Часть 10

Темнота окружала меня со всех сторон, словно бездонная пропасть. Я не могла видеть ничего — ни света, ни форм, ни движения. Последнее, что я помнила, это размазанное лицо Хёнджина, его глаза, полные тревоги и нежности. Но сейчас его не было. Вокруг царила тишина, прерываемая лишь звуками суеты — шёпотом незнакомых людей и монотонным капанием чего-то, которое звучало как часы, отсчитывающие время в этом мрачном месте. Я пыталась сосредоточиться, но вместо этого меня охватывало чувство паники. Почему я ничего не вижу? Где я? Сколько времени прошло? В голове царил хаос, и вдруг я услышала знакомый голос. Это была мама. Я замерла, не зная, радоваться мне или нет. - Ёнхи, — произнесла она с раздражением. — Проснись, дрянная девчонка. — Её слова были как удар в спину. Я почувствовала, как меня пробрало от её тона. — Твоё лежание в больнице стоит много, — добавила она с ноткой презрения. Больница? Что? Я нахожусь в больнице? Эти мысли пронзили меня, как холодный нож. Я ничего не вижу, только темноту. - Мама?? — пыталась сказать я, но мой голос остался заперт внутри, неспособный вырваться наружу. Я пыталась понять, что происходит, но мысли путались. Внезапно меня осенило — я не просто не могла видеть, я не могла двигаться. Словно мой разум отделился от тела, оставив меня в этом безмолвном вакууме. - Я в коме, — осознание пришло как удар молнии. В моем сознании вспыхнуло множество вопросов: как долго я здесь? Что со мной произошло? И где Хёнджин? Он был лишь моим воображением... НЕТ! ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ. Моя мать продолжала говорить, её голос звучал как эхо в пустоте. Я слушала её слова, но они больше не имели значения. Я вспомнила Хёнджина — его улыбку, его поддержку. Он был тем человеком, который всегда был рядом, даже когда мир вокруг меня рушился... Но теперь я точно не понимаю, что было. Мама рассуждала о том, как трудно ей было справляться с ситуацией, как много денег уходит на моё лечение. Я чувствовала, как её слова проникают в меня, как яд, отравляющий моё сознание. - Ты должна понять, что это всё твоя вина, — произнесла она с презрением. - Нет! Это не так! — хотелось закричать мне. Но снова не смогла произнести ни звука. Вместо этого в моём сознании возникли другие вопросы: почему я не могла слышать их раньше? Где я была всё это время? - Сначала сбежала от нас, потом от парня и вовсе попала под машину! — говорила она. Я слушала ее, у меня не было выбора. Ее слова впивались в меня, словно ножи, и каждое резало, оставляя шрамы. Сколько можно винить меня во всем произошедшем. Лучше бы я умерла! На несколько минут голос мамы затих, я услышала звук двери. Кто-то зашел или вышел... Но я услышала голос какого-то мужчины. - Прошу меня извинить, но посещение закончилось. Покиньте палату. — сказал он требовательным голосом. Когда мама покинула палату, то ко мне подошел доктор. Я слышала только шелест, не понимая, что он делает. - Мне так жаль. — вдруг произносит он. — К сожаленью, я не могу не впустить их. — Он вздыхает, будто понимая, что я не рада. — Ёнхи... — он замолкает. — Я надеюсь, ты скоро проснешься. Я слушаю его и понимаю, что этот голос все же мне знаком. Я училась с одной девочкой в школе. Она постоянно хотела со мной дружить, но я не желала ей плохого. И поэтому отвергала ее, чтобы она не узнала о моей семье и жизни. У нее был старший брат, мы пару раз пересекались, когда он заезжал за ней в школу. Если я не ошибаюсь, то его звали Чан? - Ханна... Она так беспокоится о тебе. Когда ты выйдешь из комы, мы обязательно поможем тебе! Услышав это имя, я только удостоверилась в своих догадках. Ханна хороший человек, как и ее брат. Это правда мило, что они беспокоятся. - Прошу, очнись. — сказал он, и я почувствовала, будто меня что-то взяло за руку. — Ёнхи!! Ты меня слышишь?? Твои показатели... Попробуй пошевелить частями тела... — с надеждой попросил он. Я слышу его просьбу, но как? Я не понимаю, как это сделать. В жизни все происходит само, а сейчас... Я попыталась максимально думать о том, чтобы пошевелить хотя бы пальцем. - Ёнхи!! — радостно крикнул Чан. — Ты скоро можешь проснуться. Просто пытайся думать, что тут я и Ханна, мы тебя ждем. Все будет хорошо! Отдыхай. Прошло непонятное количество времени. Тут, в этом темном пространстве, я даже не могу понять сколько. Это словно тюрьма, в которую меня заключили за оплошности. Но что я сделала? *** -Ёнхи, я пришел. — сказал Чан. Я обрадовалась ему, жаль, что не могу показать это. — Твои родственники опять приходили, а еще парень. Я не пустил их, ссылаясь, что сейчас тебя лучше не трогать. Я так была ему благодарна. Услышав эти слова, мне захотелось его обнять. Ведь он спасает меня от них. Я обязательно сделаю это, как выйду из комы. — Сегодня 13 день твоей комы, я беспокоюсь, что после тебе придется заново учиться ходить. — грустно сказал он. — Но не беспокойся, есть большая вероятность, что все будет хорошо. 13 день в коме?? Но в мире, где я была, прошло 2 месяца. Я все еще не понимаю, что это было. И Хёнджин... Увижусь ли я с ним? — Хёнджин... — тихо произнесла я. — Кто? — вдруг спросил Чан. Девушка удивилась, что ее услышали. Ведь раньше этого не было. Она была словно в вакууме, а сейчас на мгновенье он пропал. — Ты сказала «Хёнджин»! Я слышал. Кто это? Надеюсь, он хороший. — беспокоился Чан. Еще пару раз ко мне заходил кто-то. Может, они проверяли капельницу, а может, и просто меня. Один раз я услышала разговор двух врачей. — Она слышит и двигает пальцами. — сказал один из них. — Доктор Чан говорит, что скоро очнется. — Ее мать не желает больше платить за ее нахождение тут. — отвечает второй. — Мы не отключим ее от аппаратов, вы возьмете на себя ее смерть?? — возмутился первый. — Нет денег — нет жизни. — сказал второй. — Вы бесчеловечный. — констатировал факт первый. Дверь открылась, я услышала голос Чана. Он тут же прошел ближе, но повернулся, чиркнув ботинками по полу. — Если вы ее хоть пальцем тронете, я вас всех уволю. — Извините, господин. Но оплата от ее матери не прошла. — сказал второй. — Мне плевать, если для вас так важны деньги, доктор Чхве, то я все оплачу. А сейчас пошли вон из палаты. И чтобы сюда не заходили. Вы, доктор Чхве, отстранены. Доктор Ким, а вас попрошу просто выйти. После выхода тех докторов я ощутила чье-то присутствие. — Ёнхи, не волнуйся. Все будет хорошо. Отдыхай. — Он погладил по руке. Ёнхи яснее чувствовала прикосновения, ее мозг очень хорошо воспринимал звуки вокруг. — Я ненадолго уйду и сегодня переночую с тобой. Надеюсь, ты не против. Я буду в уголке, не волнуйся. — Она услышала, как парень усмехнулся. *** Когда Ёнхи начала медленно просыпаться от комы, первое, что она ощутила, был яркий свет, пробивающийся сквозь жалюзи. Он щекотал её лицо и заставлял моргать, как будто она снова родилась в этот мир. Постепенно её сознание прояснялось, и она начала осознавать окружающую реальность. Комната, в которой она находилась, была белоснежной, с аккуратно расставленной мебелью и несколькими вазами с цветами на подоконнике. В углу палаты стоял монитор, который тихо издавал ритмичные звуки, напоминая о том, что жизнь продолжается. Запах антисептика наполнял воздух, создавая атмосферу стерильности и безопасности. В этот момент её взгляд упал на фигуру в углу. Чан — её доктор и человек, который верил в нее до последнего и не дал расстроиться. Он был одет в белый халат и медицинский головной убор, из-под которого выбивались кудрявые белые волосы. Его лицо было сосредоточенным даже во сне. Чан сладко спал, и, открыв глаза, их взгляды встретились, на его лице расцвела улыбка, полная облегчения и радости. — Ёнхи! — воскликнул он, подбегая к ней. Его голос звучал так тепло и нежно. — Как ты себя чувствуешь? Она попыталась ответить, но слова не шли. Вместо этого она просто моргнула глазами, стараясь показать, что слышит его. Чан мгновенно понял её состояние и начал проверять её реакцию: смотрел ей в глаза, проверял пульс и внимательно слушал дыхание. — Ты молодец! — произнес он с искренней улыбкой, когда увидел, что её зрачки реагируют на свет. — Ты проснулась! Всё будет хорошо! Внутри неё разливалось тепло от его слов. Ёнхи чувствовала, как страх и неопределенность постепенно отступают. С Чаном рядом она знала, что сможет справиться с любыми трудностями.