Юность. День 4

Через несколько минут на её талию нежно и осторожно опустились руки любимого… –Валера, иди к себе…–в какой-то степени, с обидой и небольшой злостью на парня, проговорила Астафьева. Валере было сейчас совершенно не до слов любимой. Он слишком грубо поступил с Соней, но он уже всё сказал и к сожалению, слова забрать не получится уже назад, никогда. Лагунов нежно уложил руку на шею девушки, чтобы та уложила головушку на его плечо. Девушка с легкостью поддалась на этот маневр, но дальше она не планировала ничего. Валера осторожно положил девушку на кровать и также, очень осторожно, нежно, и через чур боясь навредить ей, стал оставлять на шее пиявицы следы своих губ. Лагунов в первые не хотел и даже не стремился прекращать этот момент, он уже потянулся к пуговице на платье возлюбленной и даже расстегнул её, но Соня осторожно взяла парня за запястье и посмотрела в его глаза. –Валер, я не хочу,–девушка убрала руку парня и осторожно встала. Она впервые отказалась от этого, хоть и настаивала сама почти всегда, хоть и сейчас её тело будоражало от долгожданной близости, она не поддалась. На отказ возлюбленной Валера отреагировал совершенно спокойно, хотя заметно расстроился. Он осторожно , но так желанно поцеловал девушку, и направился к выходу. Парень остановился в дверном проходе, обернулся, чтобы видеть Астафьеву и перед тем как выйти произнес самые важные для неё слова: –Доброй ночи, любимая, люблю тебя– как только он договорил фразу, тут же скрылся за дверью. Соня же продолжила лежать на упругой кровати и размышлять о чем то своем.

***

Утро началось как и все предыдущие, но сегодня все радовались как никогда за минувшие дни. Наконец-то все отряды идут купаться на речку Рейку. Валера храбро, даже без стука, зашел в комнату пиявицы в тот момент, когда девушка надевала свой ярко красный купальник на тоненьких лямочках. Заметив парня, она улыбнулась. –Валер, завяжи купальник пожалуйста, самой себе не очень удобно,–девушка ухмыльнулась и игриво посмотрела на Лагунова. –Я то завязать могу, но я надеюсь ты помнишь, что купаться тебе нельзя?–парень подошел к девушке со спины и уложил руки ей на бедра. –Помню я всё, не начинай. Завязывай уже!–немного повысила голос Соня, а затем улыбнулась. Валера быстро завязал купальник возлюбленной, и встав лицом к лицу поцеловал её. Девушка уложила руки на шею парня, и лишь углубила поцелуй. Валера был только рад такому жесту Астафьевой, но время поджимало–пора идти. Парень отошел от девушки и лучезарно улыбнулся впервые за долгое время. –Я жду тебя на улице, давай недолго–и скрылся за дверью. Соня быстро накрасила губы вызывающей ярко-алой помадой, в цвет своего купальника, надела черные шорты и вышла из корпуса. Как только она дошла до Лагунова, девушка игриво подмигнула парню и расплела длинные волосы. Даже парни из старших отрядов, с трудом отрывали взгляд от соблазнительной фигуры молодой вожатой. Увидев возлюбленную, стратилат хотел грозно отправить её переодеваться, но затем решил, что это не лучший вариант, и пусть ходит так, как нравится ей. Все отряды достаточно быстро пришли на прозрачную и тёплую речку. По правилам, один из вожатых должен стоять в воде и следить за играющими в воде детьми, а другой на песке. Но ни Соня, ни Валера не могли зайти в саму воду. В общем, Соня просто сидела на полотенце рядом с водой, и соблазняла мальчишек из других отрядов своим хищным взглядом и прекрасным телосложением. Она даже не хотела этого делать, всё само получалось. В один из моментов, юной вожатой наскучило просто сидеть и к несчастью своему, она подошла чуть ближе чем положено к святой воде. 17- летние парниши начали звать Софию Андреевну к себе, в воду, но та лишь отнекивалась. В этот момент ребята и начали не сильно, в шутку брызгаться водой. –Мы в воде не брызгаемся! Просто купаемся! Все сейчас из воды выйдут!–достаточно громко и сердито проговорила вожатая, как неожиданно для всех, один из юношей, не расчитав силы, слишком сильно плеснул в девушку водой, создав нехилую волну. В один миг на её ногах и спине появились очень сильные ожоги.Валера как только увидел это, сразу подбежал к возлюбленной. Прижал её к себе за плечи, на её хрупкие плечи и спину, он быстро надел свою футболку, взял на руки и быстро скомандовал: –Третий отряд, бегом вышли из воды и идём в корпус! Валера даже не дождался детей, он унес вожатую в ее комнату. Одна из вожатых, новоиспечённая подруга Сони, отвела детей из третьего отряда в свой корпус, за что Соня явно была бы ей благодарна. Но сейчас она явно не соображала, что вокруг неё происходит, лишь ужасная раздирающая боль расколяла её ноги и спину. Валера решил, что будет лучше позвать Риту в комнату к возлюбленной, чтобы девушка помогла своей же сестре. Лагунов так и поступил. Через минуты три, как парень оставил девушку, вместе с ним уже прибежала юная медсестра. Она осторожно старалась рассмотреть полученные ожоги. Валентин Сергеевич вместе с отцом Павлом, научили её и Лёву неким небольшим хитростям, а именно приготовлению лекарств для таких как Валера или Соня. Сама Соня шипела и зверела от невыносимой боли. –Валера уйди. Я справлюсь здесь сама,–сказала ему Рита, доставая параллельно что-то из сумки, которую она принесла с собой. –Я...я не могу её... –Валера уйди! Ты мне мешаешь! –Хорошо, как скажешь,–Лагунов решил смириться со своим поражением и покинуть помещение. Весь день Валерина голова была занята лишь Соней и ничем и никем больше. Его волновало лишь её самочувствие, как "его принцесса" там? Мысли утекли в свободное плавание, когда пришла гениальная, для Валеры, идея в его светлую голову.

***

Поздно вечером, когда Валерка уже уложил всех детей спать, рассказав всю ту же страшилку про девочку из леса, парень направился с букетом незабудок в левой руке к этой самой девочке. Мило, даже по-детски, зато романтично, заодно ещё раз попросит прощения у любимой. Пробраться в комнату к любимой девушке, Лагунов тоже выбрал непростой, через окно, благо оно было на первом этаже, и сейчас ему было достаточно просто постучать в него. Находящееся в комнате девушка, которая спокойно дремала в своей прохладной кровати, была удивлена нахождению парня за её окном, да ещё и с небольшим букетиком, но всё же Соня отворила ему, выглянув наружу. –Любимая, как ты себя сейчас чувствуешь?– сходу спросил парень. Астафьева ответила ему, поплотнее укрываясь пледом. –Сейчас лучше, спина не болит, а вот ноги...все ещё, но уже лучше. Как раз ты вовремя, мне пора бинты снимать,–опешив, Соня мигом посмотрела в другую сторону, а потом снова на Лагунова,–Может зайдешь? Парень сразу же кивнул и подошёл к открытому окну. Быстро вручив букет из голубых и синих цветов, Валера, цепляясь за раму, активно пытался залезть, но что-то у него плохо получалось. Астафьева хотела помочь, но юноша настаивал на самостоятельности, и спустя непродолжительное время, у него получилось забраться на подоконник, где снял свои грязные кеды и кинул их на пол к Соне, а потом и сам перевернулся на кровать к девушке. Она была расстрогана и очень удивлена таким глупым, но таким романтичным настроем юноши. Соня быстро потянулась к любимому, прижавшись к нему своими губами, оставляя на них мокрый поцелуй. Соня сама застеснялась своего поведения и пыталась максимально не смотреть на Валеру, но тот отступать был не намерен. Лагунов аккуратно уложил любимую на кровать, и не увидев никакого сопротивления, обрадовался, оставив на её губах ещё один поцелуй. Страх сковал лишь тело Астафьевой, ведь Валера был её первый мужчина...будет...Соня не знала, что творится сейчас между ними, она чувствовала лишь страх в груди от неизвестности. Это почувствовал и парень и приблизился к Астафьевой, начав поглаживать её щеку: –Не бойся, я с тобой. Я не причиню тебе вреда. Еще один поцелуй, и темноволосый парень снова у ног возлюбленной. Он согнул их коленях, показывая себе новые горизонты возможностей. Но сначала надо было аккуратно снять бинты с ног русоволосой, что стратилат и сделал, сначала с одной, потом с другой, и наконец закончив, томно посмотрел на трясущейся в ожидании свою любовь.Валера оставил первый аккуратный поцелуй на худой щиколотке, чтобы посмотреть реакцию. Ему никто не препятствовал. Лагунов довольно улыбнулся и начал медленно, словно мучая подниматься наверх: щиколотка, потом косточка, икра, колено и наконец бедро...его обжигало сильнее всех, и когда нежные губы оставили на нём свой след, из девичьей глотки вырвался тихий полустон–полурык удовольствия от этих действий. Валера не намерен был останавливаться там, он поцелуями спускался вниз по жгучему бедру, оставляя метки принадлежности на белоснежной коже, он целовал, пока не остановился лицом свои под юбкой платья, в зоне бикини девушки. Его своё положение ни капельки не смущало, лишь пугало как отреагирует Соня на него и позволит ли перейти наконец эту чёрту? Парень вылез из под юбки, обхватив своими длинными, словно музыкальными, пальцами краешек ткани, прикрывающей интимную зону его любимой. –Можно, Сонь? –Да...–на выдохе произнесла это Астафьева. –Ты уверена?– обеспокоено переспросил юный стратилат. –Да, милый... Её вид безумно заводил Валеру, и жар, распылающееся в паху не давал ему покоя. Избавив аккуратным и изящным движением от лишней ткани юное стройное тело, темноволосый снова устроился своим личиком между жарких бёдер. Сделав первое, на пробу, резкое, краткое, но изящное движение языком по мокрым складкам, сверху он услышал такой долгожданный, такой страстный и заводящий удобрительный и вообще первый стон удовольствия Сони. От атмосферы в комнате, и у Лагунова, и у Астафьевой кружилась голова. В комнате было душно. Поняв, что любимой нравится, стратилат не стал остановливаться, наоборот лишь, припал языком и губами к интимной зоне и активно начал делать характерный движения, доводя юную девушку до экстаза. Сегодня голубоглазый был уверен–это будет её не первый оргазм за эту ночь. Он активно водил языком по половым губам, выбивая из Софии Андреевны стоны удовольствия и приближающегося оргазма. Когда парень почувствовал как его голову несильно зажали горячими бёдрами, вампир поспешил выползти из под юбки любимой девушки и поскорее примкнуть мокрыми сладкими губами к губам пиявицы. –Это ещё не конец, София Андреевна. Вы уверены, что хотите продолжить?– на выдохе спросил стратилат. –Очень хочу, Валерий Сергеевич,– будоражащие шёпотом ответили ему. Снова поцеловав, Лагунов снял с себя чёрную футболку, оставляя её где-то на полу, носки тоже. Вид перед Соней выдался хороший: Валера держал тело в тонусе, тренируясь почти каждый день, когда те были в городе, и ходя на пробежку каждое утро. Астафьева с большим любопытством и интересом провела рукой по напряжённым плечам, потом яркой грудной клетке, остановившись на небольших, разбухавшихся горошинах, проведя по ним трепетные и ласковые движениями, что судя по мурчаниям Валеры, нравилось ему. И рука наконец упокоилась на торсе, проводя вниз, вдоль живота. Лагунов наслаждался неистовым и запретным блаженством вдоволь. Астафьева решила выдернуть его из наслаждения, она аккуратно, ещё раз, провела своей ладошкой по его торсу, спуская руку вниз, а потом резко, взяв крепко за ремень, притянула его к себе. Валера пошатнулся от дерзких движений пиявицы, навалившись слегка на её разгоряченное тело, жаждущее больше, чем страстная прилюдия. –Не мучай не себя, не меня,– оскалившись, произнесла Астафьева. Настрой девушки и взгляд её, возбуждал воображение, видимо уже больное, при виде извивающейся от шестилетней тоски любимой. Лагунов отпрянул от жаркого тела, чтобы расправиться с пряжкой ремня и джинсами, которые сейчас ему были явно не нужны. Сняв лишнию ткань, он отбросил и ремень и штаны в сторону, на холодный пол. Теперь в нём проснулся кровожадный зверь, который лишь хотел, не думая о своей жертве, им управляла только животная страсть и похоть. Вид разгоряченного Валеры, будоражал Соню, оставляя румянец от мыслей её на её щеках. Зверь приблизился к её груди, начиная потихоньку, томно, растегивать пуговицы на её платье, в которое Соня переоделась после пляжа. Рваные вздохи раздавались по тесной и тёмной комнате.Когда Лагунов расправился с пуговицами, Соня привстала и отбросила уже ненужное платье, оставаясь полностью обнажённой. Валера жадно облизнулся и принялся расцелововать нетронутую ещё никем, грудь. Стоны стали ярче, громче. Теперь в голову приходили мысли о прекрасном, и почему же парень боялся раньше нарушить девственность своей любимой. –Пожалуйста...– вырвалось из розовых губ Сони. Стратилат решил не томить её долгим ожиданием, снял с себя последний элемент одежды и крепче прижал к своему мокрому, от пота, телу. –Расслабься, Сонечка... И всё свершилось. Пах раздирал тесные стенки Сони, вызывая новые ощущения в теле девушки. Сначала было очень непривычно и необычно, но когда вампир начал двигаться внутри любимой, вызывались лишь чувствова огромного блаженства, какого-то небесного наслаждения, неизмеримого с этим миром. От удовольствия кружилась голова, а взгляд мутнел. Соня перекрикивала рычания Валеры, которые с каждым набором скорости и грубости, становились всё громче и громче...

***

Астафьева лежала с любимым под теплым одеялом, греясь об его горячее тело своим. Её пальцы внимательно изучали изгибы тела парня, вызывая лишь умиление и нежность. –Я люблю тебя, Сонечка. Вырвалось неожиданно из губ молодого вожатого, от чего пиявица в неожиданности подскочила с его плеча, изучая его уже спокойный и нежный взгляд. Сомнений не было, он правда любил её, и даже ради неё и любви к ней, он перешёл через свои принципы и наплевал на своих тараканов и разделил с ней сегодня эту звёздную ночь. –И я тебя очень люблю, Валер. Она снова опустилась на его плечо, прижимаясь ближе к бьющегося сердцу возлюбленного, считая сколько раз оно простучало за данную минуту.