Двадцать седьмая глава.

Я выбросила сигарету, и через несколько секунд оказалась в одном помещении с Дазаем и Фёдором. По другому - оказалась меж двух огней, с каждым из которых должна вести себя более, чем послушно, примерно как собачка или личная вещица, не имеющая своего голоса. С другой стороны, этого дня, этой встречи, я ждала так долго, что теперь она не может мне не нравиться. Само здание было чуть больше, чем.. например, то самое кафе, где я встретила Ацуши. Здесь было чисто и спокойно, правда в некоторых местах темновато за неимением больших окон. Я прошлась по коридору, смахнула влево, ещё немного прошла и вот, оказалась прямо перед дверью, за которой меня ждут те двое - Достоевский и Осаму. Открывать двери не спешила. Да, я сильно ждала этого дня.. но конкретно сейчас мне стало дико не по себе. Одолело такое странное чувство, наверное, подобного я ещё ни разу не ощущала.. будто мои же ребра сдавили сердце и лёгкие, не давая им спокойно функционировать. В конце концов.. несмотря на всё, нужно терпеть. Я вдохнула, набрала побольше воздуха, затем выдохнула и решилась-таки дёрнуть ручку. Довольно большой круглый стол, пустой и стоявший в центре комнаты. За столом уже сидели Дазай и, напротив него, сам Фёдор. Они буравили друг друга взглядами, полными чего-то мне непонятного, недосягаемого, будто между собой они всё обсудили и эта встреча - одна сплошная показуха. По привычке я шагнула в сторону Достоевского, но вовремя одумалась и остановилась рядом с Дазаем(он же мой Босс всё-таки, не стоит об этом забывать..) Я ждала, пока кто-нибудь из них начнёт говорить, чтобы потом перевести эту фразу другому, тогда они поскорее бы начали свой диалог, или в ином случае я абсолютно ничего не узнаю, да и останусь ни с чем. — Он даже не предложит даме присесть? - изумился Достоевский, когда наконец-то перевёл свой взгляд с Осаму. - Я всё больше и больше поражаюсь правилам и традициям этой страны.. - мужчина переводил глаза то на меня, то на Босса, ждал, когда я тоже скажу что-нибудь. Но проблема в том, что я не совсем поняла его слова, и уж тем более не имею понятия, каким образом это можно перевести для Дазая, чтоб он не убил меня прямо здесь. Видимо, Фёдор разглядел моё замешательство в лице и тут же добавил, - скажи ему, что я рад увидеться, но очень сожалею, что Дазай всё ещё не выучил русский язык. Я передала Боссу всё в точности, не упуская ничего. Дазай мгновенно повеселел, даже рассмеялся, и сквозь собственную улыбку сумел произнести что-то, напоминающее ругательство, которое, конечно же, относилось к собеседнику напротив. Этого я переводить не стала. — Дорогая Софья, я тоже очень рад вас видеть! - Говорил Фёдор, смотря на Дазая. Он делал это специально, ведь Осаму без перевода ничего не поймёт и будет считать, что слова действительно адресованы ему.. Если Достоевский будет смотреть прямо на меня, ничего не скрывая, то Босс сразу обо всём догадается. Ну, как я должна вообще переводить на японский нечто подобное? Что я должна выдумать, чтобы Дазай понял, что я действительно перевожу фразы Фёдора? И почему он начал говорить об этом именно сейчас? Разве нельзя было выбрать другое время, более подходящее? Мне так кажется, будто Достоевский проверяет меня на что-то, смогу ли я разобраться с этим.. Или только кажется? Может, он и есть такой. Но он делает и говорит это всё нарочно! — Что он сказал? - Дазай дёрнул меня за рукав, ибо я слишком долго думала над переводом. Я слышала стук собственного сердца у себя в голове, он раздавался громким эхом и распространялся по всему телу, словно во всех живых клетках организма было его слышно. Мужчина явно заждался, он уже смотрел не на Фёдора, а на меня! Ждал, когда я скажу хоть что-то! Ждал.. Фёдор же сидел с таким лицом, будто ему смешно наблюдать за моей бурной реакцией. Когда Босс задел меня, Достоевский слегка прищурил глаза и наблюдал уже более заинтересованно. А когда Осаму уже повернулся ко мне с вопросами, Фёдор прошёлся суровым взглядом сначала по нему, а потом по мне. Тогда мне стало не до шуток. Что такого он хотел увидеть? Надеюсь, он сам скажет об этом и мне не придётся целыми вечерами ломать себе голову, пытаясь докопаться до истины. — Он сказал, что хотел бы поскорее начать разговор. - Протараторила я так быстро, что сама не поняла, что сказала. Зато Дазай был удовлетворен, мужчина вновь повернулся к собеседнику, да и меня больше никто не жрёт глазами. Очень радовало и успокаивало. — А, если так.. В таком случае, передай ему, что идея, которую он предложил, не может быть осуществлена по многим причинам, - он был серьёзен как никогда, поэтому косячить определённо нельзя. Пересказав всё дословно, я наконец выдохнула, потому что и выражение лица Достоевского тоже поменялось на слишком важное. Мне показалось, что сейчас он ответит также серьёзно, как и Осаму. Стоило держать карман шире.. — А ты, Софья? Честное слово, я чуть ему в рожу не плюнула! Как можно так скверно подставлять человека?! Конечно, он говорит что хочет, а я? Я такого позволить не могу, любой промах и на тебе, пуля в висок. Это же очевидный исход, ежели я не буду подчиняться! Разве такое так сложно осознать? Понять, не? — Фёдор попросил назвать одну из причин. - Наконец я собралась с духом, если он сам не хочет ничего делать, значит сделаю я. За результат я не отвечаю, моё дело - это узнать всё обо всех. Дазай не понимает Фёдора, я же в состоянии понять их обоих, и также в силах поменять всё таким образом, чтобы с выгодной стороны остаться именно мне.. Пока один пинает балду, я вытащу из второго всё. Дазай закатил глаза. — Портовая Мафия на пике! Я не могу позволить кому-то вроде тебя взять и разрушить всё, построенное на невинной крови. Иначе к чему была его жертва? Впервые, кажется, вижу Босса настолько зацикленным на организации.. То есть, обычно он наплевательски относится не только к подчинённым, но и к самой Мафии, но сейчас.. Видимо, того требует ситуация. Всех тонкостей я не знаю, прошлого босса ни разу не видела(удивительно, но даже фотографий его я нигде не смогла отыскать. Вероятно, Мафия навсегда удалила этого человека из памяти, даже в засекреченных списках про него ничего не сказано. Есть только истории, оставшиеся от тех, кто давно здесь работает), да и должности у меня высокой нет.. Я давно думаю над этим, ведь мне действительно было бы легче, если бы я знала всю историю Портовой Мафии? Когда я перевела Дазая на русский, мужчина напротив тотчас нахмурился. Хотя нет, сказать, что он нахмурился.. Нет, скорее.. Не уверена, но само выражение его лица оставалось таким же спокойным и расслабленным, но глаза говорили об обратном. В одних только глазах была видна та самая.. скрытая агрессия, словно ещё чуть-чуть и он подорвет тут всех нас к чёртовой матери. Я держалась, но вывозить этот его взгляд было невыносимо(к слову, он даже на меня толком не смотрел, всё на Босса), и всё равно как-то тяжело. — Я, помнится, вопрос задал. - Достоевский оставался непреклонен. Будто баран, упёртый, как, мать его, тупой баран! И для чего, спрашивается, я столько ждала этой встречи?! Ради этого? Вот же тупость! Стоило ожидать, что ничего путного не будет, как и всегда! Он так сильно меня раздражает, что бороться уже сил нет! Придётся ответить, несмотря на косые взгляды Дазая.. Что-то подсказывает мне, что после свидания с Фёдором меня ждёт ещё один, не менее серьёзный, разговор.. — Совсем недавно я узнал, что у Софьи тоже есть способность. Я весь во внимании! - Стоило мне сделать лицо попроще, как мужчина ехидно улыбнулся и заговорил. Понял, что достиг своего. — Огонь. Обычный, синий, - ответила я. Дазай сморщился, глядя на нас: — Что вы вообще..? - он не успел договорить. Внезапно ему стало плохо, Осаму схватился за голову и что-то забормотал себе под нос. Я моментально ринулась к Боссу. — Что с вами? Вам плохо? Давайте выйдем! - Взяв мужчину за плечи, я развернула его к себе и посмотрела прямо в глаза. Цвет лица сильно изменился, а веки то и дело, постоянно закрывались и слипались. Мне казалось, что его вот-вот вырвет. — Ох, какая жалость.. - донеслось со стороны Фёдора, который оставался на своём месте и уходить, я так думаю, не собирался. Я вывела Босса на улицу, чтобы он смог подышать свежим воздухом, возможно, ему станет легче от этого. И что с ним такое? Голова заболела? Может, болеет чем-то? Хотя меня бы предупредили об этом. Никаких лекарств, даже обезболивающих у меня с собой нет, ведь я не знала, что такое может произойти! Вроде сначала выглядел здоровым и резвым, а теперь дышит еле-еле.. — Вернёмся в отель? - уточнила я, но всем своим скрывала, что совершенно этого не хотела. Разговор с Достоевским даже не начался! Ещё ничего не успело произойти, как мы уже уходим.. — Нет, - прокашлял Дазай. Он облокотился на перила крыльца и всё пытался выровнять дыхание. Затем мужчина зажмурился и накрыл лицо ладонью, - возвращайся к нему. Нельзя его так одного оставлять. Я присоединюсь чуть позже, просто дай мне время.. Я послушала его приказ и тотчас вернулась к Достоевскому. Он-то точно был на седьмом небе, ибо это радостное лицо надо видеть. Его счастье несколько разозлило меня: Дазаю плохо, а ему хоть бы что! Неужели нельзя как-то по-другому выражать свои скверные эмоции?! — Что это было? Я впервые увидел волнение на твоём лице! Неужто ты всерьёз беспокоишься об Осаму? - из уст Фёдора слетело то, чего я вообще не ожидала от него услышать. Совсем несвойственный ему вопрос ввёл меня в окончательное непонимание. Ни о ком я не беспокоюсь! — Это моя работа, я обязана беспокоиться о своём Боссе, разве не так? Он вновь улыбнулся мне: — Всё так, верно.. Но запомни: на войне нет места для любви.