Часть 1

У всех случаются плохие дни. Дни, когда ты автоматически, с самого утра пребываешь в наихудшем своём состоянии без особо видимых на то причин. И проявляется это у каждого индивидуально. Кто-то закрывается в себе, изолируясь от внешнего мира, кто-то наоборот старается чаще выходить в свет, ища общения и поддержки, а кто-то начинает вести себя чрезмерно агрессивно для "обычного" себя. И справляются с этим все тоже по-разному. Какузу с Хиданом не исключения. Они тоже люди, у них такое случается. Они не застрахованы от этого. И, как ни странно, в такое время их партнёрский дух достигает максимального уровня. Почему, спросите вы? Да потому, что они чувствуют, видят и понимают друг друга намного лучше, чем любой другой дуэт в Акацуки, хоть и открыто об этом не заявляют. *** Когда плохие дни случаются у Какузу (а это бывает довольно часто в силу возраста и загруженности), Хидан делает то, о чём Анимиру говорит ему постоянно - молчит. Просто молчит сутки напролёт. Он отгоняет от напарника любого, кто попробует его потревожить, потому что Какузу становится неимоверно раздражительным и ослабляет свою внутреннюю защиту, позволяя увидеть немного того, что скрывается за маской бессердечного, жестокого скупердяя. В его глазах скользит та усталость, которую невозможно заметить за ледяным взглядом в его будничной жизни. Он даёт себе слабину, порой просто необходимую во избежание окончательного выгорания и исчезновения остатков всех человеческих чувств. На людях такой роскоши Какузу позволить себе не может, поэтому чтобы дать ему хоть какое-то уединение, Хидан, в некоторой степени привязавшийся к своему ворчливому напарнику и искренне желающий помочь ему, дежурит у порога его кабинета, не подпуская никого к двери ближе, чем на полтора метра. Он заботится так. Молча и делая. Но на охране покоя помощь Хидана не заканчивается. В плохие дни у Какузу абсолютно пропадает желание есть. Он просто сидит в кабинете, работая с бумажками, весь день, не выходя никуда, кроме уборной, и Хидана это беспокоит. Поэтому ближе к вечеру он тихо проскальзывает в комнату, не забыв закрыть дверь, так же тихо подходит к столу Анимиру и ставит перед его лицом тарелку риса с мясом, приготовленного своими руками, и стакан воды. — Ешь. Чтоб дочиста. Он произносит это уверенно, но в то же время осторожно. Он находит золотую середину так, чтобы не бесить Какузу. Но тем не менее, над душой у Анимиру он не стоит. После этих слов Хидан уходит на свою кровать или в угол, чтобы помолиться. И молится он за здоровье Какузу тоже. Вознаграждение находит его утром: на прикроватной тумбе Мацураси находит свои любимые сладости. Одному Джашину известно, откуда Анимиру их берёт, но он знает, что именно Хидан любит и оставляет только то, что джашинист будет есть с наслаждением, а не просто впихивать в себя. И Мацураси не жадничает: он тихо подходит к Какузу, уже, как правило, работающему за столом, аккуратно кладёт рядом с его рукой пару-тройку конфет и лишь усмехается, когда слышит знакомое, уже ставшее таким родным бурчание: — Это твоё. Я не ем сладкое. — Да знаю я, - отвечает Хидан. - Но то, что моё, и твоё тоже. С этими словами он уходит, а Какузу, тяжело вздохнув, берёт одну конфетку, разворачивает фантик и закидывает сладость себе в рот. Мацураси уже пару раз видел, как Анимиру изредка позволяет себе подобные шалости, но понимает, что это дело только его, Какузу, поэтому выползает в холл тиранить Дейдару, чтобы его напарник мог насладиться лишней порцией счастья в виде небольшой, но очень вкусной ириски. А что вы думали? Даже такие нукенины, как Анимиру нуждаются в гормоне счастья, и этого отменить нельзя. *** Плохие дни Хидана проходят иначе. Он и Какузу - полярно разные люди, но в таких ситуациях это прослеживается намного чётче, хотя казалось бы, куда. В плохие дни Хидан просто... Уходит. Съёбывает в одному ему известные дали, чтобы вдоволь проораться и порезать людей. И Какузу не останавливает его. Знает: Хидан - своего рода кот. Он всегда вернётся туда, где его кормят, а точнее туда, где его кормит напарник. Поэтому когда Хидан возвращается, весь в крови, поту и грязи и первым делом топает в душ, Анимиру платит ему той же монетой, что и сам Мацураси. Накладывает еду, приготовленную им исключительно для них двоих, приносит в комнату, а сам уходит в столовую. Чтобы отужинать он всегда дожидается Мацураси. Это стало их негласным правилом и стимулом для Хидана вернуться хотя бы к вечеру. Однажды он просто забил на это, подумав, что Анимиру не станет ждать его. Но когда вернулся через два дня, его ждал злой Анимиру и две порции еды. — Ты слишком долго, - раздражённо бросил Какузу. Его живот предательски заурчал, и Хидан понял, что этого приёма пищи напарник ждал с того самого момента, как Мацураси переступил порог базы и умотал невесть куда. — Я... Ты мог не ждать, - тихо ответил джашинист, слегка запнувшись в начале. Анимиру промолчал и сел за стол, начав уплетать еду за обе щеки. Немного постояв на месте в раздумьях, Хидан сел рядом с ним и еле слышно пробормотал: — Приятного. Ответа он дожидаться не стал и сразу принялся орудовать ножом, отрезая и накалывая на него мясо. Да, есть стейк таким изощрённым способом то ещё удовольствие, выбирать не приходилось: либо так, либо руками. Поэтому, подсмотрев технику у Какузу, Хидан с лёгкостью воспроизвёл её и пользуется по сию пору. Но бывают такие дни, когда уходить не получается. Эти моменты для Хиадна превращаются в сущий ад. Все так и норовят залезть не в своё дело, расспросить, хотя стоило бы нахер заткнуться и съебаться из чёртовой комнаты. Он говорит "завалить еблет и пиздошить к хуям собачьим" каждому, огрызаясь и с ног да головы покрывая несчастных визитёров трёхэтажным матом, кидается в непрошеных гостей тем, что подвернётся под руку, будь то сюрикен или подушка. Каждому, кроме Какузу. От него Хидан ни разу не слышал фраз вроде "что-то случилось?", "ты в порядке?" и прочей бессмысленной поеботы. Он просто работает, делая вид, чтоне обращает на него внимания, но сам поглядывает за напарником. Просто сидит, отвернувшись к столу, с самого утра. Он не тычет его носом в разбросанные вещи, как делает это обычно, никуда не зовёт и не говорит ничем заняться. Просто молчит. Час, три, десять... Столько, сколько нужно. Хидан ценит это. Ценит каждой клеточкой своего существа. Он знает и понимает, что Какузу смотрит за ним, переживает за него, и от этого Мацураси становится легче. Он не один. У него есть его злобный, ворчливый и самый понимающий напарник в мире. Большего ему и не надо. *** Они не признают этого вслух, но помогают друг другу. Заботятся так, как умеют и так, как нужно. Они никогда не скажут друг другу, что им плохо, никогда не начнут откровенничать и прямым текстом говорить о своих чувствах, но это и не нужно. Они знают. Знают, что нужны друг другу и знают, что теперь умрут. По одиночке, друг без друга они точно умрут.