Глава VI, Выходные

Нет, не первые, как мог подумать мой дорогой читатель. Вся учебная неделя прошла несколько однообразно, а во время прошлых выходных дней в школе проводили лекции по профориентации для старших и средних классов, мастер-классы и ещё много всего мало интересного… для вампиров. Марта и Виктор не в первый раз узнавали всё это, ведь давно уже учились в школе. Да, вампиры взрослеют медленнее людей, … но только рождённые вампирами. Марта и Виктор были обращены, а потому не изменялись из года в год. Виктору на настоящий момент было уже тридцать девять лет, но именно в вампирском облике. А Марте около ста четырёх, а не двенадцать. И, выходит, она старшая сестра, а он младший брат, а не наоборот, как это могло бы показаться со стороны. Но, вместе с тем, они не чувствовали себя некомфортно в столь юном теле, находясь в таком возрасте. Напротив, им было хорошо оставаться детьми. И, из-за отсутствия взросления, они часто меняли школы. Энтони и Мари были вампирами от рождения, но уже не старели совсем — настоящие вампиры перестают изменяться в возрасте 50-60 лет, выглядя на 25-30. Брат и сестра уже очень многое знали о профессиях, а потому скучали. Следующая неделя прошла вся в делах и заботах — родители делали необходимые ремонтные работы в новом доме, подготавливали сад к зиме, а дети помогали им или учились. И вот, наконец, выходные! Погода за окном выдалась жаркая и очень солнечная, потому пикник, который планировало семейство, пришлось отложить. Зато у одного из вампиров, который читателю хорошо знаком, высвободилось время для того, чтобы, наконец, разобрать вещи, лежащие по коробкам с самого переезда. …Виктор выдвинул из-под письменного стола большую пыльную картонную коробку. Быстро высвободив её из липкого плена скотча, он открыл крышку. Внутри оказалась одежда. Сложив все рубашки, брюки и прочие вещи по полкам вместительного деревянного шкафа, юноша открыл сразу все оставшиеся коробки, коих в комнате было около одного десятка. Он внимательно осмотрел их содержимое. Всевозможные книги, диски с фильмами и музыкой, музыкальный проигрыватель, принадлежности для рисования и… плюшевый мишка? Бурая шёрстка, чёрные глазки-бусинки, на шее маленький розовый бантик… «Должно быть, это Марты». Взяв мягкую игрушку в руку и переступив через огромные стопки книг, выложенных прямо на пол, Виктор отправился к хозяйке косолапого. Постучав, он услышал глухие шаги. Марта отворила дверь быстро, представ перед братом в длинной и просторной ночной рубашке. Длинные светлые волосы на голове девочки были неряшливо спутаны, глаза сонно смотрели на Виктора. В комнате царил мрак. — Ты ещё не вставала? — удивился брат, приподняв одну бровь. — Ааахх… — зевнула заспанная вампирша, прикрывая ладонью алый ротик — Нет. — Она потёрла глаза руками и, с лёгким недовольством посмотрев на Виктора, спросила — Ты чего пришёл-то? — Ты мне в коробку своего медведя по ошибке положила — ответил он и протянул игрушку сестре. — О, мой мишка! — девочка моментально оживилась и, выхватив из рук игрушку, бросила непонимающий взгляд на ухмыляющегося Виктора. — Чего смешного? — Да так, — юноша таинственно улыбнулся и отвёл взгляд в сторону, а после, с некой насмешкой, проговорил — Странно, что в свои сто четыре года ты до сих пор играешь в игрушки… Не успел вампир договорить последнее слово, как пушистый медведь прилетел ему по лицу. — Мне двенадцать! — вскрикнула сестра и, подобрав мишку, добавила — Я спать. Не буди больше. — Девочка демонстративно хлопнула дверью, забрав с собою игрушку. -Что это она так? — спросил взявшийся из ниоткуда Энтони, стоявший на верхней ступени старой лестницы, почти упираясь головой в низкий потолок. — Да так… — сухо ответил сын — кризис переходного возраста. — Виктор развернулся и удалился к себе в комнату, наглухо заперев дверь. — Что?! — удивился отец. Его чёрные брови подскочили вверх, пунцово-красные глаза стали размером сравнимы с небольшими яблоками. — Переходный возраст? У ВАМПИРА?! — он ещё с минуту постоял, озадаченный изречением юноши, но, театрально махнув рукой, развернулся и пошёл вниз, на кухню, а после в гостиную, где Мари уже открыла бутылку выдержанного вина и приготовила два хрустальных бокала. Включив в плеере любимую композицию Бетховена и усевшись на выкрашенный белой краской подоконник, Виктор принялся смотреть на узкую дорогу, проходившую мимо их дома и заканчивающуюся где-то в густом хвойном лесу. Его комната была в северной части дома, в окна редко заглядывало солнце, а потому можно было не закрывать их плотными тяжёлыми шторами, что делала Марта, окна в комнате которой выходили на восток. Голые ветви старого клёна, как и всегда, ритмично постукивали по стеклу, колыхаясь от необычно сильно раскалённого для этого времени года осеннего ветра. По синему небу плыли редкие клочки белых облаков, гонимые горячими потоками воздуха, разметающими мелкую серую пыль по дороге, ведущей от дома Хоулстернов к населённому пункту. Да, вампиры потому этот дом и выбрали — лучше жить подальше от любопытных людских глаз, чтобы не пришлось выпутываться из странных историй и поспешно менять место жительства. К тому же, этот дом был таким единственным из всех, так как к нему прилагался большой участок, заросший старыми деревьями и мягкой изумрудной травой, а сам он отличался крайне необычным для села интерьером. Неподалёку начинался лес, так что можно было охотиться в любое удобное для этого время суток. Вдруг в окне показались несколько стройных силуэтов, идущих толпой, а за ними — ещё более тоненький и совсем незнакомый, серый, будто крадущийся позади с чем-то в руках. Первая компания прошла мимо и направилась в лесную чащу — наверное, к реке. А загадочная серая фигура, напротив, остановилась у высоких узорчатых ворот особняка. Повертев в руках странную коробочку и немного постояв, силуэт прошёл в сторону. С облегчением выдохнув, юноша прикрыл глаза. В наушниках звучала знакомая мелодия, она успокаивала, и Виктор почти заснул на тенистом подоконнике, как вдруг за окном послышался страшный хруст, а после последовал глухой удар о землю. Резко соскочив с подоконника и выглянув в окно, юноша увидел на земле фигуру человека, а рядом с ней огромную ветку. Видно, это он упал с дерева, но…что он вообще делает на усадьбе? Да ещё и на дереве?! Открыв окно, Виктор наполовину высунулся наружу. Незнакомец понял, что его заметили, попытался встать, но это ему не удалось. Виктор почувствовал запах свежей крови. «Только не это!» -Эй! — крикнул он, как только можно более грубым, голосом — Ты что тут делаешь? Человек внизу поднял голову, с неё упал серый капюшон. Растрепавшиеся длинные волосы скрывали лицо. «Это девушка?!» -Я. — начала она, запинаясь. Но Виктор понял, что медлить нельзя, потому, бросив презрительное «убирайся, и чтобы я тебя больше здесь не видел!» быстро захлопнул окно и задёрнул штору. Сев на кровати, он взял со стола и крепко сжал в кулаке упругий тяжёлый мяч размером с яблоко, который он использовал именно в таких случаях, чтобы отвлечься от запаха крови. Подойдя к окну, юноша увидел слегка прихрамывающий удаляющийся силуэт. Под окном в ворохе листьев осталась лежать большая, прогнившая у основания ветвь. «Кто бы это мог быть…» — задумался Виктор. Он долго ещё смотрел вслед удаляющемуся силуэту, а после, сев на кровати, уставился в угол под потолком, где сплёл свою тонкую сеть большой серый паук. Немного ещё поразмыслив, юноша, тряхнув головой, как бы прогоняя назойливую мысль о произошедшем, принялся дальше разбирать книги и карандаши с альбомами по полкам старого шкафа со стеклянными дверцами. Закончив к вечеру, он спустился вниз, на кухню, где за столом уже собрались все члены семьи. -Ты сегодня поздно — заметил Энтони, покуривая трубку. -Энтони, дорогой, просто Виктор сегодня наводил порядок в своих вещах — промолвила Мари, аккуратно разливая кровь по бокалам. Слегка принюхавшись, Виктор спросил: -«А» отрицательная? -Положительная… — поправил его отец, продолжая курить в помещении, стряхивая пепел прямо на раскрытую книгу по ботанике, лежащую у него на коленях, и, задумчиво глядя на пустую кирпичную стену напротив, слегка почесал большим пальцем левой руки свой подбородок. Мари, осуждающе взглянув на мужа, сказала, слегка кашлянув для привлечения внимания. -Гхм…. Курить в доме никто не разрешал. -Но и не запрещал — задумчиво, с некой небрежностью в голосе ответил мужчина, ещё пристальнее вглядываясь в стену и ещё сильнее потягивая едкий дым. -Что? — удивлённая таким ответом, Мари приподняла свои тонкие брови и случайно налила в один из бокалов слишком много напитка, так, что он чуть не перелился через край. -А? — очнувшись от оцепенения, Энтони стряхнул добрую порцию пепла на страницы книги, обронив пару крошек на брюки и пол. -Не подавай детям дурного примера! -А что дурного? — с улыбкою на лице спросил мужчина, взял в левую руку бокал и, слегка наклоняя его в право или лево, окрашивая в кровавый цвет стенки сосуда, продолжил — Дети уже большие, и умеют отличать доброе дело от дурного…. Да, Виктор? Виктор, который жадно пил кровь из своего бокала, удивлённый тем, что его так резко подключили к беседе родителей, попытался сразу ответить, но подавился напитком и закашлялся. Изо рта брызнула слегка вспененная алая жидкость, упав густыми каплями на футболку и окрасив губы и подбородок в пунцово-красный цвет. Подавился юноша сильно, а потому случайно облился из бокала, окончательно испачкавшись. Мари подскочила с места и, постучав сыну по спине, неодобрительно взглянула на не ожидавшего такого развития событий Энтони, после чего обратилась к переставшему кашлять Виктору: -Сколько раз повторять, не говори, пока пьёшь! Тем более, не надевай белое перед едой. Вот куда теперь эту футболку девать? — она стояла перед сыном, оперевшись рукой о деревянную столешницу. -О футболке не беспокойся… Я пойду. — Неожиданно ответил Виктор, немного помолчав после материнской реплики и, встав с места, направился к выходу из дома. -И куда же ты в эдаком-то виде пойдёшь? — уточнила мать, с опаской и недовольством глядя на перепачканного кровью сына. -В сад. Поброжу в тишине среди клёнов и сосен. — Виктор на мгновение обернулся и, еле заметно улыбнувшись, сказал — Там темно. Меня не заметят. — Юноша отворил дверь и вышел на крыльцо, залитое мраком. Обойдя кругом дом, он забрёл в самую дальнюю часть сада. Кусты шиповника и чёрной смородины шелестели своими редкими листьями, ветер перебирал иссиня-чёрные волосы Виктора, а глаза его светились тусклыми красными огоньками; по лицу, рукам и телу стекала почти свернувшаяся кровь. Присев на огромный валун в тени высокой сосны и пару раз слизнув драгоценные капли с предплечья и кисти руки, юноша услышал шорох в стороне дома. «Может, это Марта?» — попытавшись принюхаться, Виктор понял, что это бессмысленно — кровь затмила практически все запахи своим ароматом. Что-то подсказывало, что в сад пробрался чужак. «Неужели это опять та девушка?». Виктор легко, быстро и бесшумно двинулся к дому. И точно — шорохи доносились со стороны клёна под окном его комнаты. Некто сидел на коленях спиной к Виктору, с сильным шорохом разгребая сухие крупные листья и явно что-то выискивая среди них. Человек не заметил приблизившегося вампира, а потому юноша, крайне заинтересованный происходящим, решил подойти ещё ближе, но вдруг из-под его ног раздался пронзающий слух хруст — он оступился, и маленькая ветка сломалась под его весом. -Кто здесь?! — тут же испуганно отозвался человек, рефлекторно вздрогнув и замерев, после боязливо обернувшись в ту сторону, где только что хрустнула ветвь под ногою хозяина комнаты, в чьё окно он сегодня заглянул. Но Виктор успел спрятаться за стволом старого дерева. Нюх подводил из-за запаха крови, находившейся на одежде и лице, а девушка, чей голос показался вампиру крайне знакомым, тем временем продолжила копаться в листьях. На свой страх и риск юноша вновь выглянул из-за тёмного ствола и попытался приблизиться к нарушительнице порядка. На миг, будто что-то почувствовав, незнакомка замерла. Виктор тоже словно окаменел в полушаге от неё, не смея пошевелиться. Вдруг, неожиданно для вампира, девушка рывком схватила лежащую на земле палку и, резко развернувшись, что есть мочи, ударила ей по ногам юноши. Послышался глухой удар. Девушка, на мгновение замерев от ужаса, медленно повернулась назад. Увидев тёмный силуэт позади себя, она, округлив от страха глаза и упав на спину, споткнувшись о торчавший из земли корень, громко завизжала, так, что Виктор чуть не лишился слуха. Но, быстро, буквально молниеносно сообразив, он подскочил к ней и, зажав её рот одной рукой, а другой приподняв с земли голову девушки, заставил её молчать, взглядом своих светящихся глаз ещё больше напугал незнакомку и спросил несколько изменившимся от неожиданности голосом: -Что ты здесь делаешь? Кто ты? Девушка вырывалась изо всех сил, глаза её наполнились слезами, а губы пытались разомкнуться и испустить безумный призыв о помощи. -Молчи, и я тебя отпущу, — почти прошептал юноша, предупреждающе понизив голос — но чтобы больше я тебя здесь не видел. Ты всё поняла? Он любопытно прищурил свои глаза и, отодвинув прядь волос с лица девушки, проведя окровавленным пальцем по ее щеке, с ужасом понял, кого именно он поймал в саду. -Маша?.. — прошептал он ужаснувшимся голосом и, в полном отсутствии всякого понимания сложившейся ситуации и своих дальнейших действий, отстранился от девушки. Отпустив не менее поражённую Машу, он, помедлив всего секунду, в мгновение ока исчез из её поля зрения, оставив за собой лишь пару облетевших с ветвей потревоженных деревьев листьев. *** Маша, быстро вскочив на ноги, понеслась к забору. Перебравшись через узорчатые металлические прутья, девушка, как только можно быстрее, помчалась дальше от особняка. Пробежав в темноте по большой, незаметной во мраке луже, она забрызгала ноги грязной водой и промочила обувь. Забежав в дом, перед этим на «отлично» сдав школьный норматив по физкультуре — так быстро она бежала по тёмным улицам, девушка как можно незаметнее проскользнула в дальнюю часть комнаты, где стояла её кровать. Сняв с себя вещи и приблизившись к зеркалу, она заметила, что всё лицо её перепачкано отпечатками человеческих пальцев, а на пряди волос у лица засохло что-то странное. Начав смывать непонятную грязь влажной салфеткой, девушка, зачем-то взглянув на неё, а после, вздрогнув и отбросив в сторону, с ужасом увидела на белоснежном тонком полотне ярко-красные пятна. «Кровь?!..» *** Юноша был уже глубоко в лесу. Ветви хрустели, разлетаясь в стороны от его стремительного бега, сухая трава колыхалась от проносящегося вместе с ним потока воздуха. Выбежав на поляну и спугнув стайку птиц, вылетевших прямо из-под его ног, Виктор остановился. Он огляделся. Кругом густой мрак. Высокие кроны деревьев чёрными силуэтами пронзали тёмно-синюю гладь, усыпанную звёздами. Одиноко отражала свет солнца луна, бледным диском устроившись среди мелких белоснежных точек, точно королева среди своих подданных. Спёкшаяся кровь на лице и руках сковала кожу, одежда еле слышно похрустывала тонкой корочкой высохшей живительной жидкости. Стоя в полном одиночестве среди голых осенних деревьев, слыша удаляющийся хлопот крыльев, пронзающий ночную тишину, чувствуя боль от ссадин на руках и ногах, что получил в кустах шиповника, Виктор всё больше осознавал происходящее, всю комичность и одновременно пугающий ужас ситуации. Выходит, новая молчаливая соседка по парте за ним следит? Но что она искала? Что бы это ни было, Маша не нашла потерянную вещь. Но это не важно. Ужаснее то, что она увидела его. В крови. Без линз. Благо, в темноте. Возможно, она подумает, что это был не он…. Но тогда кто? Мучая себя размышлениями и опасениями за будущее, юноша бродил по старому сырому смешанному лесу. Опасения за будущее не оставляли его в покое ни на секунду. «Что скажет отец?! Неужели нам снова придётся переезжать?! И всё из-за меня! Какой же я идиот!». Виктор ходил кругами, почти заблудился среди одинаковых на первый взгляд елей и берёз, колючих зарослей шиповника и ароматных кустов малины. За полночь он направился обратно, в сторону дома, медленно ступая по покрытой влажным мхом земле.