Часть 1

Сохраните меня под толстым стеклом из льда, не будите меня, пожалуйста, никогда. Вместе с войнами лягу на океанском дне пережитком не самых лучших для мира дней, когда все говорили на языке вражды, и солдаты домой шагали — а там лишь дым. Нужно даже за правду было вставать в ружьё, ждать в окопе: такой же парень тебя пришьёт, если раньше ему не выпустишь пулю в лоб — и не каждому на чужбине найдётся гроб. Я всё это забрал с собою на глубину, я не выпущу боль на волю и утону; чтоб никто больше мир на части не разорвал, засыпаю во мраке, крепко держа штурвал. Пусть в учебниках позже пишут — я был готов; пусть страданья детей и плач безутешных вдов с моим выцветшим фото вместе сдадут в музей. Я засну — и увижу маму, живых друзей; мне приснится совсем не страшный двадцатый век, где над Бруклином закружится пушистый снег, на рождественской ёлке будет гореть звезда. Не будите меня, пожалуйста, никогда.