Часть 32

Мешок всё ещё был на голове. Человек дёргался, что-то шептал. Кровь на губах, может, от того, как его били до этого. Такимичи стоял над ним с холодом внутри. > Он не знал, кто это. Не знал, за что. Только знал — они смотрят. Он мог бы притвориться. Он мог бы ударить в стену, пролить кровь и соврать. Он даже подумал об этом. Вспомнил лица, которых уже не видел. Вспомнил, как он не хотел быть как Мори. Но он знал: если он не убьёт — его убьют. Если он не станет частью — его сотрут. А он должен жить. Даже если перестанет быть собой. Он взял оружие. Лезвие. Чистое. Без имени. Человек под ним замер, будто почувствовал. — Прости, — прошептал Такимичи. И ударил. Быстро. Точно. В сердце. Без второй попытки. Кровь — горячая. Реальная. На руках. На рукавах. На лице. Он не дрогнул. Он смотрел, пока тело не перестало дышать. --- Тишина. Даже те, кто наблюдал, не сразу заговорили. — Он не поколебался, — сказал очкарик. — Он выбрал, — добавила женщина. — Нет, — хрипло сказал парень в капюшоне. — Он отказался от выбора. Такимичи всё ещё стоял, не вытирая крови. Не двигаясь. Внутри что-то сломалось тихо, без звука. Без крика. > Он знал: он не спас того человека. Но, может быть… себя — ещё сможет. Когда-нибудь. --- Позже, когда его уже никто не видел, он мыл руки в тёмной воде. Тёр, как будто мог стереть не кровь, а решение. Но решение уже стало частью него. Чёрной линией. Внутри.