Часть 1

Когда он встречает Су Сиянь — это похоже на падение в ледяную реку; она грозная и грубая, как удар об землю, и красивая, как взлёт к небесам. Он очаровывается легко, это не слишком сложно, когда он излишне миролюбив к людям, в отличие от всех остальных демонов, которыми правит (он не слеп, он знает, что его племянник не слишком жалует людей, но идёт с ним из преданности; боги, этому ребёнку нужно найти какое-либо ещё занятие, кроме как следовать за ним). В самом начале, он только интересуется женщиной, которая прошла мимо него, едва оглянувшись и бросив ему, чтобы он не мешал ей работать. Впрочем, влюбился он также бесспорно быстро; где-то между тем, как она пыталась отрезать его голову, а он пытался пригласить её прогуляться с ним по городу; хорошее время. И, хорошо, Тяньлан-цзюнь, наверное, мог бы догадаться, что с Су Сиянь не всё так просто. Что, когда она говорила, что в секте кое-кто ждёт её, он мог бы и не ревновать с желанием удержать Су Сиянь рядом с собой и никогда не отпускать; что, когда она всё же решалась прогуляться с ним, то покупала сладости и безделушки, которые не ела и не использовала, а только откладывала; что, когда они встречали семьи на улицах, она улыбалась, чисто и незаметно, а ему казалось, что его персональное солнце ослепило его. Он сам воспитывал своего племянника, он знает, что значит быть родителем, и он мог попытаться хотя бы предположить. Возможно, тогда бы это его не столь сильно ошеломило, как произошло. Начнём с того, что в какой-то момент он подобрался слишком близко к Хуанхуа, потому что не видел свою любовь больше двух лун, и он скучал по ней. Поэтому, вооружившись большим количеством печатей и талисманов сокрытия, чем он использует обычно, он пытался пройти через ближайший город к секте культиваторов, ему бы не хотелось, чтобы Су Сиянь кричала на него, если он случайно разрушит город людей в битве. В какой-то момент, потому что он не чувствовал угрозы от такого незначительного существа, в него врезается человеческий ребёнок. А за ребёнком следуют культиваторы в жёлтом, некто из секты его возлюбленной. Ребёнок, девочка в схожем жёлтом, поднимает на него свои глаза, и это… это не совсем маленькая Су Сиянь, но он может видеть её в чертах лица и форме глаз девочки, которая только говорит ему сдавленным от слёз детским голосом: — Забери меня от них. И, хорошо, на Тяньлан-цзюня, возможно, всё же накричат за то, что он снёс половину города. *** Это забавная девочка, она гибкая, проворная и очень быстрая, когда хочет. Она просто оставила его, как приманку для людей, что гнались за ней, и скрылась, не оглядываясь на хаос, который оставила позади. Тяньлан-цзюнь мог уже тогда сказать, что его путь пересечётся с этим ребёнком ещё раз; потому что, если судьба не сведёт их ещё раз, он бы сам нашёл её. И, ах, он упоминал, что девочка обокрала его? Восхитительный ребёнок. *** Су Сиянь находит его, но, вместо того, чтобы обругать, как он того ожидал, она приходит с девочкой, которая устроила кавардак, неся её на своём плече, как мешок с картошкой, прежде чем молча поставить её между ними. — Здрасьте, — говорит девочка, неловко помахав ему, пытаясь отступить за Су Сиянь, но его любовь не даёт ей это сделать. — А-Хуа хочет тебе кое-что сказать, — говорит ему Су Сиянь; и ему нравится имя девочки, оно ей подходит; все цветы в Царстве Демонов только на вид безобидные. Девочка неловко шаркает ногой по земле, смотря в точку выше его глаз; если бы он не знал, то подумал бы, что она ищет его метку. — Спасибо, что помогли мне сбежать от учителей, — говорит малышка, немного лукаво, немного задорно; очаровательно; если бы он не знал, то подумал, что перед ним один из детей-демонов. — И спасибо, что избили их. Су Сиянь вздыхает так шумно, как он никогда от неё не слышал. — Не это. Девочка оглядывается на его возлюбленную и смотрит на неё таким нечитаемым взглядом, что он видит только больше сходства с Су Сиянь. — Мне жаль, что вы дали мне себя обворовать, — говорит она, вытаскивая из рукава его мешочный кошелёк, — в следующий раз прячьте его лучше, — говорит ему девочка, а Су Сиянь только громче вздыхает. Его любовь отбирает мешочек из детских рук и кидает в его сторону, что он с лёгкостью ловит. Тяньлан-цзюнь понимает, что тот полупустой. — Я верну тебе потраченное позже, — говорит Су Сиянь, и он почти успевает возразить, но девочка вновь быстрее. — Мы бедные, а-нян, — упрёк ребёнка так силён, что его можно было бы потрогать, — потому что ты тратишь всё своё жалование на него, — и девочка указывает на него пальцем, как будто это полностью его вина. Судя по тому, что Су Сиянь краснеет и отводит глаза, так и есть. Но, перед этим… — «А-нян»? Девочка только цокает языком на его неосведомлённость; он уже может видеть, как а-Чжу будет баловать столь умного ребёнка. У его любимой женщины был ребёнок. Ну, что же. Он всегда хотел дочь. Хорошая новость — он жив. Плохая новость — он переродился в своём романе. Очень хорошая новость — он персонаж вне-сюжета, а значит, у него нет почти никаких ограничений. Очень плохая новость — он дочь Су Сиянь, с лицом и телосложением Су Сиянь, матери своего главного героя (его брата? его сын теперь его диди?), которую крайне жаждал в свою постель старик-извращенец с деньгами и властью. Прекрасная новость — он может найти выход; возможно, ему придётся взять дело в свои руки и свести свою маму (в смысле, ты не помнишь, кто мой отец, а-нян?!) с отцом своего главного героя намного раньше; и тогда, может быть, они выживут и заживут счастливой семьёй. (Человек может мечтать, верно?) Ужасная новость — сюжет сильнее его; его мама мертва; его не-совсем-отчим заперт под горой; её главный герой в руках приёмной матери, а она… ох, ну, ей лучше сбежать из Хуанхуа до того, как ей исполнится тринадцать; чем скорее, тем лучше. Странная новость — кажется, тот факт, что она однажды в свои шесть лет помогла одному конкретному ледяному демону семнадцати лет, сможет спасти ей жизнь.