Призыв

ЗАХРЕНБУМБА

I

ПРИЗЫВ

Осеннее утро сентября. Листья на деревьях начали медленно желтеть, предвещая приближение холодов, но в комнате ЗахренБумбы царила совершенно иная атмосфера. Он лежал в постели, которая, похоже, не знала свежести и чистоты уже много лет. Мягкий матрас впитался вонючим потом, а простыни покрылись неким слоем, напоминающим о том, что здесь давно не было стирки. В углу комнаты стоял старый чайник, а рядом с ним — горка пустых упаковок от фастфуда, которые служили напоминанием о его привычках. ЗахренБумба наконец-то поднялся с кровати. Его тело с трудом освобождалось от объятий усталости и липкости. Он потянулся, и его жирные пальцы неосознанно направились к грязным трусам, которые он не менял уже целый месяц. Почесав свои яйца, которые за ночь знатно вспотели, он, как последний извращенец, поднял пальцы к носу и закатил глаза, наслаждаясь своеобразным ароматом. Этот утренний ритуал стал для него чем-то вроде зарядки, позволяя проснуться и настроиться на день. Вскоре ЗахренБумба вспомнил, что сегодня ему нужно идти в университет. Его родители потратили на его обучение около пятисот тысяч рублей — и это не считая той взятки, которую они заплатили, чтобы его приняли. Они давно смирились с тем, что их сын не проявляет особого интереса к учёбе и что их усилия по его воспитанию были напрасны. Но ЗахренБумба не собирался думать об этом. Он просто забил хуй и на учёбу и на предков. С тяжёлым вздохом он опустился на пропёрженный стул, который скрипел под его весом. Дождавшись загрузки своего компьютера, он с нетерпением кликнул на иконку «Dota 2». Экран засветился яркими цветами, и он погрузился в мир виртуальных сражений. После пятой катки ЗахренБумба не выдержал. Схватив клавиатуру, он с яростью начал ебашить ею по монитору. Каждый удар сопровождался хрустом и треском, как будто клавиатура пыталась протестовать против его агрессии. Кнопки отлетали, словно маленькие осколки, а экран постепенно покрывался трещинами. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь его тяжёлым дыханием. Устав и вспотев, он откинул клавиатуру в угол комнаты, где она приземлилась с глухим стуком. Выключив компьютер, он рухнул на свою грязную постель. Внезапно он услышал звук открывающейся двери. Сердце его забилось быстрее — родители вернулись намного раньше, чем он ожидал. Он замер и вслушался в разговор, доносящийся из коридора. — Ой, как наш сыночек обрадуется! — восторженно произнесла его мама — Это уж точно! Придёт с универа — обрадуем! — ответил отец, ЗахренБумба вскочил с кровати, его жирное тело едва удерживалось на ногах. Он бросился в коридор, предвкушая какой-то сюрприз. Мысли о подарке заполнили его голову: возможно, это новая игровая приставка или долгожданный компьютерный аксессуар. — А хули мы не в универе!? — выпалил его отец — Мне плохо стало, а что за подарок? — спросил он Отец в этот момент держал в руках белоснежный конверт с печатью. ЗахренБумба прищурился, пытаясь разглядеть содержимое. Отец осторожно распечатал конверт и вытащил повестку в армию на имя ЗахренБумбы. Внутри него всё перевернулось: радость и предвкушение от подарка сменились на глубокую грусть и злобу на родителей. — Это что?! — закричал он, вырывая у отца повестку с такой силой, что тот едва не уронил её. Взгляд ЗахренБумбы метался между родителями и бумагой. Сжав повестку в кулаке, он демонстративно разорвал её на мелкие кусочки, ощущая, как злость наполняет его грудь. Каждый разрыв бумаги был для него символом протеста против всей этой ситуации. ЗахренБумба чувствовал себя преданным и брошенным в этот момент — словно вся его жизнь свелась к одной единственной повестке. — Я НЕ ПОЙДУ В АРМИЮ, СУКИ! — раздался громкий крик ЗахренБумбы, его голос резонировал в маленькой комнате, словно эхо в пустом коридоре. Он стоял, сжав кулаки так сильно, что побелели суставы, а в глазах стояли слёзы, готовые вот-вот вырваться наружу. — А тебя никто не спрашивает! — ответила мама, её голос стал холодным и решительным. — Раз уж ты у нас в универе не особо любитель походить, мы забираем документы, и ты идёшь в армию, где тебя дисциплине научат! Слова родителей пронзили его, как острый нож. Внутри него закипела ярость, смешанная с отчаянием. Он не мог поверить в то, что происходит. Сердце колотилось в груди, а дыхание становилось всё более тяжёлым. — НЕЕЕЕТ! — снова закричал он, его голос дрожал от эмоций. ЗахренБумба начал стучать кулаками по стене, оставляя на ней мелкие вмятины. Каждый удар был полон боли и отчаяния, словно он пытался выбить из своей жизни это ужасное решение. Слёзы начали катиться по его щекам, горячие и горькие. Он чувствовал себя беспомощным, как маленький ребёнок, которого отняли любимую игрушку. Не в силах справиться с накатившими эмоциями, он бросился в свою комнату, захлопнув за собой дверь. ЗахренБумба рухнул на кровать, зарывшись лицом в подушку. Он начал рыдать, всхлипывая так громко, что казалось, весь дом мог его услышать. Слёзы пропитывали ткань подушки, смешиваясь с его отчаянием и чувством предательства. Прорыдав до глубокой ночи, он постепенно истощился. Эмоции выполнили своё дело — усталость накрыла его как тёплое одеяло. Он лёг на бок, обняв подушку, и вскоре заснул, погружаясь в темноту своих мыслей. В этом сне не было ни армии, ни родителей — только тишина и покой, которых ему так не хватало в реальной жизни. ЗахренБумба проснулся от резкого стука в дверь, который казался ему громом среди тишины. Он открывал глаза, пытаясь осознать, где он и что происходит. В голове всё ещё гудело от недосыпа и недавних слёз.