Первый день в топе лучших и неожиданный поворот (2 часть)

      Стоило мне закончить свою воспитательную акцию с табуреткой, как дверь в комнату снова бесцеремонно распахнулась.       На пороге показались сразу трое недо знакомых мне парней. Карасу лениво засунул руки в карманы, Отоя, как всегда, сиял своей дебильной улыбкой, а Шидо, едва переступив порог, буквально застыл на месте, оглядывая открывшуюся перед ним картину.       Три парня стояли с покрасневшими макушками после моих подзатыльников. Юкимия растерянно поправлял очки. Наги лениво потирал голову. Рин вообще выглядел так, будто сейчас придушит кого-нибудь исключительно из принципа.       Повисла настолько странная тишина, что мне самой захотелось выйти из комнаты… хотя это была не моя комната.       А потом… — ПХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!!       Первым согнулся пополам синеглазый. Он так громко заржал, что едва не сполз по дверному косяку вниз. — Да ладно… ха-ха-ха!.. Это что за картина маслом?!       Ниндзя тоже уже не мог держаться. — Не могу… серьёзно… — тот вытирал выступившие от смеха слёзы. — Я ожидал увидеть всё что угодно… но чтобы какая-то милашка с табуреткой строила сразу трёх парней…       Беловолосый показал на меня пальцем. — Это шедевр!       Даже розовоглазый демон несколько секунд молча смотрел на происходящее. Потом его губы медленно растянулись в широченной хищной ухмылке. — ХА-ХА-ХА-ХА!       Его смех был ещё громче. — Да ты вообще бешеная!       Он ткнул пальцем сначала в меня, затем в остальных. — Эта малявка вас троих построила!       Оставшийся, третий, уже почти задыхался. — Братцы… вы хоть понимаете, насколько жалко сейчас выглядите?       Недо ниндзя, продолжая смеяться, качал головой. — Трое здоровенных футболистов получили по голове от девушки…подзатыльники.       Все трое вновь дружно расхохотались. Я медленно закрыла глаза и глубоко вдохнула, а следующе очень спокойно открыла их. — Припёрлись ещё шуты на мою голову…       Я устало посмотрела на потолок. — Может, сегодня просто день национального фестиваля идиотов, а мне забыли сообщить? — Не-е-е, — вытирая глаза, покачал головой Карасу. — Это ты устроила представление. — Согласен, — ухмыльнулся его напарник по издевкам. — Мы ещё из коридора услышали какой-то крик, а когда вошли…       Футболист снова посмотрел на троицу. — …увидели последствия домашнего воспитания. — Домашнего? — фыркнула я. — Это ещё гуманное.       Наги лениво поднял голову. — Нара… — М? — Больно было. — Мало. — Жестоко… — Заслужил. — Но я же просто хотел поспать… — На кровати. — Ты мягче… — Наги. — М? — Ещё слово — получишь второй комплект.       Белобрысый мгновенно закрыл рот. Блондин, наоборот, расхохотался ещё громче. — Аха-ха-ха! Да она мне еще больше нравится! С характером!       Рин-тян холодно перевёл взгляд на блондина. — Заткнись. — О? — Ты орёшь слишком громко. — А ты слишком скучный. — Попробуй повторить. — Повторю!       Шидо сделал шаг вперёд. — Ты скучный! — Рюсей… — тяжело вздохнул Карасу. — Не начинай. — Почему? — Потому что она тебя сейчас тоже табуреткой ударит.       Номер два на секунду посмотрел на меня и неожиданно… — …Ладно.       Я медленно моргнула. — Он… испугался? — Не-а, — усмехнулся ворон. — Просто жить хочет.       Комната снова взорвалась смехом. Даже Юкимия не удержался и тихо рассмеялся, прикрывая рот ладонью. Я же только тяжело выдохнула, опуская табуретку на пол. — Господи…       Потёрла переносицу. — Я всего лишь хотела спокойно позавтракать.       Подняла взгляд на эту компанию. — Но, кажется, спокойно — это слово вообще запрещено в Блю Локе.       Карасу наконец перестал смеяться и, выпрямившись, несколько раз глубоко вдохнул, будто пытался вернуть себе способность нормально разговаривать. Вытерев выступившие в уголках глаз слёзы от смеха, он ещё раз покосился на Рина, Наги и Юкимию, после чего медленно перевёл взгляд на меня.       На его лице снова появилась привычная хитрая ухмылка. Парень неторопливо подошёл ближе и я сразу напряглась от этого взора. Слишком внимательный, словно ворон сейчас не просто рассматривал меня, а пытался что-то просчитать в следующей жертве. — Вот уж не подумал… — протянул тот с ленивой ухмылкой, засунув одну руку в карман. — Что наша нулевая девчушка устроит такой переполох с самого утра.       Я спокойно встретила его взгляд. — Проблемы?       Несколько секунд он молчал, а дальше уголок его губ едва заметно дёрнулся. — Нет.       Тот без лишних слов протянул мне руку. — Думаю, для начала стоит познакомиться нормально. Карасу Табито.       Я несколько секунд смотрела на раскрытую ладонь, после чего всё же пожала её. — Наруми Аяно. — Приятно познакомиться. — Взаимно. — Ну раз пошла такая пьянка…       Сбоку словно материализовался Отоя. Он с привычной лёгкостью закинул руки за голову и широко улыбнулся, будто вообще не существовало такого понятия, как личное пространство. — А я-я-я… Отоя Эйта.       Он театрально поклонился. — Можешь звать меня как захочешь, малышка.       Я несколько секунд молча смотрела на него, совершенно серьёзно перевела взгляд на остальных. — У кого-нибудь есть пистолет?       В комнате повисла короткая тишина. — Чтобы пристрелить его и не мучиться. Всех мои слова позабавили, а вот четвертый номер театрально прижал ладонь к груди. — Ай… как жестоко. А я ведь от чистого сердца. — Именно это и пугает. — Неужели я настолько плох? — Пока что ты лидер в рейтинге людей, которых хочется огреть табуреткой. — Ой…       Эйта демонстративно сделал шаг назад. — Табуретка… серьёзный аргумент. — Очень.       В этот момент впереди раздался низкий смешок. — Пхахахаха…       Шидо, до этого с интересом наблюдавший за происходящим, расплылся в своей фирменной звериной ухмылке и, засунув руки в карманы, уверенно направился прямо ко мне. — Да брось ты их.       Он остановился почти вплотную. — Всё равно им ты не интересна.       Потом ткнул большим пальцем себе в грудь. — А вот мне…       Его глаза азартно блеснули. — Очень интересно познакомиться поближе.       Я устало посмотрела на него. — Ну что, куколка…       Шидо оскалился ещё шире. — Вот мы и пересеклись.       Я медленно прикрыла глаза, сделала глубоко вдохнула и снова открыла их и совершенно ровным голосом произнесла: — Уйди назад в ад, а?       Парень моргнул. — Демон надоедливый.       На секунду воцарилась тишина.       А затем… — ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!       Розовоглазый расхохотался так громко, что даже стены, казалось, дрогнули. — Да ты вообще огонь!       Он хлопнул себя по колену. — Но нет-нет…       Блондин наклонился чуть ближе. — «Куколка» не прокатит.       Я уже чувствовала, как начинает дёргаться глаз. — С чего бы это? — Потому что…       Он прищурился с хитрым, почти хищным выражением лица. — Для тебя нужно придумать прозвище получше, но и это идеальное для тебя. — Не утруждайся. — Уже утруждаюсь. — Не стоит. — Стоит. — Нет. — Да.       Я тяжело вздохнула. — Можно я всё-таки пристрелю кого-то?       Ворон лишь тихо рассмеялся. — Боюсь, его даже пуля не остановит. — Проверять не хочется. — А зря. — Очень зря, — довольно кивнул демон мне под ухо. — Потому что мне интересно посмотреть…       Номер два с азартной улыбкой посмотрел прямо мне в глаза. — Через сколько минут ты начнёшь рычать на меня по-настоящему.

***

      Я лишь молча закатила глаза, уже даже не пытаясь спорить с этим ходячим бедствием. — Ладно… — устало выдохнула я, поправляя длинную толстовку и уже перехотела, идти с кем-то в столовую. — Развлекайтесь без меня. Я вообще-то собиралась позавтракать.       Не дожидаясь чьего-либо ответа, я развернулась и спокойно направилась к выходу. — Эй, кукол… Я не договорил. —…       Шидо театрально вздохнул, от того что с моей стороны не последовала реакция, а спокойно продолжила идти дальше. Однако не успела сделать и пяти шагов, как за спиной послышались сразу две пары приближающихся шагов. — Хм?       Я обернулась через плечо. За мной, словно два потерявшихся щенка… нет. Щенок и бешеный волк. Спокойно шагал Отоя, лениво засунув руки в карманы, а рядом вприпрыжку шёл совершенно довольный жизнью Шидо. Я молча посмотрела сначала на одного и на второго. — Вы чего? — Есть идём. — И мы тоже хотим завтракать, — невозмутимо ответил Эйта. — Именно за мной? — А почему нет?       Я перевела взгляд на демона, тот широко улыбнулся. — Мне скучно. — Какая веская причина…       За ними, уже значительно спокойнее, шли Наги, Юкимия и Карасу. Рин вообще держался отдельно, будто шёл сам по себе и просто случайно двигался в том же направлении. Я тяжело вздохнула. — Жаль… — Что? — заинтересованно спросил пикапер. — Что у меня нет мухобойки. — Зачем? — Потому что две особо надоедливые мухи никак не хотят отлипнуть.       Отоя театрально приложил ладонь к сердцу. — Это сейчас было про нас? — Нет.       Я посмотрела на блондинчика. — Только про него. — Эй! — Но ты тоже недалеко ушёл.       Карасу тихо усмехнулся. — Уже начинают делить, кто больший паразит. — Я вообще-то харизматичный. — Ты вообще-то приставучий. — Почти одно и то же. — Нет.       Пока мы обменивались колкостями, дошли до столовой, которая, как оказалось, предназначалась исключительно для Топ-6 и меня. Помещение оказалось просторным, светлым и куда спокойнее общей столовой Блю Лока. Здесь было значительно меньше столов, а ассортимент еды выглядел заметно богаче. — Хоть что-то хорошее… — пробормотала я себе под нос.       Подойдя к линии раздачи, я недолго выбирала. Взяла большую миску горячего рамэна, несколько куриных шашлычков, зелёный чай и, прихватив поднос, направилась к ближайшему свободному столику. — Наконец-то…       Я поставила еду перед собой и взяла палочки, со спокойной душой сложила ладони. — Итадакимас…       Не успела даже сделать первый глоток бульона. — Свободно?       Я подняла голову. Юкимия уже стоял рядом с подносом. — Садись. — Спасибо.       Шатен занял место справа от меня, а через секунду с другой стороны плюхнулся Наги. — Нара… — Что? — Я посплю после завтрака. — Поздравляю. — На тебе. — Нет. — Почему? — Потому что я ем. — Жалко…       Я уже собиралась наконец попробовать рамэн, однако напротив меня с грохотом опустился ещё один поднос. — О, отличное место! — крикнуло одно шило. — Нет. — Да. — Нет. — Уже сел. —…       Я медленно перевела взгляд в сторону, рядом со Шидо уже усаживался Отоя. Два кориша-извращенцев, блин. — Компания становится всё приятнее. — Для кого? — Для меня. — Вот именно.       С другой стороны стола спокойно разместился ворон. Я несколько секунд молча смотрела на всё это безобразие. — Вы…       Все одновременно подняли на меня глаза. — …серьёзно? — Конечно, — пожал плечами Карасу. — Тут мест полно. — Именно. — Тогда почему…       Я медленно обвела взглядом абсолютно пустую столовую. — …из всех свободных столов вы решили сесть именно ко мне? — Потому что весело, — беззаботно ответил Отоя. — Потому что интересно, — ухмыльнулся Карасу. — Потому что хочу посмотреть, как ты снова кого-нибудь ударишь, — честно признался Шидо. — Потому что здесь ты, — сонно пробормотал Наги, уже лениво навалившись локтем на стол.       Юкимия лишь неловко улыбнулся. — Я просто… сел рядом.       Я прикрыла глаза. — Господи…       В этот момент к столу подошёл ресничка. Я даже мысленно обрадовалась. — «Ну хоть этот сейчас сядет подальше…»       Однако зеленоволосый, даже не взглянув на остальных, спокойно поставил поднос на единственное свободное место за нашим столом и молча сел. Я медленно повернула голову в его сторону. Он невозмутимо начал есть, будто ничего необычного не произошло.       Несколько секунд за столом стояла тишина, но только внешне. Стоило мне опустить взгляд в тарелку, как буквально кожей почувствовала, что атмосфера вокруг стала какой-то… странной. Шидо периодически косился на Рина с таким выражением лица, словно уже представлял очередную драку. Бирюзовоглазый отвечал ему абсолютно ледяным взглядом, не произнося ни слова. Синеглазый с оценивающим интересом наблюдал за обоими, явно ожидая, кто сорвётся первым.       Недо ниндзя, продолжая беззаботно улыбаться, словно специально подбрасывал реплики, от которых напряжение только росло. Четырехглазый тихо ел, делая вид, что ничего не замечает, хотя время от времени поправлял очки. Ленивец же вообще не понимал, почему вокруг столько шума, спокойно жуя лапшу с таким видом, будто происходящее его совершенно не касалось.       Я медленно поднесла палочки ко рту. — «Так…»       Сделала первый глоток бульона. — «Главное — успеть нормально поесть…»       Посмотрела на шестерых парней за одним столом. — «Потому что что-то мне подсказывает…ещё минут пять — и они опять начнут выяснять отношения.»

***

      Начало завтрака оказалось куда спокойнее, чем его продолжение, а уж о завершении я вообще предпочитала не думать. Первые несколько минут я хотя бы могла нормально есть, наслаждаясь горячим рамэном и делая вид, что за столом не сидит целая сборная из людей, способных превратить обычный завтрак в очередной этап отбора.       Но долго это не продлилось. — Аяно, а ты действительно учишся вместе с Юкимией? — первым начал Отоя, подперев подбородок рукой.       Я подняла взгляд от миски. — Да. Но откуда тебе это известно? — Наш очкарик рассказал, вчера. А вы часто общаетесь? — Не особо. — А почему? — Разные классы. — А чем ты вообще занимаешся в школе? — Учусь, очень трудно додуматься, я не могу. — И всё? — А что ещё я должна там делать?       Рюсей, сидевший напротив, тут же вклинился: — А какой у тебя любимый футболист? — Не скажу. — Любимая позиция? — Та, на которой я могу забивать. — Любимый цвет? — Шидо, ты сейчас анкету заполняешь?       Демон довольно ухмыльнулся. — А что? Мне интересно. — Тогда спроси что-нибудь действительно интересное. — Хорошо! Ты кого-нибудь здесь уже успела возненавидеть?       Я медленно повернула голову в его сторону. — Следующий вопрос.       Карасу тихо хмыкнул, а Отоя рассмеялся. — Ладно-ладно, — поднял руки пикапер. — Не давим.       Однако буквально через несколько секунд тот снова начал: — А правда, что ты одна из самых сильных игроков здесь? — По словам Эго. — А ты сама так считаешь? — Мне безразлично, что я там считаю. Результаты есть результаты.       Шатен, до этого спокойно слушавший разговор, наконец вмешался: — Парни, вы можете хотя бы немного сбавить обороты? Она только проснулась, а вы уже устроили ей допрос. — Я просто знакомлюсь с милой крошкой, — невинно отозвался Отоя. — Ща по морде получишь за крошку… — Знакомиться можно и без двадцати вопросов подряд. — влез кареглазый, чтобы сгладить мои слова. — Справедливо.       Шило фыркнул, но всё-таки ненадолго замолчал. Я благодарно посмотрела на Юкимию. — Спасибо. — Не за что.       Белобрысая зараза тем временем постепенно начал клевать носом. Сначала его подбородок просто опустился к груди, затем голова медленно качнулась в сторону, и парень едва не уткнулся лицом прямо в миску. — Наги. — М-м? — Ешь. — Не хочу… — Ты вообще завтракать пришёл? — Меня привели…       Я вздохнула и придвинула к нему еду. — Тогда хотя бы несколько ложек.       Он сонно посмотрел на меня, после чего без особого энтузиазма взял палочки. Через пару секунд снова начал засыпать. — Наги, блина. — Я ем… — Ты держишь палочки неподвижно уже секунд десять. — Это тоже часть процесса.       Я покачала головой и, пока он окончательно не заснул прямо за столом, начала помогать ему с едой, поднося небольшие порции, чтобы этот сонный человек хотя бы не остался голодным. Заодно я, какого-то хрена, умудрилась таким поступком получить хмурые взгляды остальных. — Спасибо, Нара… Ты такая заботливая. — Жуй давай, лучше и не засыпай. — Постараюсь…       На фоне этого цирка я почти перестала обращать внимание на Карасу. Почти, потому что всё это время он периодически смотрел на меня. Не так, как двое липучек, которые откровенно проявляли любопытство и флирт. Не так, как Кенья, который старался вести себя максимально вежливо. И даже не так, как белобрысик, который большую часть времени вообще едва держал глаза открытыми. Этот синеволосый просто наблюдал. Причём настолько внимательно, что через некоторое время я начала чувствовать его взгляд буквально кожей.       Я аккуратно подняла глаза от своей тарелки и наши взгляды встретились. парень ничего не сказал и продолжил смотреть, отчего я слегка нахмурилась. — Что? — Ничего. — Тогда почему смотришь? — Интересно. — Что именно?       Карасу едва заметно усмехнулся. — Как ты ешь.       Я замерла с палочками в руке. —…       Пикапер тут же повернулся к нему. — Это сейчас был самый странный ответ за всё утро. — Я просто наблюдаю. — За тем, как человек ест? — У каждого свои интересы.       Я снова посмотрела на эту ворону. Вроде бы ничего особенного он не делал, однако моё шестое чувство настойчиво подсказывало, что с этим человеком лучше держать ухо востро. Будто бы слишком много замечал и слишком внимательно следил за мелочами, как тот шпион или киллер. Складывалось ощущение, будто за его спокойной ухмылкой постоянно работали шестерёнки. Я спокойно вернулась к своему завтраку, решив не придавать этому значения.       Хотя внутренний голос упрямо повторял одно и то же: — «Осторожнее с этим вороном.»       И почему-то именно ему я верила больше всего.       Тем временем Итоши младший всё это время молча терпел происходящее, однако, судя по тому, как всё сильнее напрягались его пальцы вокруг палочек, запас терпения у него подходил к концу. Наконец ресничка резко поднял взгляд от своей тарелки. — Да заткнётесь вы уже наконец и дадите мне спокойно поесть?       За столом на пару секунд стало подозрительно тихо. Рюсей медленно повернул к нему голову и недобро усмехнулся. — Тогда какого чёрта ты вообще сюда сел, если тебе шум мешает?       Зеленоволосый уже собирался ответить, но вдруг его взгляд скользнул в мою сторону. Всего на мгновение, однако я это заметила. Он ничего не сказал, лишь раздражённо отвернулся и снова принялся за еду. — Ого, — протянул беловолосый, сложив руки в стиле Наруто, явно уловив эту паузу. — А чего это ты вдруг замолчал? — Не твоё дело. — А-а, понятно.       Я вздохнула, решив не лезть в очередную перепалку, однако спокойствие продержалось недолго. Эйта, которому, судя по всему, снова стало скучно, шустро потянулся к своей тарелке и, заметив, как розоглазый очередной раз ухмыляется, решил явно сделать что-нибудь крайне сомнительное. — Эй, Шидо. — Чего? — Лови.       Отоя схватил небольшой кусочек еды палочками и резким движением швырнул его в сторону блондина. — Ты совсем…       Номер два успел дёрнуться в сторону, но еда, вместо того чтобы попасть в него, пролетела мимо и с совершенно предательской точностью угодила прямо мне. Я медленно замерла, от потекшего соуса, что мог попасть в глаза. На несколько секунд за столом установилась абсолютная тишина, что предзнаменовало парням смерть от моей руки.       Кусочек еды сполз с моей щеки прямо на плечо, по остальная масса стекала по груди и кончиках волосам. Я замедленно подняла руку и сняла остатки еды с щеки. —…       Наш номер 4 побледнел на глазах. — Милашка… — М? — Я могу всё объяснить. — Правда? — Да. — И как? — Я целился в Шидо. — Это я уже поняла. — Просто…       Он беспомощно посмотрел на своего товарища по несчастью. — …он увернулся.       Шидо расхохотался так громко, что едва не свалился со стула. — ХА! Вот это меткость! Даже когда целишься в меня, умудряешься накормить мою куколку!       Я медленно сморщила лицо и сделала глубокий вдох. — Отоя. — Да?       Я медленно опустила салфетку на стол, а затем подняла взгляд на Отою. На моём лице появилась настолько подозрительно спокойная и в тоже время злостная улыбка, что даже Шидо на секунду перестал ухмыляться. — Я сейчас очень спокойно скажу одну вещь. — Какую? — осторожно переспросил пикапер.       Я открыла глаза шире, продолжая жутко улыбаться уже совершенно недобрым выражением лица. — Ты разбудил не того зверя, недо-ниндзя треклятый! Я вам сейчас уши на жопу натяну, бездари вы этакие! — Ой, — только и успел произнести беловолосый.       Я схватила свою тарелку с рисом и, даже не раздумывая, отправила её прямо в сторону парней. — ААА?!       Тарелка пролетела через стол и с удивительной точностью задела сразу двоих — и во второго и в четвертого. На несколько секунд все замерли, а затем демон медленно поднял голову, с которой на форму свалилось несколько рисинок. — …Куколка. — Не называй меня так! — Ты только что начала войну. — Вы её начали!       Ниндзя вытер рис со щеки и вдруг довольно ухмыльнулся. — Ну раз так…       Парень схватил поднос. — ВОЙНА!       Следующая секунда превратилась в настоящий хаос. Подносы мгновенно стали щитами, тарелки — боеприпасами, а всё, что ещё минуту назад предназначалось для нормального завтрака, теперь летело через помещение с совершенно иной целью. — Получай! — Сам получай! — Шидо, не смей бросать суп! — Почему?! — Потому что он горячий! — Уже нет! — Это не делает его нормальным оружием!       Я спряталась за поднятым подносом, когда мимо пролетел кусок омлета. — Эй!       В ответ я схватила салат и отправила его обратно. — Лови!       К сожалению, первым под раздачу попал вовсе не тот, кто заслуживал. Четырехглазый оказался буквально случайной жертвой этой продовольственной войны. На его плечо свалился рис, на форму попало несколько капель соуса, а затем прямо по очкам расплескался остывший мисо-суп. Он оторопел и очень медленно поправил оправу и с натянутой улыбкой вытер линзы салфеткой. — Я просто хотел спокойно позавтракать… — Юки, прости! — крикнула я из-за подноса. — Всё нормально…       Парень снова поправил очки. — Хотя, если честно, уже не совсем.       Наги происходящее практически не волновало. Белобрысый каким-то чудом продолжал спать, уронив голову прямо на стол, пока вокруг него летала еда. — Наги! — крикнула я. — М-м… — Просыпайся! — Не хочу…       Очередной поднос пролетел над его головой. Сей даже не пошевелился. — Он реально спит?! — изумился ниндзя. — Завидую, — пробормотал Табито.       Карасу, который до этого предпочитал наблюдать за происходящим со стороны, всё-таки втянулся в безумие. Он ловко перехватил летящий поднос и спрятался за ним, после чего ответил своей атакой. — Эй, нулевая! — Что?! — Лови!       Я едва успела пригнуться, когда рядом со мной пролетел кусок хлеба. — Вы все окончательно с ума сошли! — Ты первая начала! — напомнил Отоя. — А вы меня довели!       В следующую секунду я схватила вилку, но, вовремя сообразив, что использовать её как оружие — уже перебор, отбросила её обратно на стол и вместо этого набрала целую порцию салата. — Ну тогда держи!       Салат полетел прямо в сторону Рина и попадание было идеальным, что несколько листьев прилипли к его форме, а один кусочек овощей каким-то образом оказался на волосах. Тишина. Итоши младший медленно поднял голову и его бирюзовые глаза сузились. —…       Я застыла с пустой миской в руках. — Э-э…       Отоя прошептал: — О нет.       Рюсей, наоборот, расплылся в широкой улыбке. — О-о-о, вот теперь начинается самое интересное.       Рин-тян медленно снял кусочек салата с волос. — Вы…       Номер один посмотрел сначала на четвертого, затем на второго, а потом перевёл взгляд на меня. — Совсем границ не знаете?       Я нервно почесала щеку. — Это… случайность? — Малышка, — тихо сказал Карасу, уже заранее прячась за подносом. — Да что вы хотите? — Я бы на твоём месте сейчас спрятался. — Почему?       Зеленоволосый уже схватил свой поднос. — ПОТОМУ.       В следующую секунду ответ прилетел прямо в нашу сторону. — А-А-А! Рин, ты чего?!       И вот тогда окончательно стало понятно: мирного завтрака сегодня уже не будет.

***

      Драка тем временем совершенно не собиралась прекращаться, а наоборот, с каждой минутой становилась всё более хаотичной, потому что теперь уже никто толком не помнил, с чего именно всё началось. Подносы продолжали служить щитами, салфетки и кусочки еды летели через помещение, а я, окончательно забыв о своём завтраке, металась между столами, пытаясь одновременно увернуться от чужих атак и вернуть противникам всё то, что они успели в меня запустить. — Да прекратите вы уже! — в очередной раз попытался остановить нас Кенья, но, судя по его лицу, он прекрасно понимал, что связываться с этой компанией было ещё опаснее, чем просто наблюдать со стороны.       Я попыталась отступить от очередной атаки Шидо, однако нога зацепилась за ножку стула, и я едва не потеряла равновесие. В следующий момент чья-то рука крепко придержала меня за плечи, не позволив рухнуть прямо на пол. — Осторожнее, Наруми-сан, — спокойно произнёс Юкимия, удерживая меня, пока я не восстановила равновесие.       Я удивлённо посмотрела на шатена, затем коротко кивнула в знак благодарности. — Спасибо, Юки. — Не за что.       Парень отпустил мои плечи и тут же отступил в сторону, стараясь больше не вмешиваться в нашу продовольственную войну. — «Ну, хотя бы я рад, что Наруми-сан стало лучше», — подумал Юкимия, наблюдая за девушкой.

***

Ещё совсем недавно он видел перед собой совершенно другую Аяно, тихую, уставшую и словно потерявшую какую-то важную часть себя, поэтому даже этот абсурдный беспорядок сейчас казался ему хорошим знаком. Она снова спорила, злилась, возмущалась и совершенно не собиралась позволять окружающим обращаться с собой как с хрупкой вещью, которую нужно постоянно жалеть.

***

      Я же уже снова схватила поднос и собиралась присоединиться к очередной атаке, когда почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Карасу стоял чуть поодаль, прислонившись плечом к столу, и смотрел на меня с той самой непроницаемой полуулыбкой, которая почему-то заставляла меня чувствовать себя немного неуютно. — Что? — спросила я, не выдержав его взгляда. — Ничего. — Тогда чего уставился? — Наблюдаю. — За чем?       Ворон слегка склонил голову, продолжая смотреть прямо на меня. — За тобой.       От такого ответа я на мгновение потеряла дар речи. — Очень содержательно. — А я не говорил, что собираюсь читать тебе лекцию.       Он подошёл ближе, и я машинально отступила на полшага, однако Карасу лишь остановился рядом, после чего его взгляд снова скользнул по моей толстовке. — А, тебе, оказывается, очень идёт такой прикид, — произнёс ворон с лёгкой усмешкой, а затем чуть приблизился, чтобы его голос не утонул в общем шуме. — Жаль только, что эта толстовка не моя.       Я пару секунд просто смотрела на него, пытаясь понять, действительно ли он сейчас это сказал. — Ты сейчас серьёзно? — А что? — Ты решил подхватить эстафету Отои?       Карасу тихо рассмеялся. — Нет, я просто сделал комплимент. — Очень подозрительный комплимент. — Зато честное.       Я уже хотела что-нибудь ответить, но заметила, как синеглазый вдруг осторожно снял с моего локона прилипший кусочек риса. — Вот это тоже тебе не идёт, — заметил парень. — Что именно?       Он показал мне рисинку между пальцами. — Завтрак в волосах.       Я невольно хмыкнула, а парень на мгновение задержал на мне взгляд, словно именно такой реакции и добивался. — Вот, так гораздо лучше. — Что лучше? — Когда ты улыбаешься, а не собираешься кого-нибудь убить подносом.       Я фыркнула и легонько толкнула его локтем. — Если мое хмыканье кажется тебе улыбкой, то у тебя беды с башкой. — Кто знает, что ты можешь принести.       Однако наше относительно спокойное мгновение тут же разрушил беловолосое недоразумение, который каким-то тихим чудом снова оказался рядом. — Милашечка, а я могу тебе предложить кое-что получше этой толстовки…       Я даже не повернулась к нему полностью. — Гуляй, пикапер долбаный.       Карасу не выдержал и рассмеялся, прикрыв рот рукой. — Жёстко. — Зато понятно. — Согласен.       Отоя театрально схватился за грудь. — Я всего лишь хотел помочь! — Тогда помоги себе и отойди подальше. — Какая жестокая кофетка… — А ты всё ещё здесь? — цокнула я на парня.       Беловолосый наконец отступил, а Табито ещё несколько секунд продолжал улыбаться, после чего протянул мне поднос. — Ну что, нулевая леди, продолжим войну?       Я взяла его из рук и уверенно кивнула. — Конечно. Только теперь ты на моей стороне. — Договорились.       И, судя по тому, как Карасу довольно усмехнулся, он вовсе не возражал против такого распределения команд.

***

      Я уже собиралась снова вернуться к бойне, когда синеглазый неожиданно коснулся моего запястье и удерживал на месте. Ворон чуть наклонился ко мне, продолжая смотреть с той самой пронзительной полуулыбкой, от которой я начинала подозревать, что парень опять собирается сказать какую-нибудь глупость. — Знаешь, Ая, — протянул футболист резко перейдя в странный для меня тон, — я всё больше убеждаюсь, что рядом с тобой довольно весело. — Это ты сейчас меня хвалишь или предупреждаешь? — А почему обязательно выбирать что-то одно?       Я подозрительно прищурилась, а Карасу тихо усмехнулся и чуть склонил голову набок. — Ты совершенно не похожа на ту холодную и неприступную девчонку, о которой я слышал. — Может, потому что я просто не со всеми веду себя одинаково. — Значит, мне повезло? — Нет, у меня передышка.       Номер три рассмеялся, а затем на несколько секунд замолчал, продолжая внимательно смотреть мне в глаза. Его взгляд был настолько прямым, что я невольно почувствовала, как начинаю дергаться, хотя совершенно не понимала, почему вообще должна реагировать на это. — Что? — наконец спросила я. — Ничего.       Я уже собиралась ответить, когда он вдруг заметил на моей щеке небольшое пятно соуса, оставшееся после нашей безумной перестрелки едой. — Подожди. Карасу протянул руку и осторожно указал пальцем на щёку, не касаясь её. — У тебя здесь соус остался. — Где? — Вот здесь. Я попыталась вытереть его ладонью, но только размазала пятно ещё сильнее. Карасу тихо рассмеялся. — Великолепно. Теперь стало ещё заметнее. — Тогда помоги, раз такой умный. — С удовольствием.       Футболист протянул мне салфетку, но вместо того чтобы просто отдать её, некоторое время держал передо мной, словно специально заставляя меня самой потянуться за ней. — Ты издеваешься? — Немного.       Я закатила глаза и всё-таки забрала салфетку. — Пикапер недоделанный. — Я ещё даже не начинал. — И не начинай.       Именно в этот момент между нами неожиданно появился Юкимия. Шатен совершенно спокойно встал рядом со мной, слегка отодвинув меня от Карасу, после чего поправил очки и с вежливой улыбкой посмотрел на ворона. — Думаю, Наруми-сан уже достаточно насмотрелась на твоё чувство юмора. — Ого, — Темноволосый приподнял бровь. — А ты у нас теперь телохранитель? — Нет, просто не хочу, чтобы её снова начали донимать.       Кенья улыбался совершенно спокойно, однако я почему-то сразу заметила, что взгляд у него стал куда менее доброжелательным, чем выражение лица. Карасу тоже это заметил. Несколько секунд парни молча смотрели друг на друга, и атмосфера между ними вдруг стала настолько странной, что даже я почувствовала себя лишней в собственном разговоре. — Эм… ребята?       Оба одновременно посмотрели на меня. — Я вообще-то просто хотела доесть завтрак.       Ворон первым усмехнулся и отступил. — Ладно, Наруми, не буду мешать.       Юки проводил его взглядом, после чего снова повернулся ко мне и уже совершенно спокойно произнёс: — Вот теперь можешь спокойно есть.       Я посмотрела сначала на одного, потом на другого и тяжело вздохнула. — Почему мне кажется, что я сейчас случайно оказалась посреди какой-то совершенно непонятной войны?       Номер три, уже отходя к остальным, только усмехнулся. — Может, потому что ты сама постоянно оказываешься в центре событий? — Очень смешно!       А кареглазый лишь покачал головой, хотя уголки его губ всё-таки дрогнули в едва заметной улыбке.

***

      Я только успела подумать, что этот безумный завтрак наконец начал хоть немного приходить в себя, как в нашу сторону снова прилетела очередная порция еды, заставив меня резко пригнуться, а Юкимию — машинально поднять поднос над головой, защищаясь от внезапной атаки. — Да вы издеваетесь?! — возмутилась я, выглядывая из-за импровизированного щита.       На другом конце столовой Шидо и Отоя продолжали что-то выяснять с Рином, причём по их выражениям было совершенно очевидно, что прекращать свою войну они даже не собирались. Табито же посмотрел сначала на меня, затем на шатена, который всё ещё стоял рядом со мной с подносом в руках, и только хмыкнул, будто пришёл к какому-то собственному выводу. — Ая, тебе бы лучше всё-таки переодеться. — Почему?       Карасу махнул рукой в сторону продолжающегося хаоса. — А то не ровен час эти придурки тебя вместе с завтраком съедят.       Я нахмурилась, не совсем понимая, что именно он подразумевал под последней фразой, особенно учитывая его этот хищный взгляд и странную полуулыбку. — В каком смысле «съедят»? — В самом обычном, — невозмутимо ответил синеглазый, хотя выражение его лица совершенно не убеждало меня в этом. — Посмотри на них.       Я посмотрела. Шидо действительно выглядел так, будто ещё немного — и он начнёт объявлять охоту на всех присутствующих. — …Ладно, — пробормотала я. — Это действительно убедительный аргумент.       Я подошла к белобрысому засранцу, что сегодня вел себя сонливей, чем раньше. Который после всей этой вакханалии каким-то чудом всё ещё пребывал где-то между сном и явью, и попыталась его разбудить. — Наги, пойдём. — М-м-м… — Нам нужно переодеться. — Не хочу… — Я не спрашиваю.       Пришлось практически подхватить его под руку и потащить за собой, пока Кенья помогал мне направить сонного белобрысого в сторону их комнаты. — Он всегда такой? — спросила я. — В основном, — с лёгкой улыбкой ответил кареглазый. — Потрясающе.       Когда мы добрались до комнаты, я сразу остановилась у двери и посмотрела на парня. — Мне вообще-то не обязательно брать ещё одну твою толстовку. — Почему? — Потому что я и так уже достаточно тебя напрягла сегодня, — пояснила я, слегка потянув край той одежды, которую уже носила. — Сначала разбудила Наги, потом устроила здесь войну, потом ещё и твоя одежда…       Четырехглазый спокойно покачал головой. — Наруми-сан, всё нормально. — Правда? — Правда. Если тебе нужна сменная одежда, я могу дать ещё одну вещь, и на этом всё.       Футболист сказал это настолько просто и спокойно, что спорить дальше было бессмысленно. — Ладно, — нехотя согласилась я. — Но я тебе потом верну. — Договорились.       Через несколько минут я уже переоделась в другую спортивную толстовку, которую Юки любезно нашёл среди своих вещей. Я поправила рукава и посмотрела на себя. — Опять огромная… — Зато теперь тебе будет удобнее, — заметил пятый из топа. — Вы там все специально одежду на два размера больше носите? — Не думаю.       Сей, который всё это время сидел на кровати с закрытыми глазами, лениво пробормотал: — Тебе идёт.       Я повернулась к нему. — Ты вообще ещё спишь? — Угу. — Тогда откуда знаешь? — Просто знаю…       Я только вздохнула. Когда мы уже собирались выйти из комнаты, дверь едва успела открыться, как перед нами возник блондин-маньяк. — Куколка! — О нет…       Я даже не успела отойти, как он подхватил меня в охапку, совершенно не собираясь отпускать. — Отпусти меня, псих! — Ни за что! Такая куколка сама пришла ко мне в руки! — Шидо, прекрати!       Я попыталась вывернуться, но он лишь крепче удерживал меня, поэтому пришлось действовать иначе: я наступила ему на ногу и тут же хлопнула по его руке. — Ай! — Вот так тебе!       Рюсей наконец отпустил меня и отступил, потирая руку с совершенно искренним возмущением. — Жестокая! — Зато действенно, — невозмутимо ответила я, поправляя толстовку.       Юки тяжело вздохнул, но всё-таки не смог скрыть улыбку. — Теперь понятно, почему тебе лучше было уйти из столовой. — Ага, — пробормотала я. — Там хотя бы еда летала, а здесь на меня уже сами игроки бросаются.       Из коридора тут же донёсся смех любителя флирта. — Не переживай, конфетка, я тоже могу броситься! — Даже не думай! Идиот! — Понял!       Четырехглазый прикрыл глаза ладонью, а я только покачала головой, окончательно убедившись, что спокойного утра в Блю Локе мне сегодня никто не подарит.

***

      Кое-как пережив весь этот сумасшедший завтрак, я наконец смогла вернуться в свою комнату и закрыть за собой дверь, после чего с облегчением прислонилась к ней спиной и несколько секунд просто стояла, наслаждаясь редкой для этого места тишиной.       После всего произошедшего мне уже хотелось только одного — спокойно привести себя в порядок и морально подготовиться к тому, что ждало впереди. Эго ещё вчера предупредил, что сегодня мне должны подробно рассказать о моих дальнейших обязанностях и правилах перед отбором к матчу с молодёжной сборной Японии, поэтому я заранее настраивала себя на любые сюрпризы. После всего, что произошло за последние сутки, я уже практически перестала удивляться тому, какие испытания могли придумать для меня в Блю Локе. Однако стоило мне взглянуть на оставшиеся от вчерашнего наряда лохмотья, как настроение снова немного испортилось. Я собрала разорванную ткань платья и некоторое время молча смотрела на неё. — Вот же…       От одного воспоминания о том, сколько усилий Рицуки и Анри-сан потратили на мой внешний вид, мне стало ужасно неловко. — Даже думать не хочу, сколько это стоило…       В итоге от платья осталось настолько мало пригодной ткани, что сохранять его не имело никакого смысла, поэтому пришлось безжалостно отправить остатки в мусор. Особенно неприятно было от мысли, что теперь сестрице, возможно, придётся возмещать стоимость испорченного наряда. Я ведь совершенно не хотела, чтобы Рицуки из-за меня несла дополнительные расходы. Вздохнув, я достала телефон и ещё раз перечитала её сообщение, которое пришло после того, как я попыталась извиниться. Сестрица довольно спокойно написала, что всё нормально и мне совершенно не о чем переживать, потому что платье вообще-то не покупалось за её счёт — его привёз Кен-кун.       Я застыла. — Чего?!       Щёки моментально вспыхнули от осознания. — Так это же его подарок…       Я снова посмотрела на жалкие остатки ткани. Ещё вчера это было красивое платье, которое помогли мне надеть, а теперь от него остались буквально лохмотья, пригодные разве что для того, чтобы вытирать ими пыль. Я закрыла лицо ладонями и тихо застонала от стыда. — Великолепно, Аяно… просто великолепно…       Мало того что я умудрилась испортить наряд, так ещё и подарок человека, который специально приехал повидаться со мной, теперь выглядел так, будто его пережевал особо агрессивный пылесос. — Кен-кун меня убьёт…       Я тут же покачала головой. — Нет, конечно, не убьёт… Но мне всё равно ужасно неудобно.       Оставалось только надеяться, что он не станет слишком расстраиваться из-за этой вещи, ведь я действительно не собиралась её портить. Просто вчерашнее испытание оказалось немного… более разрушительным, чем я рассчитывала.       Я убрала телефон на стол и тяжело вздохнула. — Ладно. Раз уж прошлое уже не исправить, пора думать о сегодняшнем дне.       Хотя одна мысль всё-таки не давала мне покоя, и я невольно улыбнулась, представляя будущую встречу с Кеншином. — Попробую как-нибудь отблагодарить его в следующий раз, когда увидимся. Всё-таки он ещё какое-то время пробудет в Японии, так что, если что, надавлю на старшую своими кошачьими глазками, и она меня наверняка отпустит на прогулку с Кен-куном.       Я прижала ладони к щекам, чувствуя, как от одной только мысли лицо начинает теплеть. — Ух… Моё первое свидание будет с ним!       От представления того, как это вообще будет выглядеть, я уже успела мысленно нарисовать целую прогулку, разговоры, какое-нибудь уютное место, где мы сможем спокойно посидеть вдвоём, и, возможно, даже тот самый момент, когда я наконец смогу нормально вручить Кеншину что-нибудь взамен испорченного подарка.       Правда, стоило мне слишком сильно увлечься собственными фантазиями, как в дверь неожиданно постучали. Я вздрогнула и быстро пришла в себя. — Кто там?       За дверью на несколько секунд повисла тишина, после чего раздался до боли знакомый сонный голос: — Это я… Наги. — Наги?       Я удивлённо моргнула, а затем подошла к двери и открыла её. На пороге действительно стоял беловолосый парень, который выглядел так, будто его только что вытащили из кровати и заставили совершить марафон длиной в несколько километров.       Он лениво поднял на меня глаза. — Привет, Нара… — Ты чего сюда пришёл? — я отступила в сторону, пропуская его внутрь. — Только не говори, что заблудился. — Не заблудился…       Белобрысая тетеря медленно прошёл в комнату и тут же огляделся, после чего его взгляд остановился на кровати. — Можно я полежу?       Я уставилась на него. — Ты пришёл ко мне в комнату ради того, чтобы полежать? — Ага. — Наги… — М-м? — Ты вообще обнаглел?       Он задумался, словно вопрос требовал от него невероятных интеллектуальных усилий. — Кажется… — «Кажется»?!       Я вздохнула, закрывая дверь. — Ладно, садись. Только не говори мне, что ты пришёл сюда спать, потому что я тебя обратно потащу в твою комнату.       Ленивец послушно сел на край кровати и сонно посмотрел на меня. — Ты сегодня какая-то энергичная. — После того, как вы все устроили войну едой, у меня появился иммунитет ко всему. — Понятно…       Он снова зевнул. Я только покачала головой, уже подозревая, что спокойного утра мне всё-таки не видать. Я ещё раз посмотрела на парня, пытаясь понять, зачем он вообще пришёл ко мне, но тот, похоже, совершенно не собирался отвечать на мой вопрос, потому что просто улёгся на кровать, удобнее устроился на подушке и прикрыл глаза, всем своим видом показывая, что разговор окончен.       Я тяжело вздохнула. — Ладно, как хочешь.       Раз уж объяснять причину своего визита футболист не собирался, я решила не выпытывать из него ответы и занялась собственными делами. Подойдя к зеркалу, я взяла расчёску и принялась распутывать волосы, а потом задумалась, что уже довольно давно не ходила с заплетёнными волосами. — А ведь раньше я постоянно косички делала…       Постепенно расчёска прошлась по всей длине волос, после чего я разделила их на две части и начала заплетать одну из косичек, время от времени поглядывая на своё отражение. Именно тогда я заметила, что Наги больше не лежит на спине. Он перевернулся на бок, подпер голову рукой и теперь молча наблюдал за мной. Причём настолько внимательно, что я в какой-то момент всё-таки не выдержала и повернулась к нему. — Что?       Сей несколько секунд продолжал смотреть, будто обдумывал ответ, а затем совершенно спокойно произнёс: — Ты красивая.       Я так неожиданно вдохнула, что едва не подавилась воздухом. — Чего?! — Красивая, — повторил он тем же невозмутимым тоном. — Я прекрасно услышала с первого раза!       Наги лишь моргнул, словно не понимал, почему мои щёки вдруг начали теплеть. Я быстро отвернулась обратно к зеркалу и сделала вид, что полностью сосредоточена на косичке. — Ты сегодня какой-то слишком разговорчивый… — М-м.       На несколько секунд снова повисла тишина, но затем Наги неожиданно спросил: — А что тогда с Рео?       Мои пальцы тут же замерли. — С Рео? — Угу.       Я медленно посмотрела на него через зеркало. — А что с ним? — Не знаю, — спокойно ответил сероглазый. — Просто ты изменилась, когда о нем идет речь, как сейчас.       Я почувствовала, как внутри всё неприятно дёрнулось. — Ничего я не изменилась. — Изменилась. — Белобрысик… — И ещё тот ваш короткий разговор показался странным, когда мы пересеклись на окончательном отборе 2 етапа.       Я отвела взгляд и снова начала заплетать волосы, стараясь не выдать себя лишним движением. — Всё нормально. — Точно? — Конечно.       Наги не ответил сразу, и именно это молчание заставило меня снова посмотреть в его сторону. Он уже не выглядел сонным.       Его серые глаза внимательно изучали моё лицо, словно он пытался сопоставить мои слова с тем, что видел собственными глазами. — Ты врёшь, — наконец произнёс ленивец. — Я не вру. — Тогда почему так напряглась?       Я замолчала. Вот же наблюдательный соня… Я прекрасно понимала, что Наги не спрашивает из праздного любопытства. Он действительно заметил перемену в моём отношении к пупуриске и теперь пытался понять, что произошло между нами.       А я совершенно не хотела сейчас об этом говорить. — Просто… — я запнулась, подбирая слова. — Между нами ничего такого не произошло. Просто некоторые вещи стали немного другими. — Какими? — Не знаю.       Я пожала плечами, пытаясь свести всё к обычной усталости. — Наверное, мы просто немного отдалились.       Беловолосый некоторое время молчал, а затем снова лёг на спину. — Понятно.       Однако по его голосу было ясно, что непонятно ему совершенно ничего. Я закончила заплетать вторую косичку и посмотрела на него с лёгким подозрением. — Ты ведь всё равно будешь об этом думать? — Угу. — Наги… — Не переживай. Я не буду спрашивать прямо сейчас.       Я облегчённо выдохнула. — Спасибо. — Но если захочешь рассказать, я послушаю. — Нет, — резко отрезала я, даже не пытаясь смягчить голос. — Уж что-то, а об этом я с тобой говорить не стану. — Вот как, — протянул Наги, и по его интонации было совершенно непонятно, расстроился он или просто запомнил мои слова.       Я уже хотела снова отвернуться к зеркалу, однако парень поднялся с кровати и подошёл ко мне, после чего неожиданно обнял со спины. От неожиданности я мгновенно напряглась и замерла, не понимая, что вообще происходит. — Что ты делаешь? — Обнимаю тебя. — Уж сильно ты стал вольничать, — пробормотала я, пытаясь повернуть голову в его сторону. — Ещё немного, и получишь по голове.       Парень тихо усмехнулся, но объятий не усиливал, словно просто хотел немного задержаться рядом. — А если бы это был Рео, ты бы тоже так возмущалась?       Я нахмурилась. — При чём здесь вообще Рео?       Сероглазый ненадолго замолчал, а потом честно признался: — Не знаю. Мне просто муторно об этом думать.       Он немного отстранился, позволяя мне спокойно развернуться к нему. — Я не хочу, чтобы ты от меня отдалялась, — добавил он уже тише. — Мне нравится, когда ты рядом.       Я несколько секунд молча смотрела на него, пытаясь понять, что именно скрывалось за этой непривычной для него серьёзностью. — Наги… — Можешь ничего не отвечать, — лениво произнёс беловолосый. — Я просто хотел сказать.       С этими словами он не торопился отступать. Напротив — его руки снова замкнулись вокруг моей талии, но на этот раз ощутимо крепче, не оставляя пространства между нами. Я попыталась отстраниться, выразить протест хотя бы движением, ведь переходить эту грань мне совсем не хотелось, но Наги лишь прижал меня к себе плотнее, совершенно игнорируя моё нежелание. — Наги, хватит, — попыталась вернуть голосу прежнюю строгость я.       Вместо ответа ленивец подался вперёд и уткнулся лицом в изгиб моей шеи. Его горячее дыхание обжгло кожу, а следом последовал короткий, мягкий поцелуй чуть ниже уха. По спине мгновенно пробежала невольная дрожь. Я замерла, внутренне протестуя против происходящего, но парень не торопился останавливаться — он продолжал медленно касаться губами чувствительной кожи шеи, растягивая этот момент. Его ладонь плавно скользнула по талии, сжимая её чуть сильнее, а затем пальцы украдкой зацепили край толстовки. Он слегка приподнял плотную ткань, касаясь самой грани, словно дразнил — правда, трудно было понять, кого именно он испытывал этим неспешным движением: меня или самого себя. — Не надо… — тихо пробормотала я, чувствуя, как его хватка становится только надежнее, не давая мне сделать ни шага в сторону. — Ещё немного, Нара, — едва слышно отозвался Сей мне в шею, вновь касаясь её губами и давая понять, что пока не собирается меня отпускать.       Его пальцы медленно скользили по моей талии, очерчивая силуэт через тонкую преграду. Каждый сантиметр кожи под тканью отзывался повышенным чувством опасности: казалось, лишь плотный хлопок толстовки оставался единственным барьером между его настойчивой нежностью и моим нежеланием заходить так далеко. Наги двигался неспешно, с той сложной, ленной грацией, которая делала его прикосновения ещё более весомыми и неотвратимыми. — Наги, перестань… — попыталась снова протестовать я, перехватывая его запястье, но силы были явно неравны.       Белобрысик практически игнорировал эти слова. Его ладонь всё так же скользила по телу, натягивая ткань и дразнящими движениями подбираясь всё ближе к открытой коже, словно он проверял, насколько далеко ему позволят зайти. Прежде чем я успела сделать полноценный шаг назад или оттолкнуть его ощутимее, Наги легко подхватил меня на руки. От неожиданности у меня перехватило дыхание. Я на мгновение замерла, не успев даже вскрикнуть, а в следующий миг парень сделал полшага в сторону и небрежно повалил меня вместе с собой на мягкую кровать.       Матрас прогнулся, и парень тут же навис сверху, удерживая меня в кольце своих рук и окончательно лишая любой возможности отстраниться. — Мне это уже давно снилось… — тихо, почти шёпотом пробормотал Сейширо прямо мне в шею, отчего по коже снова побежали мурашки.       Не давая мне времени осмыслить его слова, тот немного отпрянул и одним уверенным, привычным движением потянул через голову свою кофту, сбрасывая её куда-то на пол. Я ненароком перевела взгляд и замерла. Разумеется, я и раньше догадывалась, что Наги далеко не дрыщ, однако увидеть его так близко оказалось настоящим шоком. Этот невыносимо ленивый парень, которому обычно тяжело лишний раз поднять руку, обладал невероятно подтянутым, рельефным телом. Линии его торса казались выточенными, а на животе отчётливо прорисовывались шесть ровных кубиков пресса.       От вспыхнувшего смущения щеки моментально обожгло жаром. Я тут же зажмурилась и прикрыла лицо ладонями, слабо пропищав: — Наги, перестань, так нельзя!..       Его пальцы мягко, но мягко-настойчиво перехватили мои запястья и отвели руки от лица, не позволяя спрятаться. Я нехотя открыла глаза и увидела на его лице редкую, необычно тёплую улыбку. — Нара… Ты такая миленькая, когда смущаешься, — тихо произнёс сероглазый, разглядывая мой пылающий румянец.       Он впервые видел меня настолько растерянной и неловкой — и был самым первым, кто сумел довести меня до такого состояния. В его обычно безразличном взгляде на мгновение блеснула явная, нескрываемая гордость. Снимать себя штаны или заходить дальше он не стал. Вместо этого его пальцы осторожно поддели край толстовки и медленно потянули её вверх, обнажая мягкую линию живота. Наги склонился ниже и припал губами к чувствительной коже, осыпая её неторопливыми поцелуями. Каждый его поцелуй сопровождался тихим шёпотом: — Такая красивая… — тихо шептал сероглазый, не скупясь на искренние комплименты и словно медленно смакуя каждую секунду.       В то же время его вторая ладонь сжалась на моём бёде, ощутимо прижимая меня к себе. Из-за этого движения ткань натянулась ещё сильнее и задралась выше, отчего из-под края толстовки явственно показалась полоска моего нижнего белья.       Заметив это, я мгновенно вспыхнула до кончиков ушей. Стыд и неловкость накрыли с новой силой, и я торопливо схватилась за плотный хлопок, изо всех сил пытаясь натянуть толстовку обратно вниз и спрятаться от его настойчивого, горячего взгляда. — Наги, пожалуйста, натяни её обратно! — выдохнула я, почти сгорая от смущения.       Наги не стал отвечать дальнейшем словами, лишь тихо усмехнулся над моим отчаянным порывом прикрыться. Его руки, накрывавшие мои ладони, мягко, однако непоколебимо отвели их от края толстовки, лишая меня последней защиты. — Не спрячешься, — вкрадчиво прошептал ленивец, и в его голосе проскользнула та самая редкая, упрямая уверенность, которая просыпалась в нём разве что на футбольном поле.       Парень наклонился ещё ниже, касаясь губами подрагивающей от смущения кожи чуть выше пояса. Его поцелуи были медленными, почти невесомыми, но каждый из них обжигал, словно пламя. Пальцы Наги скользнули дальше под край толстовки, теплой ладонью накрывая талию и очерчивая плавный изгиб. Ткань приподнималась всё выше, открывая открытый участок тела его горячему взгляду и ненасытным прикосновениям. — Наги… ну хватит, — судорожно выдохнула я, пытаясь хотя бы немного вернуть контроль над ситуацией, хоть ноги уже окончательно отказывались слушаться. — Ты же обещал, что просто обнимешь. — Я соврал, — не возмутимо и абсолютно беззастенчиво отозвался футболист прямо мне в пупок, отчего по всему телу вновь пробежал табун мурашек.       Тот слегка прикусил мягкую кожу над самым краем белья — не больно, но достаточно ощутимо, чтобы у меня перехватило дыхание, — а затем сразу же сгладил это место нежным, длительным поцелуем. Вторая его рука тем временем крепче зафиксировала моё бедро, окончательно прижимая меня к матрасу и не оставляя ни единого шанса на побег.       Его губы скользнули выше по животу, оставляя за собой дорожку из горячих поцелуев и укусов, а ладонь уверенно поднялась выше, забираясь глубоко под толстовку. Я попыталась сжать колени и перехватить его руку, но Наги лишь тихим, довольным мурлыканьем заглушил мой очередной протест. Оказавшись ладонью под мягкой тканью моего белья, он мягко обнял пальцами мою грудь, накрытую лишь тонким материалом лифчика. От этого прикосновения дыхание перехватило окончательно. — Наги, стой… — едва слышно выдохнула я, сжимая его плечи.       Вместо ответа Сей уткнулся лицом прямо под ткань, между грудями, подавшись вперёд, и слегка прикусил чувствительную кожу через лифчик. Легкий укус отозвался невольным вздохом, а парень, услышав мою реакцию, опять тихо и нежно замурлыкал, словно кот, дорвавшийся до желанной ласки. Сейширо продолжал медленно дразнить меня — то чуть сильнее прижимаясь губами и зубами через тонкую преграду белья, то сглаживая это нежными касаниями языка, окончательно лишая меня сил сопротивляться.       Каждый его неторопливый укус через ткань лифчика заставлял сердце биться где-то в самом горле. Его ладонь под толстовкой продолжала мягко массировать мою грудь, поглаживая большим пальцем сосок через материал и заставляя тело предательски реагировать вопреки всем попыткам сохранить холодный разум. Наги двигался с той ленной, неторопливой жадностью, от которой становилось тяжело дышать. Он продолжал тихо мурлыкать прямо мне в грудь, периодически сменяя укусы нежными, влажными присасыванием губ об мою плоть. — Наги, перестань… мне правда не хочется заходить дальше, — выдохнула я, судорожно сжимая его плечи и прося о разумности.       Парень ненадолго замер, но рука из-под толстовки не исчезла. Он медленно поднял голову, и его серебристые глаза встретились с моими. В них больше не было той привычной, сонливой пустоты. Взгляд Сея был тёмным, сосредоточенным и удивительно упрямым. — Я же вижу, как ты вздрагиваешь, — тихо, со своей ленивой хрипотцой пробормотал футболист, слегка склонив голову набок. — Ты вся горишь. — Это от смущения, а не от того, о чём ты думаешь! — возразила я, ощущая, как горят щёки.       Белобрысик лишь тихо хмыкнул, явно не намереваясь отступать. Его пальцы скользнули от груди ниже, оглаживая рёбра и вновь возвращаясь к талии. Он слегка приподнял ткань толстовки ещё выше, открывая вид на подрагивающий грудь. — Не верю, — лениво отозвался тот и снова припал губами ко мне, пробуя меня на вкус. — Ты просто бояка. Но я же не делаю ничего плохого, правда?       Его вторая рука переместилась на мою спину, оглаживая линию моего позвонка и прижимая меня к себе так крепко, что между нами не осталось ни сантиметра свободного пространства. Наги продолжал с тихим наслаждением изучать каждый открытый участок моей кожи, совершенно игнорируя мои слабые попытки его оттолкнуть и наслаждаясь тем, как сильно он меня смущает. Вырвавшийся тихий стон прозвучал слишком громко в звенящей тишине комнаты. Я изо всех сил пыталась сдержаться, сжимая губы и сдерживая дыхание, но в тот момент, когда горячий, влажный язык Наги дразняще скользнул по натянутой ткани лифчика прямо поверх соска, контроль окончательно рухнул.       Всё тело мгновенно дрогнуло, пронзённое острой, неконтролируемой волной чувствительности. Я невольно выгнулась в пояснице, подаваясь грудью вверх, навстречу его губам, и тут же замерла, осознав собственную предательскую реакцию. Беловолосый гений на секунду приостановился, однако лишь для того, чтобы тихо, с искренним и глубоким наслаждением промурлыкать мне прямо в грудь: — Вот видишь…       Эта предательская реакция лишь подлила масла в огонь. Наги тихо хмыкнул, чувствуя, как моё тело перестаёт подчиняться разуму. Не давая мне опомниться и справиться со вспыхнувшим смущением, он продолжил неторопливо дразнить чувствительную точку через ткань белья, то слегка прикусывая её, то сглаживая укус горячим, влажным прикосновением языка. — Наги… правда, хватит, — со слабой блаженностью выдохнула я, пытаюсь уткнуться лицом в его плечо, чтобы хоть как-то спрятать горящие щёки и сбить нарастающий ритм дыхания. — Ты сама поддаёшься, — тихо, с ленивым превосходством шепнул ленивец мне куда-то в шею, пробирая до самых костей. — И тебе нравится, я же чувствую. — Неправда… — слабый протест прозвучал совсем неубедительно.       Его ладонь, удерживавшая меня за бедро, медленно соскользнула чуть выше, пальцы вновь накрыли талию, прижимая меня к себе с нечеловеческой для такого ленивца силой. Наги слегка изменил положение, нависая чуть ощутимее и заставляя меня окончательно утонуть в мягкости матраса.       Он поднял голову, оторвавшись от груди, и взглянул на меня сверху вниз. Его серебристые волосы растрепались, падая на лоб, а взгляд был тёмным, туманным и совершенно не похоже на его привычное сонное состояние. Наги медленно провел большим пальцем по моей нижней губе, отслеживая каждый прерывистый выдох. — Ты сейчас такая красивая, — тихо признался он, не скупясь на редкую для себя искренность. — Я даже не хочу от тебя отходить. Ни на миллиметр.       С этими словами он мягко приподнял моё подбородок, намереваясь наконец накрыть своими губами мои. В его глазах читалась всё та же непривычная, тягучая решимость, а лицо было совсем близко. Но в тот самый момент, когда дыхание парня уже коснулось моих губ, внизу живота внезапно вспыхнул резкий, ледяной спазм. К горлу мгновенно подступил подкативший ком тошноты. Лицо моментально побледнело, а перед глазами всё поплыло. Организм отозвался на происходящее настолько диким, неописуемым отторжением, что страх и физическая дурнота буквально парализовали меня на секунду.       Используя остатки сил и всплеск адреналина, я отчаянно рванулась вперёд и изо всех сил вытолкнула моего недо любовника от себя. Парень, совсем не ожидавший такого резкого отпора, отшатнулся и едва удержался на краю кровати, растерянно моргнув. Не теряя ни секунды, я сорвалась с места и ринулась прямо в ванную комнату.       Захлопнув за собой дверь, я упала на колени перед унитазом, и меня тут же вывернуло наизнанку всем съеденным за день завтраком. Мутило не по-детски — желудок сводило болезненными спазмами, во рту стоял стойкий горчащий вкус, а по лбу прошиб холодный пот. Дрожащими руками я крепко вцепилась в край фаянса и судорожно схватилась за живот, пытаясь перевести дыхание между очередными приступами.       В голове была лишь одна паническая, пронзительная мысль: что было бы, если бы мой собственное тело не включило этот жесткий защитный механизм и сам организм не заставил меня вырваться из его объятий, панически отторгая эту ласку и любой переход к сексу?       Я ещё несколько секунд не могла поднять головы, продолжая судорожно хвататься за край раковины, пока дыхание постепенно не стало ровнее. Сердце всё ещё колотилось где-то в горле, а руки заметно дрожали.       За дверью ванной повисла непривычная тишина. — Аяно?.. — наконец осторожно позвал белобрысик.       Я зажмурилась и провела ладонью по лицу, пытаясь прийти в себя. — Не заходи.       Ответ получился хриплым, но достаточно твёрдым. За дверью сразу стало тихо. — Хорошо.       Никаких попыток открыть дверь или продолжить разговор не последовало, и от этого мне стало немного легче.       Я медленно поднялась, сполоснула лицо холодной водой и несколько раз глубоко вдохнула, глядя на своё отражение. Бледное лицо, растрёпанные косички и испуганные глаза совершенно не напоминали ту Аяно, которая ещё несколько минут назад спокойно занималась своими делами. Я сама не понимала, почему меня настолько резко накрыло. Но одно теперь было совершенно ясно: «если мне неприятно или страшно, я имею полное право остановить происходящее.»       Я ещё раз умылась, после чего тихо сказала через дверь: — Наги… мне нужно немного времени. — Хорошо, — так же спокойно ответил он. — Я подожду снаружи.       И впервые за несколько минут я почувствовала, что могу наконец нормально вдохнуть.

***

      Когда за дверью затихли его тяжелые шаги, напряжение, всё это время сковывавшее грудную клетку, наконец немного ослабло. Я оперлась сухими ладонями о холодный фаянс раковины, разглядывая в зеркале капли воды, стекающие по бледному подбородку.       Кожа на шее и животе всё еще хранила фантомное, жгучее ощущение его горячих губ и дыхания. Но сейчас это вызывало не смущение, а лишь чёткое осознание тошнотворности. Я вытерла лицо полотенцем и медленно расправила толстовку, спустив её как можно ниже и тщательно застегнув все молнии, словно надевая броню. Руки больше не дрожали.       Сделав ещё один глубокий, ровный вдох, я приоткрыла дверь ванной. Наги сидел на краю кровати, опустив голову и упершись локтями в колени. Его кофта всё так же лежала на полу, но сам он выглядел иначе — пропал тот упрямый, настойчивый азарт, что владел им пару минут назад. Послышался щелчок замка, и он медленно поднял взгляд. В его серебристых глазах не было злости или обиды, только растерянность и глубокое, смутное осознание того, что он переступил черту. — Нара… — тихо начал он, качнувшись вперёд, но оставаясь на месте. — Ты как? — Наги, — перебила его я, остановившись в метре от него и твердо встретив его взгляд. — Боле ничего подобного не повторится. Если я говорю «нет» или «не надо» — это значит «нет». Без исключений.       Ленивец замер, всматриваясь в моё лицо, а затем медленно, едва ощутимо кивнул, подбирая с пола свою кофту. — Я понял, — лениво, но абсолютно искренне выдохнул он, натягивая её обратно. — Извини. Я действительно не хотел… сделать тебе плохо.       Воздух в комнате стал чище. Я не знала, как будут строиться наши отношения дальше и сколько времени уйдёт на то, чтобы вернуть прежнее доверие, но главное оставалось неизменным: мой голос был услышан, и больше я не позволю серой зоне лишать меня контроля.       Я глубоко выдохнула, чувствуя, как отпускает лихорадочное напряжение, и твёрдо произнесла: — Наги… сегодня больше не попадайся мне на глаза. Мне нужно отойти от всего этого.       Парень молча кивнул. Из-за упавшей на лоб густой белокурой чёлки я не могла разглядеть выражения его лица или выражавших что-либо глаз. Парень молча подошёл к брошенной на пол кофте, спокойно натянул её обратно и, будто ни в чём не бывало, направился к выходу из комнаты.       У самой двери Сей на секунду замер, хватаясь за дверную ручку. — Мне правда очень жаль, — тихо, но с непривычной искренностью произнёс он, не оборачиваясь. — Я просто… хотел донести до тебя то что не хочу, чтобы ты с Рео.       Я скрестила руки на груди и тяжело вздохнула. — Наги, с таким мотивом мне точно ничего доказывать не нужно. И что происходит у меня с Рео — мои личные дела.       Тот уже собрался переступить порог, когда я, неожиданно даже для самой себя, чуть снизила тон. Окончательно переведя дыхание, я тихо добавила: — …Хотя, если честно, это было не совсем отвратительно.       Белобрысик на мгновение застыл в дверях, его плечи слегка опустились, а в воздухе между нами наконец растаяли последние остатки панического страха и недопонимания. — Поэтому не гроби себя, — продолжить говорить я, старательно удерживая голос в привычном, слегка строговатом тоне. — Мне нужен здравомыслящий белобрысик, который сможет нормально играть на поле.       Парень медленно обернулся, разглядывая меня из-под упавшей на глаза растрёпанной чёлки. В его серебристых глазах промелькнуло лёгкое удивление, а уголки губ чуть заметно дёрнулись вверх. — Однако если я действительно захочу такое с тобой, — я приподняла бровь, твёрдо встретив его взгляд, — то для начала ты бы попытался пригласить меня на свидание. А там я бы ещё подумала. Но имей в виду: я буду тебе это припоминать. Так что не повторяй ошибок, ибо я больше не потерплю подобного без моего согласия или хотя бы простого кивка. — Свидание?.. — протянул Наги с ленивой интонацией, смакуя это слово так, будто оно требовало от него нечеловеческих усилий. — Это же так муторно… — Наги! — с предупреждающим нажимом произнесла я. — Я не имею в виду о том, что я этого хочу, блин! — Ладно-ладно, — он слегка приподнял ладони, хотя в его взгляде зажёгся тот самый редкий, едва уловимый азарт, который обычно появлялся у него только во время самых тяжелых матчей. — Я понял. Никаких «без согласия». И… я запомню про свидание. — «Лучше бы забыл, то что я щас сморозила…»       Ленивая тетеря сделал шаг за порог, однако замер на секунду, повернувшись ко мне уже полностью: — Я не привык напрягаться, Нара. Но ради тебя, похоже, придётся придумать что-то реально стоящее. Главное, чтобы ты потом снова не сбежала в ванную. — Если всё сделаешь нормально и по-человечески — не сбегу, — усмехнулась я, чувствуя, как щёки всё же обдаёт лёгким жаром. — А теперь иди. Тебе ещё к тренировке готовиться, а мне нужно окончательно прийти в себя.       Наги тихо хмыкнул, привычным движением взъерошил свои белокурые волосы и наконец вышел из комнаты, мягко прикрыв за собой дверь. Я глубоко выдохнула, оперлась спиной о закрытую дверь и качнула головой. Этот парень действительно был невыносим, но, по крайней мере, теперь между нами не осталось фальши, а границы были расставлены чётко и бесповоротно.       Я матернулась про себя, уткнувшись лбом в прохладную поверхность двери. В голове шумел настоящий хаос. Что вообще со мной происходит? Почему что с Рео, что теперь с Наги я дохожу практически до грани, когда до полноценного секса остаётся всего один шаг? Я ведь люблю Кеншина. Искренне люблю. Но при этом вытворяю не пойми что, крутя романы на стороне и позволяя другим парням так близко подбираться к своему телу… От этой мысли в груди подскочила липкая волна отвращения к самой себе. — «Я же хуже какой-то шлюхи…» — пронеслось в голове с болезненной чёткостью.       Меня бы точно осудили. Любой здравомыслящий человек на моём месте посчитал бы такое поведение предательством и лицемерием. От осознания того, насколько запутанной и правильной лишь снаружи оказалась моя жизнь, к горлу снова подступил тяжелый ком. Я крепко зажмурилась, сжимая пальцы на ткани толстовки, не понимая, как теперь смотреть Кеншину в глаза и как вытаскивать себя из этого эмоционального тупика.