Часть 1

Намджун проснулся от того, что его с силой трясли за плечо – причем, два раза он гулко приложился лбом о толстое стекло туристического шаттла. Дернувшись, он завертел головой, почему-то представив, как они попали в аварию прямо на изогнутой дороге к пещерам. - Смотри! Туда смотри, - сидящий рядом Джин ткнул пальцем в стекло. – А то проспишь все. Сам позвал и вырубился! Намджун послушно повернулся в указанном направлении, чуть левее Тэхеновой кудрявой головы, тоже прижавшейся к стеклу. Мозг никак не хотел окончательно просыпаться, а глаза отчаянно слипались, но раскинувшаяся за краем обрыва картина заставила не только прийти в себя, но и оцепенеть на секунду. Шаттл медленно, словно упорный жук с гладкой, блестящей спинкой, поднимался вверх к стоянке около входа в пещеры Просветления. Внизу расстилались поделенные на ровные квадраты территории Единого государства – сельскохозяйственные, развлекательные, производственные – напоминая старые шахматные доски с картин. Но такие картины Намджун не раз видел с помощью дрона, и ничего, кроме безнадежной тоски у него они не вызывали. Сейчас же из-за края горизонта поднималось ослепительное, гигантское солнце, и воздух почему-то казался особенно тонким, прозрачным и холодным. От этого сияния вместо расчерченных территорий внизу Намджуну виделись бесконечные серебряные леса, просыпающиеся поля и даже табуны давно вымерших животных, бегущих вдоль блестящей ленты реки. - Ох, так красиво… - где-то сзади вздохнул Чимин с неожиданной для него тоской. - Да, - согласился Намджун, смаргивая наваждение. Он потер пострадавший лоб, а потом благодарно похлопал Джина по плечу. – Спасибо, что разбудил. - Решил, что тебе захочется посмотреть, - Джин довольно улыбнулся и чуть сполз по сидению, чтобы вытянуть ноги. – Интересно, эта штука может ехать быстрее? - Нет, - Юнги свои уже разве что на стену не закинул. – Я заглянул в настройки проклятого автопилота. Пятнадцать километров в час, больше никак. Лучше бы пешком шли. - Ну нет, пешком я бы не пошел, - Чимин вздохнул. – Мы уже часа полтора тащимся. Намджун последовал примеру Джина и тоже распрямил ноющие от долгого сидения колени. Не совсем так он представлял себе выходные – они еще даже не прибыли в пункт назначения, а уже все устали. Шаттл выходил рано, выспаться они не успели – вчера кучу времени потратили, играя в «Мафию» с интерактивными картами персонажей. Карта Юнги, оказавшегося горожанином, пустилась в бега, пытаясь избежать казни, и они еле нашли ее за диваном в общей комнате их гостиничного номера. Юнги, конечно же, не помогал, а наоборот всячески подзуживал вертлявую карту прятаться лучше. - Ладно, зато закат посмотрели. Я в последний раз видел его, когда застрял на сложном уровне в игре, - Хосок фыркнул. – А вот когда танцы репетирую, никогда не вижу. У нас в зале окон нет. - А я часто вижу закат, - Чимин вздохнул. Он танцевал на крыше своего жилого комплекса, там владелец здания организовал небольшой зал для занятий спортом. – Но не такой. - Да, я тоже, - в первый раз за всю поездку подал голос Чонгук. Мало того, что он в их компании был самым младшим, так еще и пришел позже всех. Ему требовалось много смелости, чтобы вставить ту или иную короткую реплику. Словно он боялся не то напомнить о себе, не то оказаться вообще не в тему, после чего его выставят обратно в его скучную жизнь. - Значит, уже не зря я затеял всю эту авантюру, - Намджун постарался звучать уверенно, чтобы передать эту веру остальным. – Эти пещеры – самое красивое место во всем Едином государстве. Пусть даже мы и движемся к ним не в самом быстром темпе. - Еще полчаса, и я открываю сэндвичи, - пробубнил Юнги, ерзая на сидении. – И термос с кофе. - Я видел единорогов, - вдруг мечтательно пробасил Тэхен. – Они бежали там, вдоль реки. Такие красивые, с блестящими фиолетовыми шкурами и мощными витыми рогами. А у вожака была борода, такая серебристая… - Ему кофе не давать, - Юнги скрестил руки на груди и закрыл глаза. – Ему уже хватит. - Но я действительно видел… - Тэхен скорбно замолчал, но потом снова попытался: - Вон там, где производственный квадрат заканчивается. Просто там сейчас нет никакой реки… - В горах разреженный воздух, - заметил Хосок, сидящий рядом. – Могут разные вещи казаться. - Это если вдыхать, - вмешался Джин. – И чем тебе не нравятся единороги? Вот я бы посмотрел на них, но, видимо, не судьба. Намджун опять закрыл глаза и постарался набраться сил перед пещерами. Эту поездку он планировал с самого детства – ему так и хотелось: отправиться в пещеры вместе со своими самыми лучшими друзьями, чтобы лично увидеть огромные залы, в которых немногие Избранные просветлялись в древности. Только друзей у него тогда не было. Потом они начали появляться: словно Намджун бережно собирал их рядом, обжигаясь и снова пробуя довериться. Но кого-то постоянно не хватало. Намджун не верил ни в какие паранормальные вещи, но доверял собственной интуиции. По его мнению, внутри него сидел кто-то более мудрый – ученые называли его подсознанием – и работал, как лучший физиогномист, психолог и следователь одновременно. Он точно знал, что самому Намджуну не хватало, и когда появился Чонгук, внутренняя шкала заполнилась до конца. Теперь он собрал всех близких по духу людей, чтобы отправиться к пещерам – и Намджун подождал пару месяцев, проверяя ощущения, а потом заказал билеты в пещеры. Его опять затрясло, и в этот раз Намджун чуть не прикусил себе язык – Джин вообще никогда не мелочился. Тряс, так от всей души, чтобы мозги в голове о стенки черепа стукались. - Приехали, - торжественно сообщил Джин, когда Намджун, ойкнув, открыл глаза. – Выбирайся. Поведешь наш белый отряд вперед. Слова спросонья показались странными, а потом до Намджуна дошла суть шутки. Для поездки они заказали себе белые толстовки со знаком, который нарисовал Чонгук – две вертикальные трапеции. Почему-то Намджуну виделись за ними открывающиеся ворота гигантского замка, как в фильмах про рыцарей. А они все, с замковыми воротами на груди, выглядели, как настоящая группа экскурсантов от какого-нибудь предприятия. - Куда же вы без меня? – Намджун страдальчески вздохнул. – Хотите пофотографировать тут? Или сразу внутрь пойдем? - А Чонгук с Тэхеном вон, уже фотографируют, - Джин махнул рукой и выбрался из шаттла на небольшую площадку перед пещерами. Ее зачем-то посыпали искусственным белым гравием, но под ним виднелся серый, туманный камень местных гор. – Ух, какой свежий воздух… Намджун тоже выбрался из шаттла, немного стукнувшись макушкой о край двери. Не везло ему с пространством, но все в рамках обычного невезения. Не хотелось бы сегодня привести с собой один из тех дней, когда все идет не так, как задумано. Свежесть вокруг действительно напоминала о чем-то давно забытом. Может, о чистом воздухе пространства, не заполненного выхлопными и прочими газами больших городов. Первый пункт своего плана – доехать до пещер – Намджун посчитал выполненным. *** Подождав, пока Тэхен с Чонгуком сделают достаточное количество снимков с небольшой смотровой площадки, шумно выясняя, откуда ракурс лучше, Намджун собрал всех для общего селфи, но стоило только его сделать, как поднялся ветер и буквально задул их внутрь, к специально обустроенному ресепшену. - Сейчас, - Намджун вынул из кармана рюкзака билеты и подошел к девушке-роботу за стойкой. Модель оказалась самой новой, даже с функцией нейтрализации эффекта «зловещей долины». – Добрый день. Мы бы хотели посетить пещеры. Вот билеты. Нас семеро. - Приветствую вас в пещерах Просветления, - робот улыбнулась, также безжизненно, как и все другие виденные Намджуном роботы. Эффект неприятия не проходил. – Семь билетов, полный маршрут. Пожалуйста, ожидайте гида. - Нет, нет, - Намджун, вроде бы, поставил нужную галочку на сайте. – Мы хотели бы просто пройти маршрутом. Без гида. - Это невозможно. Пожалуйста, подождите гида. Андроиды Единого государства всегда помогут вам в трудной ситуации. Мы созданы для вашего благополучия. - Но мы хотели бы сами. Никаких проблем, чтобы пройти по стрелочкам, - попытался переломить ситуацию Намджун. – На сайте я выбирал опцию «без экскурсовода». - Группы свыше трех человек проходят по маршруту только в сопровождении экскурсовода. - Почему? – Намджун испытал желание придушить робота, но, к сожалению, вряд ли вышло бы. – Нам не нужен никакой… - Группы свыше трех человек – семейных групп – проходят по маршруту только в сопровождении экскурсовода во избежание ошибок, травм и возникновения опасных ситуаций, а также для большей сохранности экспозиции. - Чего такое? – спросил Юнги, подходя. – Ты весь красный. - Экскурсовод, - простонал Намджун, не в силах объяснить все нормально, в то время как робот в третий раз начал объяснять им про семейные группы. - Зачем нам экскурсовод? – нервно уточнил Юнги. – Он ведь начнет нудеть всякую дичь, ничего не посмотрим нормально. - Во избежание ошибок, травм и возникновения опасных ситуаций, а также для большей сохранности экспозиции, - синхронно с роботом ответил Намджун. – Я вроде ставил галку, но они говорят, что только с экскурсоводом, хотя на сайте… - Вся нужная информация на сайте указана на странице с положением о национальном заповеднике пещеры Просветления, - переключился на новую тему робот. – Перед покупкой билетов, пожалуйста, ознакомьтесь с полной информацией на сайте. Пожалуйста, дождитесь экскурсовода. - Я сейчас по голове кому-то… - завелся Юнги, и поспешивший к ним Джин быстро увел их в зону ожидания. - Не стоит. Сейчас в местном отделении полиции вместо экскурсии закончим день, - прошипел он. – А вниз ехать два часа. - Ладно. Видимо, придется идти с проклятым роботом. Но мы же все равно все увидим, - звучало не слишком хорошо, и Намджун это понимал. Ему больше всего хотелось развернуться и уйти из этого выхолощенного места, наполненного роботами. - Просто не будем его слушать, - мягко заметил Чимин, ободряюще прикасаясь к его руке. – Пещеры-то никуда не денутся. Чимин всегда воздействовал на всех окружающих успокаивающе, так что Намджун выдохнул и мысленно пообещал себе, что роботы не испортят ему день. И никому из них не помешают получить удовольствие от происходящего. Двери какого-то подсобного помещения распахнулись, и им навстречу выехал андроид. По сравнению с тем, что отвечал за стойкой, этот выглядел каменным веком. Он напоминал бочку на двух подвижных колесах с небольшой головой сверху. Ничего человеческого, конечно, в нем не было. Говорили, что в таких бочках обычно прятали небольшой арсенал оружия для усмирения противников, но иногда использовали и для учебных целей. В глубине робота могли скрываться раздаточные материалы и ручки. Не хватало только сдавать тест после экскурсии под дулом автомата. Юнги, похоже, подумал о том же, потому что фыркнул и прожег Намджуна рассерженным взглядом. Иногда мысли у них удивительным образом шли в одну сторону, и Намджун подумал, что Юнги убьет его, если им действительно предложат какой-нибудь опрос в конце экскурсии. - Добро пожаловать в пещеры Просветления. Пройдемте к первой точке, - проскрежетал робот, ловко вставая на рельс. – Приглашаю вас на экскурсию. Семь человек, полный маршрут. - У меня дурные предчувствия, - простонал Юнги, когда все двинулись следом за роботом. Но стоило дверям разъехаться, как Намджуну показалось, что они все вместе восторженно вздохнули, и этот вздох прокатился под сводом первой из пещер. Перед ними открылся самый потрясающий вид на свете – огромные своды из серого камня, в некоторых местах такие гладкие, словно их полировали вручную. Но этот серый цвет не был скучным – в свете ламп внизу он немного переливался и искрился, словно перламутровый. - Здесь потря… - начал Чимин, но тут в динамике робота что-то зашипело, и он вдруг рявкнул: - Подойдите к точке номер один. Семь человек. Намджун и сам дернулся от неожиданности, а Чимин буквально подавился окончанием слова и вытаращил глаза. - Экскурсия строгого режима, - пробурчал Джин, подхватил их обоих за локти и потащил вперед. – Фотографировать-то можно? - Фотографии можно делать в специально отмеченных точках, - тут же отозвался робот. – Отслеживайте наклейки с зелеными фотоаппаратами. - Ну, прекрасно, - Тэхен завздыхал. – А если мне нужно в другой точке? - Это запрещено, - лаконично ответил робот. – Итак, вы все подошли к точке один. Немного об истории. Местность эта впервые в три тысячи восемьдесят седьмом году была признана особо охраняемой природной территорией и получила статус памятника природы. Постановление парламента Единого государства номер двести тридцать от двадцать девятого марта три тысячи восемьдесят седьмого года. Другим постановлением парламента Единого государства – номер шестьсот семьдесят три от пятнадцатого ноября три тысячи восемьдесят седьмого года были определены границы памятника природы и режим его охраны. Силами нашего замечательного парламента, фирмы Андерсон, лучшего производителя андроидов, и ученых-энтузиастов на протяжении пятнадцати лет на территории велись природоохранные работы: укреплялись своды в одной из пещер, велась расчистка от мусора, проводились научно-исследовательские работы по исследованию устойчивости сводов, гидротехнические работы. В пещерах совершенно особенный лечебный воздух, который является профилактическим для предупреждения многих заболеваний. Чимин так обреченно смотрел на робота, словно надеялся своим очарованием заставить его рассказать хоть что-нибудь нормальное. Может, о самих пещерах или о легендах, которые с ними связаны, но тот продолжал сыпать номерами постановлений, приказов и статистикой. Намджун мог бы рассказать намного больше – он ведь специально готовился к тому, чтобы вести экскурсию самому. Как нашли эти пещеры храбрецы, какие легенды сочиняли местные… Но перекричать робота он не смог бы, к тому же тот торопил их идти вперед, разве что дал пять минут на снимки. Чонгук принялся жадно снимать с указанных точек, а вот Тэхен расстроенно примерился, но так и не стал фотографировать. Его всегда раздражали рамки. - Пройдемте в следующую пещеру, - велел робот, снова вставая на рельс. Даже красота этих пещер не могла затмить ужасающей занудности этой экскурсии, и Намджун мрачно подумал, что проставится виски, когда все закончится. Раз уж ничего захватывающего не вышло. *** Еще две изумительные пещеры – одну небольшую, но с идеально круглыми, словно праздничный кекс, сводами и одну с небольшим природным озером – они миновали в том же темпе. Робот опять нудно перечислил даты и цифры, а также идиотские факты о какой-то редкой бактерии, обнаруженной в озере, и о целебных свойствах какого-то мха или какого-то мхоподобного растения, чудесным образом выживающим внутри пещер без естественного света. Фармацевтические компании устроили настоящее сражение за это растение – а Намджун с большим удовольствием послушал бы про реальные бои, которые шли тут тысячи лет назад. - Это чудовищно, - шепотом пожаловался Хосок, обхватывая себя руками. – Мне кажется, что это военный робот. Его выводили к противникам, и он уничтожал их рассказами про постановления нашего дорогого парламента. У меня от скуки уже болит шея и плечи, словно я сам сижу и вручную переписываю весь его текст. Намджун уже который зал чувствовал себя ужасно виноватым. Взглянув на его лицо, Хосок сочувственно улыбнулся и, потирая шею, предложил: - Внизу рядом с парковкой шаттлов есть отличное кафе. Посидим там после, посмотрим фото Чонгука, а ты расскажешь про пещеры. Уверен, получится лучше, чем у этого парня. - Да даже если бы я собрал свои изыскания в один файл и читал вам по слогам, было бы более захватывающе, - Намджун вздохнул и порадовался, что хотя бы вызвал у Хосока улыбку. От его улыбки всем и всегда становилось легче. Но в чем-то идея с кафе ему понравилась. Может, хотя бы так их поездка в пещеры приобрела бы какой-то смысл? Намджун даже начал составлять схему этого будущего рассказа, и в этот момент они попали в знаменитую Белую Пещеру. Конечно, все пещеры назывались пещерами Просветления, но именно в эту давным-давно стремились путники со всех близких и далеких земель, чтобы ощутить сходящую со стен вселенскую мудрость. И Намджун понимал отчего – здесь царила такая умиротворяющая тишина, таким спокойствием дышали молочно-белые стены, что хотелось действительно задуматься о чем-то большом, вневременном и грандиозном. Какая-то мысль скользнула в сознание, и Намджун почти ухватил ее… Неловко отшагнув, чтобы дать место Чонгуку с камерой, Тэхен случайно заступил за желтую линию прямо на глазах у их экскурсовода, и тот разразился таким кошмарным визгом, что с Намджуна не просто слетело все умиротворение и умные мысли, но с ним едва не случился настоящий инфаркт. Дернулись все, а Юнги, подпрыгнув, случайно выругался, чем вызвал вторую вспышку визга. - Заходить за линию запрещено, - сквозь визг металлическим голосом ронял робот. – Использовать нецензурную брань в общественных местах запрещено. Выношу вам первое предупреждение. После трех предупреждений мне придется вызвать полицию и попросить вас покинуть экскурсионный маршрут. Юнги закатил глаза, но для надежности прикрыл рот ладонью. Визг начал стихать, но здесь любой громкий звук выглядел ужасным кощунством, и Намджун вдруг всерьез разозлился. Он мечтал об этом месте с самого детства, он готовился пройти по пещерам с уважением, которого те заслуживали, показать друзьям, насколько здесь прекрасно. И теперь что? Какая-то консервная банка мешает им всем получать удовольствие? Намджун повернул голову и вдруг увидел за колоннами и за выставочным шкафом с какими-то образцами породы небольшое ответвление, вход в коридор. А ведь ему казалось, что у Белой пещеры только один вход и выход. - Я сейчас, - тихо сказал он Джину, впавшему в транс от нового потока бессмысленной и скучной информации. – Кое-что попробую. Крадучись и стараясь, как обычно, ничего не уронить и не задеть, Намджун прошел ко входу в ответвление. Ему показалось, что он уловил короткое дуновение свежего ветра. Из пещер, по слухам, можно было попасть на открытые площадки, о рукотворности которой до сих пор спорили и ученые, и историки. Попасть туда - отличная идея, нужно только отвлечь робота или выключить его на время, но они вместе и не с таким справлялись. Намджун включил фонарик на смартфоне и пошел вперед – шаг, второй, третий. Робот не реагировал, что-то заунывно вещая на фоне, и эта скука просачивалась даже сюда. Чуть отвлекшись, Намджун с размаху стукнулся о какую-то прозрачную преграду и глухо охнул. Ну, конечно, они отгородили все боковые ходы от любопытствующих посетителей ради их же собственной безопасности. За преградой кружилась темнота, но какая-то не настоящая, точно если бы Намджун вгляделся получше, он увидел бы все, как днем. Но откуда-то же шел сквозняк. Положив ладони на преграду, Намджун чуть надавил, словно действительно мог заставить ее убраться с дороги. Ладони ощутили только прохладу и гладкость стекла, по-видимому, пуленепробиваемого, как в шаттле. Намджун с разочарованием вгляделся в темноту, понимая, что нужно идти обратно – он все-таки не смог сделать это место для остальных особенным… и вдруг под веками мелькнула картинка, такая реальная, словно он надел виртуальные очки и отправился в путешествие. Он видел огромный зал, наполненный старыми, чеканными золотыми монетами, большими и маленькими слитками, старинными вазами и драгоценными камнями: россыпью и в сложных украшениях. На ладони лежала монета, и ее блеск сначала показался Намджуну ужасно притягательным, но потом холод заставил стряхнуть ее в общую кучу. Ему почему-то показалось, что зал с сокровищами не так уж и красив. Где-то там в кучах драгоценностей лежали скелеты тех, для кого это богатство стало самым важным на свете, и оно погребло их. Намджун услышал их голоса, просящие – больше, больше, больше золота. А потом оно накрывало их с головой, сдавливало со всех сторон, а они все просили, и просили… - … постановлением парламента Единого… Моргнув, Намджун снова оказался около преграды. Может, ему тоже хватило разреженного воздуха? И где-то прочитанная легенда так ярко воплотилась? Намджун коротко выдохнул и вернулся к тому месту, откуда он еще мог видеть Джина. Тот вопросительно мотнул головой, и Намджун знаками попросил еще пару минут. Его охватил охотничий азарт – это стекло не могло стоять там и никуда не двигаться. Сотрудники заповедника как-то же попадали туда, верно? Он вернулся к стеклу и начал осматривать стену рядом в поисках кнопки или электронной панели, или замочной скважины на худой конец. Не могли же эти идиотские роботы просто перекрыть одно из ответвлений наглухо? И воздух… Намджун чувствовал воздух. Хотя, может, и тут поработала особая атмосфера пещер. В темноте мелькнуло что-то белое, похожее на кончик хвоста рептилии – может, в пещерах водилась своя фауна. Но сколько бы Намджун ни вглядывался, эта рептилия исчезла в темноте. В последний раз с досадой хлопнув ладонью по стеклу, Намджун уже собирался вернуться к экскурсии, но его остановил едва слышный треск. Он обернулся и с ужасом заметил сеть тонких трещин, растекающихся от его хлопка. «О, нет», - мелькнуло в голове. – «Неужели я опять что-то сломал?» А потом стекло хрустнуло уже громче и развалилось на миллион крохотных осколков. *** За спиной оглушительно взвыла сигнализация, робот заговорил совсем уж жутким голосом, Джин начал звать его по имени, видимо, надеясь, что Намджун сумеет спрятаться или сделать вид, что вся эта суматоха не имеет к нему отношения. И Намджун разумом понимал – стоит остаться на месте, потом объясниться с полицией, потом возместить стоимость проклятого стекла не менее проклятым роботам, - но ноги уже несли его вперед, куда-то в самую глубину пещер, навстречу чему-то очень важному. С самого детства Намджун чувствовал внутри этот крючок, тянущий то очень сильно, то вполне терпимо. От него внутри ныло, будто от никогда не заживающей, постоянно кровоточащей раны. И теперь что-то вело его по извилистому пути вперед, указывало, где свернуть, какое из трех, четырех, пяти разветвлений выбрать. Намджун бежал так, как никогда в своей жизни. Если бы за ним гнались бы убийцы, если бы отходил последний в жизни самолет, если бы библиотечная полиция отнимала все его читательские билеты и навсегда банила во всех библиотеках, он не был бы уверен, что наберет эту скорость. Ноги, по ощущениям, не касались земли, и при этом чудовищно горели. Перед глазами все мелькало, дыхание застревало в горле, а голоса за спиной становились все тише и тише, пока совсем не смолкли. Но коридоры и не думали заканчиваться – Намджуну пришло в голову, что он так пронесется вдоль всей горной гряды и выскочит на морской берег со стертыми до колен ногами. О сети коридоров ни одна книга, ни один материал в сети ничего не рассказывал. Намджун читал о цепи пещер – огромных, потрясающе красивых, но ничего об этом термитнике прямо в самом сердце горы. Наконец, его невезение взяло над ним верх – нога зацепилась за какой-то выступающий камень, и Намджун упал. Ему даже стало легче, потому что безумный бег прекратился. Пол ощущался таким восхитительно прохладным, и с него совершенно не хотелось вставать. Но у остальных могли начаться проблемы из-за него, так что Намджун морально смирился с необходимостью возвращаться и сочинять на ходу объяснения. Он ведь совершенно не собирался ничего разрушать, просто дотронулся, хлопнул чуть-чуть. Стекло не треснуло бы от такого - разве что потрясающее везение Намджуна вмешалось. Но вряд ли полиция бы посчитала бы его смягчающим обстоятельством. Он поднялся сначала на четвереньки, а потом сел на колени – глаза зацепились за щель в самом низу стены. Голова никак не хотела работать и собирать из отдельных частей целую картинку. Щель, еще одна щель, нечто напоминающее дверную ручку, хотя нет – это и была самая настоящая дверная ручка. Намджун закрыл глаза, а потом открыл, чтобы исключить влияние проклятого разреженного воздуха, галлюциногены и эксперименты на людях. Но дверь в стене – высокая дверь, точно в рыцарских замках, - оставалась на месте. - Ну что мне еще делать прикажешь? – тихо спросил Намджун сам у себя и толкнул тяжелую створку, словно знал, что та поддастся, что ее не нужно тянуть на себя или отпирать. В лицо ударил дневной свет и ни с чем не сравнимый запах старых и новых книг, чернил и деревянной мебели. Все это показалось таким знакомым, таким до боли родным, что Намджун как-то просто осознал – он дома. У себя дома. Сомнения, которые роились в голове, все эти тихие голоски, намекающие, что Намджун окончательно спятил и нуждается в самом лучшем лечении в самой дорогой клинике психического здоровья, - они мгновенно замолчали, онемев от открывшейся картины. Солнце проникало сквозь огромные, прозрачные на вид окна, заливало письменный стол с вечным беспорядком, выглядящий так, словно хозяин только ненадолго отлучился. Намджун знал, что это так – он ненадолго отлучился. Отлучился, чтобы защитить то, что было дорого, но не сумел. Вдоль стен простирались бесконечные книжные шкафы, заполненные книжными томами. Старыми с красивым тиснением и новыми – книжной коллекцией, о которой Намджун так мечтал, что ему даже она снилась иногда. А она все это время ждала его здесь. Намджун вежливо затворил за собой двери и подошел к окну, чтобы заодно посмотреть на огромный глобус, сделанный из дерева. Никаких квадратов на нем не было – только реки, леса, поля и странные незнакомые города, совсем небольшие по сравнению с нынешними. В окно Намджун опять видел табун, на этот раз двигающийся через луг под защиту деревьев. Тэхен оказался прав – у них были блестящие фиолетовые шкуры, мощные витые рога. А у вожака действительно росла серебристая борода. - Так вот… - начал Намджун, сам еще не зная, о чем заговорит, но его привлек слабый звук. Будто кто-то звал его: тихо, на грани слышимости. И у этого кого-то был такой знакомый голос. - Я здесь, - зачем-то сообщил Намджун, чтобы этот кто-то не расстроился и не перестал звать раньше времени, ведь он плохо представлял, где искать источник голоса без звука. Он пошел вдоль книжных шкафов, прислушиваясь изо всех сил. Наконец, остановившись около одного из них, Намджун привычно протянул руку и попытался снять с полки книгу с белым корешком. Но она не поддалась, только чуть наклонилась вперед со щелчком. После серии щелчков шкаф чуть выдвинулся вперед и медленно поехал вправо, открывая неглубокую нишу. - Я так ждала тебя, - сказала его секира. – Так долго ждала! Ты обещал, что уйдешь ненадолго. - Ох, мне очень жаль. Я не хотел, - Намджун потянулся к белой, украшенной алмазом рукояти. – Прости меня. Я сглупил. - Но теперь все в порядке, - она чуть задрожала, металл издал густой гул, и Намджуну показалось, что в голове прорвало плотину. Мысли, образы, воспоминания, решения – виски сжало будто тисками. Вряд ли чей-то разум, даже нет – чья-то человеческая голова смогла бы вместить весь этот поток. Отшатнувшись назад от секиры, Намджун упал, пытаясь схватиться за виски, но голова менялась, руки менялись, подстраиваясь под новое знание и старую память. Бумаги поднялись в бешеном вихре, а солнечный свет стал нестерпимо ярким, слепящим, белым. И Намджун растворился в этом белом свечении на несколько минут, стал с ним единым целым. Да, теперь он помнил все. Помнил свою долгую жизнь ради этого мира, помнил битвы, помнил того скользкого парня из портала, который привел с собой бесчисленные полки роботов. Но одновременно с этим помнил и свою короткую человеческую жизнь, даже не прожитую до конца. Помнил детство, родителей, первого робокота, после поломки которого он не смог выбрать нового. Своих друзей, медленно возвращающихся к нему сквозь пелену забытья. Его человеческая жизнь доказала, что в новой реальности были и свои плюсы, и теперь он мог принимать решения более взвешенно и осознанно. Теперь он мог довести до конца этот бой. *** Вихрем Намджун промчался по коридорам, разнося стекла, которые ему так не нравились. В его истинной форме даже лапа не влезла бы в коридор, но у яростного вихря, у снежной метели, у колючего ветра не было ограничений. Выключив робота, а с ним и всю электронную начинку этого проклятого заповедника, Намджун подхватил их всех, всех своих снова найденных друзей и соратников, и буквально вымел через еще один тайный коридор на большую открытую площадку. Сам же, взвившись вверх, вернулся в истинную форму и издал, наконец, торжествующий рык. Правда, Намджун-человек не дал долго торжествовать. Он не знал, как быстро и как правильно его друзья все вспомнят. А значит, по их мнению, сейчас монстр выволок их в потенциально опасное место и рычит где-то в высоте. Намджун опустился на край утеса, зацепившись когтями, и внимательно вгляделся в их лица – напуганные, удивленные, ошарашенные. - А ведь я помню, - первым сказал Чимин, и чуть печально улыбнулся. – Я помню это место. Тут мы все и умерли. Вообще Намджун ставил на Юнги или Хосока, но почему-то именно Чимин оказался первым. Наверное, его суть паладина дала о себе знать. - О чем ты… - агрессивно начал Юнги, а потом его рот округлился в долгом: – Оооо. Так вот отчего… вот почему… Когти-то как чешутся. Вот и грифон проснулся. - Я видел единорогов! Говорил же вам! – завопил вдруг Тэхен, несколько раз стукнув кулаком о камень. – Я видел все, как было тогда! А вы еще издевались! Из всех магов он был самым одаренным, самым чувствительным. Намджун старался не вспоминать их последнюю битву вместе, чтобы не терять их еще раз, в воспоминаниях, но ничего не мог с собой поделать. - Все тело ломит, - пожаловался Джин, а потом вдруг ловко скатился с края и рухнул куда-то вниз. Намджун уже хотел броситься следом, как вдруг его золотая виверна взмыла верх с демоническим хохотом. «Как настроение?» - мысленно спросил у него Намджун. «Невероятное!» - ответил Джин, с гиканьем кувыркаясь в воздухе. Оставалось совсем немного. - Ох, я кажется… Я кажется…. – Хосок поднял руку, на которой показались первые язычки пламени. – Я, кажется, горю! В мире не было ничего прекраснее, ничего ярче, чем феникс. Каждый раз, когда Намджун видел вспышку пламени, из которого появлялась огромная, огненная птица, он внутренне замирал. Чонгук все никак не мог проснуться – может, его человеческий возраст мешал процессу – так что он с нарастающим ужасом наблюдал за происходящим, а когда увидел, как Хосок вспыхнул, то едва не бросился бежать. Намджун осторожно накрыл его крылом, стараясь утихомирить бьющуюся в нем панику. Им нужен был Чонгук, всегда был нужен. Только с ним все стало бы целым, стало бы правильным. - Я помню песню, - вдруг сказал Чонгук, выглядывая из-под крыла. – Я помню ее, но я не успел дописать… Не успел. Намджун сожалел обо всем одинаково, но эта оборвавшаяся песня звучала в самых печальных его сновидениях. - Мне нужно дописать ее, - серьезно заключил Чонгук, окончательно выбираясь наружу. – Я вспомнил…. Я же бард. Я же писал все время, но не мог понять, зачем… Юнги промчался мимо, на ходу оборачиваясь в грифона, и красивым прыжком сорвался с уступа. Ему всегда нравилось летать, даже больше, чем золото и войны. «Все в сборе?» - спросил Намджун, дав им немного времени насладиться памятью и истинными формами. «Да», - синхронно ответили ему на шесть голосов. - Тогда предлагаю выпить кофе внизу, а потом подумаем, что делать дальше. Человеком Намджун теперь чувствовал себя несколько более уверенно. - Только я заберу свою секиру. Что же, теперь он понимал, зачем так стремился сюда, зачем так ждал каждого своего лучшего друга, своего соратника. Их судьбы были навсегда сплетены вместе. Будущее мира теперь зависело от них. - Давайте побыстрее, - Юнги тоже легко перемахнул обратно в человека. – У меня уже мозг коротит от этих роботов дурацких. Хочу двойной эспрессо и сэндвич. Будущее мира зависело от них и от кафе у подножия. Потому что ни один хороший план не рождается без кофе и сэндвича. Конец