Дорожные записки Егора. Маркер.

Выбросил книгу. Потерял наушники. На телефоне 33%. Энергос забыл в баре. Сигарет осталось 3 штуки. Не завтракал. Жалко, что с собой нет маркера. Иногда так хочется взять маркер потолще и на всей стене написать «ЗАЕБАЛИ». Такими большими буквами, чтобы было видно сразу при входе, а еще лучше никому не входить. Чтобы эта красота осталась только мне, чтобы никто не наблюдал это пьяное, развалившееся на полу чмо, что осталось последствием этой смачной надписи. Я ненавижу серьезные разговоры. Особенно те, что лишь пытаются быть серьезными. Особенно от людей, которые считают себя во всем правыми. Этот ублюдок корчит свою сраную рожу, покрытую пирсингом. Свет отражается от его такой же идеальной лысой бошки, почти как огни на сцене. Омерзительно. Еще чуть-чуть и он начнет отчитывать каждого из нас как сварливый дед у подъезда. Хотя вообще неважно, сколько ему там лет, если он уже старый душнила. Как же я ненавижу эту пакость. «Егор, ты же понимаешь, что если ты не возьмешься за голову, то все кончится очень и очень плохо. Если ты не уважаешь меня, то хотя бы обрати внимание на то, как серьезно к этому относятся ребята. Я бы хотел, чтобы ты перестал считать себя самым важным участником коллектива, пока не стало слишком поздно.» заебали. Заебали. ЗАЕБАЛИ. — Егор, — суровый голос, который я узнаю из тысячи, — У тебя отвратительные оценки. Если тебе все равно на меня, то подумай хотя бы о матери. Хватит страдать фигней. Ты опять меня не слушаешь. Егор. ЕГОР, БЛЯТЬ. Посмотри сюда, кусок дерьма. Ты что, опять накурился?! Смотрю в стену. Если достаточно долго его игнорировать, он исчезнет. Он обязательно исчезнет. Так было всегда, с самого начала. Я — дерьмо. Я — разочарование. Я — мерзость. У меня ужасный цвет волос. У меня противное лицо, потому что оно похоже на ее бывшего. У меня самый противный возраст и просто омерзительный характер. Я — чмо. Повторяю себе это почаще, лишь бы мой голос в голове ни за что не заменился его противными завываниями. Сейчас он накричится и заберет телефон. Ну и хер с ним. Мне ничего от него не нужно. Мне нужен Тема, как воздух. Он обязательно услышит, поймет и обязательно вышибет этот поганый голос из моей головы. Просто смотри в стену, Егор. Еще немного, и он исчезнет. Обязательно исчезнет Когда голос стихает, и он растворяется где-то в пространстве нашей небольшой трешки, я нахожу в кармане маркер. Оно происходит само. Слова пишутся особенно легко, когда это происходит от души. На белом кафеле кухни черный маркер останется еще надолго. Сначала как манипуляция, потом — как напоминание о том, что у них когда-то был сын. А сейчас на идеальной, белой стене вырисовывается та самая темная надпись. Послание от их главного разочарования. «ЗАЕБАЛИ» украсило всю стену на кухне. Так крупно, что видно сразу при входе, а еще лучше не входить. Чтобы эту красоту не затмило заплаканное чмо, что стыдливо украло отцовскую сигарету, и наспех зашнуровало кроссовки. Нормальные люди планируют побеги. Я не совсем нормальный. Я ничего никогда не планирую, никем не притворяюсь и просто делаю то, что вижу правильным. В моем рюкзаке почти ничего нет. Одна кофта, вторые штаны, горсть носков (первых попавшихся, наверняка дырявые), и трусы. Телефон остался у отца в ящике. Соваться туда после разговора на кухне совсем не хотелось. Закурил ту самую сигарету, и пошел к Артему. Может быть, он не слишком будет рад меня видеть, но мне он нужен как воздух. Возможно даже больше. заебали. Заебали. ЗАЕБАЛИ. Сам не понял, как оказался у Темы. Я даже не знаю, зачем я сюда пришел. Говорить совершенно не хотелось, поэтому я просто сидел и слушал, как вода капает с крана. Тема тоже сидел и слушал. Его нога снова непроизвольно трясется. Интересно, а он такой нервный из-за того, что я сорвал концерт? Или потому что я опять пришел без предупреждения? — Артем… — голос хриплый, словно не мой, — Ты прости. За концерт. Я буду внимательнее. Первый раз на сцене, я это… растерялся. — Егор, — спокойно ответил Морозов, — Все нормально. Не принимай Морса близко к сердцу. Кирилл не твой отчим. — Что ты сейчас сказал? — я сам не понял, что сейчас услышал. Где Тема с Элей этому научились? Какого хрена они оба так хороши в чтении мыслей?! — Кирилл не твой отчим. Скажи ему разговаривать с тобой иначе. Он поймет. — Я… ладно.