6. «Кусочки одного целого»

      «Кто же я?»       Иногда Эннард чувствовал мысли прекрасной балерины внутри себя. Она не была в восторге от того, что они устроили. В том была ирония, ведь её убил муж... и влил остаток в механическое тело. Садисткое чувство справедливости от возмездия смерти дочери. И горечь матери, что не хотела этой смерти, как и не хотела смерти сыновей. Жертва обстоятельств, вечно слышавшая выстрел.       «Я из нескольких кусочков, я есть во многом. Но кто я?»       Порой что-то пыталась шептать малышка Элизабет. Глупая девочка, решившая попробовать от мороженое от доброго робота. Клешня схлопнулась, а внутренности, как и остаток, собрались внутри Цирковой Бэйби. Она не вполне владела эти телом, но иногда могла что-то сказать. Хотя в его теле она всё же замолкла, только шепоток иногда раздавался в глубинах. Добрая девочка разочаровалась в отце.       «Почему мы оставим его в живых? Какая нелепица».       Мальчик, бывший в теле аниматроника-медведя, более чем хотел смерти этому человеку. Но мальчик, бывший лис, хотел справедливости. Несколько кусочков, от которых имена не остались вовсе, но остался отпечаток на его личности. Возможно, дело и в том, что он помнил каждую смерть.       Эннард что-то странное, созданное слиянием фантайм-аниматроников воедино. Но, похоже, неприязнь к Афтону у него ещё и личная. Очень громкий с глупым противным смехом.       «Тебе не давали права говорить!»