Дорожные записки Егора. Начертил по памяти.

Утро начинается не с кофе. Сборы на очередной концерт оказались сложнее, чем я ожидал. Не верится, что все может быть так спокойно. Я сегодня позавтракал по дороге на репетицию. Точнее, на заключительный саундчек. Все произошло так быстро, что я даже не поверил в то, что это может быть таким легким. Я даже не налажал. Морс одобрительно кивал всю репетицию. Может, я не такой уж и придурок. Степа все время нервно переглядывался с Артемом. Все кажется просто замечательным. Моя встреча с родителями прошла… нормально? Мы даже не поругались, а они восприняли идею группы как что-то серьезное. Удивительно. Может, у меня и правда получилось исчезнуть и я переродился в лучшем мире, где я не являюсь разочарованием семьи, самым ужасным другом на свете и самым безответственным членом группы? Без Эли и правда намного лучше. Я чувствую себя окрыленным, продуктивным и счастливым. Даже фанаты это заметили и, наконец, обратили внимание на скромного барабанщика. Даже льстит. Курить совсем не хочется. Хочется сделать это выступление самым лучшим из всех, что у нас были. Мне кажется, что сегодня получится. Правда кое-что все же напрягало. Соня сегодня репетировала только за синтезатором. А петь кто будет? Понятно, что Тема. Он уже вторые сутки горланит. А как же наш женский голосок? Сегодня без женского вокала? Существует только странный печальный эмо? Не знаю, о чем они там договорились, меня это мало касается. Лишь бы концерт прошел хорошо. Морс объявил перерыв. Ребята прилично разделились. Сам Кирилл ретировался загадочно курить, а заодно и посмотреть наполненность зала. Артем подсел к Степе. Орлов всегда нервничает перед выступлениями. Тема всегда его успокаивает. Неизменная классика нашего гаражного супер-бенда. Соня почему-то все равно ко мне подсела. Странная она, мы же в ссоре. Игнорировала меня целую неделю, а теперь делает вид, что ничего не было. — А ты чего такой спокойный? — внезапно выдала серая мышь. — А что? — ехидно сказал я, — Хочешь, чтобы я дрожал от страха? Ты-то че не поешь? Сама не боишься? — Так Эля же петь будет, — внезапно заявила Соня. Меня будто окатили ведром ледяной воды. Я замер, не в состоянии произнести ни слова. Голова закружилась. Стало совсем хреново. Хотелось просто уйти. Покинуть этот зал и больше не возвращаться. Я не могу облажаться. Не перед ней. — Что ты сейчас сказала? — выдавил из себя. — Эля будет петь. Просто опаздывает, — повторила Соня. Я сорвался с места, побежал в гримерку. Летел туда так быстро, как только мог. Лестничный пролет словно выпрямился. Я скатился с множества ступенек, как по горке на детской площадке. Бежал по коридору, боясь влететь в чужую дверь. Почти пролетел свою. Хорошая площадка. Здесь каждому досталась небольшая комнатка каждому. Такая роскошь далеко не везде имеется. Дверь открыл нараспашку. Где же? Да где, блять?! Нашел свою старую заначку. Начертил по памяти. Нужная купюра нашлась мгновенно. Отпустило. Отправился назад, к сцене. Почти не слышу музыки. Ребята играют какой-то трек. Кажется, я его знаю… Точно. Он же наш. Нихрена не понимаю. Как начинается моя партия? А… черт с ним. По пути из коридора врезался в Морса. Кажется, он меня искал. Но вместо разговоров со мной он развернулся и отправился в мою гримерку. Кажется, надо было что-то убрать… а что? Блять. Похуй. Кирилл со всем разберется. Это не так уж и важно. Главное просто отыграть что-то… Концерт. Сука! Точно! Концерт! Понесся к сцене. Вышел последним. Эля стояла в центре сцены. На нее падал свет… Ее волосы стали менее розовыми за это время. Она такая… прекрасная. Забываю проглатывать слюну. Все вокруг темнеет. Что-то стукнулось об пол. Почему так болит голова?