Часть 1

Уже неделю меня не было дома. Я отсиживался в Московском отеле, в номере, где кроме меня и бутылки коньяка больше никого и нечего не было. Я даже телефон вырубил. Невыносимо тошно. Решение уйти, — было спонтанным, но обдуманным. Мне нужно было отсидеться, и обдумать всю произошедшую ситуацию. Безусловно, Оля сделала мне очень больно, но ведь и я не прав. Я прекрасно знаю, настолько тяжело ей далось объединение подстанций. Когда она приходила домой после тяжёлого дня, и хорошо если вообще приходила, то сил у неё хватало только на то, чтобы принять душ, и завалиться в кроватку, обняв мужа. Работала без выходных, наизнос. Я всё время был рядом, поддерживал, приносил ей обеды, ужины, и готовил завтраки. И наконец это закончилось. Казалось, что всё вернулось на свои места, наконец гармония, и спокойствие. Я уже несколько раз предлагал ей завести малыша, нашего малыша. Но на все свои предложения я либо получал ответ, что мол она уже старая, и от поздних мам рождаются больные дети, либо же она просто уходила от ответа. Неужели, она правда не хочет? Очень надеялся, что это всё не так, и хотел узнать на то причину, но однако.. не успел.. Её слова ранили мужчину в самое сердце. Унизила перед завхозом, перед чужим человеком. Можно же было просто поговорить, всё выяснить, и не было бы всего этого. Но уж как есть. А я собрал вещи, и ушёл. Просто ушёл. Оставил её совсем одну. За всё время я несколько раз задумывался, о том как она? Что происходит у неё на работе? Как её самочувствие? Ведь не стоит забывать, что после комы прошло ещё не слишком много времени, и её и без того хрупкий организм, мог дать сбой. Понимал, что своим уходом скорее всего очень обидел её. Уверен, что по ночам она плакала, захлебываясь слезами, и прижимая к себе подушку. Принял очень важное для себя решение, — перейти на другую подстанцию. Ведь так мы будем видеться только дома, и повод для ссор у нас будет вдвое меньше. Рука потянулась к средству связи, одиноко лежащему на прикроватной тумбочке. Вибрация и заставка. На телефон тут же стали приходить тысячи уведомлений. Пропущеные звонки от всех. От коллег, от Араша, Кости, и больше всего от Оли.. и ещё сообщения. «Паша, позвони мне!» «Давай мириться, прости меня пожалуйста.» «Давай сегодня погуляем, и всё обсудим? Можно в парке культуры. Позвони!». Не стал перезванивать. Быстро собрался, и вышел из Московского отеля, по направлению к дому, к жене. *** Зайдя в родную квартиру, меня встретила звенящая тишина. Спит. Осторожно, почти беззвучно кладу ключи на стеклянную полочку в прихожей, и не разуваясь иду в глубь квартиры. Подойдя к двери нашей спальни, не заглядывая туда, мне охватил страх. Страх, что она не простит меня, страх что она не одна.. тьфу.. Сначала заглядываю, потои прохожу в комнату. Оля лежит посередине нашей кровати, обнимая и прижимая к себе мою подушку. Из по одеяла торчит её плечико, и тёмные локоны небрежно разбросаны на подушке. Скучал. Безумно скучал. Стою ещё некоторое время, и удаляюсь, не желая тревожить её сон. Раздеваюсь, и начинаю готовить себе ночлег. Поднял вверх клышку дивана, и вытащил оттуда плед. Лёг на подушку, и укрылся одеялом.