Часть 1

      — Это ужасная идея, Элрохир, — сказал Элладан, следуя за близнецом по коридору. Хотя он немного злился и чувствовал себя виноватым, но все же был рад, что брат вытащил его из Зала Огня. Однако он не знал, почему Элрохир так поступил. — Даже ты знаешь, что это ужасная идея.       Элрохир, который шел спиной вперед, закинув обе руки за голову, одарил его озорной ухмылкой.       — Тогда зачем ты идешь за мной?       Элладан задумался и вздрогнул. Элрохир был прав, если он последует за ним, то влезет в безумный план брата. Но даже если он не пойдет с ним, то его все равно обвинят. По какой-то причине Эрестор всегда считал, что какие бы проблемы ни вызывал Элрохир, близнецы делали это вместе.       И в большинстве случаев это было правдой.       — Если я пойду, — сказал он, взглянув на своего близнеца, — по крайней мере, я буду знать, за что нас наказывает Эрестор.       — Признай, Элладан, — Элрохир обнял его за плечи, — ты бы предпочел быть здесь со мной, чем там внизу, разговаривая с нашими «почетными» гостями из Великого Зеленолесья.       — Они не казались ужасной компанией, — ответил Элладан, пожимая плечами. Отец велел им развлечь гостей, пока они с матерью будут навещать бабушку и дедушку в Лотлориэне. Но Элронд вряд ли ожидал, что гости из Гринвуда приедут, пока его не будет дома.       — Ты имеешь в виду, что тебе нравятся все эти разговоры о деревьях, деревьях и еще раз о деревьях? — спросил Элрохир, приподняв одну бровь, копируя отца. Когда это делал Элронд, обычно он при этом строго отчитывал сыновей. Но в выражении лица Элрохира не было тысячелетней мудрости, а скорее насмешка. — Король Трандуил думает, что с тех пор как он занял трон, они стали «культурными», но я сомневаюсь, что эти сильваны хоть что-то знают о культуре. Или о целительстве, арифметике, астрологии, истории или философии.       — Ты даже не удосужился поговорить с ними.       — Я с ними не разговаривал после обязательного приветствия, — ответил Элрохир, махнув рукой и чуть не опрокинув растение в горшке, но немного земли все же высыпалось на пол. — Когда Трандуил услышал, что наш отец в Лотлориене, он выглядел так, словно съел лимон.       — Как будто ты был бы рад на его месте.       — Он не посылал гонца! — ответил Элрохир. — Возможно он и король, но он не наш король. И наш отец у него не гонец на побегушках.       — Конечно, — Элладан вздохнул.       — Если бы Трандуил хотел, чтобы отец встретился с ним, он бы послал гонца заблаговременно, — Элрохир скрестил руки на груди. — Настоящий король синдов знал бы об этом. Элладан, он немногим лучше сильванов, которыми правит.       — Кто это? — Элладан сглотнул, указывая на высокого светловолосого эльфа позади Элрохира.       Этот эльф только что вошел в зал из соседнего коридора, и судя по ярости на его лице он услышал большую часть их разговора.       — Я не знал, — сказал светловолосый эльф, — что Имладрис утратил свой гостеприимный дух и, что сыновья Элронда научились насмехаться и над гостями, и родственниками.       Элрохир развернулся к нему.       — Что?       — Насколько я помню, король Трандуил приходится дальним родственником лорду Келеборну, вашему деду. Это делает вас его родственниками.       — Я… — начал Элрохир, он оглянулся на Элладана и тихо спросил: — Наши родители или Эрестор упоминали об этом?       Элладан кивнул. Однако когда Эрестор читал лекции, Элрохир обычно рисовал или смотрел на улицу. Заставить его сосредоточиться на уроках истории, на чем-то другом, кроме сражений или рассказов о великих героях, было все равно, что пытаться удержать в руках угря.       — Не особо близкие родственники, — сказал Элрохир.       — Нет, — ответил светловолосый эльф. — Но для того, кто так хорошо образован по сравнению с моим народом, ты кажешься глупым. Или ты глухой?       — Неотесанный, — сказал Элладан.       — Высокомерный, — продолжил светловолосый эльф.       — И это тоже.       — Как говорят, эти черты есть и у многих сильванов. Но мы не считаем себя лучше, чем другие представители нашего вида.       — Хотя последнее можно сказать и о большинстве нолдор или синдар, — сказал Элладан. На его слова незнакомый эльф рассмеялся. — Однако я не помню, чтобы видел тебя, когда прибыл король. А если и видел, то не запомнил. Ты был в конце роты?       — Да.       — Но ты синда.       Тут эльф нахмурился.       — Мои родители — синдары, а я — лесной эльф.       — Тогда почему…       Элладан ударил своего близнеца так сильно, что останется синяк. Элрохир потер руку и посмотрел на него через плечо, но все же замолчал.       — Кажется, я тебя узнал, — сказал Элладан.       Эльф вздернул бровь.       — Ты сын Трандуила, — сказал Элладан, хотя сходство было не таким очевидным, как говорили. Золотыми волосами, голубыми глазами и высокими скулами он был похож на Трандуила. Однако более мягкое выражение лица и мягкий взгляд, и более стройное телосложение скорее всего, он унаследовал от матери. Королева Гринвуда не приехала в Имладрис, оставшись управлять королевством.       — Вы вспомнили, — сказал Леголас.       И Элрохир, и Элладан синхронно наклонили головы.       — Что вспомнили?       — Или нет, — пожал плечами Леголас. — Хотя это не удивительно.       — Что?       — Чуть менее двадцати пяти лет назад, вы напились и едва могли ходить, — с ухмылкой сказал Леголас. — И я помню, как Элрохир забрался в тачку с пурпурной краской.       — Это похоже на тебя, — сказал Элладан брату, сморщив нос.       — Что ты имеешь в виду? — Элрохир посмотрел на него невинным взглядом.       — Лорд Элронд не оценил этого, насколько я помню, — сказал Леголас, — ты покрасил волосы, лицо и одежду в фиолетовый на целый месяц!       — Целый месяц? — Элрохир широко ухмыльнулся. — Это чудесно.       — Это ужасно, — возразил Элладан.       — Элладан, только подумай, какой хаос мы могли бы вызвать заполучив эту краску. — Глаза Элрохира замерцали в тускло освещенном зале. И это блеск заставил Элладана нервничать. Это плохо кончится. — Мы могли бы сделать залы фиолетовыми.       — Отец убьет нас.       — Нет, мама убьет нас, — поправил Элрохир.       — Мы привезли с собой краску, — сказал принц.       Элладан тоже начал ухмыляться. Он должен был быть ответственным, в конце концов, он был старшим близнецом, но иногда он любил хорошую шутку так же как и Элрохир.       — Возможно, было бы неразумно красить весь Имладрис, — сказал Леголас, — но до меня дошел слух, что мой отец и лорд Глорфиндел выпили слишком много вина…       — Мне нравится, как это звучит, — пропел весело Элрохир.       — Ты… Мы… Что? — заикался Элладан.       — Да.       — И король, и Глорфиндел? — спросил Элладан, когда к нему вернулось самообладание.       — Моего отца не трогать, — сказал Леголас, сцепив руки за спиной, и направился по коридору, из которого вышел ранее. Близнецы последовали за ним, Элрохир бежал вприпрыжку, а Элладан еле тащил ноги. — Но Глорфиндел и некоторые из наших стражников, несколько эльфов из вашего дома…       Элрохир радостно потер руки.       — Это войдет в историю как лучший розыгрыш всех времен.       Эти слова наполнили душу Элладана ледяным ужасом, но было уже слишком поздно. И принц Зеленолесья Великого, и Элрохир болтали о том, как лучше всего раздобыть краску, как разбрызгать ее так, чтобы Эрестор не заметил, и как попасть в комнату Глорфиндела. Когда Элрохир поднял последнюю тему, принц вынул из волос светлую шпильку и покрутил ею перед их носом.       — Я всегда хотел научиться взламывать замки, — сказал Элрохир, затем ткнул Элладана в бок. — А ты, брат?       — Не очень, — ответил тот с усталым стоном.       — Это будет превосходно.       Принц снял со стены факел и провел их вниз по темной лестнице и через несколько коридоров, которые обычно были закрыты. Элладан подумал, что Леголас еще больший бунтарь, чем Элрохир. Наконец, они вышли наружу, слыша в отдалении шум водопадов и поздние ночные песни из Зала Огня.       Они остановились у кладовки, Леголас распахнул дверь и ухмыльнулся близнецам.       — Нам нужно наполнить краской несколько контейнеров поменьше. Лучше наденьте перчатки, чтобы не запачкаться, — сказал он, указывая на небольшой ящик с надписью «перчатки» на синдарине, который стоял на высокой полке. Леголас достал одну пару перчаток, а другую протянул Элрохиру. — Не стоит оставлять доказательство нашей вины.       — Они все равно узнают, что это были мы, — сказал Элладан, когда Леголас вручил ему перчатки. — Они всегда во всех неприятностях подозревают нас.       — Ты слишком много беспокоишься, Элладан.       Близнецы схватили со стены несколько ведер. Принц одобрительно кивнул, затем открыл тележку и взял одно из трех ведер.       — Сначала мы пойдем в казармы.       — Звучит весело, — сказал Элрохир с ухмылкой.       — И Элрохир покрасит всем волосы, — сказал принц, и Элладан нахмурился, — а мы с Элладаном отправимся к Глорфинделу и остальным спящим в зале.       — Что? — в шоке выдохнул Элладан. — Но из нас двоих именно Элрохир безответственный!       — Эй!       — Это правда!       — Потому я и поручил ему задачу полегче, — заметил Леголас.       — Что? — возмущенно спросил Элрохир.       — Ха.       — Пошли, — сказал принц, протягивая им обоим ведро ярко-фиолетовой краски. — У нас есть куча эльфов, а до восхода солнца не так много времени!       Они быстро покинули кладовку, Элладан чуть не забыл закрыть за собой дверь. Элрохир побежал к казармам с такой скоростью, что из его ведра на тропу выплескивалась пурпурная краска.       — Кажется, тебе не нравится этот план, — сказал Леголас Элладану. — Если тебе не интересно…       — Я не трус, Леголас Гринлиф, — сказал Элладан.       — Я знаю, — сказал принц. — Так давай докажем, насколько мы храбры. Эта краска не продержится месяц.       — Тогда почему?..       — Мой отец не стал бы снова посылать такую краску в Имладрис после того, как в нее забрался Элрохир, — ответил Леголас. — Нелл сказала, что краска продержится только в течение пяти-семи дней.       — Почему ты солгал?       — Я не лгал! — сказал принц, снова шагая к дому, а Элладан последовал за ним. — Я сказал, что мы принесли краску, а не именно ту стойкую краску.       — Ты знаешь, что мой брат собирался сделать до того, как ты заговорил об этом? — спросил Элладан.       Леголас пожал плечами.       — Я слышал, что он хотел заставить некоторых эльфов съесть определенный вид диких грибов…       — Это было плохо! — сказал Элладан. Он точно знал, о каких грибах говорил Элрохир. Они нашли их несколько недель назад, Элрохир съел несколько и начал думать, что он дикая лошадь, которую преследуют орки. Когда Эрестор увидел, как Элрохир бежит по травянистым холмам, Элладану пришлось сказать, что они с братом просто играют.       — Я решил, что это более безопасная альтернатива, — мягко сказал Леголас.       Элладан согласно кивнул. В конце концов, ничего серьезного не случиться, если он позволит принцу Гринвуда Великого и Элрохиру повеселиться. Если бы Леголас гостил здесь несколько недель, Элладан не согласился бы, но поскольку это было всего несколько дней…       Пробираясь по залам Имладриса они приступили к работе, шагая словно призраки в темноте. Быстро и тихо они покрасили длинные пряди волос спящих эльфов в самый яркий фиолетовый цвет, который когда-либо видел Элладан. И к концу ночи они перекрасили волосы половине эльфов Имладриса.       Наконец они подошли к покоям Глорфиндела.       Леголас использовал свою шпильку, чтобы открыть замок на двери и шагнул в темную комнату. В камине Глорфиндела все еще горел небольшой огонь, придавая большой, но скудно обставленной комнате жуткое сияние. На кровати спал Глорфиндел, его золотые волосы разметались по подушке, покрывало было брошено на пол.       — Я все сделаю, — Леголас вытолкнул очень потрясенного Элладана из комнаты.       Элрохир стоял в коридоре с пустым ведром в руке.       — Ты выглядишь так, будто увидел привидение.       Ошеломленный Элладан замер на месте.       — Элладан?       — Я…       — Меня чуть не поймали, — сказал Элрохир, — дважды!       — Я…       — Что?       — Глорфиндел… — Элладан посмотрел на дверь и тихо сказал: — он спит голый.       Когда Элрохир хихикнул, брат шлепнул его по затылку. Элрохир застонал, потирая голову, неосознанно втирая фиолетовую краску себе в волосы.       — Клянусь Эльберет… — фыркнул его близнец.       — На нем только одеяло.       — Все не может быть так плохо.       — Его спина покрыта шрамами, Элрохир. — Рубцы были толстыми и белыми, как старая обожженная ткань. — Я думал, Лориен…       — О чем ты говоришь?       Дверь распахнулась, и они уставились на высокого фиолетоволосого эльфа, на бедрах которого было обернуто полотенце. Леголас быстро протиснулся мимо него, выбегая из комнаты.       — Бежим! — крикнул Леголас.       Преследуемые ругательствами на квенья, которые они ни разу в жизни не слышали, близнецы побежали прочь к ближайшему лесу. Они добрались до деревьев в рекордно короткие сроки и забрались на старый дуб возле маленького пруда.       — Не стоило будить убийцу Балрогов, — сказал Элладан, пытаясь отдышаться. — Теперь нас ждет верная гибель!       Леголас устало посмотрел на него, а потом рассмеялся. Близнецы удивленно переглянулись, и мгновение спустя тоже расхохотались. Все трое эльфов сидели на крепких ветвях дерева, свесив ноги.       — Как для лесного эльфа, — сказал Элрохир, как только их смех утих, — ты справился великолепно.       — Неужели? — насмешливо спросил Леголас. — Итак, я прошел испытание?       — Я полагаю, ты неплохо справился, — ответил Элрохир.       Принц закатил глаза.       — Ладно, — сказал Элрохир, вскинув руки и чуть не свалившись с дерева. — Это было прекрасное исполнение…       — Но не последняя часть, — вмешался Элладан.       — Я думал, он крепко спит, — Леголас провел рукой по волосам, посмотрев в сторону дома.       — Ты ошибся, — ответил Элладан.       — Довольно! — сказал Элрохир, покрепче ухватившись за ветку.       — Он нас убьет, — сказал Леголас, понуро опустив плечи.       При этих словах сыновья Элронда широко улыбнулись.       — Как долго, твой отец будет у нас гостить? ***       Трандуил не планировал оставаться в Имладрисе долго. Честно говоря, он приехал только для того, чтобы кратко поговорить с Элрондом о некоторых конкретных вопросах дипломатии, торговли и странного письма от самого лорда Имладриса, в котором тот просил привезти с собой принца, чтобы обучить близнецов стрельбе из лука. Элронд слышал, что Леголас был прекрасным лучником, но Трандуил считал, что его сыну рано обучать кого-то.       И после розыгрыша который устроил его и сын и близнецы, Трандуил был уверен, что Элронд сам будет не рад своей просьбе.       Почти неделю Элладан, Элрохир и Леголас Гринлиф не показывались никому на глаза. И в течении этой недели у всех когда-то светловолосых эльфов были ярко-фиолетовые локоны, даже темноволосым досталось.       Однако никто сильно не возмущался, кроме Глорфиндела.       В то время как волосы большинства эльфов снова стали естественного цвета, волосы некогда светловолосого эльфа до их пор были фиолетовыми. Возможно, Леголас взял что-то у Нелл, чтобы сделать краску более стойкой. Трандуил не был уверен, но все же был впечатлен находчивостью сына. Он просто не собирался говорить это в лицо одному разъяренному лорду.       Глорфиндел был в ярости. Трандуил был уверен, что именно его гнев свалил Балрога в Гондолине много лет назад, а не меч лорда, как говорится в сказках.       — Прошло шесть дней, — сказал Глорфиндел, когди они с Эрестором вошли в вестибюль, где стоял Трандуил, потягивая вино из чаши.       — Все еще носишься в поисках по всему Имладрису, Глорфиндел? — спросил Трандуил, глядя на высокого эльфа.       Глорфиндел гневно посмотрел на него, но король эльфов даже глазом не моргнул.       — Я не ношусь, — фыркнул он. Глорфиндел не был вспыльчивым, но пурпурные волосы творили странные вещи с очень древними эльфийскими лордами. — Трандуил…       Король вопросительно поднял бровь.       — Почему твои волосы не покрашены?       — Потому что мой сын прекрасно знает, что не стоит вызывать мой гнев, — ответил он с улыбкой. — Но большая часть этой краски уже смылась с волос других эльфов.       Глорфиндел уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но Эрестор коснулся его руки.       — Он просто беспокоится, Трандуил, — сказал Эрестор.       — Мой сын способен позаботиться о себе и о паре эльфов в лесу, — сказал король, с легким весельем наблюдая, как у Глорфиндела задергался глаз. Уже много столетий он не видел лорда Дома Золотого Цветка таким безумным.       — Именно твой сын устроил этот беспорядок, — Глорфиндел дернул себя за прядь волос.       Сзади кто-то громко кашлянул.       — Лорд Элронд, — Глорфиндел склонил голову, Эрестор поступил так же. — Ты рано вернулся.       — Рад встрече, — сказал Элронд.       Трандуил повернулся, глядя на лорда Имладриса и его компанию. И рассмеялся.       Наверное, ему не следовало этого делать. Так не поступает достойный эльфийский король, но…       За руку Элронда держала дальняя родственница Трандуила, Келебриан, ее серебристые волосы волнами свисали на спину. Рядом с ней стояли ее сыновья-близнецы, в волосах Элрохира виднелись фиолетовые пряди, а на лице Элладана было виноватое выражение. Позади них стоял улыбающийся Леголас, скрестив руки на груди.       Глорфиндел одарил принца ледяным взглядом, и тот побледнел.       — Я вижу, капитан, — сказал Элронд, обращаясь к Глорфинделу, — что твои волосы за последнее время приобрели более яркий оттенок.       Близнецы начали хихикать.       — Так и есть, — сказал Глорфиндел.       Элронд даже не улыбнулся, и Трандуил был впечатлен его стойкостью.       — Король Трандуил.       — Пожалуйста, нам не нужны титулы, — махнул рукой Трандуил. В конце концов, они были друзьями.       — Прости меня за опоздание, — сказал Элронд, — я не ожидал, что вы приедете так скоро.       — Снег в этом году рано растаял, — ответил король. По настоянию его жены они выехали из Гринвуда пораньше. Минуиал всегда беспокоилась, когда ее родные путешествовали через горный перевал между Имладрисом и Гринвудом. Трандуил старался не смотреть на Глорфиндела, чтобы не рассмеяться. — Мы отправили посыльного голубя.       — Ясно.       — Письмо не дошло до нас, лорд Элронд, — ответил Эрестор.       — Однако, учитывая недавние события, я полагаю, вы хотите отозвать свою просьбу, верно? — с надеждой спросил Трандуил. По правде говоря, он не хотел, чтобы его единственный ребенок уезжал из дома так надолго.       — Нет.       — Просьбу? — спросил Элрохир.       Его мать бросила на него взгляд, который Трандуил видел на лице Минуиал тысячи раз.       Элронд нежно погладил младшего сына по голове.       — Да. Я попросил короля Трандуила привезти к нам своего сына, чтобы он научил вас стрельбе из лука и навыкам выживания в дикой природе.       — Что? — одновременно воскликнули Леголас и Глорфиндел.       Леголас поднял бровь и взволнованно посмотрел на отца.       Вероятно, Трандуилу следовало раньше сообщить сыну о причине их визита.       — Элронд, разве ты не видишь, что сделал этот эльф? — воскликнул Глорфиндел. — Он не только покрасил мои волосы в этот отвратительный оттенок, но и вместе с твоими сыновьями покрасили волосы половины эльфов Имладриса в фиолетовый цвет.       Элронд весело прикрыл рот рукой, и даже Эрестор улыбнулся.       — И он должен расплатиться за свои проступки, — сказал Элронд, явно манипулируя всей ситуацией в свою пользу. Кое-что никогда не менялось. — Ты не согласен, что он должен быть наказан, Трандуил?       Король эльфов вздохнул, решив уступить. Имладрис был безопасным местом, хотя ближайшее время Леголасу придется оглядываться через плечо, ожидая мести от Глорфиндела.       — Согласен, Элронд.       — Он остается? — сказал Глорфиндел с явным недоверием. — Вы все сошли с ума!       Он негодующе фыркнул, развернулся и затопал прочь, его ярко-фиолетовые волосы развевались на ветру позади него. Как только он ушел, по вестибюлю разнесся громкий смех.       Услышав хохот, Глорфиндел скривился. Он отомстит, но сначала ему придется подстричься.