Часть 1

      «Слишком очевидно, слишком сильно, слишком больно.»       Рука опускается на деревянный стол. С губ срываются тихие маты, а с подбородка капают слёзы. Наруто ругается. На самого себя, на свою команду, на нового сенсея, на деревню, на ненависть, на жизнь, в конце-то концов. Его плечи подрагивают, одежда скулит, рвётся по швам от сжимающих её пальцев, по столу расходятся мелкие трещины, но всё это ничто в сравнении того урагана, что бушует в душе генина.       Зверь внутри поднимает голову и начинает выводить когтями узоры на рёбрах мальчика. Его цепи расцарапывают лёгкие, и от боли сердце бьётся быстрее. Дыхание обжигает, но после огня остаётся холод. Зябкий, неприятных холод.       Это не Кьюбы, это что-то страшнее.       Это человеческая боль.       Но внезапно талию Наруто обвивают тяжёлые, мужские руки. Узумаки чувствует, как его прижимают к груди. Нос втягивает столь знакомый запах, и нежный, сочувствующий голос раздаётся над ухом: - А материться я тебя точно не учил… - глаза Наруто расширяются, мальчик перестаёт дышать, боясь спугнуть образ. - Ирука-сенсей… - шёпот без разрешения срывается с губ. - Конечно я. Кто-бы ещё мог это быть? - мужчина усмехается.       Не успевает Наруто что-то ответить, как чувствует, что его тащат на кухню. Сжимая шершавыми, мозолистыми пальцами тонкую кисть руки, уверенно тащат, не обращая внимания на протестующее бурчание. На кухне мальчик обнаруживает сируко. Блондинистые брови ползут вверх, и даже внутренний монстр затих, прижав уши к голове. - Сенсей? Почему… - Почему именно это? На самом деле я не особо долго выбирал, хе-хе… Ты уж прости, я то очень к тебе спешил! - А почем не рамён?.. Ааа, понял! Вы взяли это, потому что он созвучен с вашим именем! - Наруто улыбается так, будто бы вся его жизнь только и вела к этому открытию. - Сируко-Ирука… - Сенсей фыркает себе под нос, пряча улыбку. - Ладно уж, садись есть! Но сначала умой лицо, а то потом глаза будут болеть.       Узумаки кивает, всё ещё не веря в происходящее. Но сенсей, видя ступор генина, вновь за руку ведёт того к раковине. Настраивает воду, поглядывая на Наруто, а после вздыхает, понимая, что придётся заняться этим самому. Мужчина слегка надавил на спину блондина, заставляя того нагнуться к раковине. Зачерпнув второй рукой влагу, чунин плеснул её в лицо ученика. Это служит знаком для Наруто и тот, отплёвываясь от воды, начинает кидать яростные взгляды на смеющегося учителя: - Ирука-сенсей, даттебайо! Я не маленький, сам могу умыться! - Да? А когда я настраивал воду ты не особо возмущался… - Ирука-сенсей!       Смеясь, шатен поднимает руки и, похрюкивая «Сдаюсь-сдаюсь», принимается разделять порцию сладости.       Мальчик фырчит, садясь за стол, и с недоверием поглядывает на суп. Он даже забыл пожелать приятно аппетита, настолько не доверял новому блюду. - Хэ, Наруто, может мне тебя с ручек ещё покормить?       Узумаки подскакивает на месте, и кажется, его возмущению нет предела. Блондин то открывает то закрывает рот, пытаясь ответь сенсею, но, не находя слов, начинает пыхтеть. Его брови хмурятся, когда мужчина на полном серьёзе хватает палочками один боб и подносит к губам генина. Наруто, злясь, отпихивает руки шатена. Он принимает вызов!       Наблюдая за тем, как его бывший ученик, чуть ли не давясь, проглатывает свою порцию, Умино улыбается. От прошедшей истерики не осталось и следа. Он не будет спрашивать, что случилось. Знает же, что Узумаки сам расскажет, если посчитает нужным. Но он будет рядом в такие моменты, или он не достоит звания сенсея!