Часть 1

      Поимел я намедни поездку в Звенигородский монастырь.       Не верю я в мистику, но в то, что есть у Матушки Земли места особые — очень даже. Вот и там есть источник, святой, конечно, как без этого, но очень полезный, на котором устроена купель. Температура воды в этой купели, на минуточку, — ЧЕТЫРЕ градуса!       Местные вводят в заблуждение, говорят, что шесть. Не верьте! Я сам мерил — четыре.       И, стало быть, нырнув в эту купель, получив шоковую терапию, можно аки Иван-дурак превратиться в Ивана-Царевича.       Ну, мы и поехали.       Не, мы знали, конечно, что так дураками и останемся, тут уж безнадежно, не лечится, но чёт захотелось.       Приехали.       Места красивые.       Спокойные.       Мы ещё, до начала водных процедур, в пещеру заглянули, в которой на одной лишь каменюке жил местный святой, то ли Фендюлий, то ли Варсонофий, вокруг которой и пророс храм и монастырь. Чё та не прониклись. Ни ногтей, ни костей не нашли, всё растащено до нас, а так неинтересно.       Пошли окунаться.       Купель устроена удобно, отдельной избушкой. Окунаться положено голыми, в естестве, ткскзать. Мужская и женская половина — разгорожены.       Вот же ж…       Опять неинтересно…       Ну лан…       Метнулись мы в эту водицу… Аааа!!!       Присели три раза и пулей назад… А надо еще два.       Положено так.       Не нами.       Ощущения?..       Ну… Сначала всё втянулось аж до гланд. Но когда выходишь, на воздухе, даже при не слишком то высокой температуре в девятнадцать градусов, сразу обдает жаром. Как будто в сауну заскочил. Кожа краснеет, горит. И хочется ржать. Что мы и делали. Второй раз пошёл уже легче, а третий — ваще, как к себе домой. Хорошооо…       Пока мы барахтались и носились туда-сюда с воплями, в уголочке смирно стоял голенький дедок, и с робкой улыбкой наблюдал, как мы с хохотом бросаемся в набежавшую волну. Мы уж начали обтираться, но я решил спросить: — Деда, а чойта ты не зашел ни разу?       А дедок мне отвечает, что вот никак! Стопорится, страшно, холодно, да и вообще он опасается, что как только он в эту приятную водицу окунется, так без чуйствий и откинется. К тому же ходит очень плохо, с палкой, тяжело по ступеням, да и в купель с ней вроде как не айс, но раз пришёл, уходить сухим неохота. Вроде как немужественно.       Ну, мы переглянулись на предмет четвёртого погружения, перемигнулись и к этому дедочку с двух сторон — «Сейчас, сейчас, дедушка, мы тебе помооожем, мы тебя спасём». Чип и Дейл. Спешат на помощь.       Взяли мы дедушку под локоточки и понесли в святую водицу. Понесли — буквально. Потому как дедушка ноги калачиком поджал и чем ближе желанная влага, тем выше он их умудрялся поднимать, уж не знаю, каким образом. И тем ближе к ультразвуку приближался его визг.       Купнули мы его, три раза, как положено. Поставили на ступеньку. Как только почувствовал твердь под собой, дедушка рванул по ступенькам наверх с легкостью дикого марала и с оглушительным воплем:       «ДУРАКИИИИ!!!»       Вот что ледень животворящий делает!       Поймали мы дедушку махровым полотенцем. Растерли докрасна, помогли одеться. Сидит, улыбается довольный.       Потом пошли все вместе в Трапезную. Греться монастырским сбитнем. Безалкогольным. На меду. А дедушке купили горячий глинтвейн на монастырском кагоре. Глинтвейн! Откуда «глинтвейн» в православном монастыре?.. Ну ладно… Кагор же есть. Пусть будет глинтвейн… Дед вина церковного напился, сдобы налупился и вид приобрел счастливый.       А мы прикупили себе отличного терпуга от местной коптильни. Со всеми распрощались и — домой…       А дома картошечки нажарили, да с вкусной копченой рыбкой, да с маринованным огурчиком, да под пивасик вкусный, сусло золотое, нефильтрованное (это только для меня!) ммм… Ляпотааа…       Короче, советую.