Драко. — задумчиво произнесла Гермиона. — Но для чего он это сделал? Люциус поморщился от головной боли — легиллименция — процесс трудный и неприятный — и принял сидячее положение. — Просто мой сын не знает благодарности! — проворчал он, с беспокойством глядя на жену. — Мы ведь его вырастили, воспитали, заступались за него, даже когда не следовало, оберегали его от принятия Тёмной метки, а он воспользовался моим арестом и мягкостью матери, чтобы получить знак пожирателя смерти! Когда он услышал задание лорда, то прибежал к Цисси в слезах. Она кинулась к Снеггу, взяла с него Непреложный обет, и в течении всего года тайно проникала в Хогвартс, чтобы присматривать за Драко. Он замолчал, переводя дыхание, а Нарцисса, отстранив Молли, с грустью посмотрела на Гарри. — Между тобой и твоей магглокровной подругой тогда появились взаимные чувства. — проговорила она, глубоко вдыхая. — Ты начал подозревать Драко в присяге Лорду. Подружка тебе не верила, но помогала следить за Драко. И вдвоём вы могли бы сорвать миссию моего сына, и я околдовала вас, внушила вам любовь к вашим рыжим приятелям. Это подействовало: твоим подозрениям никто не верил. Повисла гнетущая тишина. Гарри словно поражённый громом смотрел то на Рона и Джинни, то на Гермиону, то на Нарциссу Малфой. Он не мог, не хотел поверить её словам. Ведь это он сам влюбился в Джинни, Гермиона по своей воле выбрала Рона! Но тихий голос из глубин подсознания твердил: это ведь объясняет многое — странное поведение Гермионы, твою внезапную влюблённость в Джинни, ревность Рона... Гарри помотал головой. В своих отношениях с Гермионой, Джинни, и роли в них миссис Малфой можно разобраться потом, а сейчас есть более важные дела. — Так почему Драко напал на вас? — Гермиона, как всегда, оказалась самой крепкой из них и, опередив Гарри задала, пожалуй, самый важный вопрос. — Воспоминания мистера Малфоя об этом ничего не говорят. — Конечно, не говорят. — кивнула Нарцисса, — Сегодня утром Драко заявил нам, что знает как вернуть утраченное величие и преумножить его, и попросил денег на свой проект. Люциус стал кричать, что Малфои не могут позволить себе участие в авантюрах, не сейчас, когда мы едва остались живы. Тем более накануне суда над нами, когда каждый наш шаг контролируют мракоборцы. Драко оглушил отца, и попытался напасть на меня. Я сумела спрятаться, и подслушать его разговор с Паркинсон, Гойлом, и Ноттом, которых он впустил в поместье после ссоры с Люциусом, — О чём они говорили? — спросил Гарри. — Они планируют возвращение Магической Британии к временам Вильгельма Завоевателя. — Зачем им это надо? — не понял Рон. — Чем им наше время не понравилось? — Малфои, Крэббы, Гойлы, Нотты, Гринграссы, Паркинсоны и Булдстроуды прибыли в Англию вместе с Вильгельмом и получили от него огромную власть. — ответил Люциус. — Без их совета нормандец не делал почти ничего. Должно быть... Он не договорил. Его лицо вытянулось. Гарри, Артур и Билл напряглись. — Где были сёстры Гринграсс во время вашей ссоры с Драко? — быстро спросил Гарри. — Они очень изнеженны. — ответила Нарцисса, безуспешно пытаясь подняться, но более сильная Молли пресекла все её попытки. — Они всегда вставали не раньше десяти часов. Ссора произошла в семь тридцать... — Дура! — вскричала Джинни. — какая же вы дура. Снаружи послышались хлопки трансгрессии. Вслед за ними раздались звуки боя и крики. Гарри, Гермиона, и Джинни одновременно вскочили на ноги с палочками в руках. Билл и Артур, дав остальным знак остаться в доме, ринулись ко входу, а Флёр и Молли прикрыв окна занавесками, стянули Малфоев с дивана на пол. Одно из окон разбил луч заклинания, следующий луч превратил в лоскуты занавеску. В разбитое окно пролез Гойл. Закипела скоротечная схватка, в которой у бывшего слизеринца шансов не было — пятеро против одного. Гойл лишился сознания, был связан и отправлен обратно. У Гарри закончилось терпение. Нора была его родным домом, а Уизли — его семьёй. И Сейчас его дом и семья подверглись нападению. Он, Гарри, должен был биться за эту семью, а не сидеть внутри. Не думая больше ни о чём, Гарри выскочил через разбитое окно и столкнулся с Гойлом и приведшим его в чувство Ноттом. Гойл сломал при падении ногу и биться не мог, а вот Нотт кинулся на Гарри, запустив в него связку заклинаний. Колдовал он быстро, заставляя бывшего гриффиндорца уходить в оборону. Поттеру пришлось бы плохо, но тут сверху на его соперника, с протяжным воем свалился упырь. Угодив Нотту в голову, обитатель чердака Норы, начал избивать и царапать его. Гарри, воспользовавшись этим, связал Гойла и бросился туда, где слышались голоса Артура и Билла. Прибыв на место, Избранный увидел, что отец и сын сражаются против группы из пяти, или шести колдунов. Гарри ринулся им на помощь, заметив, что Гермиона и Джинни присоединились к нему. — Кто эти люди? — спросил юноша, отправив одного из противников в полёт. — Бывшие егеря и просто преступники из Лютного переулка! — отозвался Артур, поразив одного из противников. — За плату сделают любую грязную работу. Пока шёл этот краткий диалог, Джинни и Гермиона прорвались к ним и взрывным заклинанием подняли облако земли и пыли, ослепившее врагов, а летучемышинный сглаз довершил дело, рассеяв нападавших. Послышались новые хлопки трансгрессии. Гарри, решивший, что это мракоборцы, улыбнулся, но крик Молли, произносящей боевые заклятия, не оставил от его радости и следа: поляну перед домом семьи Уизли заполонили наёмники. Вновь замелькали вспышки заклинаний. Защитники Норы разбились на группы и отбивали всё более яростные атаки врагов, среди которых Гарри привиделся Драко. Артур и Билл используя неизвестные Гарри заклинания, заставляли атакующих бросаться на своих, убегать от боя с криком ужаса, либо застывать без движения. По поляне носился упырь, нападающий то на одного врага, то на другого. В воздухе летала принявшая птичью форму Флёр, осыпающая бандитов огненными шарами. Гарри и его подругам приходилось использовать скундный арсенал заклинаний из школьной программы. Правда, это были уже не жалеющие врага школьники: после битвы за Хогвартс Гарри и его друзья без стеснения ранили и калечили противников. Одно из заклинаний сумело поразить мистера Уизли, а затем и отвлёкшуюся на отца Джинни, поэтому обороняющиеся отступили, забрав пострадавших и сами получив ранения. — Почему в министерстве не заметили всплеска магии у нас? — задыхаясь спросила Джинни, посылая в окно летучемышинный сглаз и "бомбарду", при том, что сама сидела в кресле и её рану пыталась лечить Флёр. — Скорее всего, — ответил ей отец, — дом окружён какими-то чарами. А это значит, что атака повторится. Словно в подтверждение его слов, в гостинную вбежал Билл — Надо уходить отсюда! — крикнул он. — У них снова свежие бойцы, с мётлами. И, что хуже всего, с ними Драко. — Почему же это хуже всего? — спросил Рон, наблюдая за устроенным заклятием сестры хаосом: летучие мыши на время заставили врага отступить, только обездвиженный Гойл лежал на поляне. — Малфой ведь идиот и вряд ли может помочь им победить. — Этот идиот притащил с собой все темномагические артефакты из уилтширского поместья, и судя по всему собрался с их помощью взорвать дом! Его наёмники помогут ему с воздуха, а из нас никто, кроме Флёр, не умеет сражаться на мётлах, и перевеса уже нет: папа и Джинни раненны и мама больше беспокоится о них, нежели о сражении, упырь ушёл в лес. У нас около десяти минут: Я сумел обездвижить летунов, наложил на них "Иммобилус", и на это ушло много сил, я ослаб, врагов много. — пояснил он. — Лучше разделиться. — сказал мистер Уизли. — Они могут трансгрессировать, значит антитрансгрессионный купол не выставлен. Билл и Флёр уйдут в коттедж "Ракушка", мы с Молли и Джинни — в штаб Ордена на Гриммо двенадцать, а Гарри, Гермиона и Рон возьмут с собой Малфоев и уйдут в... — Я знаю, куда идти! — откликнулась Гермиона. — Но почему с Малфоями идём мы? — Мы более сильные волшебники и переместимся туда, где лучшие условия для раненных, и Драко, скорее всего, пошлёт погоню именно за нами. Когда Билл с женой и чета Уизли с дочерью исчезли, Гермиона подошла ближе к дивану. Взмахом палочки, она приманила из безразмерной сумки лупу без стекла. Гарри схватил за руку Нарциссу Малфой, Рон одной рукой уцепился за плечо Люциуса, другой — за плечо Гарри, а сам Поттер обнял Гермиону за талию. — Элементарно! — чётко проговорила подруга, и Гарри почувствовал рывок портключа.