Часть 5

      День выдался чересчур насыщенным. Пропустив по кружке эля в таверне у Аттикуса, Джейн окончательно раскисла. Из мыслей не выходил строгий, властный, но тем не менее притягательный образ Кезайя, которого девушка хотела присвоить себе. Как бы сложно Кроуфорд не было это признать, она желала заполучить внимание Джеймса, его любовь, ласку и тот самый обволакивающий взгляд. Она хотела его всего. И Аттик это прекрасно понимал. Ещё в первую их с Делейни встречу мужчина заметил огоньки в глазах подруги, коих не было с самого первого дня их знакомства. Волнение за девушку росло с каждым её неравнодушным взглядом, направленным в сторону Джеймса, однако переубедить чертовку моряк даже не пытался, знал, что в итоге их разговор всё равно закончится громкой ссорой.         Разойтись по домам молодые люди решили, когда стрелка часов давно перевалила за полночь. Джейн предстоял путь домой, проходящий через множество тёмных закутков, где нередко останавливались грабители или, того хуже, насильники, а потому Аттик настоял проводить её. Обычно девушка возражала против компаньонов, ведь больше всего на свете любила окунаться во всепоглощающую тьму ночи наедине со своими мыслями, однако на этот раз спорить с приятелем не стала.        Когда до дома Кроуфорд оставался ровно километр, её сканирующий улицу взгляд зацепился за лежащий на земле объект, позже оказавшийся человеком. Одетый в нелепое платье мужчина раскинулся под кирпичной аркой со вспоротым брюхом и, кажется, надкусанным ухом. Детали пара друзей смогла заметить лишь подойдя ближе, как и второе тело. Лицо пострадавшего было скрыто полумраком, однако цилиндр, длинное пальто и шрамы на кистях рук, расположение которых Джейн успела выучить наизусть, говорили о многом. Прислонившись спиной к холодной стене, на земле сидел Джеймс Делейни. Вскоре девушка заметила и его глубокую рану, которая в ближайшем будущем вполне могла стать причиной его кончины.        — Надо отнести его ко врачу,- нахмурилась шатенка, стараясь сохранять хладнокровие, — И поскорее…       Уговаривать Аттукуса не пришлось. Подхватив Кезайя, он едва успевал вслед за бежавшей впереди девушкой, карие глаза которой начинали предательски наполняться слезами. Мужчина не мог видеть лицо подруги, однако суетливые движения вкупе с дрожащим голосом довольно чётко описывали её внутреннее состояние.        Руки не хотели слушаться, когда пришло время стучать в злополучную дверь, а сердце в любой момент было готово разорвать грудную клетку на части. Доктор Эдгар Думбартон, которому Джейн собиралась доверить жизнь Делейни, в прошлом был сотрудником американской разведки, работавшим в больнице Святого Варфоломея, однако это перестало иметь какое-либо значение, когда он появился в списке должников Кроуфорд. Собравшись с духом, девушка начала изо всех сил колотить по деревянной двери, время от времени прибегая к помощи ног. Казалось, грохот слышит весь Лондон, но только не сам Думбартон.       — Чёрт тебя подери, Думбартон, открывай!- взревела шатенка, словно умалишённая дёргая за потёртую ручку.       — Ты уверена, что он внутри?- подал голос Аттикус.        — Более чем…       Джеймсу с каждым мгновением становилось всё хуже, что можно было заметить по его стремительно бледнеющему лицу, а потому Джейн не оставалось ничего, кроме как попытаться выбить дверь.       — Что ты здесь делаешь?- недовольно прошипел Эдгар, высунув голову из своей обители, — Три часа ночи, имей совесть!       Опустив ногу, которая в скором времени должна была врезаться в несчастные доски, Кроуфорд грубо оттолкнула доктора в сторону, пропуская Аттика с Джеймсом вперёд. Думбартон смотрел на "подругу", вытаращив глаза, при этом понимал, что полноценного объяснения не получит, даже если пообещает виновнице его раннего пробуждения золотые горы.        — Время вернуть должок,- выставила указательный палец Джейн, — Подлатай его, и мы квиты.       Заперев дверь, Думбартон лениво направился в сторону операционного стола, больше похожего на место для пыток, где уже лежал Джеймс. Отодвинув рубаху пострадавшего, доктор недовольно сморщил нос.        — Ладно,- фыркнул мужчина, даже не взглянув на собеседницу, — Подождите на улице, через пол часа ваш друг будет, как новенький.        Согласие Думбартона вызвало в девушке бурю эмоций. Неужели не будет никакого подвоха? Больше всего на свете она боялась, что их прогонят, что Делейни умрёт прямо у неё на руках. В последний раз окинув Кезайя взволнованным взглядом, Кроуфорд послушно покинула кабинет врача, оставляя его наедине со своим новоиспечённым пациентом.        Оперевшись о холодную стену, Аттик рвался успокоить подругу, увести её домой и напоить успокаивающим нервы элем, но та в своём решении была непреклонна. Джейн раз за разом твердила, что будет дожидаться завершения операции, объясняя это банальным долгом перед союзником в лице Джеймса, но моряк знал, что за её рвением проконтролировать процесс до конца стоит кое-что ещё, что было намного важнее. Не став ругаться, Аттикус отправился восвояси, оставив взвинченную девушку под дверью врача. На улице начинало светать, но в душе Джейн сохранялась непроглядная тьма, которая, она была уверена, станет вечной, если с Делейни случится непоправимое. Ещё через какое-то время она начала жалеть, что прогнала друга, что осталась наедине с неукротимой паникой.