Счастье

Джувию разбудил детский плач из соседней комнаты. Аккуратно и тихо, чтобы не разбудить спящего Грея, девушка встала с кровати и плавными шагами направилась в детскую, наспех накидывая на себя светло-сиреневый халатик. Какую уже по счёту ночь просыпается малыш Шторм? Пятую? Или десятую? Волшебница со счёту сбилась. Она даже и не помнила, когда спокойно спала. Но она не жаловалась. Шторм — младенец, а младенцам свойственно частенько просыпаться по ночам и будить родителей. И бывшая Локсар чувствовала себя по-настоящему счастливой: любящий муж, любимый сын, любимая гильдия и дорогие сердцу друзья — что ещё нужно для счастья? А ведь в далёком детстве, девушка об этом и мечтать не могла. Ей было приятно осознавать, что кому-то она была нужна. Тихо прикрыв за собой дверь, Джувия включила ночной светильник и подбежала к детской кроватке, из которой доносился сей плач. Проверив подгузник и убедившись, что тот сухой, волшебница подхватила на руки своего плачущего ребёнка и стала бережно покачивать, напевая тихую колыбельную.  — Мой маленький мальчик, перестань плакать, мама с тобой, — и мягкая, светлая, добрая улыбка озаряет лицо девушке. Продолжая петь, мисс Фуллбастер, в который раз убедилась, как маленький Шторм похож на своего отца: такие же черты лица, только более детские, а на головке виднелся чёрный пушок. А вот глаза — большие и синие — явно достались от матери. Мужская ладонь легла на бледное и хрупкое плечо Джувии, которое было прикрыто ночным халатиком. Синеглазая, от неожиданности, вздрогнула и, не без доли удивления, спросила:  — Грей-сама?  — Иди спать, — кивая в сторону двери, прошептал мужчина, — А я сам его уложу.  — Не беспокойтесь, Джувия справится, — попыталась возразить девушка, но тут же растаяла при виде тёплого взгляда, адресованного ей со стороны супруга.  — Иди. Тебе нужно отдохнуть, — настойчиво-мягко проговорил брюнет, протягивая руки к их сыну. Запнувшись на полуслове, Джувия аккуратно передала ребёнка отцу и тихо выскользнула из детской комнаты, немного прикрыв за собой дверь. Убедившись, что фигура супруги скрылась из поля зрения, Грей поджал губы и слегка напряжённо посмотрел на малыша. Последний же, увидев совсем другое лицо, замолк. Чуть-чуть приоткрыв свой беззубый ротик, Шторм с любопытством стал разглядывать «незванного гостя». Если говорить начистоту, то Грей б о я л с я. Нет, не собственного сына. Фуллбастер боялся того, что он же сделает что-то не так и сильно навредит малышу Шторму. Вдруг, он нечаянно его уронит? Или ребёнок разрыдается, а Грей, растерявшись, не сообразит, что и как делать. Но видя, как Джувия сильно изматывается, Грей просто не мог остаться в стороне. Толи совесть изгрызла, толи…хотелось подольше побыть с сыном? Возможно. Возможно, Грею захотелось самому подержать Шторма на руках. Тишина продолжалась. Вдруг, Шторм начал хныкать. Пухлые губки задрожали, маленький носик задёргался, у синих глаз скопилась стена из слёз. Паника, паника, паника. Она захлестнула молодого папашу с головой.  — Эй, э-это…тш-ш-ш-ш, успокойся! — попытавшись скопировать движения покачивания, как у Джувии, Грей заходил по комнате, перебирая все возможные варианты, чтобы успокоить «орущие существо». Все мысли путались. А паника подступала всё ближе, и ближе. Остановившись, Грей посмотрел на Шторма, а затем на свою руку. Есть одна идейка, но маг «Хвоста Феи» сильно сомневался, что осуществиться его задумка. Но попробовать стоит. Придерживая малыша одной рукой, Грей поднял другую так, чтобы маленький ребёнок видел его ладонь. Попытавшись улыбнуться (к слову, улыбка вышла какой-то нервной, но настоящей), Грей позвал сына:  — Смотри, мелкий, что у меня есть. Почуяв, что зовут именно его, Шторм на миг прекратил свой «потоп», и зарёванными глазами уставился на огромную лапу (от Ав.: чудовища ХD) держащего его человека. В синих глазах появился детский интерес. На большой и широкой ладони, парила снежинка изо льда. Маленькая, красивая, изящная. Будто нежная балеринка, она парила над ладонью волшебника льда. От снежинки не исходило никакого холода. Маленький Шторм протянул свою пухленькую ручку, желая дотронуться до интересной вещи. Грей поднёс снежинку, наколдованную им же, к заинтересовавшемуся малышу, что тянул ручки. Когда маленький пальчик дотронулся до тоненькой корочки льда, малыш захлопал глазами, и неожиданно... ...р а с м е я л с я. У Грея Фуллбастера перехватило дыхание. Он впервые видел, как его сын смеялся. Так громко, по-детски, улыбаясь своим беззубым ротиком. И смеялся именно е м у, своему отцу. Фуллбастер почувствовал, как внутри растекалась волна тепла и счастья. Господи, его сын смеётся ему! Грей впервые ощутил себя настолько счастливым, что сам не заметил, как широко улыбнулся. — Интересно? Могу и тебя этому научить, когда подрастёшь, — проговорил он, колдуя новые снежинки, и слушая звонкий, детский смех. Смотря на всю эту тёплую картину, Джувия сделала несколько снимков на фотоаппарат и всплакнула, тут же смахивая слезинку. Девушка была счастлива, очень-очень! Она видела, как ее любимые мужчины улыбались и смеялись, и ей сильно хотелось, чтобы этот момент продолжался и не заканчивался. Как же здорово, когда каждый находит своё с ч а с т ь е.