Зарянка

Как правило города не ограничиваются лишь каменными джунглями. Они граничат с деревнями, в которых царит совсем другая атмосфера. И Павловск не был исключением. Деревня Брусникина была довольно большой и обжитой, по крайне мере для деревни в эпоху урбанизации, когда все стремились в города. Брусникина могла похвастаться красивым хвойным лесом, огибающим её со всех сторон. Он был особенно красив вечером и ночью, когда по всюду разлетались светлячки, из-за чего его так и прозвали "Лесом светлячков". Но лес был скорее гордостью природы, а вот чем могла похвастаться сама деревня, так это усадьбой по имени Зарянка. Она не была большой, всего два этажа, с подвалом, да сад, окружающий её. Но всё же она была усадьбой. Построенная ещё на заре Российской империи, она пронесла кусочек того времени сквозь века. Поэтому данное место вполне заслуженно считалось памятником архитектуры. Впрочем, в данный момент, Зарянка считалась памятником уже условно. Ведь у неё был владелец. Виктор Воробьёв выкупил её за солидную сумму. Будучи директором городского исторического музея, он питал настоящую страсть различным артефактам и другим ценностям подобного рода. Иногда он мог даже, так сказать, договориться, чтобы нужная вещь попала именно к нему. Его доход пускай и не был астрономическим, но вполне позволял подобные траты. Но хоть Зарянка и была не большой, для усадьбы, в одиночку Виктор не мог всё время следить за порядком в ней. Поэтому за ней, в основном, присматривали брат и сестра Закатовы, Алексей и Вероника. Дворецкий и горничная. Они занимали эти должности уже пять лет и знали каждый уголок Зарянки: Сад, усыпанный фиолетовыми гвоздиками и красными хризантемами; достаточно просторную гостиную, кухню, библиотеку и три больших комнаты на первом этаже; шесть комнат под спальни и кабинет на втором этаже. Поэтому неудивительно, что Зарянка была для них уже как родной дом. Да и с Виктором они были очень дружны. Воробьев очень часто задерживался в музее, поэтому брат с сестрой обычно были предоставлены сами себе. Но они и не думали отлынивать, раз они тут жили, то им самим хотелось содержать усадьбу в чистоте. Действительно, что Алексей, что Вероника, любили Зарянку. Они уже привыкли к тому, что она была довольно мрачной ночью. В конце концов, разве не все подобные места становятся таковыми, когда заходит солнце? Они привыкли и к тому, что животные обходили Зарянку стороной. Птицы не садились на подоконники и не залетали в открытые окна, а бродячие коты и собаки заходили только в сад, держась от самой усадьбы на расстоянии. Ну, ничего не поделаешь. Может они просто боятся незнакомых людей? Им удалось привыкнуть даже к зеркалу, что стояло в комнате, расположенной рядом со спальней и кабинетом Воробьёва. Зеркало явно было старинным антиквариатом, поэтому неудивительно, что Виктор оставил его у себя. И всё бы ничего, да вот только со своего первого дня работы Закатовы чувствовали, что в комнате, в которой стояло это самое зеркало, кто-то есть. Они ощущали это невероятно отчётливо. Алексей уже не раз предлагал избавиться от него, всё равно оно не выглядело подобающе, множество трещин на стекле, да облупленная рама. Такое зеркало не продашь, не поставишь в музей, а реставрация того не стоила, так как какой-то особой ценности оно не несло. Однако Виктор был категорически против этого. При том эта категоричность была уж слишком рьяной. Алексей списал бы это на очередную заинтересованность мужчины к старинной вещи, если бы не одно, НО. Он чувствовал исходящее от зеркала… нечто. Будто бы оно было живим, или в нём кто-то обитал. Словно кто-то проник в твой дом, и ты прекрасно знаешь об этом, при этом неизвестно, что от него ожидать. Вероника ощущала то же самое. Она призналась в этом своему брату сразу же. Особенно эти ощущения были сильны, когда они находились в самой комнате, в которой стояло это злосчастное зеркало. Разумеется, они старались заходить в эту комнату как можно реже. Так как каждый раз, стоило только пересечь порог, чей-то взгляд неотрывно следил за тобой, пока не покинешь комнату. Но если бы всё ограничивалось лишь одной комнатой, то было бы не так тревожно. Алексей знал, что это нечто из зеркала могло бродить по всей усадьбе. Он понял это после одного сна. Сна, в котором ему удалось-таки увидеть… Была ночь, за окном шёл дождь. Алексей привычно прохаживался по коридору, проверяя свою работу, прежде чем готовиться ко сну. Тени плясали в полумраке, будто идя ему на встречу. Разумеется, Алексей уже давно не был ребёнком и не боялся темноты, но, почему-то, сейчас он чувствовал подступающую тревогу. Когда же очередь дошла до второго этажа, то дворецкий увидел, что дверь в ту самую комнату была открыта. Как бы ему не хотелось, но и её тоже нужно было проверить. Он собирался сделать это быстро. Дверь со скрипом открылась до конца, впустив Алексея в темноту. Включив тусклый свет, Дворецкий осмотрел картину, на которой было нарисовано красивое озеро рядом с деревянным домиком, потёр старый, пахнущий деревом, стол, подошёл к большому шкафу, чтобы убраться и в нём... И тут он услышал шаги. Сперва они были еле слышны, но с каждой секундой становились всё более отчётливыми. Сперва Алексей был в недоумении и не мог понять откуда они исходят, прежде чем его осенило, что они исходят от зеркала! В панике он успел залезть в шкаф и спрятаться в нём. Через тонкую щель он видел, как из зеркала вышло странное существо. Это был человек? Нет. Оно был слишком тонким для человека. Существо было словно сделано из воска, или же облито воском, а белое тело было укрыто чёрным плащом. Оно медленно шло и его присутствие искажало, искривляло, всё вокруг. Словно разбитое стекло. Алексей старался даже не дышать, молясь, чтобы это нечто, чем бы оно ни было, не заметило его. Белая фигура в чёрном плаще медленно шла по комнате, словно осматривая её, а затем остановилась. И тут шок дворецкого лишь усилился, так как из-под рукава плаща показалось сразу три руки! Нечто резко повернуло свою голову в сторону шкафа, пара остекленевших глаз мертвеца впилась прямо в него, погрузив в самый настоящий ужас. Существо слегка приподняло ещё больше тонких рук, что показались из рукавов, и резко устремилось прямо к нему! Алексей не шибко горел желанием узнать, что было бы, не проснись он в холодном поту. Тогда он за раз выпил чуть ли не литр воды, чтобы успокоиться и смочить пересохшее горло. И, как будто этого было мало, когда он решил рассказать о сне своей сестре, то Вероника призналась, что уже давно начала видеть по вечерам мелькающие тени в углах стен, из-за чего девушка старалась запираться в комнате до наступления ночи. Стоит ли удивляться, что после подобного они начали верить в потусторонне? Хотя, до этого, что Алексей, что Вероника были вполне себе реалистами, которые, как им самим казалось, идут в ногу со временем. Но верил ли их начальник Виктор? Они были твёрдо уверены, что да. Уж слишком чертовщина была заметна в Зарянке. Однако, их аккуратные расспросы толком ни к чему не привели. Виктор хоть и дал им понять, что знает о чём идёт речь, но велел им дальше заниматься своими делами, уверяя, что беспокоиться не о чем. Во что Алексей и Вероника верили слабо. Лишь беспокойство о Викторе, да тот факт, что ничего плохо ещё не произошло, удерживал их от увольнения. Всё же они оба привязались к владельцу усадьбы, их отношения вполне можно было назвать, если не семейными, то дружескими точно. Недавно Виктор предупредил их, что покинет Зарянку на пару дней, так как хотел съездить в другой город, проведать одного знакомого по работе. Поэтому они могли его не ждать. Но вернулся он раньше, на утро следующего дня, весьма хмурым, озабоченным и усталым. – Случилось что-то, Виктор Андреевич? Вы ведь говорили, что вернётесь после завтра, – Вероника не могла проигнорировать плохое настроение своего босса, оно сильно бросалось в глаза. – В самый последний момент встреча была отменена, а я ведь уже заплатил и за проезд, и за гостиницу, – вздохнув, пробормотал Виктор. Вере показалось, что даже его усы поникли. – Это, действительно, было на столько важно, да? – в голосе девушки отчётливо слышалось сочувствие. – К счастью, не особо. Просто предварительная встреча, чтобы подготовиться к проверке директоров. У меня с этим нет проблем. Лучше приготовь мне подкрепиться, пожалуйста, есть хочется аж жуть. А Лёша где? – Он как раз за покупками ушёл, но на завтрак еды хватит. Сейчас приготовлю, только подождите. – Большое спасибо, Вера, что бы я без вас делал. Ты не торопись. Я, когда надо, сам спущусь. – Хорошо, как скажете. Благодарно кивнув своей горничной, Виктор поднялся на второй этаж. Но не к себе в кабинет, и не в свою комнату. Он хотел увидеть зеркало. А точнее, ему нужно было встретиться с тем, кто жил в нём. Шагнув в темноту знакомой комнаты, он не спеша подошёл и стал вглядываться в потрескавшуюся гладь стекла. – Я знаю, что ты стоишь по ту сторону и смотришь на меня, Меглеор. Покажись. Нам есть, что обсудить. В пасмурное осеннее утро тишина и темнота в комнате давила. Но Виктору было всё равно, в данный момент он ждал того, от кого надеялся получить ответы на давно возникшие вопросы. Первое время ничего не происходило. Всё так же стояла тёмная тишина. Но Виктор знал, что он тут уже не один. В отблесках тёмного стекла показалось белое лицо. Виктор уже не раз видел его, и каждый раз чувствовал отторжение. Перед ним был будто мутировавший видоизменённый труп. – Приветствую тебя, друг мой Виктор, – Меглеор обратился к мужчине на старый манер. – Судя по твоему виду смурному, всё прошло не так как мы того хотели? – Ты, как всегда, весьма догадлив. Нынешнего владельца дневника Агафона я отыскал. Да вот только забрать мне его не дали. – Неужто встретил ты создание крылатое, что глазами увенчано? – хоть выражение лица Меглеора не поменялось, в голосе прорезалась некая напряжённость. – Всё ещё странно говоришь. Ещё не привык общаться более современно? – Виктор хмыкнул. – Но да, ты снова прав. Судя по всему, ты знаешь кто это? Когда я хотел украсть книгу, то оно не дало даже в квартиру проникнуть. Я просто мог сгореть дотла. – Тебе очень повезло, что я передал тебе часть своих сил. Иначе не предстал бы ты передо мной живим. И как бы ты сам описал сие создание? – существу было любопытно мнение человека. – Как… как настоящего ангела, – Виктор невольно выразил восхищение. – Если честно, то само его присутствие обдавало жаром, было трудно просто находиться рядом с ним. И мне еле удалось уйти. Виктор расстегнул белую рубашку, показав сильный ожог на плече. – Если бы не твоя магия, то мне бы пришлось слечь в больницу. Так с чем мы имеем дело? – С древним, – тихо промолвил Меглеор. – люди, которым удалось лицезреть их, в действительности, стали почитать сих созданий как ангелов. Надеялся я, что он спит, и что дневник просто действует сам по себе, как положено артефакту. Поверь мне, Виктор, так было бы проще гораздо. – Погоди, если это ангел, то почему мы вообще должны с ним враждовать? Разве они не должны быть добрыми и нести свет? – при этих словах Виктор нахмурился в лёгком недоумении. – Оно, действительно так. Только не учитываешь одно ты. У люда простого и создания, что из мира иного пришло, представление о добродетели может разными быть. Да и ангел ли это? Ведь описание им уже сам люд дал, после того как они пришли далеко из-за пределов реальности нашей. – Больше похоже на то, что они вообще инопланетяне какие-то, – фыркнул Воробьёв. – Ну и как же нам теперь добыть дневник? Нужно подумать. Мужчина задумчиво теребил один из локонов своей зачёсанной шевелюры пальцами, обдумывая ситуацию. – Будь у меня больше силы сейчас, я мог бы погрузить в сон его, но увы… – А я впервые сталкиваюсь с подобным, да и ранен. – Отдохнуть тебе надобно, Виктор. Время у нас пока есть. Отдохни. А я поведаю тебе историю. Историю о себе, историю древних из иных миров, как зовут сие ангела, и почему остановить его надобно, пока он из дневника не вырвался. Ибо теперь, он надолго в нём не задержится… Тем временем день шёл своим чередом, но не для Михаила. Для простого человека столкновение со сверхъестественным стало сильным ударом. Он просто на просто не знал, как лучше поступить. О том, чтобы избавиться от книги уже не могли идти и речи. Какая милиция? Про неё уже можно забыть. Сейчас бы ему понять, что делать дальше, ему нужна информация. Была мысль поискать в городской библиотеке, или в интернете. Но интернет всё ещё не казался надёжным, а в библиотеке вряд ли найдётся что-то подходящее по мистике, или оккультизму. Оставалось только одно. Попробовать поговорить с этим существом. Михаил наделся, что оно, не было враждебным. Во всяком случае, до сих пор ничего плохого оно не сделало. Скорее, даже наоборот, помогло, если он правильно понял ситуацию с тем ночным визитёром. Михаил вновь достал ту самую книгу, положил перед собой на стол и снова осмотрел её со всей внимательностью. Но во внешнем виде ничего необычного он так и не увидел. Единственной особенностью было содержание на самих страницах. Не имея никаких больше вариантов, Михаил вздохнул, набрался решимости и позвал… – Ты здесь? Я могу поговорить с тобой? – Если ты того, действительно, желаешь, – вторило ему создание из книги. Внезапно возникший голос заставил Михаила вздрогнуть. Но теперь мужчина потерял самообладание лишь не надолго и быстро собрался с мыслями. – Да, я, действительно, хочу этого. Я хочу, наконец-то, узнать, что, чёрт возьми, происходит! Что это за книга?! Откуда она вообще взялась?! Кто приходил ночью?! Чего мне ещё ждать?! И кто ты такой?! Михаил выплеснул всё своё негодование, которое успело накопиться из-за непонимания. Даже его русая шевелюра растрепалась, а тёмно-зелёные глаза были полны уверенной решимостью, а не испугом. – Мне нравиться твоя сила воли, смертный. Нет, Михаил. Хорошее имя. Ты желаешь прикоснуться к знаниям, что лежат за пределами простых людей. Но, со мной тебе не нужно ничего бояться. И, отвечая на один из твоих вопросов, эта вещь, что досталась тебе, это не просто книга. Это дневник. – Дневник? Хм, я уже подумывал об этом. Все эти записи… Но кому он принадлежит? – Агафону. Смертному человеку, кому повезло, или не повезло, проникнуть за пределы мира. Он жил в ту эпоху, когда в вашем мире существовала древняя Греция. – И записал он всё на весьма странном языке. На вашем языке, – сказал с твёрдой уверенностью Михаил. – Верно. Ты весьма умён и догадлив, – в таинственном прекрасном голосе прозвучало одобрение. – Ты упомянул "к сожалению". Почему? – Когда мы прибыли в ваш мир, нас было не много, наша сила была слишком разрушительной для вас, поэтому мы старались не пересекаться с вами, людьми, как и с другими живыми существами. Агафон был одним из тех, кто сумел общаться с нами без вреда для себя. – Но я ведь общаюсь с тобой прямо сейчас. – Это благодаря его дневнику. – Наш род общался с ним свободно, дал ему знания о нас. А также о тех, кто пришёл вместе с нами, – При этих словах в голосе странного создания проступил сильнейший гнев. – Вместе с вами? Кто именно явился? – Если есть свет, то ест и тьма. Кажется вы, люди, любите так рассуждать. Мне это нравиться. Такие рассуждения отражают истину. – А по конкретнее? – в прочем, несмотря на заданный вопрос, Михаил уже догадывался, к чему ведёт его собеседник. – Там, где свет, там и тьма. Там, где существуют ангелы, там существуют и демоны. Вы, люди, сами дали нам эти названия. – Получается ты… – Да. Я есть ангел, и имя мне Измаил. Слушай меня внимательно, человеческое дитя, что нарекли Михаилом. Этот дневник нужно защитить любой ценой. Многие хотят завладеть им. – Полагаю, что мой ночной посетитель был одним из таких? – Это был слуга Меглеора. Жалкий, мерзкий колдун отступник, ни перед чем не остановиться, чтобы получить желаемое. Будь осторожен, Михаил. Он настоящий мастер обмана и манипуляций. – Эх, а я так надеялся, что это был просто барабашка, – в это мгновение Михаил почувствовал всем своим нутром, что проблем у него лишь прибавиться. По радио тихо играла песня "Enjoy the silence" одной из любимых зарубежных групп Михаила "Depeche Mode". Что было весьма кстати, спокойная музыка помогала Михаилу хоть как-то отвлечься и расслабиться при беседе со своим новым потусторонним знакомым. Английский он, конечно, знал слабо, но мотив показался ему весьма подходящим.