Развоплощение Лололошки .

Лололошка любезно подготовил арену, осознавая, что его брат не уйдет с ложного пути без борьбы. Изначально он вовсе не планировал вступать в бой, но вмешательство того, кто осмеливался называться божьим предвестником и верным помощником, разрушило их с братом итак ужасные отношения. Арена была огромной, как будто находилась за гранью времени. Легкий туман окутывал это место, а стены, словно границы самой арены, были такими величественными и внушительными, что сразу становилось ясно — выхода нет. Джон и Ларгон оказались спиной к спине. Они не впервые сражались рядом, но это был первый раз, когда им предстояло встретиться с истинным междумирцем — особенно с таким, который был поглощен искаженной энергией скинта, того самого священного кристалла. Они внимательно осматривали пространство, ведь Лололошка, зная свою резкую и решительную натуру, мог появиться в любой момент с любой стороны. Но и они тоже не были пальцем деланные. С самого начала было подготовлено четкое соглашение. Джон помогает им — они помогают ему. Клятва, данная на крови, была нерушимой, и никто не хотел ее нарушать. Ведь для всех это было выгодно. Крестоносцы обладали светом, мощным и чистым, который мог развоплотить любое существо. Пусть и с трудом, но они могли победить даже первого междумирца. Однако перенаправить такую силу было крайне сложно, и если хотя бы один момент был бы упущен, все могло закончиться катастрофой, пострадал бы не только Ларгон, но и Джон с Лололошкой. Джон и Ларгон имели свои планы, и их успех был важен для захвата Церкви. Ведь Лололошка был напрямую связан с Отцом и даже Сыном. Ожидание было мучительным, хоть и очень быстрым , и вот, как только Джон почувствовал знакомый импульс, Ларгон моментально дернулся в его сторону, остановив атаку Лололошки. Тот, словно вспышка, телепортировался, и это было свидетельством могущественной силы, которой он обладал. Джон тоже не терял времени — теперь он исполнял роль защитника. Лололошка, похитивший у него меч Путешественника, вновь доказал свою искусность в бою. С каждым его движением становилось яснее, что тот стал еще более опасным и кровожадным. Джон всегда думал на счет того , что каким бы сильным и опасным был Ло если бы выбрал путь злодея , а не благородного героя . Но к сожалению , сейчас его предположения стали реальностью , которую нужно остановить . Лололошка был неудержим. Ларгон лишь иногда успевал коснуться его, как тот исчезал, появляясь с другой стороны. С каждым ударом Лололошка отбрасывал Джона, пока тот не упал, разбив очки и получив осколки стекла в глаз. Лололошка исчез, а Джон попытался встать. И тут Ларгон совершил ужасную ощибку . Телепортируясь к Джону, чтобы не разлучаться в такой момент, он стал легкой мишенью. Лололошка появился за его спиной и пробил мечом его сердце. Ларгон не сразу среагировал, он понимал, что это была его ошибка , но также толчок к выполнению собственного плана. Ларгон хоть и не разум божьи , но ума в его головушке достаточно . Одно мгновение и .. Ларгон "пал". Лололошка, не давая времени на восстановление, отбросил его к границе арены, туда, где начиналось время, а пустошь заканчивалась. Джон, не имея оружия, использовал пустотную магию. Но заклинания не действовали на Лололошку — тот поглощал эту силу, перенаправляя её обратно к Джону. Лололошка использовал его собственное оружие против него . Он направил силу прямо в грудь Джона, в место, где располагалась искра - Самый важный орган для Мироходца . Джон упал на колени, тяжело дыша. Внутренная боль сковывала его, но он не сдавался. Смешанные чувства винили его за то, что не смог сдержать обещание, превратив Лололошку в такую кровожадную, холодную тварь. Он сам погубил своего брата, заставляя его терпеть мучения каждый раз когда скинт проростал в нем. Лололошка остановился перед ним, и Джон, ожидая удара мечом , зажмурился, но услышав громкий грохот рядом, открыл глаза. Лололошка, вместо того чтобы убить, просто бросил меч около него и протянул руку к лицу, снимая маску. И вот, впервые за все это время, Джон увидел его лицо. Да, они были близнецами, но Лололошку было легко отличить от Джона, что делало желание увидить его еще сильнее . В его глазах, когда-то полных огня и энтузиазма, теперь не было ничего, кроме бесстрастности и пустоты. Белок глаза были заменены фиолетовым, а сами глаза стали черными, как ночь. В них пророс скинтонит, и мир перед ним искажался. Маска Междумирца рассеялась в руках Лололошки, оставив лишь фиолетовые частицы за собой. Он протянул руку к брату и сказал так спокойно, что в его голосе звучала безнадега. — Братец, я не хочу тебя убивать, просто пойдем за мной. Его терпение не бесконечно, это последний шанс, который Он тебе дает. Джон… молю, не заставляй меня совершать ошибки снова. Джон молчал несколько секунд, внимательно слушая слова брата. Когда он увидел движение позади себя, он снова взглянул на Лололошку и с горькой усмешкой задал ему риторический вопрос. — Знаешь, в чем твоя главная ошибка, братец? — Увидев любопытный взгляд Лололошки, он продолжил. — Ты слишком наивен. Я ценю твою заботу обо мне, но ты сильно недооценил силу Ларгона , сли ты думал, что избавишься от него одним ударом… Лололошка не успел даже обернуться, как резкая боль пронзила его спину, проникая насквозь. Он увидел ослепляющий свет, а потом наступила тьма, пульсирующая боль разливалась по всему телу. Ларгон и Джон развоплотили Лололошку. Лололошка покачнулся, и Джон, не раздумывая, подхватил его, спасая от падения. Он неосознанно обнял брата, который, несмотря на последние силы, пытался оттолкнуть его. Но не смог. Через мгновение Джон почувствовал, как Лололошка с опаской, почти с жалостью, сжал ткань на его спине. Он уже забыл, как это — обнимать кого-то , столь близкого . Ларгон тяжело вздохнул, садясь на землю. Он потратил много сил, но не сожалел об этом. Он все еще удивлялся силе Джона. Тот смог направить пустотную магию не движениями, а своим разумом. Смотря на Джона и Ло ,Ларгон вспомнил , что сам был когда то поглощен безумием креста и только Айвен смог его остановить. Лололошка тихо позвал Джона, когда смог увидеть настоящий мир, а не искаженный тьмой. — Джон… — тихо произнес он, и Джон ответил, не менее тихо. — Я рядом, Ло. В детстве Ло всегда защищал Джона, когда кто-то пытался его обидеть. Хотя у Джона было скверное поведение и манеры, Лололошка всегда оставался рядом, как опора и друг. Он был почти что единственным другом Джона, ведь остальные избегали его из-за характера. Только родная старшая сестра и брат дружили с ним и спасали от одиночества . Джон всегда был сильным и тоже был готов в любой момент стать поддержкой для брата, но это был только первый раз, когда он видел Лололошку настолько сломленным. Джон больше не ощущал боли, ему уже было плевать на это, главное что Лололошка наконец освободился и Джон спустя столько времени, все таки выполнил обещание . Через несколько секунд Лололошка пришел в себя, несмотря на то что все тело невыносимо ломило ,он отстранился, взглянув на Джона. В его глазах, полных печали и страха, уже не было той мертвой пустоты. Они отражали его прошлое — того доброго парня, который всегда пытался помочь другим и сожалел о том, что делал под влиянием Отца. Даже сейчас он винил себя , ведь был главной фигурой на доске Отца . Он оглянулся, повернулся к Ларгону и виновато спросил — Я причинил вам много вреда? Ларгон покачал головой. — Ты не виноват, что эта грязная погань овладела твоим разумом. Мы разберемся с этим, когда вернемся и восстановимся. Мне тоже нужно извиниться — ты мог потерять свою искру. Лололошка с слабой улыбкой кивнул. — Все в порядке. Просто… не думаю, что смогу телепортироваться… из мира, где нет времени, в мир, где оно есть. — С этим я разберусь, — уверенно сказал Джон. Его искра пострадала меньше всех. Зеленые частички пустотной магии окружили их, и они вернулись в Архей, не ожидая, что в их команде теперь будет новый зараженный..