Часть 25. Ты — мой дом.

      — Солнышко, когда вернёмся, то обязательно лечись. Вот тебя на кладбище точно продуло вчера! На съемки теплее одеваться нужно! — Ангелина сидела у окна и взволнованно смотрела на ведущую.       — Да, конечно, — Нелли приложила запястье ко лбу и тяжело выдохнула.       Несколько часов сна перед выездом в аэропорт дались тяжело. Нелли начала резко ощущать симптомы простуды, что было, в целом, ожидаемо после испытания, так ещё и странного ритуала. Но это была не основная проблема, потому что все мысли уходили на осмысление событий последней ночи. Девушка сама не понимала что произошло и почему тяга к Владу возросла так сильно, что она не смогла сдержать её. Раньше получалось, а вчера странные скачки от агрессии до восхищения затуманили последние сомнения. Возможно, Нелли разозлилась из-за той фотографии Веры, а может и нет. Возможно, Влад снова наколдовал что-то и это была не воля её самой. Или это всё глупые оправдания?       Артём так и не писал. Но Нелли утром разговаривала с Ильей, он сказал, что они прилетят в Москву только в обед, а вечер вчерашнего дня провели в баре. "Ладно, это было ожидаемо" — успокаивала себя девушка, но всё же хотела выяснить подробности того, как и почему Вера сделала это. Но Ларионову Нелли ничего не говорила и не спрашивала, она хотела уже при встрече с Красновым узнать про это всё и его непонятное исчезновение. Судя по подсчётам, их тройка должна вернуться в Москву на пару часов позже, поэтому было время и подумать, и подготовится.

***

      Квартира, которую снимала Нелли, постепенно стала казаться ей совсем чужой. До начала съемок она успела привыкнуть и обжиться, но в последние недели проводила время либо у Артёма, либо на работе, либо в разъездах. Сейчас небольшая комната, кухня и коридор казались почти незнакомыми, только вещи самой Нелли напоминали ей про то, что вообще-то она живёт здесь, по крайней мере по мнению родителей. В квартиру Артёма девушка не поехала, хоть у неё и были ключи. Ей нужно было отдохнуть, перевести дух и в целом разобраться с тем, что происходит.       Немного разобрав вещи, Нелли сходила в душ и переоделась. Тёплая вода уносила с собой остатки усталости, оставляя лёгкую опустошённость. Переодевшись в длинную футболку, которая когда-то принадлежала Артёму, Нелли почувствовала себя чуть уютнее. Запах его парфюма всё ещё лёгкой дымкой держался на ткани, окутывая её чем-то знакомым и успокаивающим.       Она заказала еду, чтобы не тратить время на готовку, и устало плюхнулась на кровать. Внутри бушевал целый шторм эмоций, но девушка держалась. В самолёте, в такси до дома — всё время старалась не поддаваться слезам и не раскисать. Но сейчас, в одиночестве, напряжение накрыло с новой силой. Артём пропал. Почти сутки без звонков и сообщений. Это было странно и мучительно, но не меньше её терзала вина из-за Влада. Ей казалось, что тяга с чернокнижнику не была такой сильной в последнее время, но вчера будто бы что-то сорвало. Она не получила удовольствия, скорее... наоборот? Будто бы девушка удостоверилась, что не может быть с ним. Нелли старалась отгонять эти мысли, отвлекаясь на другие. Постепенно она задремала, но звонок в дверь разбудил её. Это был курьер.       Девушка быстро открыла дверь, забрала пакет с едой и разогрела пасту. Поставив чайник, она снова устроилась на кровати с ноутбуком, включив какое-то шоу для фона. Ела машинально, пыталась отвлечься, но взгляд всё время скользил к телефону. Он лежал рядом — немой укор.       — Нет, хватит, — твёрдо сказала она себе вслух и решительно убрала устройство подальше.       Однако всего через пару минут рука предательски потянулась обратно. Сердце заколотилось в груди, когда она нажала на контакт Артёма. Долгие гудки заполнили тишину. Первый. Второй. Третий.       — Доброе утро, кошка! — прозвучал его голос, хрипловатый и бодрый, но чуть напряжённый. — Ты как раз вовремя, мы только-только вышли из аэропорта.       — Привет, Тём, — выдавила Нелли. Она и сама не ожидала, что её голос дрогнет.       — Ты дома уже?       — Угу, — короткий, почти безжизненный ответ.       Повисла секундная пауза.       — Я скоро буду, — сказал Артём с мягкой уверенностью. — Что-то купить нужно?       — Я у себя, — выпалила Нелли, не дав себе времени подумать.       Снова тишина.       — Почему? Понял, ну... я приеду? — немного растерянно спросил вампир.       — Приезжай, — её голос стал тише, но в нём звучала неприкрытая просьба.       Когда разговор закончился, Нелли почти вскочила с кровати и принялась убирать. Квартира не была очень грязной, но было заметно, что здесь не живут постоянно. Она быстро протерла пол, убрала пыль с поверхностей и сложила вещи по местам, стараясь отвлечься от своих мыслей. В голове крутились обрывки разговоров, воспоминания о Владe и о том, как ей будет сложно всё объяснить Артёму.       После уборки Нелли решила приготовить что-то на ужин. Она открыла холодильник и посмотрела, что у неё есть. Вдруг раздался звонок в дверь. Нелли замерла на месте, её сердце забилось быстрее. Она подошла к двери и, открыв её, увидела Артёма. Он стоял с пакетом и цветами, улыбаясь, но на его лице было что-то странное — смесь неловкости и небольшого страха.       Он сделал шаг в квартиру и молча обнял Нелли. Девушка приняла эти объятия, прижавшись к нему. Холод от его куртки заставил появиться мурашки по коже, но Нелли задержалась возле вампира. Ей было тепло с ним, даже сквозь этот холод. Она вдыхала его парфюм, наслаждаясь каждой секундой, пока он немного не отстранился и не протянул цветы прямо перед ней. Это были пионовидные розы — белого, розового и сиреневого цветов. Нежный букет пах чем-то сладким, и Нелли чуть наклонила голову, чтобы вдохнуть аромат.       После этого она подняла голову и улыбнулась Артёму, забирая букет из его рук.       — Спасибо, они такие... нежные, — искренне сказала девушка.       — Как и ты, — ответил вампир, притягивая девушку к себе в поцелуе.       Теперь холод от куртки почти не ощущался. Нелли словно снова вспомнила его губы, их текстуру. Она очень скучала по нему и переживала из-за того, что ей нужно будет рассказать ему о Владе. "А нужно ли?". Эта мысль пронеслась в её голове. Врать ему не хотелось, потому что она знала: рано или поздно эта информация всплывёт, и если не от неё, то от самого Череватого.       Артём, заметив её замешательство, снял куртку и повесил на вешалку. Он был одет в черные свободные брюки и белую рубашку с принтом на рукавах и спине. Нелли провела взглядом по его фигуре, ощущая, как в груди вновь заколебалось тепло.       Они прошли на кухню, где девушка сразу поставила цветы в вазу, а Артём сел за стол и наблюдал за ней. Он думал о чем-то, ловя глазами каждое её движение. Нелли аккуратно расправила стебли цветов, вдыхая их сладкий аромат. Повисло молчание, но оно было какое-то слишком спокойное, как перед бурей. Девушка чувствовала, как напряжение в воздухе нарастает, и это молчание давило на неё. Она не могла не заметить, как Артём смотрит на неё с вниманием, которое заставляло её сердце биться быстрее.       Наконец, Краснов, словно пытаясь собрать силы, шумно выдохнул и чуть приглушённо сказал:       — Нам нужно поговорить.       — Хорошо, — Нелли кивнула, хотя сердце сжалось неприятным предчувствием. Она отвела взгляд, стараясь держаться ровно. — Но сначала... Почему ты не выходил на связь так долго?       Вампир выглядел иначе, чем обычно. Если раньше от него исходили искры уверенности, то сейчас он был почти потерянным. Лицо выглядело уставшим, в глазах плескалась тень растерянности, как у человека, которого сбили с привычного пути. Артём, не вставая, протянул руку.       — Иди сюда, — его голос стал мягче, почти умоляющим.       Нелли поколебалась, но всё-таки подала ему руку. Вампир аккуратно, но настойчиво потянул её к себе. Он встал с места почти резко, возвышаясь над ней, и внимательно посмотрел в глаза.       В этот момент девушке показалось, что он пытался что-то увидеть внутри неё, прочитать, разобрать на детали. Она судорожно попыталась думать о чём-то постороннем, чтобы не выдать своих тревожных мыслей, но взгляд Артёма только становился более внимательным.       — Пошли, — коротко сказал он и крепче сжал её руку, увлекая за собой в комнату.       Когда они сели на кровать, Нелли сразу поджала ноги под себя, устроившись почти по-детски. Артём напротив сел серьёзно, напряжённо: спина прямая, локти опёрты на колени, ладони сцеплены перед ним. Он выглядел так, будто готовился выдать что-то болезненное. Девушка хотела снова переспросить, но он сам заговорил:       — Я не исчез. Я очень хотел позвонить. Написать. Но... мне было стыдно и страшно. Впервые в жизни, — он опустил голову и мрачно усмехнулся. — Обычно для меня такие вещи мало что значат, а сейчас я... растерялся.       Нелли сидела молча, не перебивая.       — После испытания мы пошли в бар. Ну, там всё как обычно: алкоголь, атмосфера. Со мной были Илья и Соня. Потом пришла Вера. Мы немного не ожидали этого, но...       Девушка уже сделала в голове тысячу предположений. И каждое напрягало больше предыдущего, но она не спешила что-то отвечать, а продолжала слушать вампира.       — Все нормально приняли её появление, хотя это выглядело немного странно. Мы тусовались, выпивали. Всё было абсолютно нормально, ну, сама знаешь, как обычно, короче. А потом я понял, что перебрал. Встал, пошёл в туалет, чтобы прийти в себя. Когда вернулся — телефона нигде не было.       Он сцепил пальцы ещё крепче, отчего костяшки побелели, Нелли уловила этот момент и пододвинулась ближе к нему, положив руку на его плечо.       — Пошёл к Илье — у него нет. Потом к Соне и Вере, которые стояли у бара. Сотникова отдала мне телефон и сказала, что забрала, чтобы он не остался без присмотра, — Артём усмехнулся безрадостно. — Ну да, забота.       Нелли почувствовала, как внутри поднимается неприятная волна. "Наверное, тогда и было сделано то фото" — пронеслась мысль, но девушка продолжила слушать Краснова.       — Потом подошёл Илья, и мы продолжили пить. Сознание стало затуманиваться, я помню только обрывки, но всё же. В какой-то момент мне снова стало плохо, и все решили уже ехать в гостиницу. Уже в целом было довольно поздно.       Артём посмотрел на неё, будто проверяя, готова ли она услышать дальше. Его лицо было напряжено, а губы поджаты, словно он пытался контролировать собственную мимику.       — Илья тоже был не в лучшем состоянии. Соня пошла отводить его в номер, а Вера подхватила меня под руку, прямо как мать, и сказала, что проводит. Я тогда ничего не понимал, но помощь реально была нужна.       Нелли затаила дыхание. Казалось, она уже знает продолжение.       — А потом... В номере произошло что-то странное. Я почти ничего не помню, но те обрывки, которые всплывают в голове — отвратительные.       Он замолчал, а Нелли почувствовала, как в глазах начали появляться слёзы.       — Ты хочешь сказать... — она сглотнула, горло перехватило судорогой.       Артём кивнул и развернулся к девушке, тоже поджав под себя ноги.       — Я не помню, как это началось. Но да, Нелли, мы переспали.       Мир вокруг словно рассыпался на мелкие осколки. Внутри бушевали эмоции: боль, гнев, разочарование и предательство. Нелли резко потянулась к телефону и стала лихорадочно листать чаты. Пальцы дрожали, когда она открыла диалог с Артёмом. Фотографии, которая пришла вчера, больше не было. Вампир сидел напротив неё, виновато опустив голову. Его привычная уверенность испарилась, вместо неё на лице застыла печаль. Глаза больше не горели тем вызывающим огнём, который Нелли так хорошо знала.       — Мне это пришло вчера с твоего телефона, — её голос стал хриплым. — Сотникова говорит... забрала на сохранность? Ну да, ну да.       Она нашла в галерее скриншот и, судорожно дыша, показала его Артёму. Вампир молча смотрел на изображение, а Нелли чувствовала, как сердце разрывается от смеси боли и ярости. Но она была не лучше. Девушка видела, как Артём переносит собственное предательство, поэтому в голове появились сомнения, стоит ли ей сейчас рассказывать о своём.       Слёзы захлестнули Нелли. Она всхлипывала так сильно, что уже не могла сдерживать дрожь в теле. Руки судорожно вцепились в ткань собственной футболки, как будто это могло помочь хоть немного справиться с болью, раздиравшей её изнутри. Артём сидел напротив, его лицо казалось спокойным, но Нелли видела, что это только внешняя оболочка. В его глазах отражался внутренний хаос. Огонь, который обычно пылал в этих больших тёмных глазах, погас, уступив место глухой тоске и чувству вины.       — Нелли... — его голос прозвучал тихо, почти неуверенно.       Он протянул руку, но девушка лишь сильнее сжалась, пряча мокрое от слёз лицо. Артём мягко, но настойчиво притянул её к себе, обнял, прижав за плечи.       — Прости меня, — выдохнул он ей в волосы, голос дрогнул.       Нелли дрожала всем телом, её дыхание сбивалось, а слёзы продолжали литься без остановки. Артём аккуратно поглаживал её по голове, его прохладные пальцы скользили по спутанным прядям. Его прикосновения были нежными и осторожными, словно он боялся причинить ей ещё больше боли.       — Я правда... не хотел этого, — наконец выдавил он. — Даже по пьяни не пошёл бы на такое. Но что-то случилось, Нелли.       Его голос становился всё тише, слова застревали где-то глубоко внутри.       — Ты имеешь полное право ненавидеть меня. Но я не хочу тебя терять, слышишь? — добавил он, ещё крепче прижимая её к себе.       Она чувствовала, как его дыхание касалось её виска, тёплое и рваное. Артём извинялся снова и снова, шептал бессвязные слова утешения. Нелли слышала, как его сердце бьётся быстрее обычного, точно так же, как её собственное. Но девушка продолжала плакать, а он гладил её по голове, мягко перебирая волосы и поглаживая по спине. Её плечи содрогались от судорожных вдохов, но постепенно дыхание начало выравниваться. Когда Нелли наконец смогла отстраниться, она протёрла глаза руками, словно пытаясь стереть слёзы вместе с воспоминаниями.       — Ты дурак, — хрипло выдавила она.       Артём нахмурился, но его взгляд остался мягким.       — Почему?       — Дурак, если думаешь, что я уйду от тебя, — всхлипнула Нелли. — А я... я ненавижу себя.       — За что? — он склонил голову, протянул руку и большим пальцем осторожно вытер слезу, скатывающуюся по её щеке. Но за ней тут же появилась следующая, обжигая его палец.       — За всё, — тихо ответила она.       Артём молчал, ожидая, когда она решится продолжить. Нелли глубоко вдохнула и начала говорить. Она рассказала, что уговорила Влада попробовать отменить договор. Рассказала про кладбище, про ритуал. И про то, что было с ней во время этого ритуала: слёзы, онемение, нехватка воздуха, мнимые удары, слова демона.       — Череватый совсем уёбок?! — голос вампира прозвучал грубо. — Какой человек в здравом сознании потащит неподготовленную девушку на кладбище? И станет привлекать к ритуалу. Блядь... А сейчас? Ты в норме?       Нелли невольно улыбнулась сквозь слёзы — его ярость выглядела почти забавной на фоне того, что она не рассказала самое главное.       — Я ещё не дошла до сути, — тихо добавила она.       Артём нахмурился, но замолчал, позволяя ей продолжить.       — После ритуала мы вернулись в гостиницу... — её голос дрогнул, а руки снова начали дрожать. — А потом...       Она замолчала, словно кто-то внезапно лишил её возможности говорить. Слова застряли где-то глубоко внутри, не желая вырываться наружу.       Артём поджал губы, его взгляд стал настойчивым, полным непонимания. Постепенно глаза вампира округлились, словно он догадался о том, что она пытается сказать. Он осторожно притянул девушку обратно к себе, обняв уже не так напряжённо, а как-то мягче, бережно.       — Я понял, — сказал он серьёзным, почти разочарованным голосом.       Нелли всхлипнула ещё громче и разразилась новыми слезами, чувствуя, как боль окончательно переполняет её изнутри. Артём осторожно, но настойчиво прижал девушку к себе, словно пытаясь защитить от всех переживаний, что разрывали её изнутри. Он почти силой увлек её назад, заставив упасть вместе с ним на кровать. Матрас мягко прогнулся под их весом, покрывало слегка смялось, но никто из них не обратил на это внимания.       Они оказались на боку, тесно прижавшись друг к другу. Артём обвил её одной рукой за спину, укрывая как одеялом, а другой продолжал мягко гладить по голове, перебирая спутанные пряди. Нелли всё ещё всхлипывала, но её тело уже не содрогалось так сильно. Она уткнулась лицом в его грудь, чувствуя, как под прохладной кожей бешено колотится сердце вампира.       — Прости меня, пожалуйста, Тём, — хрипло прошептала девушка, притянувшись к его уху. — Прости, если сможешь.       Нелли снова вжалась в его плечо, стараясь спрятаться от собственных эмоций. Гнев, боль и разочарование не отпускали её, но одновременно ей хотелось остаться здесь навсегда — под его рукой, где казалось чуть безопаснее.       — Я сам виноват, — тихо проговорил вампир, его голос не дрожал, но звучал расстроенно. — Я должен был оберегать тебя. И нас.       Артём замолчал, прижимая Нелли к себе ещё крепче, словно боялся, что она растворится в своих эмоциях и исчезнет. Его пальцы осторожно скользили по её спине, будто пытаясь успокоить дрожь, которая всё ещё пробегала по телу девушки.       — Если бы я была сильнее... — прошептала она, её голос всё ещё хрипел от слёз.       Артём нахмурился, опуская взгляд к её лицу.       — Не говори так, — твёрдо сказал он, но его тон оставался мягким. — Не смей винить себя.       Нелли чуть отстранилась, их взгляды встретились. В её глазах всё ещё блестели слёзы, но теперь в них читались решимость и боль одновременно.       — Но это правда, — упрямо возразила она. — Я переспала с Череватым...       — А я? — перебил Артём, голос чуть повысился, но затем он взял себя в руки. — Я напился до бессознательного состояния и оказался с женщиной, которая старше моей матери. Это я подвёл тебя, Нелли.       Она снова почувствовала, как сердце болезненно сжимается. Они оба ошиблись, оба ранили друг друга, но сейчас, несмотря ни на что, ей хотелось лишь одного — чтобы он остался рядом.       — Ты прав, — сказала девушка тихо. — Мы оба облажались.       Артём молчал, поглаживая её по щеке. Его взгляд стал мягче, но в нём всё ещё отражались вина и боль.       — Но я знаю одно, — добавила Нелли, пытаясь говорить увереннее. — Я не хочу тебя терять.       Вампир прижал её голову к своей груди, и девушка услышала, как его сердце снова ускорилось.       — Я тоже не хочу, — выдохнул Артём. — Чёрт, прошло не так много времени, а я уже не представляю жизни без тебя.       Они замолчали, просто слушая дыхание друг друга. Постепенно напряжение между ними начало спадать, уступая место теплу и спокойствию. Нелли почувствовала, как слёзы окончательно высохли, оставив после себя лишь лёгкую усталость.       — Только пообещай мне одно, — тихо сказал Артём, приподняв голову.       — Что угодно, — ответила девушка без раздумий.       — Больше никаких глупостей. Если у тебя появляется хоть какое-то сомнение в действии, в выборе, то говори. Если тебе нужна помощь или защита, то говори. Я же... мужчина, в конце концов.       Артём улыбнулся, хоть эта улыбка и была немного грустной. Сейчас он был совсем не похож на себя обычного, но даже так не терял своего шарма.       — Обещаю, — твёрдо ответила Нелли. — И ты тоже обещай — никаких Вер Сотниковых.       Он невольно рассмеялся, показывая ту самую улыбку.       — Обещаю.       Артём аккуратно наклонился и коснулся её лба поцелуем. Это прикосновение было лёгким, но в нём чувствовалось больше, чем простая нежность — это был символ их решения двигаться дальше, несмотря на всё произошедшее.       — Поехали домой, кошка, — Краснов крутил между пальцев прядь её волос, — тебе нужно отдохнуть.       — А я дома, — протянула девушка.       — Ты же прекрасно понимаешь, о чём я.       — А ты — нет, — она рассмеялась и обняла его, хотя на душе всё ещё было немного тяжело.       "Ты — мой дом, Краснов" — пробежало в голове Нелли, но она подумала, что это будет звучать слишком "сладко" в этой ситуации.

***

      — Ну чё, уёбище, довольный? Теперь нам надо ебашить в два раза больше, чтобы победить.

      Влад сидел в машине на обочине дороги. Сразу после возвращения в Москву он решил съездить на кладбище, но по пути туда снова появился Толя. Снова темнота, тошнота и головокружение. Слава Дьяволу, что чернокнижник успел встать на аварийную сигнализацию. Он откинул голову назад, стараясь проморгаться, но всё было без толку. — Толя, блядь! Ты чего ноешь? Как баба, ей-богу. "Не победим", "Проиграем" — тьфу! Раньше и без этого побеждали? Побеждали.

— Раньше ты не был готов менять победу на проститутку. В этом и отличие, Владюш, в этом и отличие нахуй! Ты стал морально слаб, а ещё меня бабой называешь. В следующий раз за такие слова по ебальнику получишь, понял?

      Запах гнили ударил в нос, отчего Череватый поморщился. Он до сих пор не мог привыкнуть к физическим проявлениям демона. Хорошо, что хоть его голос звучал только в голове, а не проявлялся по-настоящему. — Хорошо. Дальше... что? Всё нормально? Мы теперь с Красновым боремся на равных со всеми, да?

— Еба-ать, а давно ли мы такие честные? Или ты оптимист и всё ещё рассчитываешь на то, что девка теперь на хуй твой прыгнет от большой любви? Наивный ты какой, Череватый, просто блевать тянет.

      Влад промолчал. Последнее, что он хотел обсуждать с Толиком — Нелли. Он не хотел, чтобы демон трогал её что словами, что физически. — А зачем ты издевался над ней? На кладбище тогда. Я почти уверен, что ей не должно было достаться, я же стоял за ней, вся хуйня твоя на меня лететь должна была.

— АХРХАРХРХАААХАХ, как же правильно говорят "Когда приходит любовь — мозги отключаются", пиздец. Ты подумай, блядь, как бы я отменил эту хуйню, если у меня были только вы двое? Вампирчика не было, а значит мне через её бошку до него лезть пришлось, а тут, извините, хозяин, защита твоя бесполезна. Она на себя его боль взяла.

      Влад нахмурился, не совсем понимая слова Толика. Договор должен был быть отменён или... он снова обманул? — Слушай, давай ещё раз... Теперь договора нет? Мы смогли расторгнуть его без Краснова?

— Ты меня членом слушаешь или чем? Да, блядь, да! Ты думаешь, девка просто так запрыгнула на тебя? Наивный, как утренний петух. Я же чётко объяснял — Матвеев бабе твоей всю малину слил. Этот чернокнижный хмырь сразу всё просёк: чтобы расторгнуть договор можно было подстроить еблю девки с тобой, а вампирчика с кем-то другим. Я и подстроил. А ты чё, сукин сын, думал, что я просто снял, что всё само собой рассосалось? Не-е-ет! АХАРХРРАХРАХ.

      Чернокнижник ещё раз прокрутил в голове слова демона, а после события прошлой ночи. В теле появилась неприятная дрожь от осознания, что Нелли делала это не по своему желанию, а по велению Толика. Но у него родилась мысль — если вампир изменил, то это очень ранит её, а значит, это шанс разрушить этот чудесный союз. — Получается, Краснов тоже ебал кого-то прошлой ночью?       Толик захлебнулся своим мерзким смехом, который прошёлся скрежетом по ушам Влада и ещё долго звучал эхом.

— Ой, ты сейчас упадёшь, Владик! Хочешь знать с кем? Обоссышься от смеха, бляха! АРХХАРРМАХА! Там вообще эпопея целая. Я этой ночью как ломом махал, чтоб его уломать. Чернова-то проще, она хоть что-то к тебе чувствует, а этот... упрямая пиявка сопротивлялся до последнего. Повезло, что под градусом был и не в работе. Если бы хоть чуть собранней оказался, то хрен тебе, а не расторжение, понял? ХАХАРХХРАА!

      Влад улыбнулся, чувствуя, что они с демоном снова поймали общее настроение. Теперь ему было даже интересно похождение Краснова прошлой ночью. — Рассказывай, не томи, ебать, Толя! — чернокнижник продолжа улыбаться, игнорируя неприятные симптомы демона.       Толик хмыкнул и издевательски протянул:

— Верка.

— Верка? Что за Верка? — переспросил Череватый, совсем не понимая про кого речь. Он предположил, что Толик назвал имя какой-нибудь фанатки, которая дала Краснову за смазливое лицо, но пока не стал озвучивать это.

— Верка Сердючка, блядь! Ну не тупи, Черри! Сот-ни-ко-ва. Она же это... почитательница юных талантов. Седьмой десяток скоро отбухает, а всё на молодых засматривается. Я, сука, в жизни не видел такой хватки, как у неё! Ух-х, блядь, как нам повезло, что она поехала с ними в съемки. Бестия прям, не растерялась.

      Чернокнижник невольно фыркнул, пытаясь представить эту картину, но Толик не собирался останавливаться.

— У неё там, наверное, "гран-при за лучший отжим" висит на стенке, как у чемпионов, понял? Постаралась, "малышка", я тебе так скажу. Краснов чёто бунтовал, но в итоге сопротивляться перестал — понял, что выхода нет!

      Влад захохотал, но это был скорее нервный смех — жёсткое осознание того, что Сотникова, которую он знал как любвеобильную и яркую женщину, вписалась в эту историю, било по остаткам здравого смысла.

— Так что, скажешь спасибо, Черри, за то, что я как мог подстраховал всё это дело? А то твоя "любовная терапия" с девкой — это, блядь, только половина дела была.

      Череватый снова рассмеялся громко и надрывно, хлопнув по рулю ладонью. Смесь нервов и абсурда накатила так сильно, что он не мог остановиться. — Спасибо, Толя! Ахуенно сделал! Если бы не ты, хрен бы Краснов кого-то отымел. Влюбился он, блядь, вампир несчастный. А ты прям этот, купидон демонический!       Толик весело захрипел.

— АХАРХРАХРА, да. Купидон, только с вилами и огнемётом, бля!

      Влад самодовольно улыбнулся, чувствуя, как внутри постепенно стихают гнетущие мысли о прошлых проблемах. Но Толик не собирался отпускать его так легко. Демон ядовито захихикал.

— Ну чё, Черри, теперь ты можешь смело бежать к своей девочке. Сдавай этого вампирчика с потрохами, вытирай ей сопли и слюни с глаз.

      Голос демона стал ещё более язвительным:

      — И попутно засовывай свой хуй обратно на место. Любовь спасёт мир, ёптыть! Или хотя бы тебя.

      Влад продолжал смеяться, периодически покашливая от нехватки воздуха и приступа. Оказалось, что договор и правда обернулся сплошными проблемами, но его отмена очень помогла. Постепенно неприятные симптомы начали утихать, и он смог продолжить путь к кладбищу. Зрение прояснилось, тошнота отступила, а дыхание стало ровным и равномерным.