Часть 1

      Меня... меня здесь больше нет. Меня... меня больше нет с ними. Меня... меня... я больше не живу. Нет в жизни. Я больше нигде.       Дождь капал с ещё большей силой, невзирая на людей, столпившихся около одной странной девушки. Люди не знали, кто эта девушка, а если бы и знали, им не было бы дела до неё. Но ребятишки хотели посмотреть поближе на так называемую самоубийцу. Не каждый же день девушки падают с крыши, это действительно интересное зрелище. Да при том она каким-то образом ещё живая, что только прибавляет интереса для людей. Не побоюсь сказать, что это были пауки, наблюдавшие за предсмертной агонией бабочки. И девушка, как ни странно, сделала странный поступок в глазах людей.       Она улыбнулась. Несмотря на то, что под ней растекалась кровь, она счастливо улыбалась. Она думала о том, что эта попытка скоро увенчается успехом и её будет ждать блаженная темнота. Не была она глупой девушкой, ничуть, но сегодня ей не повезло, ведь её изломанное на асфальте тело заметил учитель. И хоть плевать ему было на неё с высокой колокольни, чисто из-за профессионального долга он вызвал скорую помощь. О, она не была глупой девушкой, она ведь видела в его глазах презрение, в конце концов, он лишь хотел услышать хвалебные речи в свой адрес. И он их получит.       Так-то ему всё равно, по какой причине она решила сделать это. Она действительно была умной девушкой, но из-за её ума и странного поведения её сторонились, а некоторые ненавидели. Были и другие факторы отчуждения. Никто не смог бы сказать точно причины неприязни к ней. Это была аксиома: все старались сторонится и избегать её в своей жизни.       Но девушка хваталась за все те крохи любви. Может быть, потому что думала, что кто-то сможет её понять, и она почувствует себя живой. Она чувствовала боль, но не это понятие жизни ей было нужно. Совсем не это. И когда она открыла глаза пошире, то поняла ещё одну вещь: это всего лишь сон. Да, один большой сон.       Толпа людей, учитель, дождь, всё ушло серой дымкой. И пришла реальность квартиры, пропахшей дешёвым алкоголем и сигаретами, а также с её желанием что-то изменить в своей жизни. Ей всего лишь шестнадцать лет и её обвиняют в типичной подростковой депрессии. У неё не может быть проблем. Но у неё были проблемы и она не понимала ни черта, зачем ей вообще жить.       Кто бы смог рассказать ей смысл жизни.       Личность, которая была украдена.       Она смотрела на школьную доску и записывала всё, что говорил учитель. У неё действительно хорошо получалось слушать и запоминать. К взглядам, пронзающим её тело, она давно уже привыкла. На самом деле, к всякой боли можно привыкнуть и закопать внутри себя. Другой вопрос, когда этот сосуд боли лопнет, от неё самой ничего не останется. Но она не думает об этом, когда отвечает на вопросы учителя и улыбается (хотя никто этого не видит). Она пытается строить в своей жизни что-то стандартное, за что можно зацепиться. Но что-то всегда идёт не так.       Она пытается не показывать свою боль за холодной маской. И, как сказать, она не знает, куда делась её настоящая личность и откуда вообще взялась эта личина холодной девушки. Она не знает. Всё сводится к поискам смысла.       Каждый день был потрачен. Что же, всё было потрачено впустую, всё равно. Глаза мечтающей девочки станут мутными и вялыми до того, пока кто-нибудь узнает. Эти вращающиеся слова, которые так сухи и бесцветны.       Однажды учитель сказал ей: — Хватит строить из себя страдалицу! У многих проблем больше, чем у тебя. Тебе ещё повезло, что у тебя есть родитель, который кормит тебя и заботиться. Вечно вы, подростки, придумываете себе проблемы из ниоткуда.       Девушка ничего ему не сказала, только сжала рукава рубашки, пытаясь не показать, что запрятано за слоями бедной одежды. Хотя изменилось бы что-нибудь, узнай учитель, какие гематомы расцветают на её коже от каждого удара «заботливого родителя»? Она не знает. Каждый раз ей говорят, что это её вина. Нет ничего из того, в чем она не была бы виновата. И у неё не может быть проблем, даже когда щека болит от пощёчины. Ни с кем она не спорит, хотя есть так хочется.       Все слова бессмысленны.       Прошлое должно сиять. Боль ухудшается с улыбкой на лице без всяких колебаний. Когда ты скрываешь собственные чувства, ты думаешь, это заставляет их исчезнуть? Эти чувства поглощают, сердце, должно быть, снова украдено.       Она проводит лезвием по запястью, проклиная себя за каждую пролитую слезу и попытку попросить помощи. Кровь капает на пол ванной. Но у неё нет проблем. Так говорят все взрослые. Значит, у неё нет проблем. Она плачет, от боли и от отчаяния. Она начинает думать, что у неё есть проблемы. И, действительно, ей хочется умереть, чтобы никому не мешать.       Это из-за неё у всех проблемы... не так ли?       Почему я?.. Почему это происходит именно со мной? Корми мою душу всё больше и больше. Что же будет в конце всего этого? Что-то было тогда в твоей руке, это даст на всё.       Она подносит пистолет отца к виску. То, что она увидела в его руке однажды, запомнилось ей навсегда. И, быть может, у неё больше не будет проблем. Ни у кого больше не будет проблем из-за неё.