Часть 1

      Он Демон. Самый настоящий, жестокий, бесстрастный демон, способный одним своим обжигающе ледяным взглядом остановить чужое сердце. Он Демон, стремящийся очистить людей от скверны, ошибочно существующей в этом мире. Этот мир не для него… Поэтому он создаст свой. Свой мир. Гоголь знает об этом. И верит в это с новой силой каждый раз, когда встречает на себя взгляд камня, ожившего каким-то чудом, но не способного чувствовать.        Он идёт, глядя только перед собой, не замечая никого. Идёт, не боясь запачкать ноги в крови, которой с каждым днём становится всё больше и больше. Его стопы покрыты багровой жижей, стекающей по прутьям клетки, в которой заперт Гоголь. И Николай готов осыпать эти стопы поцелуями, собирая с них кровь, как то единственное, что способно избавить его от жажды.        Он — Демон, его окружение — марионетки, которые должны быть благодарны за то, что в конце своего пути получат желанное избавление от рук самого создателя нового очищенного от скверны мира. Да, именно так. Только он способен очистить этот мир и подарить ему спасение. Только он способен подарить спасение Гоголю.        Он — Демон, и имя ему — Фёдор Достоевский. И Гоголь готов следовать за ним, куда бы тот ни шёл, готов испачкаться в ледяной крови, по которой ступают худые ступни. И пусть этой крови будет даже по колено.        Он — Клоун. Верная пешка в игре своего Демона. Он безумен, но здравомыслящий бы не смог пройти той тропой, затянутой мраком, на которой Гоголь преклоняет колени. Он — искра в беспросветной тьме, что окружает его Демона, и он готов сгореть, словно свеча, освещая кромешный мрак. Пусть даже его жертва не будет оценена по достоинству.        Он — клоун. Его глаза — живое голубое небо, которое не способны затянуть никакие тучи. Он бы хотел, чтобы Достоевский смог взглянуть на себя этими глазами, но знает, что это невозможно. Всё, что он может сделать — это пожертвовать своё тело, разум, сердце и душу во благо великой цели Демона-Достоевского. И Гоголь с радостью завещает всего себя этому человеку, а что будет дальше — не так уж важно…