Ночная вылазка

      Термин "неблагополучный район" подходил этому месту как нельзя лучше, но даже на одну десятую не охватывал всю степень чудовищности того, что их окружало. За время работы в детективном агентстве Фукудзаве ни разу не пришлось заглядывать сюда. Сейчас он даже был благодарен судьбе за это.       На обочине сидел ребёнок, видимо, не собиравшийся идти домой не смотря на поздний час. При виде Фукудзавы он заметно оживился и подбежал к нему. – Господин, не найдётся ли несколько монеток? На ... автобус надо. Мне до дома доехать.       Голос ребёнка оказался на удивление грубым, словно прокуренным. А может, парень только-только переболел бронхитом и до сих пор не восстановился. Фукудзава растерянно начал шарить по карманам, в поисках завалявшейся монетки. Вдруг мальчишке ответил Дазай, начавший говорить мягким вкрадчивым голосом. От которого, тем не менее, хотелось мгновенно вздёрнуться на ближайшей крыше. – А твои родители знают, что ты имеешь наглость попрошайничать у столь важных господ?       Звучало это не как осуждение образа жизни мальчишки, в конце концов дети – всего лишь отражение взрослых. И родители этого пацана явно были не великими учёными. А как явная, ни чем не перекрытая угроза.       Проблеяв что-то невнятное, он попятился и резко развернувшись, бросился бежать в один из глухих проулков. Даже он чувствовал в Дазае то, что с самого первого дня знакомства так беспокоило Фукудзаву. – Не обращай внимания. Такой шпаны тут навалом, – вздохнув, сказал Дазай, – Стоит только зазеваться и сам не заметишь как останешься без кошелька и кредитки.

***

      Увеселительное заведение, в котором трудилась усопшая, выглядело, как это ни странно, самым приличным зданием в округе. По крайней мере с него не сыпалась штукатурка, а около входа дорогу освещали фонари. Видимо, воротилы бизнеса беспокоились как бы их клиенты не переломали в темноте ноги, не дойдя до них.       Дазай не раздумывая открыл дверь и шагнул вовнутрь, ведя за собой Фукудзаву. По своей наивности тот предполагал увидеть что-то аляповатой, ярко-красной, тяжёлые парчовые занавеси, статуэтки Купидона, полуголых девиц и пьяных мужчин. Этакая оргия в стиле барокко. Однако, ничего подобного там не было.       Помещение скорее походило на бар. За стойкой стоял бармен, тут же цепким взглядом осмотревший вновь вошедших и, видимо, решив, что они достойны его приветствия, благожелательно им кивнувший. За столиками сидели одинокие девушки. Никакой вульгарщины в одежде, макияж в бежевых тонах, имитирующих натуральный цвет лица и... никакого алкоголя. На столиках перед девушками стояли вода или сок. – Мы попали куда надо? Она точно здесь работала? – с сомнением спросил Фукудзава.       Ехидно хихикнув, его временный напарник ответил: – Ожидал чего-то другого? Работала она здесь, мои информаторы не врут. А местечко это славиться строгими правилами для девушек: никакого алкоголя, никаких наркотиков и никаких отказов. Клиент всегда прав, а местные работницы всегда трезвы. Хотя, курить им, вроде, разрешается. Пойдём вон за тот столик.       Направившись к самому дальнему столику, сказал Дазай. Следующие две минуты он кратко вводил напарника в курс дела, поясняя как работает местное заведение и что предстоит сделать им. – Ты можешь делать здесь что хочешь, разве что почитать книгу тут тебе не дадут. Сними девочку, поболтай с ней о чём-нибудь. В общем мне надо полчаса, в течении которых ты будешь отвлекать внимание.       К столику Фукудзавы подошли две девицы, Дазай предложил им присесть, а уже минут через десять удалился с одной из них, оставив Фукудзаву развлекать вторую разговорами.

***

      Вяло отшучиваясь от настырной девицы, упорно тащившей его в сторону лестницы на второй этаж, Фукудзава на всякий случай держал руку на рукояти катаны, спрятанной в складках одежды. Все же это место было довольно своеобразным и если он прав, то местный бармен должен быть по совместительству ещё и охранником. А он и так пару раз сомнительно поглядывал в сторону Фукудзавы. – Вы так ждёте своего друга, господин, что закрадываются подозрения, – обиженно надув губки, произнесла девица, представившаяся Мими. – И какие же конкретно, Мими-чан?       Подозрения подозрениями, а им бы желательно уйти от сюда без драки. Нет, если вдруг случится нежелательная, но вполне ожидаемая потасовка, и он сам и Дазай были вполне способны выйти из неё живыми. Но в целом лучше бы обойтись без этого. – А вы точно... Девушек любите?       Фукудзава едва не рассмеялся, глядя на разочарованную мордашку ночной бабочки. – Очень. Я очень люблю девушек, Мими-чан, но сегодня я не в настроении. И пришёл-то исключительно чтобы посидеть, выпить чай, пообщаться с такими красотками как ты.       Конечно это была откровенная ложь, но его собеседница относилась к тому странному типу людей, кто ждал исключительно подобной лжи, жадно впитывая каждое его слово. Сколько лет могло быть этой девице? Тусклый рассеянный свет скрывал мелкие несовершенства и при таком освещении Фукудзава мог бы с одинаковой вероятностью дать ей как восемнадцать так и двадцать восемь лет. Но явно меньше тридцати. На новенькую в своём деле она тоже не проходила, хотя и не прошедшая огонь и воду профессионалка. Но в этом бизнесе явно больше года.       Неожиданно их беседу прервали. – Ты не против, сестрёнка, если я заберу у тебя его ненадолго?       Фукудзава искоса взглянул на подошедшего Дазая. Улыбка на его лице могла бы говорить о том, что всё прошло хорошо, но он уже убедился, что с этим парнем никогда не поймёшь искренняя ли это улыбка или нет. – Люблю знаешь ли выкурить сигарету после...       Мими оценивающе оглядела Дазая. Он отсутствовал меньше получаса, но в их бизнесе очень быстро понимаешь, что секс-забеги по полтора часа бывают только в кино и то снимаются месяц, в жизни среднестатистическому мужчине вполне хватает двадцати минут. – Ну идите, только не задерживайтесь там долго.       На лице девици, впрочем, явственно читалось, что ей по большому счёту всё равно. Единственное, что её интересует это скольких мужчин ей сегодня придётся обслужить и сколько ей за это заплатят. Вздохнув, Фукудзава положил на стол пару купюр, он сказал: – Купи пока себе сок или что ты там хочешь. Мы сейчас подойдём.       Выскользнув из-за стола и оставив настырную девицу одну, Фукудзава спокойным шагом пошёл за Дазаем. Привлекать к себе лишнее внимание явно не стоило.       На улице пахло сыростью и выхлопными газами проезжавших мимо автомобилей. Дазай остановился у стены, прижавшись к ней спиной. – Куришь? – вдруг спросил он Фукудзаву.       Тот отрицательно покачал головой. – И я не курю, хотя иногда думаю, что стоило бы.       Он негромко свистнул и окно на втором этаже открылось. От туда что-то выбросили, а Дазай ловко поймал. – Вот теперь пошли, – махнул он рукой Фукудзаве и не оглядываясь пошёл по узкой и загаженной улочке подальше от этого места.

***

      Фукудзава рассматривал небогатый улов из личных вещей убитой проститутки. Шкатулка с дешёвыми украшениями, книга, упаковка презервативов, недорогой парфюм и стопка счетов, которые судя по всему она оплачивала. – Как ты уговорил ту девицу помочь тебе? – Деньги не решают все проблемы этого мира, но в некоторых случаях вполне помогают, – пожал плечами Дазай.       Повертев шкатулку со всех сторон, Фукудзава принялся рассматривать счета. Видимо, девушка отличалась аккуратностью, все платёжные документы были скреплены канцелярскими скрепками и рассортированы. В одной стопке – счета за квартиру, в другой – за номера в мотелях. – Тебе не кажется, что с этой книгой что-то не так? – Дазай ткнул пальцем в книгу, обложка которой выглядела весьма потрёпанной.       Взяв предмет в руки, Фукудзава лично убедился, что напарник прав. Обложка книги была разрезана и в прорезь вставлен диск. Видимо, мужчина отличался не только привязанностью к проститутке, но ещё и редкостным консерватизмом, объяснить иначе зачем тот решил взять диск, а не куда более удобную флешку, он не мог.