Разрывающий голос

Валя проснулась утром, на следующий день в квартире Лёни. Она спала на диване, потому как её другу совсем было не до сна: в течении всей ночи он разбирался с полицией и пытался вызванивать тех немногочисленных родственников, которые были у его ныне покойного соседа. Само по себе это дело было далеко не из лёгких, в конце концов сообщить кому-то из родных, о смерти близкого человека, хотя здесь тоже был очень спорный вопрос, было тяжело морально. Выйдя в коридор, Валя увидела помимо Лёни на кухне трёх мужчин, располагавшихся вокруг него. Один из них, как выяснилось позже, был нотариусом, а двое остальных сыновья Вилена Евдокимовича. -Тут какая-то ошибка, — возмутился Лёня, — Быть этого не может! -Молодой человек, — томно проговорил нотариус, причмокивая губами, — Что вы от меня хотите услышать? -Ну, я даже не знаю как так… -Да брось, — сказал один из сыновей, одетый в дорогой пиджак, — Тебе остается это всё только принять -Борис Виленович, — обратился к нему нотариус, — В случае если, полиция выяснит, что он так или иначе причастен к смерти вашего отца, ему всё завещанное просто не достанется и… -Не надо, — бросил второй, одетый в теплый вязаный свитер, — После всего, что мы сегодня видели… Это попросту исключено… -Ты прав, Аркаш, — вздохнул Борис, — Вообще, по большому счёту мы обязаны с тобой отдать должное этому молодому человеку за то, что не смогли дать нашему отцу при жизни то, в чем он нуждался -В общем так, завтра приходите все втроем приходите с теми документами, которые я вам озвучил и будем разбираться дальше, — быстро проговорил нотариус, вставая с табуретки, — Вопросы имеются? Через полминуты он едва не столкнулся с Валей в проходе. Когда хлопнула дверь, воцарилась тишина: все трое молча сидели на кухне. -Каким он хотя бы был в последние дни? — нервно спросил Аркадий, — Как он жил и главное чем? -Часто заходил в гости, — прошептал Лёня, — Угощал, помогал как-то советом или чем-то ещё -Я просто поверить не могу, — сдерживая слёзы пробормотал Борис, — Я же ему звонил три дня назад…зачем он всё это в себе держал… -Он всегда в себе всё держал, — вздохнул Аркадий, — И смерть мамы и смерть Валерки -Какого Валерки? , — удивился Лёня, — Хотя, чему я удивляюсь -Да, вот именно, ты нас то впервые видишь, — бросил Борис, включая кран и умываясь холодной водой, — Валерка это наш третий брат, ух и непутёвый же он был… -Да ладно, не надо говорить плохо о покойниках, — фыркнул Аркадий, — В начале нулевых было дело просто…по сути этого следовало ожидать -Хватит, — вздрогнул Борис, — Надо выпить, кто со мной? -Папа бы не одобрил, — вздохнул Аркадий и уставился в окно, — Он всегда говорил, что алкоголь это зло, и дядя Коля и Валерка… -Да хватит! — закричал Борис, — Хватит! Хватит блядь! Хватит! Валя испугалась и забежала в ванную. -Борис, при всём уважении, — спокойно сказал Лёня, — Я понимаю, что вам сейчас очень больно, но держите себя в руках, подумайте пожалуйста о том, что ваш отец никак не хотел бы сейчас видеть вас именно таким Борис медленно сел на пол, держась за голову. -Нам всем здесь сейчас плохо, — пробормотал Аркадий, — Но, что поделать уж теперь. -Валя! , — окликнул голос сзади. Девочка обернулась, это был Антон. -Как ты вошел? -А, да дверь была открыта, — неуверенно сказал Антон, — Я вам тут не мешаю? А то…меня Ваня позвал… -Зачем? — спросил Лёня, — Что, он уже… -Да-, перебил Антон, — он завтра уезжает уже к девушке, устраивает сегодня последнюю пьянку перед отъездом -Я с вами ребят! , — резко встал Борис и направился в прихожую, — Я нормально впишусь в тему, тем более что всё вам куплю! -Но, — пробормотал Антон, — Но ведь… -Борис, — представился старший сын и пожал повисшую руку Антона, — Пойдём, сейчас всё будет. После этих слов, он уволок парня за дверь и закрыл её за собой. -Ну что за человек, — расстроено бросил Аркадий, — Научился управлять крупной фирмой, но не научился управлять собой… -Ничего, — резко сказал Лёня, наливая чай, — Его жизнь, его дело, в конце концов он не ребёнок. Валя вышла и крепко обняла своего друга. Она понимала, что сейчас ему совсем тяжело. -Ну, и что теперь делать? — спросила Валя, — Разве мы так его оставим? -Лучше пусть будет так, — пробормотал Лёня, — Вечером пойдем к Ване, а там уже его заберем. Аркадий молчаливо кивнул и сделал глоток чая. Антон был слишком мягким человеком и не мог просто так отказать Борису. В отличии от Вани, чей характер был жестче. Он хотел сделать это событие, так сказать, для своих, без привлечения большого числа людей. Однако, предложение от нежданного гостя, в виде двух ящиков виски и рома, трёх ящиков пива и взятие на себя расходов за еду и уборку, что было кстати, кардинально переменило его желания. И уже через пару часов, к квартире Вани стянулось приличное количество людей. И, судя по рассказам, в скромной двухкомнатной квартире его родителей было не протолкнуться. Всё выдержано в канонах «вписки»: девочки, кальян и колонки. Как ни странно, но при своем возрасте Борис неплохо вписался в эту компанию и ближе к восьми часам он уже играл в «литробол», как раз в то время, когда за ним пришли. На улице в это время было всё ещё холодно. Мокрый снег хрустел под ногами ботинок всех троих. Несмотря на кажущуюся уверенность Лёни, ему всё равно было немного не по себе. Подходя к дому, в котором жил Ваня, уже во дворе можно было услышать громкую музыку и смех людей. Рядом с подъездом, на лавочке кто-то уже спал, будучи мертвецки пьяным. -Какой ужас, — подумала Валя, — Надеюсь, Борис не в таком же состоянии. В подъезде так же был слышен смех и крики. Поднимаясь на этаж, они увидели крепкого мужчину, стоящего около двери. Он был крайне серьезен и время от времени выпроваживал гостей, либо кого-то не пускал. -Вам сюда нельзя, — резко сказал он Аркадию, — Так Борис распорядился -Но ведь я его брат! — возмутился Аркадий, — Как же так? Но в ответ лишь было молчание. -Ну, а нам то можно? — неловко спросила Валя, — Мы друзья Вани… -Вам можно, — кивнул мужчина, — Только сильно не пейте Девочка заметила, разочарованное и обессиленное лицо Аркадия и ей стало его очень жаль. -Мы что-нибудь придумаем, — подумала Валя, — Я обещаю. Внутри девочке стало некомфортно. Какой-то парень сидел в коридоре в обнимку с ведром. Очень громко играла музыка, вся квартира была заполнена дымом от сигарет и кальяна. То и дело сновали туда сюда какие-то странные девочки, которым на вид было семнадцать-восемнадцать лет. -Ооо, ребят, вы пришли! — пьяным голосом обрадовался Ваня, — Как дела? -Да хорошо -, ответил Лёня, — Сам ты как? Во сколько поезд? -А я никуда не еду, — пьяно пробормотал Ваня, — Я так получилось…изменил ей бля случайно с кем-то из этих вот Он указал на толпу девочек в соседней комнате. -Ну, я же мужик, сам понимаешь, как же я без всего этого…расстались бля…хули теперь то… -Ну ты и долбоеб конечно, — укоризненно сказал Лёня, — Где Борис? Ваня указал на комнату и отправился на кухню, где курили кальян. У Бориса был отдельный кальян, который он курил в окружении шести разных девушек. Все они были как на подбор: худенькие, с длинными волосами и либо в облегающих спортивных штанах, либо лосинах. Рядом с ним стоял ящик дорогого пива, из которой он доставал бутылки одну, за одной. -А вот в Чехии это назвали бы мочой, — пьяно пробормотал Борис, — Там такое пиво…ммм…закачаетесь… Девушки рассмеялись. -А жена у тебя есть? -Сегодня я не женат…не переживайте… Где-то здесь Лёня и пропал из виду. Валя отошла на кухню, только там были преимущественно парни. Двое из них обсуждали как им перетянуть к себе хотя бы двух девушек от Бориса. Антон сидел у окна и грустно попивал сидр, время от времени делая затяг из кальяна. -О, здравствуй, — робко сказал он, — Как дела? -Не очень, — вздохнула Валя, — А куда делся Лёня? -Он отошёл за дверь поговорить с кем-то, ему, толи позвонили или что-то. -Ну, а ты как? -Да плохо, скучаю по дому, по родным…хочу к себе на родину, в село. Маму повидать…эх -Паршиво… Она смотрела на входную дверь. Ей казалось, что вот-вот что-то произойдёт. -Хочешь? — спросил Антон, протягивая бутылку сидра, — Расслабься, отдохни малость. По вкусу он напоминал газировку, поэтому девочка немного выпила. Спустя какое-то время, она почувствовала спокойствие и лёгкий отрыв от реальности. Как ни странно, но парней почему-то стало меньше. Уходящие, постепенно уводили с собой уже перепивших, а некоторых уносили на руках. А Лёня всё никак не появлялся. На кухню ввалился уже более трезвый, но всё ещё захмелевший. -Ну, что, — укоризненно спросил Антон, — Лучше стало? -Нет, — ответил Ваня, — Стало скучно что-то Он едва сидел на стуле и попыхивал кальяном. -Расскажи вообще о себе, — сказал Антон, — А то я тебя часто вижу, но так и не знаю кто ты такая -Я в селе живу сейчас, с бабушкой, — вздохнула Валя, — С тех пор как мама то и дело ложится в больницу… Люблю рисовать и читать на досуге -Да уж, не знаю что тут и сказать -Не знаю, мне кажется, это всё так тяжело временами… -Понимаю -Вот правда, в какой-то момент, я просто осталась одна, без поддержки… А потом появился Лёня… -Скажи честно, — пробормотал Антон, — Что ты чувствуешь к нему? -Я не знаю, — вздохнула Валя, — Он какой-то близкий стал мне, родной… -Я бы не стал к нему даже приближаться, будь я на твоем месте, — резко встрял Ваня, выдыхая клубы дыма, — Не думаю, что он вообще сейчас может кого-то любить. -Знаете что, а давайте всё-таки попробуем этот вискарь, — предложил Антон, — Все, кто мог его уже попробовали, кроме нас. -Ага, и отправились домой, кроме меня, — ухмыльнулся Ваня, — Ну давай. Девочка не заметила, как у неё в руке оказалась рюмка. -Ну, чтоб руки не дрожали, — объявил Ваня и выпил рюмку залпом. Валя опрокинула в себя рюмку с обжигающей жидкостью, и в следующую секунду ей стало очень горько. Открыв глаза, она схватилась за первое, что ей попалась под руку. К сожалению это оказалась бутылка с сидром. -На понижение хочешь? — улыбнулся Ваня, — Айда! Последовала ещё одна рюмка. А за ней ещё пара глотков сидра. После всего этого у девочки разболелась голова и она медленно положила голову на стол. Она слышала голоса ребят, как будто издалека и ничего не могла разобрать. Вскоре, она ощутила, как чьи-то руки её поднимают и несут куда-то. -Что сейчас будет? , — подумала Валя, — Неужели… Она почувствовала под собой что-то мягкое. На удивление больше её никто не трогал, поэтому девочка быстро расслабилась и заснула. Проснулась она уже гораздо позже. В комнате, в которой была Валя, был выключен свет. С соседней кровати доносился храп Бориса, который мирно спал, благо один. Рядом с Валей, падал свет из соседней комнаты. Музыки уже не было, как алкоголя, кальяна и гостей. Что ещё ей бросилось в глаза — так это чистота. Из-за стены был слышен разговор. На пару секунд ей показалась девушка. Она была одета совсем по другому, чем те, которые были здесь пару часов назад. Более выдержанно и строго. -Я просто хочу, чтобы вы поговорили, — донёсся голос Антона, — И да, ради этого я тебя и позвал… -Сколько можно уже повторять, — донёсся томный голос девушки, — Мы с ним и так обо всём давно поговорили… -Слушай, да ну серьезно, прошло уже столько времени, да и ты его вроде как уже простила -Да не в этом дело, у него были после меня и другие девушки ведь… Даша эта… -Я тебе говорю, как его лучший друг, ему ещё никто не смог дать того, что ему дала ты -Ты ведь ничего не знаешь даже о наших отношениях, откуда тебе знать? -Откуда мне знать? Летом он был счастлив, во всяком случае выглядел счастливым -Был бы только он виноват…я ведь…тоже не без греха… -Как ты думаешь, он простит тебя, если ты перед ним извинишься? На минуту возникло молчание. Донеслись тихие всхлипы. Валя увидела, как Антон быстрым шагом пошёл на кухню и вернулся оттуда с кружкой воды. -Ну полно тебе, — прошептал он, — Может, хоть попробуешь? -Я не знаю можно ли ещё что-то вернуть… -Не попробуешь — не узнаешь Валя медленно встала и выглянула за дверной проем. Та девушка, тем временем села на кровать, рядом со спящим Лёней. Она аккуратно гладила его по плечу. -Вставай, — прошептала она, гладя его по голове — Нам пора. Лёня открыл глаза и посмотрел прямо ей в глаза, они смотрели друг на друга примерно полминуты, а после его взгляд переместился на Валю. -О, — тревожно воскликнул он, — Ты очнулась? Все взгляды в комнате метнулись в её сторону. -Времени уже много, — сказал он, оглядываясь по сторонам — Нам пора.