Часть 1

      Теон с Сансой просто ели суп. Санса держала деревянную плошку с черпаком и смотрела на то, как Теон ест. Он ел благодарно. Этот суп она принесла ему сама. Снизошла до этого. И всё равно оставалась не служанкой, а его леди, за которой он и прибыл на эту войну. Он поднял взгляд, когда почувствовал её внимание. Совершенно лёгкое, ни к чему не обязывающее. Санса улыбнулась, когда он посмотрел, и Теон улыбнулся вслед за нею. Он видел её доброту, её сострадание. Санса всегда была здесь самой доброй и чистой. Кто бы мог подумать, что в её взгляде плещется нечто большее, чем доброта и желание накормить супом?       Теон бы не мог. Но я догадался. Санса бы не смотрела на него с искренним желанием. И Софи сделала всё возможное, чтобы не передавать это в камеру. Однако, когда остановили съёмку и разрешили всем отдохнуть, я узрел в Софи нечто другое, на что её Санса решалась бы очень долго. В себе же я ощутил то, на что Теон был бы способен, но не желая опорочить Сансу, этого бы не сделал.       К трейлеру Софи, в котором она отдыхала, я последовал машинально после того, как костюмеры стащили с Теона тяжёлую броню. Я взобрался по трем ступенькам, толкнул перед собой дверь без предупредительного стука, и оказался внутри. Софи была удивлена. Её губы дрогнули, как бы порываясь хоть что-то сказать, но она удержала в себе эти помыслы. Подняв стакан с водой, она мигом выпила всё.       — Алфи, — наконец, сказала она.       Я потоптался на месте, размышляя над ответом.       — Теон, — вымолвил я и закрыл дверцу трейлера на щеколду.       Софи подбежала ко мне, обвила руками шею и впилась сочным долгим поцелуем в жаждущие её губы. Теон придвинул её за талию к себе, смял платье. Санса была так недоступна в этом платье, так хороша. Снять одежду было бы бессмысленно. Поэтому Теон просто развернул Сансу к себе спиной и задрал тяжёлую юбку. Под нею оказались обыкновенные трусики. Софи надела чёрное кружево, будто и не для себя. И Теон немедля опустился рукою к ним. Рамси отрезал у него гениталии, но не желание.       Санса часто задышала под действием его рук. Она хваталась за запястье и направляла всё ближе к себе, умоляя не останавливаться. Я гладил её на поверхности, изредка нажимая сильнее. Без разницы, сколько у нас оставалось времени на отдых. Я играл с нею, заставляя трепетать. Под тонкими трусиками едва чувствовался упругий клитор. Мои пальцы двигались поспешно вверх и вниз. Всякий раз, нарочито задевая вверху, я целовал Софи в шею.       — Алфи, — выдыхала она.       — Теон, — отвечал я.       Теон мог любить Сансу исключительно так: руками и языком. И Сансе этого было достаточно. Если бы по сюжету Теон не погибал, кто знает, сколько бы бессонных ночей провели королева Севера и её верный гвардеец Теон Грейджой. Я был уверен, что Теон остался бы здесь. А, может, их любовь достигла бы безумия, и Санса объявила своим королём именно его? Наверняка знать нельзя. Королева Севера училась у Серсеи.       Мне надоело трогать её сквозь ткань. Я второпях стащил вниз кружево. Раздался треск рвущейся ткани. Чёрт.       Она повернулась, поцеловала меня в губы, словно успокаивала. Так и должна делать Санса. А трусиков у Софи в трейлере уйма, ничего страшного, если одни из них порвутся. Я давно желал её, и всё никак не наступал подходящий момент. Санса, держа плошку, смотрела на Теона, не посылая ему никаких скрытых импульсов. Софи смотрела на меня таким зовущим взором, что член натягивал штаны мгновенно.       Теон медленно и аккуратно вошёл в Сансу двумя пальцами. Мокрая плоть призывно щёлкала, погружая в себя желанную руку. Со временем он ускорился. Тёплая влага брызнула на пол. Женские бёдра содрогнулись в оргазме.       — Теон, — всхлипнула она, чуть пригнувшись.       Теон чмокнул её в щёку, успокаивая. Он был рад доставить ей удовольствие.       — Алфи, — ответил я.       Недоступное Теону было доступно мне. Я толкнул Софи на столик, уложил на живот и резко погрузился в неё. Презервативы находились где-то в комнате, но я не хотел отвлекаться. Софи громко стонала подо мной, именно Софи, а не Санса. По крайней мере, мы не знали, как стонала бы Санса, если бы уединилась с Теоном или другими мужчинами. Наверно, скромно, тонко, изящно. В нашем же слиянии не на показ всё было обыденным. Механический секс, чтоб выпустить пар. Пар обоюдного желания. Хлипкий столик едва не рухнул. Я взял Софи стоя. Поцеловал в дрожащую шею. К сожалению, нельзя было снять платье. Пришлось бы звать на помощь костюмеров, которых бы тут же заинтересовало, почему актриса сняла платье на пятиминутном перерыве.       Держась за её живот, я вторгался так грубо, что стоны перешли в пронзительные крики. В ней аппетитно хлюпало, почему я уже не мог остановиться.       Оргазм прилил слишком быстро. Я покинул её и выдохнул:       — Санса…