Часть 9

Парни зашли в помещение и заняли единственный свободный столик. Почти одновременно потянулись к меню. — Ты чё будешь? — спросил Лёва, вчитываясь в винную карту. — Виски не хочу. Либо коньяк, либо ром, — задумчиво протянул Саша, щёлкая взглядом по разделу с крепким. — Давай ром? — предложил Лёва и отложил меню, доставая сигареты. — Отлично, — кивнул Васильев и так же отбросил своё меню. — Сигой поделишься? — спросил он, подняв руку, чтобы подозвать официанта. — Бери, — не глядя, бросил Лёва и шлёпнул пачку на стол. — Готовы сделать заказ? — подошёл официант. — Да. Bacardi Carta Blanca. Бутылку, — уверенно сказал Саша, сверяясь с Лёвой взглядом. — Конечно, — кивнул тот, уже с сигаретой в губах. — Надо как-то договориться, — начал Саша, прикуривая. — Всё это катится к чёрту. Майя пока терпит, но вопрос — сколько ещё? Лёва молча выдохнул дым. Сигарета тлела между его пальцами. Тут как раз принесли заказ. — Спасибо, — вяло бросил Саша, даже не глянув на официанта. Он открыл бутылку, зажав сигарету в зубах, и разлил ром по бокалам. — Всё странно стало, — сказал Лёва, затушив окурок. — Непонятно. — Что именно? — Саша поднял на него взгляд, затянулся, стряхнул пепел. — Почему она с тобой. Почему меня до сих пор к ней тянет. — Ха! — Саша усмехнулся. — Не поверишь, я сам об этом думаю. Может, потому что она — одна такая. Он затушил сигарету, поднял бокал. — Ну, давай тогда… За перемирие. Временное, — предложил Лёва. Они чокнулись. Выпили. Саша слегка поморщился — капля попала на треснутую губу. К четвёртому стакану разговор потёк свободнее. Лёва откинулся на спинку стула и заговорил с неожиданной прямотой: — Слушай, я этой ночью был со Светкой. — Да ну? Вот это поворот, — отреагировал Саша, и хоть лицо его оставалось нейтральным, внутри что-то неприятно дрогнуло… но и облегчение было. Он прикурил новую сигарету, глядя на Бортника. В глазах — жажда подробностей. — Да, — сухо подтвердил тот. — Я вёл себя как мразь. А она… терпела. — Что ты имеешь в виду? — Саша нахмурился, стряхнул пепел. — Был груб. Очень. А потом… осознал, что вообще-то думаю не о ней. А о Майе. И просто сбежал, — с кривой усмешкой выдохнул Лёва. — Как последний трус. Он долил ром в стаканы. Рука дрогнула. — Вот сейчас ты одной фразой можешь разрушить наше хрупкое перемирие. И я тебе втащу, — сказал Саша почти спокойно, но с блеском в глазах, от которого в затылке холодеет. Он понимал, что это алкоголь. Но слышать такое было тошно. Особенно — про жену. — Прости. Я не из вредности. Просто как есть, — примиряюще поднял ладонь Лёва, а заодно — и стакан. — Приятно, знаешь ли, слышать, как какой-то уебан трахает бабу, представляя при этом мою жену, — Саша смотрел в упор. — Особенно когда жёстко. Прям греет душу. — Всё, всё! Прости, ляпнул! Давай ещё по одной — и закроем тему, — попытался сгладить Лёва и поспешно осушил очередную порцию. Саша выпил молча. И снова поморщился. — Пиздец? — сочувственно спросил Лёва. — Хуйня, заживёт, — махнул рукой Васильев. — Бьёшь, блядь, тоже не слабо, — хмыкнул Лёва. — У Хипа будут вопросы, когда нас увидит. — Да уж. И ведь, сука, поймёт всё с одного взгляда: сами друг другу харю начистили. И, что хуже всего — поймёт почему, — усмехнулся Саша, выпуская дым сквозь зубы. Они выпили ещё. Постепенно вражда в глазах уступала место усталости. Ненависть притуплялась — и всплывало то, что скрывалось под ней: боль, усталость и привязанность — к одной и той же женщине. Мужчины продолжали сидеть и разговаривать, а в это время у Светы дома... — Свет, что с тобой? Почему ты такая зарёванная? — спросила Майя, увидев за открывающейся дверью подругу с размазанной тушью под глазами. Та была явно вся в слезах, но, похоже, уже немного пришла в себя — алкоголь помог. — Всё нормально, — вяло отмахнулась Света. — У тебя макияж не лучше. Что с тобой случилось? — сдержанно переспросила она, проходя в комнату. Она присела на разложенный диван, плеснула себе мартини из уже начатой бутылки и протянула бокал Майе, которая села рядом. — Да всё как всегда: Лёва с Сашей опять чуть не сцепились, — вздохнула Майя. — Я больше так не могу, — и сделала глоток. — А я с Лёвой переспала, — скованно выдала Света. — Подожди, — покачала головой Майя. — Я когда шла от Ани, встретила его. Он сказал, что это всё враньё. Ну, что с тобой он не уходил... Она нахмурилась, глядя в бокал, потом с горечью добавила: — Вот козёл! — Май, я сама виновата. Он тебя не просто любит — он тобой бредит, — выдохнула Света и залпом осушила бокал. — Свет... он тебе нравится? — Майя посмотрела ей в глаза и, поставив бокал, достала из сумочки сигареты. — У тебя можно курить? — Можно. Только пепельницы нет... но вот стакан подойдёт, — она пододвинула его. — Май, можно и мне? — Ты же не куришь? — удивилась та, поднося сигарету к губам и прикуривая. — Не курю. Но сейчас — всё равно, — устало сказала Света. Майя протянула ей пачку и зажигалку. Света с первого раза почти прикурила, но сразу закашлялась. Вернула сигареты и зажигалку подруге. — Аккуратнее, — с доброй улыбкой сказала Майя. — Но ты мне так и не ответила. Лёва тебе нравится? — Да, Май. Я как последняя дура в него влюбилась, — выдохнула Света, — а он во время секса назвал меня твоим именем. Она с трудом выговорила это, сдерживая слёзы и кашляя от дыма. — Блин, Свет… Я… — растерянно пробормотала Майя. — Ты ни при чём, — вдруг спокойно ответила Света, глядя на неё почти утешающе. — Светик, клянусь, как увижу — сразу дам ему по морде! — уверенно сказала Майя, затушив окурок в стакане. Обе выпили ещё по бокалу, и вдруг Майя оживилась. — Тащи косметичку! — Зачем? — опешила Света. — За надом! Время всего-то три, ну, начало четвёртого. Пошли в клуб! Отвлечёмся! И пошли они все нафиг! — решительно заявила Майя. — А давай! — с готовностью согласилась Света. Она встала, взяла с полки косметичку и протянула её подруге. Майя поправила макияж Свете, потом занялась своим. — Май, ты волшебница! Офигенный мейк! — восхищённо сказала подруга, глядя в зеркало на шкафу. — А то! Так, я тоже готова. Хватай сумку и пошли! — бодро скомандовала Майя и направилась в прихожую. — Уже иду! — отозвалась Света и, неожиданно, схватила со столика полбутылки мартини. — А это зачем? Нас могут не пустить со своим! — усмехнулась Майя, заметив. — А я её спрячу! — хитро улыбнулась Света. — Куда, если не секрет? — Ну... если что — внутрь! Ты же поможешь? — Куда ж я денусь, — с наигранной обречённостью отозвалась Майя. — Мой муж сказал бы, что у меня просто нет другого выхода! — У тебя нет. И это факт! — подтвердила Света, застёгивая босоножки с бутылкой под мышкой. И тут случилось непоправимое — пробка была открыта, и мартини стремительно полилось на пол. Майя рассмеялась. — Вот блин! Даже мартини от меня сбежал! — с иронией сказала Света, но в глазах читалось лёгкое разочарование. Она встала, посмотрела, сколько осталось. — Да брось ты её, и пошли уже! — торопила подругу Майя, переминаясь с ноги на ногу в своих уже ненавистных туфлях. — Погнали! — бодро крикнула Света, швырнув пустую бутылку в сторону, и пошла следом. Девчонки вышли на улицу и направились в ближайший клуб. Внутри, несмотря на толпу мужчин, свободных столиков не оказалось. Тогда они устроились у барной стойки, заказали мартини и продолжили беззаботно веселиться. Спустя какое-то время Майя наклонилась к подруге и сказала: — Светик, я быстренько! Ты тут не скучай! — подмигнула она и направилась в туалет. В это время, за столиком у парней. — Сань, я ща. Срочно надо отлить, — пробормотал Лёва, вставая из-за стола с едва заметной нетвёрдостью в походке. Он направился к туалету, зевая на ходу, и буквально через пару шагов столкнулся лбом с выходящей из уборной Майей. — Май! — радостно воскликнул он. — А ты как здесь оказалась? Ты ж вроде к Свете зашла... Он сразу понял, что сболтнул лишнего. Майя застыла, услышав его голос, резко обернулась. Глаза налились злостью, шаги — решительностью. Он всё ещё улыбался, как дурак. — Это тебе за Светика! Козлина! — резко бросила она и отвесила звонкую пощёчину — ту же, по которой не так давно уже зарядил Саша. — Ай, бля! — зашипел Лёва, хватаясь за щёку. — Что ж вы, Васильевы, все по одной и той же?! Но Майя уже ушла, не обернувшись. Он постоял, моргая, потом вспомнил, зачем шёл, и побрёл дальше. Вернувшись за столик, с хмурым лицом приложил почти пустую бутылку рома к пылающей щеке. — Не понял. — Саша прищурился, покуривая. — Тебя ещё кто-то ушатал? — Не поверишь, — фыркнул Лёва, — твоя Майя. Влепила смачно — аж глаз задергался. — Чё? Она что, здесь? — Саша моментально оживился, выдохнув густой клуб дыма и начав вертеть головой, ища её взглядом. — Ага. И, по ходу, не одна. — Лёва убрал бутылку, потирая щеку. — С таким жаром влепила — видно, за подругу мстит. — Где ты её встретил? — У уборной, где ж ещё. — Сейчас я её наберу. — Саша затушил окурок, достал телефон и стал набирать номер. — В клубе? Васильев, гений, мать твою... Тут же ор, она звонок не услышит, — усмехнулся Лёва и залпом допил остатки рома. — Зато, может, вибрацию прочувствует, — парировал Саша, поднеся трубку к уху. В это время, за барной стойкой. — Свет, ты не поверишь! Я уже за тебя отомстила! — гордо сообщила Майя, вернувшись с туалета и потряхивая рукой. — Рука до сих пор жжёт! — Что?! Лёва тоже здесь? — округлила глаза Света. — Бармен, можно нам лёд, пожалуйста? — Представляешь! — не сбавляя темпа, продолжила Майя. — Выхожу, а он — прямо на меня. Ну, я недолго думая — бац! И ушла! — Вот, пожалуйста. — Бармен поставил перед ними стакан со льдом. — Спасибо! — отозвалась Света и повернулась к подруге, почти с благоговением. — Май, ты просто огонь. Спасибо тебе! Майя кивнула, достала сигарету и прикурила. Едва приложила руку к стакану с льдом, как заиграл телефон. Она выудила его из сумочки, взглянула на экран — Саша. Лицо тут же изменилось: из довольного стало настороженным, почти тревожным. — Кто это? — с любопытством спросила Света, заметив перемену в лице подруги. — Саша, — коротко ответила Майя, слезая со стула. — Я сейчас, пойду на улицу — тут ничего не слышно. Майя протиснулась сквозь танцующую толпу и почти выбежала к выходу. Саша, заметив её, вскочил и пошёл следом. Она только поднесла телефон к уху, как за спиной услышала его голос. — Привет, — произнёс он негромко, подойдя ближе, будто опасаясь спугнуть её. — Привет, — отозвалась она, обернувшись. В голосе — смесь удивления и неуверенности. — Бортник сказал, что видел тебя… Я, честно, подумал, он наврал. А ты — бац! — и пощёчину ему! Круто, кстати. — Он это заслужил, — спокойно бросила Майя, — кто к девушкам как к мусору относится — получает по заслугам. — Не спорю. Он сам признал, кстати. Сказал — заслужил. Я с ним полностью согласен, — Саша осторожно обнял её за талию. — Хотел бы поцеловать тебя… но, боюсь, сделаю только хуже. Майя пригляделась к его губе, чуть наклонилась и едва коснулась пальцами его подбородка. — Болит? — Терпимо, — он улыбнулся, — просто неловко. Хотел как в кино — а теперь даже поцелуй опасен. — Сам виноват, — укоризненно, но уже с мягкостью в голосе сказала она. — Ну да… заслужил, — с наигранным покаянием протянул он, — есть сигаретка? — Есть, — она достала пачку, протянула ему одну и зажигалку. Он прикурил, вернул. Она сделала то же самое. Небольшая пауза. — Думаю, надо помочь Свете с Лёвой, — начал он. — Ну, чтобы снова… нашли общий язык. — После того, как он с ней поступил? Ты серьёзно? — Майя прищурилась. — Просто чуть подтолкнуть, а дальше — как пойдёт, — пожал плечами Саша, стряхнув пепел. — У них была близость, чувства… Может, ещё не всё потеряно? Майя затушила сигарету о стену и бросила в урну. — Ну, ты и романтик, — с усмешкой произнесла она. — Ладно. Только немного. Проверим, чего они там хотят на самом деле. — Вот и договорились, — он приобнял её чуть крепче. — Сейчас ты возвращаешься к Свете, через десять минут вы выходите. Мы с Лёвкой вас будем ждать. — А если не выйдет? — Тогда ты пойдёшь ночевать к Свете, а я останусь сам, — трагически вздохнул он. — Именно, — поддразнила она. — Так что постарайся. Он взглянул на неё пристально, не отводя глаз — в этом взгляде было всё: решимость, желание, растерянность. Майя, не колеблясь, потянулась к нему и накрыла его губы поцелуем. Он тихо застонал, не от боли даже, а от неожиданной смеси чувств. Губа тут же отозвалась неприятным жжением, но он не посмел остановить её. Пусть даже на секунду — он слишком ждал этого прикосновения. Она тут же это почувствовала. Отстранилась, внимательно посмотрела на его лицо. — Май, стой, — прошептал он, — у тебя… моя кровь на губах. Дай вытру. Он поднял ладонь, собираясь аккуратно коснуться её лица, но она молниеносно провела языком по губам, облизав тёплый след, словно нарочно не дав ему вмешаться. Он чуть приподнял бровь. — Моя тигрица, — прошептал он, тихо, почти с благоговением. Майя не ответила, просто смотрела на него, дразняще искривив уголок губ. — Ну что, идём? — спросила она, как ни в чём не бывало. — Идём, — кивнул он, едва заметно усмехнувшись. Они медленно повернулись и вместе вернулись в клуб. Словно ничего и не было — но между ними теперь было всё.