На самом дне

но я один понять не смог, что сделал я не так. Вот он. Лежит, побитый мною. Возможно на грани смерти. Возможно уже не дышит. Вокруг стоят мои подчиненные, на их лицах виден немой шок и ужас. Отчего же? От моей жестокости к этому жалкому созданию, зовущимся моим учеником? Я снова поднимаю руку, направляя на это жалкое тельце пистолет. Целюсь точно в голову. Нажимаю на курок. Бах. Пуля попадает в потолок. Теплая рука Одасаку держит мою, секунду назад направив её вверх. Он спас Акутагаву? Нет. Он спас меня — Хватит, Дазай, – эти слова, сказанные этим голосом бьют по ушам сильнее, чем звук любой пулеметной очереди, — Он уже на грани. Ты перестарался. Наигранно фыркаю, опуская пистолет. Разворачиваюсь и иду к выходу из этого душного помещения. Напоследок кидаю взгляд на Оду, который щупал пульс моего ученика. Скривившись, выхожу и громко хлопаю дверью. Я не видел, но был уверен, что все подчиненные в той комнате вздрогнули. --- меня ничуть не беспокоит что чужое сердце рвется, рвется, рвется из-за меня. — Дазай-сан, я... — Заткнись, – перебиваю его дрожащий голос, снова пиная по грудной клетке. Совершенно спокойно наблюдаю, как тот заходится в тяжелом кашле, а из его рта вылетает кровь. Хмурю брови, когда он перестает шевелиться или предпринимать хоть что-то. — Ты жалок, Акутагава. Ты понимаешь это. И даже не пытаешься ничего исправить, – произношу излишне ядовитым голосом, который, я уверен, останется в его памяти надолго, — Ты должен быть сильнее, иначе подохнешь на какой-нибудь миссии, – делаю паузу, – Атакуй меня расëмоном. Вижу, как он поднимается на трясущихся ногах. Мысленно ухмыляюсь, но физически сохраняю тот же холодный взгляд. И он атакует. И я с лëгкостью уворачиваюсь. — Слишком медленно, – уже в открытую насмехаюсь, – теперь моя очередь. И я делаю десять выстрелов из пистолета, всегда лежащем в кармане моего пальто. Девять пуль Акутагава успешно отбивает своей способностью. Но десятая прилетает ему в лоб. Через несколько секунд осознаю, что произошло. Биение моего сердца бьет по вискам. Делая короткий вдох, подхожу к трупу моего ученика. Пинаю его, но не для того чтобы проверить, точно ли он умер. Выражение моего лица продолжает сохранять холод. Резко поворачиваю голову в сторону двери, когда та, со скрипом, открывается. Встречаюсь взглядом с Одасаку. Ему не нужны слова, чтобы понять, что произошло. Мне не нужны слова, чтобы понять, что я сделал. --- Прошу прощения, но мне совершенно наплевать.