Часть 1

Шумный огромный город, такой же как и парк в самом его центре, что кишел людьми в будний день. Кто-то гулял с собаками, кто-то с детьми, некоторые люди сидели на газоне с ноутбуками, предпочитая работать на свежем воздухе нежели в душном офисе или квартире. Я же сходила с ума, сидя на лавочке под тенью огромного кедра, наблюдая за толпами людей. И с радостью отправилась бы обратно в дом, где прожила столько лет с такими же как и я — сиротами, беженцами. Там, где вокруг лес, рядом огромное озеро. А вместо бесконечного шума от сирен полицейских или скорых и машин пение птиц. Даже воздух другой, свежий, прозрачный и полный спокойствия. Как я любила Байкал, как мне нравилась моя жизнь и мои друзья. — Он в миле на восток, — сев на край лавочки, тихо проговорил ворон, нагло выдернув меня из моих мыслей. — И в очередной раз не один. Я закатила глаза от раздражения. И тянуть больше не могла, и действовать сейчас было рискованно. — Дай посмотрю, — потребовала я, уже зная, что сейчас начнется истерика. — С ума сошла? Да тебя увидят! — разразился криком Хаг, расставив в стороны свои черные крылья. И конечно на него моментально обратили внимание прохожие, а мне пришлось махнуть рукой, чтобы прогнать эту надоедливую птицу от себя. Хоть окружающие и слышали лишь его грубое «кар», представление он устроил знатное. И теперь я точно привлеку внимание, потому что меня заметили. А так кто бы обратил его на серую мышку, которая сидела на лавочке совершенно одна. Слишком худощавая, в мешковатой бесформенной одежде, с запутанными светлыми волосами, еще и грязная. Очередной бомж или неудачница, которая решила попробовать покорить Америку, и растратившая в первые дни все деньги, что заставило уйти на улицу, жить за счет волонтеров и местной власти, пытаясь выплыть из ямы, в которую сама себя и загнала, разбив вдребезги свои розовые очки о счастливой Американской мечте. Я встала и неохотно пошла в сторону, куда улетела моя птица, порой обращая внимание на людей, особенно тех, которые гуляли с собаками. Как же мне не нравились их хозяева, которые почему-то совершенно не обращали внимания на своих питомцев. Да, люди не умели понимать их языка, но по собакам и так было заметно, что на такой жаре им было не комфортно, даже если рядом и стояла миска с водой. И если маленькой чихуахуа было еще более-менее сносно, то вот хаски или же черному ротвейлеру, который лег возле кустов и тяжело дышал, уже совершенно плохо. — Тихо, малыш, — я не смогла пройти мимо и села рядом с животным, положив на его грудь свою ладонь. — Потерпи… У его шерсти прошла еле заметная зеленая дымка, которая должна была помочь ему прийти в себя. И буквально через секунду дыхание у пса выровнялось, а глаза прояснились. — Спасибо, — тихо прорычал он, садясь на лапы. Я кивнула ему и по-быстрому пошла в сторону, так как его хозяин, сидевший рядом и уминающий бургер, заметил меня и уже сыпал в мою сторону грязными ругательствами, так как я посмела тронуть его пса. И кем я только не была: бомжихой, отребьем, пропащей или шлюшкой-неудачницей. Как я ненавидела за такое людей, которые не знали меня, но готовы были вцепиться в горло, сломать шею и убить, потому что я отличалась от них просто внешне. Почему и любила я лишь животных и своих друзей. — Ты может займешься делом? — проскулил Хаг, который уже бежал рядом со мной, наложив на себя иллюзию рыжего шпица, что заставило меня улыбнуться, ведь ворон ненавидел этот вид магии и использовал в крайнем случае. Например как сейчас — вынести мне мозг. — Веди уже, Бобик, — тихо прошептала я, зная, что мой друг услышит, но то, что он меня укусит, никак не ожидала. И я бы пнула его сейчас, да чтобы отлетел подальше, только вот люди смущали. А точнее их реакция и статья за жесткое обращение с животными. Хаг побежал вперед, виляя хвостом, а я злобно смотрела ему в след, пока не поймала взгляд парочки, сидевшей напротив на скамейке. Они слишком удивленно смотрели на меня, посмотрев представление, как мой пес меня укусил. — Ему в щенячестве голову повредили, малесь тупенький, — покрутив указательным пальцем у виска, объяснила я. Но они посмотрели на меня с неприязнью, поэтому я направилась вслед за вороном-песиком, сдерживая негатив внутри. Вот все судили по одежке… Но от меня даже не воняло, не говоря о большем, и тем более меня никто не знал, а уже относились с омерзением. Как же я не люблю людей… — Я его убью… — прорычала тихо я, остановившись, когда увидела, что это чудовище делает. Нам надо было незаметно подкрасться, столкнуться и вытащить карту. Легче-легкого, но Хаг все испортил. Просто блохастая псина, не иначе. Он прыгал вокруг крупного блондина и вилял своим закрученным хвостиком, даже язык высунул. — Бобик! Ты что творишь? — зная, что его это точно заденет, еще и пытаясь придать голосу искреннее удивление, прокричала я, направляясь к мужчине. Капитан Америка — как много в этом слове: гордость, величие, сила, отвага, самоотверженность. Лицо великой страны, которую я ненавидела, которая разрушила мою жизнь. — Простите, он такой неадекватный порой… — скривившись, проговорила я, быстро подходя и придумывая план, как мне провернуть сейчас все это. — А по-моему, он милый, — улыбнувшись мне, проговорил мужчина. И этим он смог удивить меня, ведь не смотрел на меня как на изгоя или бомжа, а просто общался. Это заставило меня застыть, но только на секунду. Этот дурак Хаг укусил его за палец, когда Роджерс пытался его снова погладить. — Боже, простите, простите, — уже искренне извинялась я, поднимая этого сумасшедшего пса-ворона на руки. — Он привит… — продолжала говорить я, схватив Капитана за руку, чтобы осмотреть повреждения. — Его в детстве хорошо побили, поэтому он немного неадекватный. Я куплю ему намордник, честно… И поводок, старый порвался… — Стой, — остановил мой треп мужчина, забрав свою руку и напряженно смотря на меня. Вот мне сейчас искать слов оправдания к моему внешнему виду только не хватало. — У тебя все хорошо? — насторожено спросил он. — Было все супер, пока этот засранец не укусил вас, — невинно похлопала я глазками. — Еще и время… Господи, мне пора на работу… Туалеты не мыты, — хрипло произнесла я, готовая уже валить подальше. А вот мое сердце, которое слишком быстро билось в груди из-за адреналина, так и грозилось меня выдать. — Туалеты? — удивленно спросил он, комично подняв обе брови. — Да, я уборщицей работаю, — я повернулась, чтобы показать на любую высотку, находившуюся за пределами парка, но мой палец уткнулся в грудь Барнса, который как-то слишком незаметно оказался позади меня. А это плохо… Очень плохо. Я за ними следила несколько дней, и он отличался от своего добродушного друга слишком сильно. — Зимний солдат… — прохрипела я испуганно. И это вышло натурально, потому что я действительно боялась, что он мог заметить, как я вытащила карточку у Стива из кармана. Еще и Хаг начал злобно лаять на него, от чего Барнс лишь сжался. Похоже, что ему неприятно было такое. — Я уже не он, — ледяным тоном произнес он, нечитаемым взглядом посмотрев на меня. — Что случилось? — Мой пес укусил вашего друга… Я уже извинилась… Не убивайте… — все пятясь назад, изображала я из себя натуральную идиотку. И похоже мужчины верили. Баки отвернулся, ощущая себя мерзко, что его узнали и так боялись, а его лучший друг, зная, каково такое слышать для него, попытался поддержать его. — Еще раз извините, мистер Роджерс… — тихо проговорила я и по-быстрому пошла на выход из парка. — Все хорошо, — бросил мне в спину он. Но я даже не обернулась, быстро семеня по дорожке. И сейчас огромное количество людей мне было только в радость, потому что я очень быстро затерялась в толпе. — Ты дура, знаешь, — недовольно проговорил Хаг, семеня на своих маленьких лапках рядом со мной. — Барнсу не надо было этого говорить. Он мало того, что запомнил тебя. Так и не отводил своего взгляда, пока ты сбегала. Не удивлюсь, если еще найти тебя захочет и доказать, что он нормальный. — Не неси ересь, — тихо заговорила я. И никто не обратил никакого внимания на мой разговор, ведь все так привыкли к беспроводным наушникам. Хотя, в таком огромном городе, где жили помимо богатеев и среднего класса куча ненормальных, люди на такое даже не обращали внимания. Все были слишком заняты. — Лети и следи за ними, а я в башню. — Какая ты зануда, — тихо тявкнув, Хаг забежал за угол здания. И через секунду оттуда вылетел черный ворон, направляясь обратно в парк. Так как время у меня было очень ограничено, действовать приходилось быстро. Но это того стоило. Свобода — это лучшее, что можно было пожелать. Я пробиралась через толпы людей, идущих волнами по Манхэттену, порой сбивающих меня, потому что я была для них отбросом? По крайне мере мне так казалось. Когда я дошла до старого здания, которое чудом еще осталось стоять практически в центре Манхэттена, то уже была порядком измотанная. И то, что время близилось к обеденному, заставляло сильно спешить. Зайдя в затхлую комнатку, я сразу скинула с себя невзрачную широкую одежду, ощутив облегчение. На кровати лежал уже более удачный костюм — обтягивающие черные штаны и такая же футболка с черным жакетом. Но стоило мне только взять одежду в руки, как я услышала тихие глухие шаги позади и застыла. — Планы поменялись, — раздался хриплый голос Брока. Я закрыла глаза. Снова… Стоило только почувствовать толику приближения свободы, как снова все переворачивалось. Ну почему нельзя было просто выполнить задание и уйти? — Что снова? — недовольно пробубнила я, натягивая на себя футболку. — Нужно будет задержаться, — непринужденно произнес мужчина, а я обернулась к нему. В его черных глазах невозможно было увидеть и толики тепла или сочувствия. Они были холодные, жестокие и черствые, как и вся его натура. — Ты похудела, — недовольно пробормотал он. — Тебе выделили бюджет, неужели продукты так дорого стоят? — ухмыльнулся он, недобро смотря на меня. — В тумбочке наличка, — кивнув в сторону покосившейся серой и потертой мебели, произнесла я. — Мне было не до еды. Я сцепила зубы, ощутив прикосновения его шершавых пальцев на своих бедрах. И была готова его порвать на части, либо самой разорваться на мелкие нити, только не ощущать его прикосновений. Но на кону стояло куда более важное. — Как вся сжалась-то, — хрипло посмеялся он, но убрал руки от меня. После чего я быстро начала одеваться дальше. — Прошел слух, что помимо нашей вещички у Старка появилось что-то более мощное. Как же вовремя… И почему я? Наверное из-за Хага, который мог стать почти кем угодно, только ненадолго. — Что от меня требуется? — твердым и холодным тоном спросила я, будто всю жизнь была солдатом или агентом. — Засветиться в башне Старка, пускай думают, что ты воришка, — ухмыльнулся Рамлоу, нагло открыв мой скрипучий шкаф. И то, что я там увидела снова сильно поношенную одежду, меня разозлило. — Покажи им часть своей силы, заинтересуй, потом беги, — сухо произнес он, снова оценивающе посмотрев на меня. Да, я выглядела крайне комично с одной-то надетой штаниной. — Еще требования? — поинтересовалась я, начиная раздеваться, так как в нормальной одежде мне была не судьба походить. Брок ухмыльнулся и хоть и не видел моего смущения, которое я старательно пыталась не показывать, отвернулся, начав медленно идти в другой конец комнаты. А я направилась к шкафу. — К Старку даже не пытайся прибиться. Роджерс слишком сентиментальный, ты должна заслужить его доверие, — твердо произнес он. — Но для начала просто засветись перед ними. Покажи, что ты не просто человек. А дальше тишина, которая также сильно и смущала, и раздражала. Ведь я чувствовала его взгляд на себе. И пускай, что на мне было нижнее белье, а потом я надела очередную серую и широкую кофту, я даже в одежде ощущала себя обнаженной, когда он смотрел. — Приняла, — лишь кивнула я. — И помни… — Я помню. Прекрасно. Мы обменялись холодными взглядами. Рамлоу был доволен моей покорностью, а я старалась не показывать своего страха. Хороший солдат, а главное верный. И Брок пользовался этим, ведь знал, на что надавить. — Через три дня здесь, — отчеканил он, подмигнув мне и вышел из квартиры. Снова новый план. И желательно срочно, потому что карту скоро заблокируют, ведь не может быть Роджерс настолько рассеянным. А мне хоть думать не пришлось, как это все объяснить Хагу. Он сидел на перилах балкона и внимательно смотрел на меня. — Тебе со мной нельзя, — с горечью произнесла я, зная, что он и через закрытые окна услышит. Ворон не ответил, он раскрыл свои крылья и, громко каркнув, взлетел в небо, оставляя меня одну в моем кошмаре. И хоть я знала, что он в любом случае будет рядом, моя душа все равно сжималась от боли.