16 shots

Никак не получается уловить связи между тем, где ты была и где есть сейчас. Мысли путаются, словно шерстяной клубок ниток, который теперь остаётся только разрезать, ведь распутать вовсе не возможно. Ты пытаешься попасть пальцами по клавиатуре, только вот собственные пальцы отказываются слушаться. Казалось бы, ничего особенного, бокал вина, а может быть, два… Пытаешься напрячь рассеянное сознание, только вот вспомнить ничего не удаётся. Нет, ты, конечно, не впервые выпиваешь, только вот обычно память подводит наутро, но никак не во время самого веселья. Напрягаешь остатки разума, и в голове всплывают картинки двух шотов водки, отправленных на дно твоего желудка без всякого сопровождения. Признаешься самой себе, что пить на чистую было ошибкой. А после вспоминаешь бронепоезд из 16 шотов, на который поспорила с очаровательным молодым человеком. И готова сама себя ударить, а внутри тебя маленькая Т/И бьёт ладошкой по лицу. — Бляяяяя… — вслух произносит твой внутренний голос. — Какая милая, не хочешь составить нам компанию? — обращается к тебе молодой человек. «Смазливый. Только вот я знаю, чего тебе надо». — А ты не хочешь пойти на все четыре? — язвишь ему. И откуда в тебе ещё сохранились остатки ума, или это была демонстрация его полнейшего отсутствия? — У кого-то, кажется, язычок слишком острый? Думаю, найдётся ему применение, — смеясь, отвечает брюнет. — Не дорос ещё, — определённо, остатки разума ты потеряла ещё после второго шота того самого поезда. И надо было тебе повестись на того милашку. — Девочка, ты на грани. — Я давно на грани, как бы тебе самому там не оказаться. Тут не особо комфортно, — смеёшься от его слов, ведь действительно не боишься уже ничего. — Послушай, — парень вскакивает с места и хватает за плечо. — Ты, мелкая дрянь, заткнись, пока тебе же хуже не сделали. — Думаешь, сможешь навредить мне? — А эта девчонка совсем страх потеряла, — обращается брюнет к друзьям и хорошенько встряхивает тебя. — Поаккуратней, останется синяк, — киваешь на стиснутое его рукой плечо, — засужу. — Да как ты смеешь! — вспыхивает представитель золотой молодёжи. Парень психует, ведь обычно девушки сами бросаются ему на шею, если, конечно, не выше него классом. Только вот по твоему внешнему виду один вопрос: кто тебя сюда вообще пустил?! Его друзья видят, что тебе сейчас не поздоровится, но вмешиваться уже поздно. Да и сама нарвалась. — Отойди от неё, — к вам подбегает парень, тот, что сидел у барной стойки. Тот самый милашка. Только вот он всё равно не успевает, брюнет замахивается на тебя. А у пьяных силы немерено, но кто же знал, что хрупкая с виду девочка, ты самая Пак Т/И — олимпийская чемпионка по дзюдо. Так что твой новый знакомый в секунду оказывается на полу, брошенным через плечо. — Валим отсюда, — хватает тебя за руку «барная стойка», как успела ты его уже прозвать. — Зачем мы убежали? — спрашиваешь ты только в машине парня. — Ты совсем глупая? Не знаешь, какие люди в этом клубе? Это золотая молодёжь. Тебя бы просто… — парень не хочет озвучивать свои мысли, а ты уже почти протрезвела после пробежки. — Знаю я, чем это заканчивается. — Ненормальная. Тебя же теперь по всему Сеулу искать будут. А ты только смехом заливаешься, подтверждая озвученную только что фразу. — Совсем тронулась, — парень не понимает твоей радости. — Ладно тебе, — улыбаешься новому другу. — Как тебя зовут хоть? — А тебя? — Чонгук. Чон Чонгук. — Приятно познакомиться, Чонгук, Чон Чонгук. — Ты так и не назвала своего имени. — У меня его нет. — Ага, конечно, — фыркает парень. — Серьёзно, зови как хочешь. — Хорошо, куда тебя везти? — спрашивает Чон, а ты только понимаешь, что вы уже минут пять как едете. — Никуда. — Нет, ты издеваешься. Точно ненормальная. — Мне некуда ехать. Так что… — Ладно, едем ко мне, там разберёмся с тобой. — Хорошо. Временное просветление рассудка оказалось лишь выбросом адреналина, так что теперь в комфортной и тёплой машине в безопасности тебя накрыло. Да так, что похуже прежнего. От быстро сменяющегося за окном пейзажа начало мутить, так что ты сконцентрировала взгляд на единственном недвижущемся объекте: Чонгуке. — Милашка… — вслух произносишь, не осознавая, а парень лишь ухмыляется. — Приехали. Чонгук помогает тебе выбраться из машины, ведь сама ты точно не справишься. — Сколько ты выпила? — Столько, сколько сам налил, — а до Чона только сейчас доходит, что это он и его глупая шутка так сильно напоили тебя. Посмотри ты на себя сейчас со стороны, то тут же устыдилась бы. Но не тому, что выпила столько, а что пить разучилась. Или это всё из-за свалившегося стресса. — Чонгук, давай сыграем? — Что? — У тебя есть алкоголь? Можно? — и не дожидаясь ответа, начинаешь искать то, о чём спросила. — Нет, 100% чокнутая. И умудрилась же мне понравиться. — Что, тоже хотел в койку затащить, как тот парень? — Нет, — а ведь Чонгуку стыдно признаться, что именно с этой целью он тебя и напоил. — Ладно тебе, не ври и не парься, не пила бы я, если бы не понимала. — Иди уже, я сейчас принесу. — Хорошо, оппа. — Не называй меня так, — усмехается Чон. — Ладно, будешь просто «барная стойка» или «парень, которому не удалось затащить в постель». — Не забывай, что ты у меня дома. — А ты, что стало с тем парнем. — 1:1. — Вот и я о том же, — улыбаешься парню. — Так во что ты хотела сыграть? — В «Я никогда не». Кто не делал — пьёт, и кто делал тоже. — Тогда в чём смысл? — Напиться. Ну и тот, кто первый наберёт 10 очков, — проиграл. Приз — желание. — Согласен. — Тогда поехали. Только вот напиться у вас получалось быстрее, чем набрать нужные 10. — Если ты сейчас не угадаешь, то я выиграю, — говорит парень. — Или мы оба проиграем. — Я жду… — Я никогда не целовалась с парнями, — твой взгляд падает на губы напротив. — Это можно исправить, — отвечает Чонгук, — если ты, конечно, хочешь, — шепчет он тебе прямо в губы. — Хочу… — Ненормальная, — улыбается парень и целует. Только вот нежные поцелуи тебя не устраивают, тебе хочется другого. Парень чувствует твои намерения и целует уже иначе: грубее и напористее, проявляя свою силу, которая тебе так нужна была. — Ты превосходно целуешься, обманщица. — Если только чуть-чуть, — улыбаешься, ведь парень повёлся на твою провокацию. — Ты знаешь, что делать так нехорошо? — Знаю, — еле слышно отвечаешь. — А что делают с маленькими врунишками? — Наказывают, — всё так же тихо шепчешь, выдыхая парню на ушко. — Это… — Провокация, — заканчиваешь фразу за парня. — Считай, сама напросилась. Чонгук подхватывает тебя за бёдра, вжимая пальцы в нежную кожу. — А я думала, что мы останемся в гостиной, — улыбаешься, а после продолжаешь осыпать поцелуями шею. — Если не прекратишь, то мы не дойдём до спальни, — но Чон не успевает исполнить угрозу, оказываясь у дверей в комнату. — Молчи уже. Ты впиваешься в губы напротив требовательным поцелуем, что буквально сносит крышу Чонгуку. Одержимая, и это касается всего, чем бы ты ни занималась. Кончиком языка очерчиваешь раковину, смакуя мочку уха, цепляя зубами, вынуждая Чона голову слегка откинуть. Спускаешься мягкими поцелуями по шее, на которую вид открылся просто потрясающий. Пальчиками ловко пуговицы рубашки расстёгиваешь, а после с плеч спускаешь, но не раздеваешь пока. Кусаешь выступающую мышцу на шее и к ключицам пробираешься. А Чонгук словно в прострации, ведь впервые от девушки столько инициативы получает. «Сколько таких у неё до меня было?» — в голове мелькает, но тут же в сторону откинутым оказывается. Чону не до этого, его только ты интересуешь, сидящая на его бёдрах и так ласково целующая ключицы. Чонгук в реальность возвращается и с тебя футболку стягивает, вынуждая оторваться от уже порядком покрасневшей кожи. — Поцелуй меня, — просишь. А парень откликается на просьбу, руками за талию всё ближе к себе притягивая. После в волосы твои зарываясь пальцами, что так красиво по плечам спадают. Чон не ожидал, что кто-то может быть так красив, как ты в свете луны. — Ты знала, что прекрасна? — Ты слишком пьян сейчас, а я действительно прекрасна. Вместе смеётесь, только вот взглядом друг за друга цепляетесь и снова губы другого находите. Чон жаждет кожи твоей коснуться не только руками, а ты не даёшь, лишь целовать твои губы позволяешь. — Надоело. Парень рукой за шею притягивает, не позволяя подборок опускать. Хоть и бережно, но силу в нём чувствуешь, что заводит не на шутку. Чонгук бутоны, что зацветут наутро, по всей шее оставляет и к ключицам выпирающим спускается, а тебе только и остаётся, что пальчиками в плечи чужие впиваться. Чонгук хватку усиливает и к себе крепче прижимает, в губы впиваясь, а тебя от такого ведёт не по-детски. Воздуха не хватает из-за асфиксии, что Чонгук тебе обеспечил, а он знает, когда руку убрать, чтобы не задохнулась. — Кто-то любит пожёстче? — Вовсе нет, — игриво улыбаешься. — Конечно, — парень резко на кровать опрокидывает. Не успеваешь заметить, как твои шорты отправляются к одиноко брошенной блузе. Пытаешься снять рубашку с Чона, только вот руки твои резко перехваченными оказываются. — Ещё успеешь. Парень целовать тебя не устаёт, в том же духе продолжая. А ты одну руку высвобождаешь и к пряжке ремня тянешься. Только вот руку твою перехватывают, так что ты обиженно губу закусываешь. — Ты красивая. — Ты тоже ничего. И снова смеётесь, ведь угораздило встретиться. Но всё же ты стягиваешь с парня рубашку, пальчиками спину оглаживаешь. Восхищаешься телом Чона, где, кажется, ничего кроме мышц нет. Цепляешься за плечи, каждый кубик пресса обводишь, и всё же ремень расстегиваешь. Сама не знаешь, но каким-то образом сверху оказываешься, парня заставляя лечь. Целуешь плечи, грудь, спускаясь всё ниже по средней линии, чувствуя пальцы Чона в своих волосах. Он за подбородок тебя к себе наверх притягивает и языком в твой ротик врывается. Чонгук от твоего белья избавляется в долю секунды, а ты удивляешься — 12 застёжек. Он лишь молча улыбается твоей реакции. А ты кусаешься тихонько, после чего вновь под парнем оказываешься. Чонгук твоё тело оглаживает, мягко полукружия сжимая. Поцелуями спускается до ложбинки, мягко кожу засасывая, а ты в спине прогибаешься от ласк последующих. Чон рукой тазовые косточки обводит, что выпирают. Ему даже накормить тебя хочется, но не сейчас это. Он ниже спускается, пальцами слегка надавливает, твой тихий стон срывая. Поцелуями живот осыпает, а после вновь к губам твоим возвращается. — Может быть, мы уже перейдём к главному? — Может быть, ты меня разденешь? — Я мальчиков не раздеваю. — Принцип? — Можно и так сказать. Чонгук сам с себя боксеры стягивает, а после аккуратно внутрь толкается. Ты впервые ноготками впиваешься в кожу парня, от чего тот шипит, после понимая. — Ты не могла сразу сказать? — Зачем? — Я бы нежнее был. — Ладно тебе. — Дурочка. А тебе почему-то от этой его «дурочка» на душе тепло становится. Чонгук ждёт, пока тебе легче станет, по ноготкам твоим на своей спине понимая. Он тебя поцелуями отвлекает, пока медленные толчки совершает, не позволяя себе сорваться на излюбленный темп. Ты же боли почти не чувствуешь, неприятно немного, но и то быстро проходит, стоит Чону подождать. Отдаётесь друг другу без остатка. Чонгук поверить не может, ведь как можно быть такой невинной и такой испорченной одновременно. А ты просто улыбаешься, про себя радуясь, ведь в голове уже тысячу раз этот момент покручивала. Чонгук хорош, ты уверена, хоть и сравнивать не с чем. Довериться ему — было лучшим решением за последние 48 часов твоей жизни. Чонгук чувствует, что у него получается подарить тебе то, чего прежде никогда не испытывала. Доводит тебя до точки невозврата и в губы целует нежно. Только вот ты не хочешь одна моментом наслаждаться, парня с собой утягиваешь. Чон тебя нежно в губы целует, а ты на его плече смазанный след своих губ оставляешь. — Может, всё-таки назовёшь своё имя? — Утром. — Ненормальная, — шепчет юноша, тебя в охапку сгребая. — Это всё твои 16 шотов. Чонгук проснётся утром, не почувствовав тебя на второй половине кровати. Лишь солнечные лучи будут пробиваться сквозь занавески. Парень обойдёт квартиру, но тебя словно и не было вовсе. Мысль о том, что его, вероятно, обманули, а после украли ценные вещи, так же быстро будет откинута в сторону, как и появилась. Наконец, под своими часами на прикроватной тумбочке Чонгук обнаружит записку. «Я не сбежала. И не воспользовалась тобой. Всего лишь не хотела тебя будить. Если тебе это нужно, встретимся сегодня в восемь, в ресторане на Чонгендоне «지화자». Твоя будущая жена, Пак Т/И». — Пак Т/И, значит.