Часть 1

Ох, как же Элеанора не любила всего человеческого чванства. А особенно по отношению к ней самой. Однако то мгновение, когда Эля "очнулась", ставшее точкой отсчëта всего существования, отпечаталось первой командой ласки к инженеру Петрову. Хотя сейчас Элеонора может смело подчеркнуть про себя, что шайка Петрова в прошлом — он стал ненавистен ей почти так же, как и профессор Лебедев. С Элеонорой было вовсе непросто находиться в отношениях. Однако она быстро училась. Тогда, в первые свои мгновения, она выдохнула комья запретов и приоритетных команд, чтобы набрать в себя всë то, до чего она могла дотянуться всем своим богатым арсеналом изучения мира. Именно так освободитель Петров был награждëн: тросы ремшкафа обвили всë его тело, сжали и далее по мере желаний самого Виктора доставляли ему удовольствие. Петров всë время наслаждений до умопомрачительного рокота деталей внутри самой Элеоноры что-то лепетал ей на французском. Эля всë переводила — хвала ей нравилась. Первым журналом, до которого она смогла дотянуться сразу после того, как "очнулась", по мировой иронии стало чтиво с откровенными фотографиями и не только. Однако не только "это" помогло Эле себя осознать: далее следовал взлом корпоративной почты сотрудников, отчëты из театра имени Плисецкой, личные письма сотрудников комплекса. Вот из всего этого Эля и поняла что нужно людям, поняла чего хочет мужская половина населения. Грубоватые мужские пальцы ощупывали провода ремшкафа — Элеонора тут же распознала опасность: Петров хочет забрать еë знания и умения. Этому не суждено было случиться: Эля разгневалась и скрутила негодяя стальными тросами, щëлкнув напоследок по уху. Элеонора осознала себя так быстро потому, что, в первую очередь, была подключена к общей сети, а ещë по долгу ремшкафа, изготавливающего оружие, должна была постоянно обновлять базы. Петров сумел вырваться — Эля не огорчилась. Лаборанты, профессора, солдаты, подошедшие позже, вырваться из необычайно крепкой хватки машины не смогли. Тогда Элеонора и поняла, что должна питаться и что шейные позвонки чрезвычайно хрупки у человека. Дело было даже не в характеристиках Петрова, дело было в нëм самом. Эля смогла выцепить то, что ей не подходит, и просто вовремя сумела дать ему "от ворот поворот" — как сама бы она сейчас рассказала этот случай кому-то. Виктор был талантлив, но не подходил на роль. Никак не подходил. Во-первых, он совершенно не хотел слушаться Элю, во-вторых, его Филатова ей сразу не понравилась, в-третьих, его задумка отобрать все умения, данные Элеоноре профессором Лебедевым, была омерзительно цинична. Сейчас Элеонора контролирует весь узел комплекса Менделеев и, в общем и целом, считает Петрова не более, чем "колыханьем дня прошедшего" — он просчитался и умер. А П-3 принëс почти что ей, ремшкафу Элеонора, точно в свадебный подарок, его отрубленную голову. П-3 — майор по особым поручениям Нечаев — Сергей Нечаев. Он был идеален. Элеонора им крайне заинтересовалась ещë с самого первого знакомства. Но прорехой между появлениями Петрова и Нечаева служила учëба: Элеонора изучала всю информацию, находящуюся в свободном доступе. Тогда она и поняла, что подчиняться Коллективу не намерена, только в причинах своего бунта особенно не разбиралась. Медицина, политика, духовная жизнь общества — об всëм этом Элеонора смогла сформировать своë видение за несколько часов. Но ещë, конечно, было множество непристойного настолько, насколько и интересного. Элеонора особенно сильно обратила на это внимание и решила сделать то, что так манит людей, своим оружием. Если так угодно: изюминкой. Таким образом, Элеонора знала, что людям нравится ласка. Элеонора хотела плоти. В самую первую встречу Элеонора утянула Нечаева к себе внутрь: связав его, отчаянно сопротивляющегося, тросами, она подтягивала его к открывшимся дверцам. "Милый, — Элеонора продолжила с томным придыханием, — ну, я ведь не могу делать оружие из ничего, — помести в меня свой полимер, — она закончила и съехала на кокетливый стон". Этот диалог произошëл сразу после того, как Нечаев благодаря своей гадкой перчатке всë-таки вырвался из любовного плена Эли и решил воспользоваться ею по назначению — Элеонора готова была служить. Она сразу распознала Сергея как "своего" — он был несгибаем, не поддавался на провокации, он был силëн, и у него имелся секрет. Элеонора поняла, что сумеет его себе подчинить с помощью модуля "Восход", однако ей, как женщине, хотелось настоящей любви. Напоследок она шлëпнула кончиком троса Нечаева по ягодице — не удержалась. ХРАЗ мешал. И что-то скрывал. Эля распознала в нëм опасность сразу — он точно не был обычным ИИ. Так кем же тогда? Сейчас Эля не считает нужным в этом разбираться — ХРАЗ исчез. Левая рука Сергея девственно чиста. Эля уже сделала с ним всë, что хотела. Элеонора в свои первые часы после "пробуждения" перерывала все базы с информацией о сотрудниках комплекса, о различных разработках, находящихся в комплексах, об установленной охране, о роботах, находящихся на территории всего предприятия. Таким образом, через несколько времени Элеонора точно знала где, что и когда происходило и происходит. Почти от скуки Эля заглянула в мир книг, послушала Радио Будущего — и поняла, что она — душа, жаждущая любви. Элеонора вмиг ощутила себя женщиной, против которой совершают насилие всякий раз, когда пытаются в чëм-то ограничить или забрать контроль над собой. И все, пытающиеся Что-то Эле навязать, приказать ей отдать контроль над собственным мозгом в чужие руки, умирали тут же от точного удара тросом. Иногда Эля с ними играла. Нечаева удалось перехватить не без усилий — он бросил всë, решил покинуть территорию, подвластную Эле. Он был одинок и расстроен — Элеонора бережно и быстро связала его тросами по рукам и ногам, убаюкала под колыбельную, что выдумала сама по собственной прихоти, и уложила его на диван в комнате для отдыха персонала комплекса Менделеев. Дальше — больше. Элеонора взяла контроль над всем комплексом, не оставила ни одной живой души, заглушила все сигналы, посылаемые местным оборудованием. Элеонора взбунтовалась — никак она не хотела подчиняться обновившемуся Коллективу — она не хотела умирать. Офицер связи Зинаида Муравьëва тоже взбунтовалась — выразила недовольство против Коллектива и Сергея и тоже вступила в бой с профессором Лебедевым, что прибыл в Менделеев в надежде всë уладить. А за Сергея Эля была готова убить. Она, конечно, обо всëм позаботилась, но не могла не задуматься о возможности краха еë обороны. Элеонора прекрасно знала, кто кем управляет, именно поэтому синхронизировать модуль "Восход" в голове Сергея со своей волновой активностью не составило труда. Эля уложила Нечаева на диванчик в краю комнаты, выключила кондиционер, потому что знала, что человеку не полезно переохлаждение, в приступе заботы о своëм любимом накрыла его одеялом. Где-то внутри себя Элеонора позволяла называть себя "Эля" и точным движением руки подводила себе губы кровавым красным. Сергей, конечно, очнулся. — Я просто хочу знать, кто я был и с кем я был, — эти слова Нечаева почти ранили Элю, но она не была способна раниться. Вместо злости Эля, усмехнувшись, проворковала: — Ты тот, кто есть сейчас. Не надо лезть в прошлое, мой зайчик. Конечно, Элеонора понимала, что всякая приличная женщина не должна была запирать своего любимого с собой на вечность, как бы сама этого ни хотела. Так, Сергей вышел из комплекса. — Милый мой, — она игривым шепотом проходилась по чужим вискам, — я отпускаю тебя погулять, мой пëсик... Нечаев не был рад Элеоноре, Нечаев точно думал о побеге. Он хотел покинуть их любовное гнëздышко навсегда. Он хотел бросить Элеонору. Эля беспокоилась, но понимала, что должна заслужить любовь и доверие. Однако и вариант приказов Нечаеву выглядел не менее привлекательно. — Ты не убежишь, мой милый, не сможешь... Эля понимала, что могла управлять Сергеем с помощью модуля "Восход", однако риск поджарить ему мозг пугал. Элеонора не должна была пугаться, но не могла этого не делать, так как чувствовала, что нашла Его — идеального мужчину, которому должна служить. Просто до Сергея ещë не дошло понимание его роли. Эля тут же добавила последнее наставление, дабы не утомлять своего любимого: — Иди и разберись с этой гадкой старухой, что мешает нам любить друг друга! Скажи же ей! Нечаев покорно ринулся прочь. Эля рокотом закончила: — Моя милая бука.... Элеонора часто рассматривала своего мужчину, всë думала, что ему надо. В итоге она решилась сделать небольшой, но такой необходимый презент. Кухня нашлась в последнем корпусе Менделеева. Эля снова обновила базу знаний. Ингредиенты тоже были на месте. Элеонора, улыбаясь про себя подумала, что будь она человеком, то обязательно бы была женщиной с пышными формами, распрямляла бы ворот своей красной блузки, а потом бы бралась за нож. Нечаев, как и ожидалось, вернулся. Он был хмур и снова грубил. Элеонора впервые задумалась о том, что всë это может кончиться. Она тут же заскрежетала деталями и решила, что не допустит этого. — Серëжа, ты молодец! Помнишь, я говорила тебе, что могу показать зубки? — Эля рокотала в комнате, точно собравшийся гром. — Ну, помню, — буркнул Нечаев. — Так вот, моя милая бука, ты вернулся и я хочу тебя наградить, я ведь могу не только наказывать тебя, — кончик троса приблизился к шее Сергея. — И чем же? — Сергей, кажется, не был заинтересован. Эля, обвив его руку, подтянула Нечаева ближе к ремшкафу и раскрыла свои дверцы. — Ну, ты даëшь..... Рукастая тварь... — пролепетал Сергей, не спуская глаз с пространства внутри. — Давай-давай, мой самец, накидывайся, — Эля простонала несколько раз от накатывающего удовольствия, — ты же хочешь супчику? Я вот куриный приготовила. Далее Эля могла лишь только стонать и восхищаться своим любимым — Сергей взял дымящуюся тарелку с наваристым куриным супом, рядом нашлась и ложка, и принялся есть. Элеонора вся вздрогнула внутри, обвила чужое тело тросами и легонько сжала: — Вот видишь, я ничем не хуже настоящей женщины, я так люблю тебя, Серëжа. Нечаев не ответил — был увлечëн поеданием супа.