Что значит быть подчиненным

      Что значит быть подчиненным?       Э-э… Вы о чём вообще? Я не какой-то там «подчинённый». Я — помощник! Помощник номер один у Твайлайт Спаркл! Это совсем другое дело, это важно.       Это значит быть… правой лапой. Той, которая всегда тут, под копытом. Нет, не «под» — рядом! Когда ей нужна книга с верхней полки, которую не достать магией, потому что надо срочно — вот он я, Спайк! Когда в лаборатории котёл с зельем начинает булькать слишком угрожающе, а она вся в расчётах — кто его накроет крышкой и крикнет «Твай, кажется, сейчас рванёт!»? Правильно, я. Это не подчинение. Это… предугадывание. Это знать её и её работу так хорошо, что ты уже держишь нужный свиток, пока она только собирается его попросить.       Мы как… команда. Как брат и сестра, только я дракон, а она пони, но суть та же! Она меня слушает. Серьёзно! Если я говорю, что план опасный, она задумывается. Если я предлагаю сделать перерыв, потому что у неё уже третий час трясётся копыто от усталости — она вздыхает и соглашается. Она заботится обо мне: не даёт мне есть столько драконьего острого перца, сколько я хочу, хотя это же несправедливо! Шьёт мне шарфики на зиму, потому что моя чешуя не греет, и всегда, всегда спасает, когда я влипаю в историю из-за своей жадности к блестяшкам. А я… я забочусь о библиотеке, чтобы в ней был порядок. Я готовлю сэндвичи, когда она забывает поесть. Я успокаиваю Совелия, когда тот чего-то пугается.       Это взаимовыгодный обмен, понимаете? Она даёт мне дом, смысл, семью. Она учит меня всему — не как начальник, а как… ну, как старшая сестра, которая в миллион раз умнее. А я даю ей… свою надёжность. Я тот, кто всегда тут. Кто не исчезнет в дыме, когда станет трудно. Кто будет сидеть рядом и морально поддерживать, когда эксперимент провалился в двадцатый раз. Кто напомнит ей о дне рождения Эпплджек или о том, что пора уже выспаться.       Быть помощником — это гордость. Это знать, что от тебя что-то зависит. Что без тебя её мир дал бы крен. Может, небольшой, но крен. Я не просто дракончик при библиотеке. Я — Спайк. Тот, кто сортирует корреспонденцию, тушит мелкие магические возгорания, утешает грустных подруг и всегда, всегда верит в Твайлайт, даже когда она сама в себе сомневается. И она верит в меня.       Так что никакого «подчинённого». Мы — партнёры. Просто у неё рог и ответственность за всю эквестрийскую магию, а у меня — острые когти, огненное дыхание и умение находить самую нужную книгу в самой тёмной комнате. И мы идеально дополняем друг друга. Вот что это значит.       Спайк замолкает, его уверенная улыбка медленно тает под тяжестью этого молчаливого, пристального взгляда. Он ёрзает на месте, его хвост беспокойно подрагивает.       Эй… а чего ты так смотришь? Я же всё правильно объяснил. Мы же… команда.       Взгляд не меняется. В нём читается что-то… колючее. Спайк моргает, и в его глазах мелькает искра встревоженного понимания.       Нет… Ты хочешь сказать, что это… не взаимопомощь? Что это… использование? Да ладно, не может быть! Твайлайт никогда бы…       Он замолкает, и его собственные слова, кажется, повисают в воздухе, обретая новое, неприятное звучание. Он откашливается, его голос становится тише, торопливее.       Ну… ладно. Иногда… иногда бывает. Ну, понимаешь, когда у меня есть своя идея, а она её даже не рассматривает. Говорит: «Спайк, это неэффективно» или «Это опасно». И всё. Даже если я прав! Но… но она старше. И умнее. И она меня вырастила. Она же знает лучше… наверное.       И… и иногда она срывается на меня. Не со зла, конечно! Просто когда у неё всё валится из копыт, когда дедлайны, когда принцесса Селестия ждёт отчёт. И тогда она может сказать: «Спайк, почему ты до сих пор не рассортировал эти свитки?!» или «Я же просила следить за зельем!». А я… а я мог забыть. Или отвлечься на что-то блестящее. И это… это моя обязанность. И я её не выполнил. Значит, заслужил.       Он начинает перечислять быстрее, как будто выкладывая перед собой и собеседником доказательства какой-то неприятной теоремы.       А ещё… ещё я никогда не могу просто взять и уйти куда надолго. Всегда в голове: «А что скажет Твайлайт? А не ищет ли она меня? А не нужна ли я ей?». И приходится отпрашиваться. Или придумывать предлог. Потому что если исчезнуть без спроса — будет волноваться. Или, что хуже, разозлится, что подвел.       И… и все её подруги, они же тоже вроде как мои друзья. Но иногда чувствуешь себя… как обслуживающий персонал. «Спайк, принеси то! Спайк, отправь письмо! Спайк, разберись с этим!». И ты не можешь сказать «нет». Потому что они же друзья Твайлайт. И она будет смущена, если я откажусь.       Он резко встаёт, отряхивается, но движения резкие, нервные.       Слушай, это был какой-то… странный вопрос. И странный разговор. Я… я пойду. А то Твайлайт будет ругаться, что я ушёл надолго без предупреждения…       Он замирает, осознав, что только что озвучил именно то, о чём его только что заставили задуматься. Он с силой трясёт головой, пытаясь стряхнуть эту мысль.       В смысле, не «ругаться»! Она просто… беспокоится. Это же нормально — беспокоиться о том, кто тебе… кто тебе как семья. Это не обязанность отчитываться за каждый шаг! Совсем не обязанность!       И, не глядя больше на невидимого зрителя, Спайк быстро засеменил прочь, к библиотеке.       «Спайк»              «Помощник действует от щедрости, подчинённый — от обязанности. Грань исчезает, когда твою готовность помочь начинают включать в смету чужой жизни как постоянную статью расходов. И ты с ужасом понимаешь, что твоё «могу» давно прочитали как «обязан».»