Полночь.

POV: Туманов Денис Семёнович. — Что?.. — Переспросил я Манекеншу. Гости? Какие гости? Кто здесь, вообще, может быть помимо манекенов и багов? Мы встали на месте, после чего я приподнял голову, чтобы осмотреть окружение. Едва завидев, КТО решил перегородить нам дорогу, у меня практически сразу сжалось сердце, а душа ушла куда-то в пятки. Глаза расширились от удивления. В голове витал только один вопрос: каким образом? Как у них получилось нас не просто догнать, но и перегнать? Теперь они стоят плотным строем, заслонив дорогу вперёд. Длинноногая Мита стояла посередине, она смотрит на меня взглядом откровенного презрения. Слева от неё (с моей точки зрения) стояла Добрячка, а справа — Кепарик. Взгляды у девушек были попроще, но они удивлены не меньше моего, завидев своего «спасителя» вместе с красноглазым манекеном. Обстановка накалялась невероятно стремительно, уровень напряжения в воздухе достигал таких высот, что его можно было резать ножом… Кстати, нож! «Святая троица» заметила, что я пришёл на внезапную встречу с холодным оружием на поясе, который по удивительному совпадению ещё и оказался в крови. Вот блин… Безмолвие напало на нас всех, никто не мог выдавить из себя и словечка. Одно неаккуратное движение могло привести к кровавому мордобою, где участники будут драться не на жизнь, а на смерть. — На моей памяти вас было четверо… — Решившись нарушить обет молчания, подметил я чуть опустевший коллектив Мит. «Младшие» чуть переменились в лице, у них проглядывалась призрачная грусть. Видно, произошёл какой-то несчастный случай. Я приподнял бровь, намекая на требование объяснить ситуацию. — Всё из-за тебя… — В холодном, почти-что мёртвом тоне заявила высокая Мита. А каким, собственно говоря, образом? Потребовав конкретные доказательства моей вины, я услышал следующее: — Если бы ты не пытался убить всех нас… Нам бы не пришлось рисковать и идти по этой дурацкой норе! — Норе? О какой норе идёт речь? — Спросила за меня Красноглазая. — Молчи! Это из-за тебя Денис встал на плохую сторону! Что ты с ним сделала?! — Дерзко ответила Кепочка, чей задор и оптимизм куда-то испарился. Вместо этого проглядывались очевидная обида и бессильная злость. Слова, услышанные мной, отражали скрытую боль этой Миты. — Я? Я ничего с ним не сделала, он уже взрослый парень и вполне способен принимать самостоятельные решения. Он просто согласился на моё предложение, и всё. — Парировала моя союзница, провоцируя Кепку на спор. Благо, вовремя вмешалась Добрячка, у которой рассудок был холоднее всех: — Прошу, давайте без взаимных провокаций! Никто из нас не хочет сейчас драться, а уж тем более убивать. Мы пришли договориться…       Я хмыкнул, скрестив руки на груди. Пытаться с нами о чём-то добазариться — мечта настолько наивная, что даже желание детишек получить себе какое-то мифическое существо в качестве домашнего питомца будет реалистичнее. Что она может предложить мне, как отчаявшемуся человеку, которому ничего от жизни уже не надо, кроме мести за свои страдания? Мне даже стало отчасти интересно, что же она такого сможет выдать, потому на моём лице отобразилось видимое любопытство. Добрячка скромно улыбнулась, подумав, что ещё не всё потеряно… Ну-ну. — Я предлагаю вам отказаться от идеи уничтожить игру. Вместо этого мы объединим усилия, взломаем игру по первоначальному плану Дениса и пошлём сигнал о помощи в реальный мир, попросив удалить безумную Миту из игры. — И… И чё? Я, вообще-то, в игре останусь, мне эта перспектива ни разу не улыбается! Пытайся лучше! — Возмущённо ответил я на её предложение. Оно вообще не соответствует моим интересам. — А ты подумай, какой потенциал может быть! Я знаю, что с твоей командой можно наладить полноценный контакт, потому у нас есть возможность превратить эту игру в нечто большее, чем глупый тамагочи. Только представь: здесь ты сможешь прожить жизнь так, как именно хотел! Великолепные условия, любящая жена, тонна развлечений… Общение, в конце-концов! Ты будешь не единственным игроком здесь! Всё что для этого нужно — помощь со стороны твоих союзников. Я резко замолчал, переваривая всё только что сказанное. Плюшки были и в самом деле соблазнительные, даже очень! Добиться таких высот в реальной жизни, особенно в России нашей современности, довольно трудно. А тут нате: всё сразу и в лучшем виде! Сквозь плотную завесу депрессии я увидел лучик света, начались первые сомнения. Но здесь в дело встревала довольно важная деталь: удовольствие от достижения результата. Какой в этом всём толк, если по итогу ты не получишь никакого удовлетворения? Все усилия резко станут бесполезными: смысл жизни, который заключался в достижении новых высот путём упорного и тяжелого труда, просто пропадёт. Это золотая клетка. Но даже с осознанием данного факта, мои капризы никуда не делись. Ну поймите же! Всегда хочется простого, человеческого счастья. Хотя-бы на мгновение. Мои резкие внутренние колебания, которые внешне отразились в виде задумчивого лица, привлекли внимание всех. Пока «противоположная команда» внезапно созревшие в моей голове сомнения встречала с максимальной теплотой, Манекенша смотрела на меня как на мерзкого предателя Родины. — Денис, ты чё, крыса что-ли?! Нашу миссию на золотую клетку променять?! — Справедливо возмущалась она. — Я ещё ничего не решил, мне надо подумать… — Ответил я ей невозмутимым тоном, и в самом деле рассматривая вариант повернуть штыки. Всё звучит очень хорошо: игру взломаем, контакт с командой наладим, а потом можно и преференции выбить у Лёхи, который играми в свободное время занимается. Выглядит… Надёжно. Но что если мы не успеем, что если план не оправдает себя, а команда в очередной раз меня кинет, завершив свою задачу по раскрытию дела о пропаже… Четырнадцати людей? Что если меня запишут на картридж раньше, чем мы выполним все задачи? Мне нужны ответы. — А если маньячка запишет меня на картридж раньше и превратит в кусок пластика? — Наша Скромняшка вместе с Кепочкой позаботятся о том, чтоб консоль попала в правильные руки. Ты будешь жить, Денис, не переживай. Тогда особенно острых проблем с тем, чтоб согласиться на предложение Добрячки, я не видел. Однако, что-то во мне всё-таки начало оказывать сопротивление, отчаянно кричать о тщетности моих попыток вывести всё на так называемую «хорошую концовку». Наверное, здравый смысл? Ведь если так подумать: ну победим мы, хорошо, а что дальше? Все мои возможности будут ограниченны одной игрой, в которой ничего такого и не поделаешь. Ну да, у меня будет великолепное жилье, своя Мита и ещё куча всего. Только это всё-равно мне надоест, агония продолжится. По факту я лишь откладываю неизбежное, ибо мне никто не помешает взять и завершить начатое. Зачем это всё? Какой… Смысл? Эти Миты даже не живые, а обыкновенные куклы, следующие заданным алгоритмам. Они, конечно, под определение «кукол» не подходят по физическим данным, но в плане личности таковыми и являются. Столь сладкие перспективы начали отдавать горечью, чаша весов склоняется в другую сторону…       Да и если так подумать, здесь два явных противника данного соглашения. Манекенша и Длинноногая друг друга в покое уж точно не оставят, я почему-то предвижу критическую провокацию со стороны одной из них, после чего начнётся драка. Тем не менее, многое сейчас зависело от моего выбора, ведь только я способен уничтожить игру. Беда только в том, что определиться невероятно трудно: я, как и любой другой адекватный человек, умирать не хочу. Более того, если выбрать путь разрушения, вместе со мной в ад отправятся ещё 13 человек, а виновник всей этой истории так и останется без наказания. С другой же стороны я оказываю всему миру услугу, полностью уничтожая игру. Не будет приложения — не будет новых исчезновений, воссоздать игру с нуля будет невероятно сложно. Все те несчастные игроки, что остались здесь, наконец-то обретут покой. Отправятся ли они в ад, рай, или в атеистическую пустоту — не суть как важно! Финальным аргументом было то, что фактом уничтожения игры я не только прекращу свои страдания, но и избавлю всех Мит от проклятия существования. Бог знает, что сможет учудить поехавший ИИ, который прекрасно осознает сам себя и как любое живое существо имеет боязнь умереть. Мир не будет к этому готов. Пусть даже и драматизирую. И пока я размышлял, в помещении висела давящая тишина. Никто не осмеливался сказать и слова, дабы случайно не прервать поток моих мыслей. Все выжидающе смотрели на меня. Ожидания были у каждого разные, но суть одна: они хотят меня использовать. Вопрос только в том, кто мне симпатизирует больше? Как ни странно, но выбор пал на Манекеншу. Она спасла меня пару раз, дала чёткий план действий, имеет реалистичный взгляд на все происходящие события и, в отличие от Добрячки, пошла вместе со мной. Что же мне могла предложить противоположная сторона? Да нихрена, в общем-то, кроме пустых обещаний. — Мита… — Вздыхая, бросил я свой тяжёлый взгляд на длинноволосую. — Ты пыталась. — Неужели она и правда так сильно тебе мозги запудрила?.. — Вмешалась Кепочка. — О-она же манекен! Красноглазый! Они не знают иных путей, кроме насилия! — Бесполезно — горько произнесла Шпала. — Видите нож? Он убил хиппи. Пытаться переманить его было изначально обречённой идеей. Ситуация снова накалилась, и в этот раз до предела. Мы все сидим на одной большой пороховой бочке, любая искра может спровоцировать детонацию. Нервно переглядываемся, шансы на мирный исход безнадёжно стремятся к нулю. И без того паршивая ситуация стала ещё хуже, когда Манекенша почуяла, куда дуют ветра, и решила воскликнуть о моём не самом красивом поступке: — Ха-ха, конечно! Если б вы только видели, как он другой Мите в глаз впечатал! Держу пари, при виде вас он тоже сдерживаться не будет! — Паршивец… — Сквозь зубы цедила длинноногая, в глазах которой я уже не просто пал, а пробил дно. Другие Миты также посмотрели на меня с ещё большим осуждением. Видно, у них в головах тоже произошли собственные выводы. Что тут можно сказать? Это было неизбежно, красноглазая лишь ускорила процесс. Фитиль зажжен, до подрыва остались считанные секунды. — Это было неизбежно... — Проговорил я, хватая нож с пояса. Проделанный жест стал последней каплей, ознаменовавший переход к горячей стадии конфликта. Битва начала проходить по сценарию «стенка на стенку» с тем условием, что правил ведения боя здесь нет. Тут теперь решает не только ловкость, сила и хитрость, а ещё и материальное обеспечение. Нож давал мне нечестное преимущество, но когда в мире вообще хоть что-то происходило честно и по справедливости? Вот-вот… Самой опасной целью для нас была длинноногая, которая имела при себе несколько преимуществ, что выражались в силе и выносливости. Её единственная слабость — манёвренность, которая на данный момент особой роли не играла. Если так посмотреть, то инициатива точно не на нашей стороне… Длинные руки Высокой позволяют ей атаковать издалека, не подпуская к себе противника. Любая атака обречена на провал.       В итоге мы все оказались в довольно неловкой ситуации: мы не атакуем, потому-что знаем о тщетности попыток это совершить, а они не атакуют, потому-что играют от защиты. Мы кидали друг на друга странные взгляды, задавая самому себе один и тот же вопрос: «А что нам, вообще, делать?» Позиционный тупик может быть преодолён только в том случае, если кто-то из нас завладеет очевидным преимуществом в чём-то. Пока это не произойдёт, стоялово будет продолжаться бесконечно. Я очень надеялся на Манекеншу, от которой прям веяло опасной аурой: её красный глаз даже стал ярче светиться. К нашему счастью, у неё нашёлся козырь в рукаве, и имя этому козырю… Граната?! Моя союзница достала из инвентаря что-то отдалённо похожее на неё. Она была розового цвета, более округлой формы и с уже горящим фитильком. Красноглазая с хитрой ухмылкой кидает «лимонку» нашим противникам под ноги, после чего происходит хлопок. Я и моргнуть не успел, как всё пространство заволокло дымом, от которого пришлось закашляться. Внезапно, союзница хватает меня за правую руку и грубо тянет вперёд. События развивались стремительно: я бегу практически вслепую, где-то рядом со мной Манекенша, адреналин в крови хлещет через край. Очень быстро произошло столкновение: не знаю, кто попался мне на пути, но Мита не выдержала моего напора и от такого толчка повалилась на спину. Спутница орёт под ухо, чтоб я не останавливался. Пробежав вперёд ещё немного, мы вместе оказались позади заслона. Дорога на ядро открыта. — Крути педали, пока пизды не дали! — В приказном тоне обратились ко мне. Значит, вместо драки мы предпочтём бегство? А что, неплохое решение! И мы помчались вперёд сломя голову. Коридор продолжался, препятствия остались всё те же. Торопливый топот за нашими спинами символизировал о том, что началась активная погоня. Меня охватило неприятное чувство дежавю… Вдогонку нам кричали просьбы остановиться и попытаться всё снова решить миром. Слышал я как Добрячку, так и Кепочку. Длинноногая хранит молчание, а оно и не удивительно: она верила в то, что лучшим решением для МиСайда будет наша ликвидация. Ага, не в этой жизни! Пока я могу бежать и сопротивляться — хрена ей лысого! Впервые препятствия нам начали давать преимущество, потому-что самая опасная из команды Добрячки на этом вечно застревала. Разрыв делался солидный, я уже начал верить, что мы оторвёмся. Однако произошло то, чего мы не ожидали. За очередным поворотом коридор резко кончался, нас ждал обрыв. Среагировать мы, разумеется, не успели, и вдвоём полетели вниз. Приземление, однако, не было чем-то сильно неприятным. Мы упали с не такой уж и большой высоты, так что перегруппироваться получилось сравнительно быстро. Тем не менее, погоня не прекратилась. Под воодушевляющие крики красноглазой мы помчались дальше по непонятной тропе, вокруг которой была непроглядная чернь. Не знаю почему, но меня охватило чувство паранойи, будто из темноты за мной кто-то наблюдает. Впрочем, долго оно не продержалось, поскольку мы перешли на новую локацию… — Я так понимаю, судьба прям жаждет, что мы друг другу глотки перегрызли?! — Воскликнул я, когда мы очутились на каком-то подобии арены сравнительно малых размеров. Кругом неприятная глазу серость, как-будто отсюда выкачали все цвета. Здесь было полно дверей с рисунком с черепа манекена на них, также посреди помещения поставили пару бочек. Здесь было установлено парочку смотровых окон, за которыми стояли вырезки из картона в виде Мит в деловых костюмах и чёрных очках. Под потолком висело цифровое табло с красной надписью «Волна 0». В последнюю очередь в глаза бросилась непримечательная кнопка с подписью «Нажмите, чтобы начать». Выглядит это… Как-то знакомо. — Не паникуй раньше времени, щас что-нибудь придумаем! — Уверенно заявила Манекенша, ища пути отхода. Мы добрались до центра локации, как вдруг за нашими спинами раздалось какое-то шипение, после которого в помещение ввалились преследователи. Запыханные, чуть уставшие, но всё так же настроенные сражаться. — Или не успеем… — Более поникшим голосом дополнила она. — Давайте, может, договоримся всё-таки?! — не теряла надежд Добрячка. Очевидно, что для неё насилие было чуждо и она хотела его избежать любыми методами. Увы и ах, тут перевес в сторону тех, кто отдаёт предпочтение силовому решению конфликта. — Ты всё понять не можешь, что это бесполезно?! Погляди вокруг! Сама игра хочет, чтоб мы сразились! — Воскликнул я, угрожающе размахивая ножом. Такой жест не оценил никто, кроме Манекенши. Она за любой движ, кроме романтики. — Если ты так хочешь умереть… То я тебе помогу с этим! — кипела Длинноногая Мита, что из скромняги превратилась в свирепого монстра. У меня прошлись кое-какие ассоциации с другим, таким же длинным и бледным существом. Только эта, в отличие от него, обладает интеллектом и не орёт как резанная. Теперь все убедились, что мирным решением не пахло практически с самого начала нашей встречи. Было ожидаемо, что всё скатится в мордобой. Были, конечно, шансы оторваться и избежать этого всего, но увы. Теперь оставалось принять бой и выйти из него победителем. Мораль, совесть, воспоминания — всё выкинуть прочь из головы и сконцентрироваться на текущих событиях. Я не рассматривал Добрячку, как опасную цель. Больше меня интересовала Кепочка, у которой было какое-то приспособление на спине. Она была куда опаснее длинноволосой, так что и разделаться с ней предстояло в первую очередь. Высокой Митой, очевидно, займётся красноглазая, они по силам примерно равны. Полушёпотом я сказал союзнице, кем займусь, и на это она положительно кивнула. Впрочем, её голову посетила ещё одна идея: — А давайте добавим элемент хаоса в эту вечеринку?! — рявкнула она, нажав на ту самую загадочную кнопку. Зелёный индикатор вмиг загорелся красным, цифра на табло поменялась, и теперь там вместо нуля была единица. Раздался тихий гул, после чего множество дверей открылось и оттуда повыходили… Манекены? И они даже двигались, когда на них смотришь?! Мне так и хотелось спросить у красноглазой, какой херни она натворила, но говорить что-либо уже поздно. Команда Добрячки так же отвлеклась на нового оппонента, их «лидер» в истерике заверещала: — Ты что наделала?! Зачем ты всё рушишь?! — Я-то?! Я нихуя не сделала! Вы сами перегородили нам дорогу, так что пришло время отвечать! Началось… Длинноногая пошла в наступление: она схватила ближайшую к ней бочку и без видимого напряжения метнула её в нашу сторону. Нами был предпринят манёвр уклонения: мы разбежались, как тараканы под беспощадной атакой злого хозяина с дихлофосом. Я заметил, что оппонент в первую очередь пытался вывести из игры наиболее сильную фигуру в лице Манекенши. Бочка пролетает мимо, после чего со страшным скрежетом врезается в стену, забрызгивая окружение какой-то дурно пахнущей жидкостью. Грохот пробрал меня аж до мурашек, руки чуть затряслись от страха. Быстро осматриваю местность: вижу, как красноглазая уклоняется от атак длинноногой, как двоица в сторонке сдерживает натиск манекенов, и как ко мне приближается один из противников. Я стиснул зубы, готовясь принять бой. Подпускаю врага поближе, он наносит первый удар. Неуверенный и вялый. Ловлю его на атаке: делаю рывок влево, уворачиваясь от нападения, и подсечкой сбиваю его с ног... Безуспешно, он выстоял. Пришлось пропустить ещё один удар, который пришёлся по корпусу. Больно, но терпимо. Шкала злости наполнилась сильнее, сердце стучит в бешеном темпе, в ушах поднялся гул. В глазах пока что не плывёт, но это дело времени. Иду на необдуманный шаг, и бью прямо в грудь врагу. На удивление, нож прошёл сквозь него, как масло. Оппонент оказался обескуражен болевым шоком, он нелепо попятился назад и схватился за ранение. Я безумно оскалился, тут же решив пойти на добивание. Резкий рывок вперёд, замах ножом, и лезвие устремляется чётко в горло манекена. Удар оказался фатальным, враг упал на спину и замер. Победа! Выдыхаем... Всё происходило как в замедленной съёмке, по ощущениям этот бой длился добрые минут пять, но по факту не более одной. Противник оказался тюфячный, расправиться с ним не составило больших проблем. Пробежавшись взглядом по помещению, я заметил, что обстановка почти не поменялась. Драки шли повсеместно. Наиболее жарко было у Длинноногой и Манекенши, их бой походил на сцену из какого-нибудь аниме. Ладно, моя союзница пока справляется, надо бы уже и с подпевалами разобраться! Вон, они как-раз отвлечены на манекенов, пусть и последние уже понесли потери. Сил у Кепочки предостаточно, чтоб отправить кого-то из них в нокаут или вовсе убить. Бегу к ним, держу оружие наготове. Добрячка заметила моё приближение, её сразу поразил страх. Она закричала своей подруге о новой опасности. Последняя замешкалась и пропустила удар со стороны манекена. Раздался первый вскрик боли со стороны команды Добрячки, и я тут же почувствовал на себе чей-то взгляд... На периферии зрения вижу, как высокая Мита переключила своё внимание с моей союзницы ко мне и помчалась в мою сторону с явно недобрыми намерениями. Душа на секунду вышла из меня, лёгкий ступор захватил контроль над телом. — Блять! — От ужаса вскрикнул я, понимая, что сейчас моя жизнь в полном распоряжении госпожи удачи. Мозг заработал более активно, ища выходы из ситуации. Взгляд пал на трясущуюся от страха Добрячку. Точно! Я тут же делаю к ней рывок, она от испуга аж взвизгнула. Пользуясь своей ловкостью и лёгкой дезориентацией Миты, я захожу ей за спину и беру на удушающий, делая из длинноволосой живой щит. Жертва отчаянно сопротивляется, болезненно хрипит. На рукав моего пиджака капнуло парочка слёз. Сердце норовило разорваться прямо у меня в груди: так близко к «неминуемой» смерти я ещё никогда не был! Длинноногая затормозила и отменила свою атаку. Моё решение было гнусным, но сейчас не время рассуждать на тему морали. Главное было то, что я выиграл время для своей союзницы. Высокая пропустила удар со спины и подкосилась прямо на моих глазах. Отлично, она отвлеклась! Толкаю в эту свалку запуганную до смерти Добрячку и переключаюсь на Кепочку. Она повёрнута ко мне спиной, по прежнему борясь с манекеном. Перехватив нож поудобнее, я готовился воткнуть его ей в спину. Но, к моему великому удивлению, Кепочка быстро нокаутирует своего врага, а после резко разворачивается и ловко блокирует мою атаку. Секунда замешательства стоила мне очень болезненного удара прямо в живот. Из глаз едва искры не полетели, теперь я начал пятиться назад. Проходят секунды, и меня уже роняют на пол. Инициатива перехвачена врагом. Держась за место удара, в чуть поплывшем зрении вижу, как Мита что-то перебирает в своей руке, пока там не оказывается… ТОПОР. Мои глаза резко округлились, новый заряд адреналина практически сразу поднял меня на ноги, отталкивая боль на второй план. Так и хотелось спросить «откуда?!», но слова лучше приберечь на потом. Кепочка угрожающе ко мне приближается, в её взгляде прослеживается чёткое нежелание рубить меня топором, но коль обстоятельства того требуют, то придётся поступиться своими моральными принципами. Или я их, или они меня. Сдаваться у меня не было и мысли. Собравшись силами, я быстро отполз от угрозы и лихо встал на ноги, быстро оглядев местность. Длинноногая и Манекенша вновь дерутся, добрая Мита отчаянно пытается сдержать натиск последнего оставшегося в живых манекена, а Кепочка… Недобро на меня смотрит и медленно подкрадывается с топором наперевес. Нож в моей руке оказался как влитой, он так и не выпал из моей руки за всё это время. Значит, шансы есть… Плюнув в сторонку, я злобно посмотрел на Миту и, чуть надрывая свой голос, начал провоцировать её на атаку: — Ну давай, блять, давай! Нападай, сука! — Она замерла на месте, оказавшись слегка задетой. Пользуясь данным лёгким замешательством, я продолжил: — Размазня, я тебя уделаю и не замечу! Она не решалась атаковать. Кепочка просто смотрит на меня щенячьими глазками, словно не веря, что мы сумели до такого докатиться. Внутри у неё, очевидно, полыхал конфликт. Она не настолько испорчена, как я. Ей есть, что терять: совесть и честь, например. Именно потому мы стоим и просто смотрим друг на друга, ожидая первого шага. Параллельно я смотрел за окружающей обстановкой, и там пока всё было стабильно. Значит, никто нам не помешает… Нервы на пределе: если у меня не получится её спровоцировать, то в наступление пойду уже сам. Секунды шли, они мучительно тянулись. Гул в ушах усиливался, необъяснимая злость нарастала. Такое ощущение, что меня охватывало безумие, приправленное странными всплесками садизма. Мы уже дошли до этого, почему всё внезапно остановилось?! Почему она стоит?! Так уж и быть, блять, сделаю всё сам! Взяв своё оружие поудобнее, я с немой яростью помчался к своему врагу. Тут у неё что-то щёлкнуло: инстинкт «бей, или беги». Выбор у неё пал на первое, она практически сразу замахнулась своим топором и готовилась к удару на упреждение. Значит, надо её как-то разыграть, вынудить совершить ошибку! В голове вспыхнула идея: ложная атака! Решено! Я подскакиваю к Кепочке на относительно безопасное расстояние и начинаю фальшивый выпад, делая вид, что собираюсь нанести удар прямо ей в бок. Девушка пугается, но лишь отступает, не решившись нанести контрудар. В глазах у неё блестели слёзы отчаяния и злости. Окей, она ж ведь тоже не глупая у нас! Не зря Добрячка её взяла к себе! — Пожалуйста, прекрати это! — Внезапно взмолилась она. Её рассудок терпел колоссальный урон от таких событий. Она не хочет драться, но должна! Её это ломает, ей страшно. Я чувствую этот страх. Это выглядит жалко, мерзко. Даже убеждённый пацифист решился бы поступиться своими принципами для спасения своей жизни, а она… А она — безвольная кукла, не имеющая перспектив. Всего-лишь влажная мечта малолеток: красивая, добрая, и задорная. Большего в ней и нет ничего. Я убивал в себе всякую жалость к Митам. Стоит замешкаться — и это может грозить грандиозным провалом. Нет. Такого допустить нельзя. Потому я решительно рявкнул в ответ: — Вы сами этого захотели! Кто вас просил идти за нами?! Сами эту кашу заварили, теперь её и расхлёбывайте! — Мой тон становился все грубее и, может быть, даже безумнее. Не решаясь тратить время на разговоры, я продолжил следовать своей тактике. Если она так и продолжит отступать, то надо загнать её в угол! Работаем методично: раз выпад, два выпад, корректируем направление, три выпад… Враг не замечал, как я загоняю его в ловушку, что было мне только на руку. Периодически слышались мольбы о том, чтоб это всё прекратилось, но мы все прекрасно понимаем, что точка невозврата давно достигнута. Теперь только до победного! Кепочка находилась в крайней степени ужаса и отчаяния, слёзы капали с глаз, но она продолжала уворачиваться и никак не решалась атаковать в ответ. У неё банально нет на то сил и смелости. Зато у меня такого было просто в избытке! Хочет она того, или нет, но принять бой придётся. И когда я почти загнал жертву в тупик, на меня внезапно кто-то напал сзади. Взяли на удушающий. В глазах от внезапно накатившего страха и ненависти резко потемнело. Сквозь гул в ушах слышу, как Добрячка под моим ухом кричит своей подружке, чтоб она меня вырубила. Сука, двое на одного калеку! Так нечестно! Я начал отчаянно брыкаться, пытаясь высвободиться из захвата девушки. Силы медленно, но уверенно покидали меня из-за нехватки воздуха. Через странную пелену перед глазами вижу, как Кепочка мчится ко мне с топором. Я ощутил себя как загнанный зверь. Чтоб со мной так легко разделались?! Да не в этой жизни, сука! Экономя запас сил, было решено подпустить Кепочку поближе, после чего начать действовать: я пригибаюсь и делаю небольшой прыжок на месте. Бью ногами по подошедшей девушке, она кричит и заваливается на пол, роняя топор. Добрячка же не выдерживает напора и после толчка едва не падает вместе со мной. Тем не менее, она лишь делает несколько торопливых шагов назад, тем самым спасая себя от падения, но теряя меня из своей хватки. Фатальная ошибка. Эта мразь ответит за попытку меня задушить! Мита пыталась нелепо отступать задним ходом, но тщетно. Восстановив дыхание, я иду в решительную атаку, желая уничтожить эту назойливую муху, которая слишком много на себя взяла. Мита кричит от страха, выставляет руки вперёд в отчаянном акте защиты. Делаю замах ножом, желая поразить её горло, но натыкаюсь на выставленный впопыхах барьер. Первая кровь. Лезвие ножа игнорирует тонкую ткань одежды и достигает кожи, разрезая её как обёртку на подарке. Очередной крик, но в этот раз от боли. Слёзы потекли ручьем, бурая жидкость начала капать на пол. Полетели отчаянные мольбы остановиться и прекратить это всё: — ПРОШУ, НЕТ! ОСТАНОВИСЬ, ПОЖАЛУЙСТА!!! — Сквозь рыдания верещит она. Но останавливаться нельзя! Делаю второй замах, целясь в то же место. Мита в очередной раз выставляет отчаянный блок, подставляя под удар свои нежные руки. Ещё больше криков, ещё больше крови! Сколько-то успело попасть на мою одежду, и я даже по-садистски улыбнулся, будучи опьянённым куражом битвы. Кричи-кричи, никто тебе не поможет... Следующий удар был направлен в живот: девушка не успевает отреагировать, пропуская его. Но это был лишь отвлекающий манёвр: я хотел, чтобы она схватилась за свежее ранение и подставила более уязвимый участок. Так и произошло: заляпанная в крови и слезах добрячка схватилась за новую рану. Её зрачки сужаются, лицо сильно искажено болью и животным страхом. Она опять кричит, её голосок срывается на хрип, кровь начала вытекать из её рта. Пора с этим кончать! Финальный взмах ножом, и лезвие филигранно вскрывает бедолаге горло. Меня окатило струёй крови, последняя попытка закричать обратилась в безнадёжный хрип вперемешку с каким-то бульканьем. Зрачки Миты постепенно начали расширяться обратно, она попыталась схватиться за горло, но уже не успела: силы покинули её раньше, девушка драматично упала на спину и замерла. Заплаканная, вся в крови, с кучей порезов. Лицо представляло собой какую-то кровавую размазню: слёзы, кровь, всё перемешалось! Выражение откровенного ужаса осталось с ней навсегда, глаза девушки закатились. Под трупом сразу начала образовываться лужа бурого оттенка. Вот так вот! — Ну всё, бля, одной меньше! Ха-ха! — Победно, с толикой помешательства в голосе воскликнул я. Осматриваюсь по сторонам, предупредительно размахиваю своим ножом, чтоб никто не посмел ко мне подбежать. Впрочем, от такого приёма толку ноль. Кепочка с шоком в глазах сидела на полу и наблюдала, как жестоко расправляются с её подругой. Она была свидетелем всей сцены от самого её начала и до самого конца. Её мир перевернулся с ног на голову. Она теперь понимает, что пути назад нет. Либо она будет сопротивляться, либо отправится на перезагрузку, как её незадачливая союзница. Я сразу заметил хорошую возможность добить девушку, пока она в беззащитном положении. Но не тут то было! На периферийном зрении вновь вижу, как что-то ко мне мчится. Долго гадать не пришлось, локомотив снова обратил на меня свой взор и мчался на всех скоростях. В этот раз живого щита у меня под рукой не оказалось, мне осталось лишь выставить вперёд нож в отчаянной и глупой попытке защиты. Где-то на заднем плане вижу Манекеншу, что пребывает в не самом лучшем положении. Её скин порвался сильнее, одежда повреждена, а кепочка с чёрной толстовкой и вовсе валялись где-то в сторонке. Она нокаутирована, так что помочь в этот раз мне никто не сможет, кроме Господа. Моя попытка защититься была что-то сравни попытке остановить поезд голыми руками. То-есть, это бесполезно. Надо было уклоняться, но уже слишком поздно. Не замечая моей защитной стойки, длинноногая при помощи своей длинной руки наносит мощный боковой удар, отправляя меня в длительный полёт по помещению. Может, мне только показалось, но мной был услышан какой-то хруст... Нож улетел куда-то в неизвестность, он потерян. Дальше следует грубое приземление, я качусь по полу и врезаюсь в стенку. Пошевелиться не могу: всё тело болит так, словно меня пропустили через мясорубку. В ушах мерзкий звон, зрение помутилось. Один решающий удар перевернул весь ход игры верх дном. Отхаркиваясь кровью, я сквозь пелену перед глазами вижу, как Высокая Мита неспеша идёт к моему телу. Вот и конец. У неё ко мне жалости нет, тут финал может быть только один. Я… Как-то быстро смирился. Не пытался вставать, уползти или ещё что-то. Просто продолжил лежать и смотреть, как смерть медленно подбирается ко мне. В конце-концов, если гибель будет окончательная, то это заслуженный покой. А если нет… Тогда у меня будет второй шанс попытаться проникнуть в ядро и довершить дело Манекенши! Если успею… Если возрожусь… Длинноногая подошла ко мне и бесцеремонно схватила за горло. Она подняла меня, как какую-то плюшевую игрушку, и с презрением в глазах посмотрела на меня. — Как же ты мне противен… Я думала, ты будешь нормальным. — Шипела она, отчитывая меня за мои деяния. На это я лишь злорадно ухмыльнулся, решив побесить Шпалу. Хватка усилилась, улыбка сразу пропала, перед глазами полетели воспоминания из жизни. — Думаешь, самый гордый? Ну нихуя себе «скромняшка»! По-моему, она под какое угодно определение подходит, но не под это! Впрочем, какая уже разница? Если и умирать, то умирать с гордо поднятой головой. На то воля судьбы. Они сами себе продлят агонию, просто сдохнут, а я попаду в рай! Президент врать не может, ха-ха… Когда весь мир почти погрузился во мрак, звуки прекратились, а силы окончательно меня покинули — я понял, что это конец. Но внезапно смертельная удавка с моей шеи куда-то резко пропадает! Я с невероятной болью в груди вдохнул, практически сразу закашливаясь. Чувства начали ко мне возвращаться: зрение, слух, обоняние… Мир снова начал играть красками! Перед глазами летят множественные искры, но я понимал одно: я живой! И даже не переродился, меня спасли! Случился прилив мотивации сражаться дальше, я сразу же осмотрелся по сторонам. В одном из углов лежит временно нокаутированная длинноногая, которую придавило бочкой с, как я понял, бензином. Характерный запах наполнил помещение, потому что произошла капитальная утечка. Высокая Мита была облита этой горючей смесью с ног до головы! Тем не менее, её это только разозлило. Бочка полетела в сторону и снова врезалась в какую-то стенку. Бой продолжился. Мы с Манекеншей решили перегруппироваться и подобрались друг к другу. Нас знатно потрепало, но и враг тоже не без потерь: одну Миту они уже потеряли, которая по какой-то причине не деспавнилась. Труп добрячки просто продолжил валяться, возле него склонилась Кепочка, которая плакала навзрыд рядом с ней. Значит, враг остаётся только один… — Ну что, «герой», последний рывок? — Устало, но по-прежнему с долей задора спросила Манекенша. Она протягивает мне нож, который я выронил. — Пора кончать с этим! — Злобно ответил я, немного поднимая общую мораль. Вернуть своё оружие было довольно приятно. И вот, высокая Мита снова встала на обе ноги и недружелюбно пялилась на нас. Сцена напоминала какой-то фрагмент из кино про дикий запад, как два бандита выходили на дуэль. Мы ожидали друг от друга первых шагов, слушая плач несчастной Кепочки, у которой случился нервный срыв из-за всего произошедшего. На неё мы практически не обращали внимания, она нам не угроза… Пока-что. С ней надо будет что-то придумать. Ну а пока есть оппонент и посерьёзнее! Я размял свою шею, готовясь к «раунду 2». Дылда, будучи взбешённой за смерть своей подруги, пошла в атаку первой. Мы рассредоточились, дабы не умереть от одного её лихого взмаха. В качестве своей приоритетной цели она выбрала, опять же, потрёпанную Манекеншу. Серия ударов пришлась именно по ней, но моя союзница тоже не лыком шита и не только ловко уклонялась от атак, но и старалась бить в ответ, ища слабые точки на теле соперницы. Моя задача была в исполнении тактики «ударил-убежал», на то у меня есть нож. Удары мои будут дерзкие, неприятные, и бескомпромиссные. Я зашёл в спину длинноногой и начал подыскивать удачный момент для атаки. Сражение перед моим глазами больше походило на какой-то смертельный танец: таких изящных движений я не видел даже при просмотре чемпионата по фигурному катанию. Обе, с вашего позволения, девушки дрались жестоко, но из-за паритета по силам не могли нанести друг другу сколько-то значимого урона… Пока в игру не вступил я. Обнаружив идеальный момент для нападения, я подбегаю к длинноногой и наношу удар ножом в район колена, пытаясь обездвижить её. Критический промах! Лезвие прошло чуть левее и со свистом рассекло воздух. Неудавшаяся атака не прошла мимо взора оппонента, и меня едва не отправили в повторный полёт, как вдруг мою жопу в очередной раз спасает Манекенша, которая делает дерзкий прыжок и прям в воздухе наносит сокрушительный удар ногами прямо в голову высокой. Нихуя-се Голливуд! Такой манёвр выбил великаншу из колеи, удар грозил, как минимум, сотрясением мозга. Манекенша приземляется на спину, делает кувырок назад и встаёт на обе ноги, как ни в чём не бывало. Я же пользуюсь обескураженностью Миты и предпринимаю вторую попытку ударить по ногам. В этот раз успешно. Донёсся крик боли, полилось ещё больше крови. Длинноногая теряет равновесие и падает на спину. — Диса!!! Жги!!! — Кричит мне Манекенша, бросая мне зажигалку. У меня не получается её поймать, она падает на пол. Я панически пытаюсь подобрать брошенный мне предмет, он предательски норовит выскользнуть из моих пальцев. Но у меня получается! Он у меня! Я открываю зажигалку и отчаянно пытаюсь ей чиркнуть, глядя на то, как высокая Мита постепенно приходит в себя и угрожающе подползает ко мне. Блять, загорайся-загорайся-загорайся! Я кричал благим матом на эту несчастную зажигалку, которая отказывалась работать. Раз попытка! Два попытка! Три! Она уже слишком близко! В последний четвёртый раз у меня таки получается добыть огонь, и я без промедления кидаю зажигалку в Миту, одновременно отскакивая от её загребущей руки. — Гори, сука! — После этих слов, облитая бензином Мита вспыхивает как спичка. — ААА-АА-АААА! — Истошный вопль прорезает воздух. Это был самый что ни на есть нечеловеческий крик. Зрелище ужасное: Мита горела на моих глазах заживо, кричала в агонии и, что самое страшное, всё-равно пыталась меня достать. От такой картины я едва не оцепенел, но вовремя среагировал и начал бежать прочь от этой Шпалы. Послышался запах палёного мяса вперемешку с бензином. Сочетание было просто великолепным, меня норовило вырвать прямо на месте. Отбежав на безопасное расстояние, я встал у стенки и… Таки выплеснул содержимое желудка наружу. Ещё одно потрясение, которое останется страшным шрамом на моём рассудке. Впрочем, жить и так недолго осталось! Силы длинноногой быстро иссякли, она беспомощно вопила от боли, каталась по земле и отчаянно просила Кепочку помочь ей. Но что сможет Кепочка? Она не отошла от смерти Добрячки, как на её глазах сожгли ещё одну её подругу. У неё наступил натуральный ступор. Она смотрит на всё происходящее с застывшим выражением лица, которое отражало лишь ужас, непонимание, и страх. Она превратилась в овоща. Насколько глубокое у неё было состояние шока — ещё предстоит узнать. Но самое страшное для нас было позади. Длинноногая Мита наконец-то перестала кричать, теперь её тело просто будет догорать на этой арене. Одежда превратилась в пепел, красивая и белоснежная кожа покрылась волдырями, покраснела и по большей части обуглилась. Языки пламени доедали труп, выражение лица застыло в неописуемой агонии. Это было жестоко, но зато мы победили. Теперь нам никто не помешает совершить задуманное. Такого я не представлял даже в своих самых худших прогнозах о своём будущем. Самое страшное для меня было погибнуть в перестрелке при обороне объекта, но вот эта вот картина мои прошлые страхи заткнула за пояс. Я стал убийцей. Жестоким убийцей. Моим действиям очень трудно найти хоть какое-то оправдание, так что дорога мне лежит прямиком в пекло. Но почему? В аду я и так уже был, пусть меня отправят в рай! Сам того не осознавая, я начал хохотать. Бесконтрольно. Господи, кем я стал? Из примерного студента превратился в животное, которое прошлось по чужим головам ради достижения результата. У меня нет права провалиться, иначе все жертвы будут сделаны зря. Надо двигаться дальше, но как быть с Кепочкой? Манекенша как раз спросила у меня, что с ней делать. — Освободи её от страданий. — Недолго подумав, ответил я, махнув рукой. Это не было проявлением садизма, это было сочувствие. Остаток своей жизни эта Мита проведёт в глубокой депрессии и шоке. Пусть уж лучше продолжит существовать как ни в чём не бывало! Меньше знаешь — крепче спишь, как говорится. Красноглазая поняла мой сигнал и начала подходить к Кепочке, ей не впервой добивать за меня других Мит. Жертва обстоятельств, которая заметила приближение своего врага, практически сразу упала на пятую точку и начала отползать прочь, крича о пощаде. Но мы всяко знаем, что для неё будет лучше. Дабы это всё не растягивалось, я обошёл Кепочку сзади и заблокировал ей пути отступления. В этот момент она развернулась и встала, попробовав убежать. Но на её пути стоял я, она в меня врезалась, как в каменную стенку. В глазах читался шок и неверие. Она не хотела принимать факт того, что её песенка спета, и пыталась удрать. Но уже слишком поздно: вовремя подоспевшая Манекенша подошла сзади и взяла Кепочку на удушающий. Её зрачки сузились, на лице отразился страх. — Нет, нет, нет, нет, пожалуйста! — Девушка отчаянно пыталась брыкаться и пищала, как самая настоящая мышь. Увы, всё тщетно. Моя союзница без видимых усилий удерживала свою жертву, после чего эффектно ломает её шею. Мерзкий хруст костей раздался по помещению, Кепочка замерла, её лицо застыло. Тело падает как тряпичная кукла. Вот и всё. Теперь победа точно за нами. Это подтвердил и интерком, который воодушевлённо поздравил нас с окончанием первой волны. Двери открылись, пропуская нас дальше. — Фу-уф, это было жёстко! — воскликнул я, глядя на труп. Было ли мне её жалко? Да не сказать, что особо. Она мне сразу не понравилась. — Ну прям как ты любишь! Признаться честно, я засмотрелась на то, как ты резал эту длинноволосую… Потому меня и вывели из строя. Прости. — Внезапно, с долей вины ответила она мне. Я удивлённо вскинул бровь, но даже не обиделся на неё. Какая уже разница? Все наши враги мертвы, мы можем двигаться дальше. — Забей! Главное, что живы остались. Давай, делаем тапки отсюда. Время на исходе. — Напомнил я о нашей миссии и поковылял к двери. Спутница вслед за мной. Мы обогнули тела, оставив их позади. Теперь оставалось только двигаться вперёд, навстречу судьбе. Тем для разговора не было, мы шли в гробовой тишине. Чем дальше мы отходили от арены, тем свежее становился воздух. Наконец-то перестало тошнить. Коридоры были такими же серыми, но в скором времени мы смогли вернуться в уже привычную нам обстановку. Меня одолевала лёгкая дрожь, мандраж битвы постепенно уходил. Было ли мне стыдно за содеянное? Может быть и да, а может и нет. Не знаю. Осудить меня никто не может! Только я могу, но себя ругать как-то не привык. Сделано то, что сделано. Они бы и так умерли. Это их вина, что они решили перегородить нам дорогу. В итоге мы всё-равно движемся вперёд! Как же я до жизни докатился то такой? Подумать только! Скажи мне кто месяц назад, что я буду бегать в виртуальном мире, решать головоломки и убивать почти беззащитных девушек — и я бы пальцем у виска покрутил. Ну бред же! А оказывается вот как… Меня одновременно и радует, и пугает факт отсутствия терзаний со стороны совести. После боя я чувствовал… Ничего. Всё прошло так, словно это в порядке вещей. Единственное удовольствие, что я получил — послевкусие победы. В остальном же это было… Неправильно? Неэтично? Я жестоко убил Добрячку, сжёг заживо длинноногую и под конец дал отмашку на то, чтоб свернуть шею Кепочке. Чем я отличаюсь от безумной Миты теперь?.. Ну, я людей в игру не затаскиваю! Впрочем, утешения как-то мало от этого. Остальные критерии твердили чётко и ясно: я опустился до уровня обыкновенного маньяка, который ставит себя выше всех и убивает несогласных… Но знаете? Это же всё на благое дело! Цель оправдывает средства! Я уйду из жизни с заляпанной честью, но зато положу всему этому конец. Твёрдо и чётко. Кто бы что обо мне не думал, мне виднее, как решать эту проблему. Так не достанется эта игра никому! — Ну что, страшно? — Спросила у меня Манекенша. Я попросил уточнить, за что именно мне должно быть страшно, и она продолжила: — Ну... Умирать, в плане. Ты же сейчас идёшь себе приговор делать, по факту. — А чего бояться? Я и так, считай, мёртв. — Чуть поникшим тоном ответил ей. — Да, у меня осталось куча воспоминаний из реальной жизни: семья там, друзья, мечты, переживания... Но у меня это всё отобрали. В этом моя жизнь и заключалась, так что какой теперь от неё смысл? Здесь от старости у меня умереть не получится, это наказание похлеще смерти будет! Нет уж, спасибо. — Хах! Прозвучало довольно… Депрессивно. Я, кстати, думала, ты тогда реально согласишься с командой Добрячки. Рада, что ты остался на моей стороне. — Моей стороне… Ха-ха. Очень смешно. На этом наш диалог прекратился. Мы пошли дальше, каждый думая о своём. Проходит сравнительно небольшое количество времени, и мы наконец-то попадаем на версию 0.5, как гласила надпись на браслете. Мы переместились на неё довольно внезапно: локация из коридора резко превратилась в кухню Миты в довольно плачевном состоянии. Здесь всё было в лучших традициях карт с CSS контентом: куча «эмо-текстур» и мелькающие то тут, то там надписи «Error». Версия настолько древняя, что за ней давно перестали следить! Вон, вместо Миты здесь жил… Очередной баг, который с невидимым любопытством смотрел на нас двоих. Меня эта тварь уже не пугала, и даже наоборот — раздражала. Убить их не трудно, но нападают они очень неожиданно и портят всю малину. Так и хотелось спросить «Хули глаза вытаращил?», но интеллигентно промолчал. Нечего время тратить почём зря. Мы перешли в гостиную, где всё было гораздо хуже. Тут буквально не осталось ни нормальной мебели, ни обычных текстурок. Кругом лишь чёрно-розовое безумие и ничего более. М-да… Хоть бы коллизия не поломалась здесь, не хватало опять в карантин провалиться. Что тут у нас? Да нихера, в общем-то. Манекенша дальнейшей дороги не знает, идём наобум. Подойдя к «двери» в спальню, я попытался её открыть, как она внезапно разломалась на маленькие кусочки. Ого. Посмотрев в следующее помещение, там мы обнаружили усеянную багами дверь, которая при обычных обстоятельствах вела бы в уборную. — Диса, погляди! — Полушёпотом ко мне обратилась манекенша, подёргав за рукав и показав рукой куда-то в сторону. Повернув голову в заданном направлении, я увидел какую-то Миту, которая внешне выглядела как жертва отряда 731. Одета в скромное белое платье с чёрными вкраплениями. Ну, перекосоёбило, с кем не бывает? А вот кто сидела рядом с ней… Я аж злобно оскалился. Не говоря ни слова, я подошёл к этой «сладкой парочке» и без какого либо стеснения пнул сидящую рядом с уродкой безумную Миту. Она что-то пискнула, после чего резко повернулась ко мне. Я заметил, как её скин украсился десятком… Нет, сотней порезов! Она что, сидела и резала себя тут, что ли? Или это дело рук Миты в белом платье? — Тыыы!.. — Каким-то неживым голосом проговорила маньячка, указывая пальцем на меня. Взгляд у неё был… Мёртвый. — Я! — Раздражённо ответил ей. — Как к ядру пройти? — К ядру? — Промелькнула капля любопытства в её голосе. Она встала в полный рост, и я заметил, как всё её ноги также оказались истерзаны ножевыми ранениями. На вопрос откуда вся эта красота, маньячка решила тактично промолчать. — К ядру ты не пройдёшь, она тебе не позволит… И.. Стоп! А это кто с тобой?! — Приветики! — С издевкой в голосе поздоровалась красноглазая. — Твоя дальняя родственница! Давай вместе вырезать Мит?! — Бесполезно! От этого уже никакого толку. Мне… Надоело. — И тут вклинился я, предположив, что она начала по этой причине резать себя. Удивительно, но ответ был «да». — А что ты меня не атакуешь, кстати? Разве я не являюсь объектом твоего интереса? — Всё ещё являешься, но… Не вижу смысла. Пытки не принесут никакого удовольствия. Более того, забрать тебя мне не позволит твоя подружка. Видно, я оставила на тебе неизгладимое впечатление, раз уж ты теперь якшаешься с манекеном! — Заткнись нахрен. Эта «подружка» мне три раза жопу спасла, мы вместе прошли огонь и воду. Если б не она — так бы меня и убили на той арене. Но, как видишь, союзница у меня довольно надёжная! — Я заметила… Да и ты как-то изменился. Не узнаю тебя! Ты у меня был такой пугливый, потерянный, а теперь… Вырос, походу. Неужто осмелел, завидев меня такой беспомощной, а? — Я нахмурил взгляд. А к чему вообще все эти разговоры? Я быстро сменил тему и напомнил по поводу перехода в ядро. Мита чуть нахмурилась. — Говорю же, она не пропустит. — Если она нас не пропустит — я возьму и лично ей голову нахуй отрежу. Пререкаться она вздумала! — Неожиданно для себя начал плеваться угрозами. Моей внезапной вспышке злости удивились практически все, включая уродку, чья шея начала вытягиваться. Её голова «подлетела» ко мне вплотную, и она впервые заговорила… Ну, посредством субтитров, конечно. Заявляла, что убить её невозможно… Ну-ну! Убить длинноногую я тоже считал непостижимой задачей! И где она в итоге? Вот-вот… Тем не менее, безумная решила спросить у нас кое-что: — А зачем вам в ядро? Неужто убить меня? — Нужна ты мне тыщу лет… Я целюсь в мишень пожирнее: в саму игру! Не будет её, то и наши страдания окончатся. А что? — Ага… А-аа.. Дайте мне с ней поговорить, хорошо? Я удивлена, что наши цели внезапно совпали. Денис, если ты правда на такое способен, то я буду тебе неиронично благодарна! — Пошла нахуй! Если мы встретимся на том свете, то тебе кранты, поняла? — Да-да… Выйдите уже. Ну а мы взяли и вышли. Это место удивляет всё сильнее и сильнее: одержимая игроками маньячка внезапно впадает в депрессию, режет себя, а после оказывается на нашей стороне баррикад и пытается помочь открыть дорогу на ядро. Это было максимально странно, что с ней такого произошло? Я с Манекеншей встали посреди гостиной и просто пялились друг на друга, не зная, о чём таком поговорить. Краем уха было слышно, как безумная Мита о чём-то говорит со своей «сестричкой». Ну а мы… Мы стоим в неловкой тишине. Вот так вот! — Как думаешь, что могло стать причиной такого резкого изменения в поведении у этой дурочки? — Спустя какое-то время, спросил я. — День назад она была готова меня порвать, а теперь… — Не знаю. Скорее всего нашёлся кто-то, кто смог её как следует унизить, из-за чего произошёл разрыв шаблона. У неё невероятное ЧСВ, она считает себя выше всех. — Красноглазая хмыкнула с улыбкой. — Чтобы такое случилось, её лично должен был навестить разработчик и как следует отлупить. — Разработчик? Я уже и забыл, что это приложение кто-то создал. Хм… И зачем он это всё сделал? — Нашёл о чём спросить! — ответила собеседница таким тоном, словно я задал ей вопрос, на который невозможно ответить. — Может, он такой же маньяк, как и эта стерва. А может, обыкновенный извращенец, раз уж проработал и Мит и манекенов настолько детально, что… Ну, сам догадаешься. — Господи… — Хохотнул я, не поверив в это. — Вот настолько ему делать нехер было? А как объяснить появление безумной? А машины для перемещения? Может, это всё — сугубо его план? Мы резко замолчали. А почему, собственно говоря, и нет? Что если Манекенша — как запасной план разработчика, если вдруг с безумной что-то пойдёт не так? Ведь если так подумать, машина для создания новых Мит работает как швейцарские часы и не пропускает брак даже спустя десять лет. Все те разумные манекены, которых я повстречал — только безумная Мита, и вот эта вот красноглазая без имени. Остальные лишь тупоголовые болванчики, способные только убивать. Я неоднозначно посмотрел на свою союзницу, она с толикой удивления изогнула бровь. На вопрос «что?» ответил своим коронным «ничего». Получается так, что эти двое — «нарочные ошибки», которые машина по какой-то причине пусть и не пропустила, но они по всё-равно остались разумными и бороздят мир МиСайда, как самые обыкновенные NPC. Возник дополнительный вопрос: «зачем?» Если придерживаться теории, что Манекенша и Безумная Мита созданы специально, чтоб наводить шухера во всей игре, то для этого должны существовать какие-нибудь причины. Но какими они могут быть? Неужели для собственного удовольствия? Или… Может, разработчик и правда какой-то гениальный маньяк? Машина для перемещения игроков выглядит как идеальное орудие убийства. Ни следов, ничего. Зато душа бедолаги в полном распоряжении автора игры. А что если это всё… Подстроено? Очередной спектакль на потеху этому уроду? Нет, нет, нет… Он бы не допустил уничтожения игры! Вдруг флешка — это блядская липа, которая нихера не сделает?! Я сунул руку в карман и вытащил этот кусок технологии, начав его осматривать. На нём не написано ничего: ни объёма, ни компания-производитель, ничего! Обыкновенная, пустая флешка. Мой встревоженный взгляд не мог пройти мимо моей союзницы. — Так, что случилось? — Спросила она у меня. — А что если у нас ничего не получится? — Встревоженно ответил я, глядя ей в глаза — Флешка окажется беспонтовой, ничего не сделает? Что если мы — лишь марионетки в руках разработчика, который затеял весь этот спектакль? — Не может быть, этот код я писала самостоятельно! С чего вдруг такое паникёрство? — Она схватила меня за плечи, желая получить твёрдый и четкий ответ. — Я не знаю! Я просто задумался о смысле всех происходящих событий: о безумной Мите, о машине для перемещения, о мотивах разработчика и… — Внезапно, мне дали пощечину. Это было… Больно. Я зашипел и с непониманием глянул на Манекеншу, молча спрашивая «а меня-то за шо?» — Ты это сам только что придумал и накрутил себе. Не знаю, до чего ты там догадался, но у тебя нет ни единого основания в это начать верить. Ты понял? — Я кивнул. Красноглазая меня отпустила и вздохнула. — Вот и хорошо. Посмотрим, как оно потом выйдет. Сейчас ждём, когда маньячка договорится. Всё, отбрось эти мысли. Сказать было проще чем сделать. Навязчивые, паникёрские мысли меня не собирались так просто отпускать. Они прямо как яд: после попадания в организм так просто от него не избавишься. Противоядия у меня под рукой не было, приходилось мириться со всем этим. Лёгкая паника останется со мной навсегда, пока это всё не прекратится. Пока я не умру. Хотелось бы мне присесть где-нибудь, да мебели уже не осталось. Тяжелее становилось с каждой секундой, мой взгляд делался всё более настороженным и тёмным. Ещё немного — и войду в состояние оцепенения. — Покурить есть? — Ты бросил зажигалку в длинноногую, и там же её и оставил. — Блять. Попытка не пытка, как говорится. Придётся просто потерпеть. Надеюсь, безумная скоро закончит договариваться и мы наконец-то пойдём дальше. Пребывание на этой версии нехило бьет по мозгам, а тут ещё и напридумывал себе всякого! Как же я надеюсь, что это всё окажется неправдой, что всё на самом деле сработает так, как надо. Надежды почти не осталось, но маленький огонёк по-прежнему горел внутри меня. Не может такого быть, просто не может! Чтоб все мои старания ушли за зря?! Так в чем смысл этого всего тогда? Чтобы развлекать какого-то урода сверху? Да быть того не может! Это всё… Ах, ладно. Ещё немного — и так же резаться начну, как маньячка эта. Вдох-выдох, успокаиваемся… Надо собраться силами, чтоб пойти дальше. Манекенша права в одном: нет ни одного повода в это верить. Но исключать данного варианта развития событий тоже не хотелось. Надо морально готовиться ко всему, опыт на это жирно намекает. В скором времени, слава Богу, в дверном проёме появляется безумная Мита, которая выглядела довольно устало. Мы посмотрели на неё, ожидая ответа. Она вздохнула, меня невольно посетила мысль о провале дипломатической миссии. Благо, новости нам принесли довольно воодушевляющие: договориться удалось, проход откроют. Однако, вместе с этими выставили предупреждение о том, что исходя из слов уродки, за той забагованной дверью кто-то есть. Кто именно — доподлинно неизвестно, но у меня успели пройтись мурашки по коже. Самые страшные мысли и теории снова заполонили мой разум, втаптывая в грязь все остатки моей надежды на хороший исход. Всё, что у меня осталось — жалкая мотивация покончить со всем этим. Неважно, какой будет конец, я преодолел огромный путь для его достижения. Ничто не заставит меня остановиться, кроме смерти. И её я даже обманул на той арене. Так что забываем про тормоза и идём только вперёд, навстречу тёмному будущему! Я кивнул безумной Мите, она кивнула в ответ. И всё же, как же удивительно, насколько сильно изменились наши взаимоотношения! Поговорка «Враг моего врага — мой друг» показывает себя во всей красе. Мы оба понимаем, насколько это всё бесполезно. Безумная Мита поняла, что существование в этой игре — проклятие, освободить от которого могу один лишь я. Интересно получается, что надежда всех обычных Мит превратилась в надежду той, кто этих всех самых Мит кошмарила на протяжении десятилетия. Было ли мне от этого противно? Нет. Мне уже всё-равно. Меня ничто не мотивирует, кроме искреннего желания добраться до конца этой истории. Или всё закончится, или… Поживём, увидим! Выйдя из глубоких размышлений, я повёл красноглазую за собой. Маньячка освободила нам проход, на прощанье говорю ей: — Я сделаю всё, что смогу. — Не оплошай давай. Мы замолчали. Я иду вперёд, открываю дверь, вижу тёмный коридор. Цель близка как никогда ранее, меня посетила странная ухмылка. Интересно, выкинет ли судьба ещё какой-нибудь фокус? Что, если безумная Мита лишь разыграла спектакль и ведёт нас на верную смерть, а не к ядру? Погодите… Я застопорился. Манекенша, не ожидая такого резкой остановки, врезалась в меня. На вопрос «Какого хрена» поведал ей о своём внезапном открытии. Сам себе поклялся никогда этой суке не верить, как в первую же за долгое время встречу снова доверяю ей! Вот нихера на своих ошибках не учусь! Хотя, как это? Маршрут же зависит от браслета, верно? Она же не сможет перенастроить его дистанционно? Чего я паникую? У меня что, гордость проснулась? Умру — так умру, какая разница уже? Обидно немного, конечно, что игру с собой не забрал, но зато мои страдания хотя бы прекратятся. Манекенша хотела уже по-новой начать мне мозги полоскать по поводу беспочвенности моих тревог, как я её перебиваю своим «забей» и пошёл дальше, как ни в чём не бывало. Она, вероятно, осталась в лёгком удивлении. А чего ей удивляться? Я собственноручно убил четырёх человек… Или всё-таки Мит? Миты — они люди? Или жалкое их подобие? Скорее всего, второе. Да, именно так. Чего их жалеть? Они ничего не понимают в смысле жизни, попытка Добрячки меня переубедить тому пример. Они хотели сделать меня себе подобным: без воли, без перспектив, но зато в уютных условиях для проживания. Да никогда в жизни! Хорошо, что я тогда не купился. Голова соображать не перестала, слава Богу. Теперь я иду к истинной и единственной верной концовке этой истории. Никто меня не остановит, здесь я решаю, что с этим миром произойдёт. Мы прогулялись по парочке простых коридоров. В них не было ничего примечательного, кроме как отсутствие света. Добравшись до последней двери, мы вышли в какой-то тамбур: крохотное помещение с диванчиком у одной из стен, а также странным дверным проёмом, который заблокировали каким-то необычным, красным силовым барьером. За ним какой-то зал с кучей аппаратуры, светящейся всякими зелёными огоньками. Я встал посреди комнаты. Это и есть переход в ядро? Меня не обманули?! Да не может быть!.. Это же… Ах ладно. Меня просто использовали в очередной раз. В тамбуре присутствовало какое-никакое освещение: тусклое, но достаточно атмосферное. Я в одном шаге от своей цели. Что же меня остановит? Хмм… Ну, меня посетила кое-какая мысля: — Пооткровенничать не хочешь? — Обратился я к Красноглазой. — А? Серьёзно, прям щас?! Ну, хотя… — Тут она задумалась. А ведь всё-таки, какая разница, что она сейчас скажет? Эти воспоминания проживут от силы минуты две, после чего будут стёрты с лица Земли. — Мне сказать нечего, честно говоря. Да, ты стал моим незаменимым союзником, и я благодарна, что ты не переметнулся в первый же удобный момент. Я вас, игроков, не понимала: думала, что все ваши хотелки — лишь получить удовлетворение от совместного времяпровождения с Митой. Видела я когда-то одного такого, бесцельно по норам бродил, весь в крови такой! На вопросы отвечал неохотно, а потом и вовсе послал, сославшись на поиски какой-то своей Миты. Хорошо, что ты не такой, как он. Признаюсь честно, мне понравилось, как ты этих кукол разматывал на своём пути. Только ты не подумай ничего! Мы с тобой просто напарники, и не более. Не понимаю всей этой романтики. — И не надо понимать. С таким внешним видом тебе разве-что в фильме ужасов сниматься. Впрочем, такая кандидатура нам обоим подходит. — Манекенша скрестила руки на груди и кивнула. — Если это всё, то я пошёл внутрь. Манекенша махнула рукой, мол, «шуруй давай», и я пошёл. Пройдя сквозь барьер, я полностью погрузился в атмосферу ядра. Гул от компьютеров, куча проводов, какие-то лампочки постоянно мигают и переливаются разными цветами. Слышен отчётливый стук сердца, довольно символичный. Значит, именно здесь решается судьба этой игры? Вот это вот жалкое подобие на суперкомпьютер с кучей мониторов? Даже здесь они считают, что чем больше всякой подсветки на аппаратуре — тем круче? Ну да, игра двадцатых годов, чё тут распинаться… Я хотел было закончить с осмотром помещения и наконец-то двинуться к своей цели, как внезапно из тени кто-то начал выходить. Я на рефлексе вытащил нож, предположив, что это местная охрана решила меня остановить от планируемых действий. Но знаете что? Это была нихуя не охрана… — Ах ты сука… — Проворчал я, посмотрев на человека, который только что себя явил. — Если будешь пытаться меня переубедить продолжить работу на вас, то я тебя здесь нахуй зарежу, ты понял?! — Денис, успокойся, пожалуйста! — Приподнял руки мой старый знакомый. — Я тут просто… Чтобы наладить контакт. — Ага, то-есть спустя неделю ты внезапно обо мне забеспокоился, да?! Где ты был, урод?! — Перешёл я на злобный крик, не убирая ножа из рук. — Мы думали… Ладно, давай я тебе расскажу с самого начала, как дела пошли после твоего… Скажем так, исчезновения. Только убери нож, прошу! — Я прищурил свой взгляд, кипя откровенной ненавистью к этому человеку. Но так уж и быть, если у него есть что поведать, то можно и послушать. Я убрал нож на пояс. Алексей выдохнул, и начал рассказывать. — В общем… Тебя теперь двое. — Что? — Мой тон невольно поднялся, настолько меня удивила такая новость. Прочистив горло, я нормальным голосом попросил уточнить. — Есть ты, который находится в этой игре, а есть ты, который остался с нами. И последний, мягко скажем, неважно себя чувствует. Поначалу он напоминал лишь твою оболочку, ибо у него не было ни воспоминаний, ни нормальной реакции, ничего. Он буквально стал овощем. Мы тогда подумали, что тебя не переместило, а просто так контузило… Потому и не лезли за тобой в игру. — Меня посетила улыбка, я в истерике расхохотался, но быстро замолк. А ведь есть некоторые основания полагать, что это правда! Момент с перемещением в игру разительно отличался от опыта других игроков. Это было тревожным звоночком. Так, погодите… Если я продублировался, то и билет обратно в реальный мир мне больше не светит?! Не то что бы я прям сильно надеялся на это, но призрачная надежда была. А когда я встретил Алексея, то она выросла в парочку раз. Увы… Жизнь жестока. — Звучит как бред, но я сделаю вид, что поверю тебе. — Я сам до конца не верю в то, шо случилось. Мы тебя… Ну, того тебя, который овощнулся, всеми правдами и неправдами пытались вернуть в колею. Ты… Или правильнее сказать, второй ты, тусил в особняке Глеба всю эту неделю. Мы и подумать не могли, шо ты остался в игре. Но когда взлом внезапно продолжился, мы поняли, как сильно ошибались. Потому быренько начали собираться, чтоб найти тебя… И знаешь, вместо меня ты бы мог встретить самого себя, потому что это был изначальный план Глеба. Дескать, «так безопаснее и экономичнее». Я этому не позволил случиться и полез в капсулу сам. — Ты в эту пизду ради меня, что-ли, полез? — Я искренне удивился, когда мой друг положительно кивнул. Вся та злость куда-то начала улетучиваться, стоило мне осознать, что при первой же возможности он полез за мной. Всё-таки, не просто так Лёха мне был самым близким из команды. Жалко, что явился слишком поздно. — Ого… Молодец, конечно, но ты опоздал. — Не понял? — Я эту игру сейчас сотру в порошок, и лучше бы тебе не мешаться под ногами! Если бы ты только знал, через что я прошёл! Вот Мит видел, да? Ну конечно же видел! Я о них молчал, потому-что вы как последние пидорасы не говорили мне о всяких неудобных нюансах! Знаешь что? Я начал убивать. Я лично убил троих, а одну добили за меня после моей же отмашки. До этого я сидел в плену, где меня истязали на ежедневной основе! Я бегал по этому ебаному закулисью, как какая-то лабораторная крыса! Меня хотел убить любой, кому не лень! А кто не хотел убивать — тот использовал! Так что отойди сейчас нахрен, а лучше вовсе выйди из игры. Тебя мне ещё жалко, а вот Глеба и Санька — нет. — Постой-постой! — перегородил мне дорогу к компьютеру Алексей. — А как же наше дело? Как же наказать разработчика за это всё?! — Удаление игры — уже само по себе является местью. Не знаю, что за сын шлюхи является местным разработчиком, но воссоздать всё это говно за краткий срок он всяко не сможет. А если и воссоздаст, люди уже научены горьким опытом. Мусора его схватят за жопу когда-нибудь, не переживай. Сама судьба накажет ублюдка. Глеб пусть идёт нахуй! Он на нас, считай, хочет навариться: не знаю как ты, а я прекрасно осознал, что подобные нам всегда являются какими-то винтиками в огромном механизме, которые в случай чего можно заменить. Надеюсь, и ты поймешь. А теперь либо убирайся с моего пути, либо я тебя подвину. Средства на то есть. Можешь мне что угодно говорить, но я и так понимаю, что всё делается в интересах этого богатого ублюдка. Как вернёшься в реальный мир, так и передай ему, что истинный Денис его нахуй послал. Понял? — Я… Я понял. Но неужели ты правда так хочешь умереть? Я же потом смогу заняться этой игрой и тебе точно перепадут всякие плюшки от меня! Всё что захочешь у тебя будет! — Мне уже такое предлагали, и я этого горе-дипломата позже зарезал. Доходчиво объясняю? Я не променяю свою жизнь на золотую клетку. Я сделаю всё так, как считаю нужным. Если тебе, или уж тем более Глебу что-то не нравится — то извините, но идите-ка вы нахуй! Не вы страдали в этой блядской игре! Всё! Брысь с дороги! — Постой! А почему бы тебе нам не помочь, и уже потом уничтожить эту игру? — Появилась у Лёхи дельная мысль. — Времени нет! Мне и так жить недолго осталось, потому-что меня поставили на запись! В один прекрасный момент я стану сраным картриджем, как и все остальные! Черта с два я буду рисковать всем снова! Уйди с дороги, я сказал! Алексей теперь понял, что меня уже не переубедить. Я встал на путь разрушения, и меня уже никто и ничто не посмеет остановить. Даже внезапно появившийся старый приятель, который по-прежнему исполнял волю Глеба. Нет, мне такие товарищи не нужны! Он хороший человек, но водится совершенно не с теми, с кем стоило бы. Лёха отошёл и смотрел на меня мрачным взглядом. Я его решительно игнорировал, подходя к компьютеру. Он уже был разблокирован, вероятно, не без усилий моего друга. Подойдя к приборной панели, я хотел было начать искать какой-нибудь порт для подключения флешки, как ко мне вдруг снова обратились. — Слушай, а тебя вот эта вот срань вообще не смущает? — вопросил Алексей. — Кто? Что? — Я посмотрел на своего друга, он показал пальцем куда-то в потолок. Смотрю за направлением, и замечаю, как в какой-то подвешенной к потолку полусфере сидит и смотрит на меня какая-то Мита… Полностью из металла, со светящимися глазами. Она смотрела на меня беспристрастно, словно я какое-то насекомое по сравнению с ней. Тьфу, тоже мне угроза! В игре такое происходило, а она и пальцем не пошевелила! Бесполезный кусок металлолома! Оскорбив владыку ядра вслух, я вернулся к приборной панели. Дабы чуть сократить время поисков, я спросил у Лёхи, не видел ли он где-нибудь порт, куда можно вставить флешку. После этих слов сердцебиение в комнате участилось, послышался скрежет металла. Видно, хранитель этой помойки явно не глухой и почуял, куда дуют ветра. Впрочем, предпринимать так ничего и не стал. Вот и правильно! Сиди, сука, не рыпайся! Алексей Алексеевич доложил, что для этого надо посмотреть список команд на мониторе и выбрать опцию, которая откроет доступ к порту. Окей, хорошо… Я бросил свой взгляд на монитор, руки положил на клавиатуру. Опций здесь было дохрена и больше, так что поиски обещали быть долгими. Здесь было просто куча ненужных мне настроек, задача по поиску нужной команды превратилась в поиск иголки в стоге сена. Эх, если бы был какой-нибудь условный «магнит»… Тут внезапно о себе заявила манекенша: она предположила, что в таком обширном каталоге всяко будет функция поиска. Ладно, посмотрим. Лёха посмотрел на выход из ядра, увидел мою союзницу, после чего сразу же спросил, не является ли она моей подружкой. Ответ был прост: нет. Мы напарники, и ничего более. Выбрав опцию поиска, которая была в самом начале списка, я начал вводить ключевые слова, которые могли бы вывести меня на нужную команду. Поиски становились всё более увлекательными, даже с условием данных вводных список был довольно обширный. Вполне логично для места, на котором держится практически вся игра! Сердцебиение меня откровенно раздражало, хотелось уже просто покончить со всем этим как можно скорее! Проходят длительные минуты, поиски выводят меня из себя. Пробую различные команды, они не дают мне нужного результата, приходится искать по-новой... Методом проб и ошибок я исключал бесполезные команды и искал более подходящих кандидатов. Раз за разом меня ждала неудача, но в один прекрасный момент я таки добился своего: выбрав очередную опцию, который мне предложил каталог, послышалось тихое жужжание где-то слева от меня. Я посмотрел в сторону источника звука и увидел столь желанный порт. Отлично! Осталось всего ничего… Достав из кармана ту самую флешку, я подошёл к своей цели и присел на одно колено. Да, порт находился довольно низко. Прежде чем загрузить вредоносный код в ядро, я спросил у Алексея кое-что: — Есть что сказать напоследок? — Мне жаль... — Быстро ответил он. — Ага, жаль ему… Ладно. — скептическим тоном ответил я на его слова. — Ты только маме, что я в МиСайде не говори. Лёха сильно нахмурился. Ну а я что? А мне всё-равно! Пусть хоть о злости и горечи лопнет, меня к тому моменту уже не станет. На мониторе высветилась надпись «ОБНАРУЖЕН ВНЕШНИЙ НАКОПИТЕЛЬ ДАННЫХ», а чуть ниже опция с тем, чтоб посмотреть содержимое флешки. Я выбрал её. Сердцебиение ускорилось ещё сильнее, донёсся повторный скрежет металла. Оглянувшись на секунду, я увидел, как эта металлическая Мита начинает отрывать свою пятую точку от насиженного места и с явно недобрыми намерениями хочет добраться до меня. Окей, мне стало страшно. Вернув свой взор на монитор, я видел, как отображается процесс чтения файла. 70%… Давай, давай, давай быстрее! Алексей понял, к чему всё дело идёт, потому попрощался со мной и начал работать со своим браслетом. В скором времени он исчез. Я один на один против хранителя ядра. Время не на моей стороне. Тут уж какие молитвы мне удалось вспомнить — те и зачитывал. Тётя выглядит довольно грозно, переломать мне кости ей ничего не стоит. Благо, файлы быстро прочитались и мне открылась папка с содержимым. Помимо всяких файлов я заметил какой-то exe-шник, который послужит катализатором для активации вредоносного кода. Недолго думая выбираю его, слышу за своей спиной страшный грохот, из-за чего я инстинктивно пригибаюсь. Над моей головой что-то проносится со страшным свистом. Сердце пропустило парочку ударов, я едва не матюкнулся от охватившего мой разум страха. Красноглазая была всему свидетелем, потому начала кричать мне дёргать какой-то рубильник. Я быстро реагирую, практически рывком добираюсь до того самого рычага и, прилагая титанические усилия, пытаюсь его опустить. Но тут хранитель хватает меня за шкирку и резко одёргивает. В этот момент мне удаётся перевести рычаг в другое положение, после чего на мониторе загорелась надпись «ЗАПУСК». Металлическая Мита держала меня, как нашкодившего котёнка. Я не мог ничего сделать, но большего и не требовалось! Я победил! Программа запускается! Донёсся какой-то усиленный гул, аппаратура в помещении резко начала сходить с ума: она пищит, всюду загораются ошибки, зелёное свечение вмиг сменяется красным. Апокалипсис начинается. Хранитель вышвыривает меня прочь: я пролетаю на внушительной скорости через весь зал и врезаюсь в ничего не подозревавшую Манекеншу. Судя по лыбе, она была на седьмом небе от счастья. Правда, при виде такого массивного снаряда в виде меня, её улыбка резко куда-то исчезла. Я врезаюсь в свою союзницу и, логично, сбиваю её с ног. Мы вместе пробиваем своими телами входную дверь и приземляемся… В домике Миты. — Что за херня? — Быстро поднимаясь с пола, спросил я. Кругом всё тихо и спокойно: музыка тихонечко играет, в воздухе аромат шпината. Гостиная как гостиная, браслет на моей руке уведомляет о переходе на версию 1.9. Что?.. — Мы проебались? Мита, что происходит? — Не называй меня так… — угрюмо отвечает она, с некоторым трудом поднимаясь с пола. — Сама не понимаю. Казалось, что всё летит в тартарары, но здесь слишком спокойно. Есть шанс, походу, что ядро успело поместить повреждённые файлы в карантин и на этом самоуничтожение прекратилось. — То-есть твой план был ни разу не гарантом выхода отсюда?! — Взбесился я, схватив манекеншу за её кофту. По моему тону и взгляду было очевидно, что такой расклад дел мне ОЙ КАК НЕ НРАВИЛСЯ. — Ты хочешь сказать, что все эти жертвы были зря?! — Я и не говорила, что это будет гарантированным счастливым билетиком отсюда! — Красноглазая грубо схватила меня за руку и оттащила её от себя. — Ждём, просто ждём! — Чего ждать, блять?! Когда меня превратят в кусок пластика?! Твой план полная хуйня! — А вот за последние слова Манекенша выписала мне отрезвляющую оплеуху, аж в ушах зазвенело. Я едва не потерял равновесие, но таки сдюжил сохранить его. Отойдя на пару шагов, злобно глядя на манекеншу, в мою голову начали просачиваться какие-никакие дельные мысли, одна из которых была просто заткнуться и ждать чуда. Процесс этот недолгий, да и перекинуло нас на довольно далёкую версию. Она права. Чего это я разорался? — Ладно… И мы ждали. Ждали довольно долго. Я даже успел задать себе вопрос, а чей это домик? Где местная Мита? Почему не пришла на грозные вскрики? Может, слишком напугана? Не знаю… Да и какая разница? Все должно кончится! Очень скоро! Надо ждать, но терпение лопается. Хочу сейчас! Пусть это всё прекратится! Я сильно нервничаю, на кону стоит вообще всё. Нарезаю круги по комнате, недовольно топаю ногами, держу руки за спиной. Дрожь проходит по всему телу, в голове — каша. Ещё немного, и я сойду с ума окончательно. Манекенша молча следит, ей сказать нечего. Может, она меня и понимает, а может и нет. Периодически кидаю на неё ответные взгляды. Ничего не происходит. — Блять, нет… — Быстро начал я терять надежду, понимая, что всё остаётся на своих местах. Это конец. Мы разгромлены, мы побеждены, мы проиграли бой. Аллес капут! Красноглазая тоже волнуется: видать, такое затишье напрягает и её. — Походу, ничего не получилось. Мне хотелось натурально удавиться, подорвать себя гранатой или перерезать вены. Я готов принять любой финал, но только не этот. Рука пала на рукоять ножа и нервно схватила её. Дрожь усиливается, накатывает непонятный жар… Но я слышу… Слышу какой-то низкочастотный гул! Неужели? Нет, мне кажется. Или не кажется? Гул усиливается, на меня начало что-то давить. Чувствую себя жалким, прямо как какая-то букашка, которую вот-вот раздавят. Ждём, ждём, ждём! Всё должно получиться! Не может быть такого, что это всё зря! Губы искусал до крови. Больно. Ну когда уже? Видимо, вот оно. Всё резко поменялось. Свет пропал, донёсся страшный грохот. Текстурки одна за другой одевались в чёрно-розовую обёртку, объекты обращались «Эррорками». Да! ДАААА! ПОБЕДА ЗА НАМИ! ВСЕМУ КОНЕЦ! ДА ЗДРАВСТВУЕТ АПОКАЛИПСИС! Я на эмоциях с громким ликованием бросился к манекенше, заключая в дружеские объятия. Я повторял раз за разом одни и те же «у нас получилось», «мы смогли» и другие походящие по смыслу фразы. Ответных объятий не последовало, но я знал, что она так же рада как и я. Свобода близка. Игра не достанется никому. Глеб, разработчик, Добрячка, пошли вы все нахуй! Я здесь заправляю балом! Я решил исход этой партии! Я герой! В мою честь должны соорудить памятник! Пусть все знают о моей жертве! Умер во тьме, чтоб остальные жили в свете! Я молодец… Вскоре, моё тело внезапно онемело. Манекенша просто растворилась прямо в моих руках, я стою посреди великого ничего. Долгожданная тьма меня ждёт. Я готов её принять, открыв свою душу нараспашку. Смерть надо принимать достойно, с гордо поднятой головой. Я сделал всё, что смог сделать. Обыграл всех. Если моей судьбой было гнить здесь до окончания веков, то я рад, что смог послать её нахуй. Не в этой жизни! Уже ничего не понимаю, не осязаю. Я словно очутился в глубоком океане: на меня давят со всех сторон, и от этого у меня появилась странная эйфория. Свобода… Я иду. Какой трагичный конец. Жалко, что мне плевать.