Часть 19

Вода смогла смыть с меня всю грязь, а гель для душа и шампунь избавили от неприятного запаха. Я даже немного ожила. Но стоило покинуть душевную, как мое настроение снова опустилось. На тубе лежал аккуратно сложенный комплект одежды для меня, состоящий из белой туники и коротких шорт. Нижнего белья не было, но чужое я бы побрезгала надевать. А вот моя грязная одежда пропала, хотя я не слышала, чтобы кто-заходил в ванную. Я вытерлась полотенцем, но не смела прикоснуться к одежде. Почему-то вопрос происхождения ее сейчас волновал меня сильно. Возможно, это было потому, что я представляла, как Тони приводил девиц на одну ночь в этот коттедж, и одна или несколько из них оставили свою одежду тут. Я просто обернула полотенце вокруг своего тела и вышла из ванной комнаты. Баки сидел на краю кровати, опустив лицо в ладони. И от его замученного вида кровь в моих жилах застыла. Я настолько сильно злилась на этого человека, что передать словами было сложно. Но любила его сильнее. Сдвинуться с места сил у меня не хватило, так как я не знала, что вообще мне делать. Развернуться и уйти? Или остаться и действительно поговорить с ним? Баки, убрав от лица ладони, поднял голову и посмотрел в мою сторону. Я заметила, как на миг расширились его глаза, стоило увидеть, что я не оделась. И сейчас я чувствовала себя обнаженной, несмотря на махровую ткань, закрывавшую интимную часть моего тела. — Я же оставил тебе одежду, — прочистив горло, проговорил Баки, стараясь смотреть в мои глаза. Но свои я старательно отвела, чувствуя, как смущение одолевает меня. — Я не хочу надевать на себя то, в чем ходили… — как же хотелось непристойно назвать женщин Старка, но язык не повернулся, — любовницы всеми известного хозяина этого особняка. Баки засмеялась, покачав головой. Но, облизнув губы, он поднялся со своего места и направился в мою сторону. Мое сердцебиение участилось, но я не сдвинулась. Я, вроде, не боялась его. Но и произошедший между нами скандал давал понять, что этого человека я знала очень плохо. Не знаю, заметил по мне это Барнс или нет, но виду не показал. Он остановился в шаге от меня, не отрывая своего взгляда от моего. — Одежду сделал Локи специально для тебя, — уточнил он. — Знаешь… — Баки замялся, но все также пристально смотрел в мои глаза, и я, не в силах выдержать его, опустила свои. — Когда я принес тебя израненную после твоей попытки поживиться в башне, мы уже предполагали, что ты могла на кого-то работать, — начал рассказывать он, а я затаила дыхание. — Потом нападение монстров на Нью-Йорк, один из которых оказался возле твоего дома, а второй накинулся на тебя. Тони предложил остаться тебе, но не по доброте душевной, а ты просто вызвала подозрение у нас всех. Я закрыла глаза. Мне было сложно такое воспринять, но я и тогда понимала, что это было не просто так. Только слышать сейчас это из уст Баки казалось куда больнее. — Естественно мы обсуждали тебя, следили, — продолжил он. — Я даже предположил, что ты работаешь на Гидру. Но никогда, — Баки аккуратно поднял мое лицо за подбородок, заставляя посмотреть на него. — Я никогда не делился с остальными тем, что ты мне рассказывала. Моя душа сжалась, заставляя снова окунуться в омут боли и терзания. — Баки, я… — попыталась я объясниться, но он не дал мне продолжить, прислонив большой палец к моей нижней губе. — Этой ночью я пошел за тобой, хоть ты была и против. Не потому, что хотел проследить, а потому, что желал уберечь, — говорил Баки, а в его голубых глазах я видела боль и разочарование. Холод и злость, желание убивать такое же сильное, какое испытывала и я. — Когда я говорил, что ты для меня не игра, я не врал. Ты сама утверждала, что плохо, но можешь видеть ложь, — все держа руку на моем лице говорил он, желая, чтобы я увидела и поверила в то, что он не врет. — Ты же мне ответила, что тоже. Но я мог тебе только лишь поверить, ведь не могу, как это делаете вы с Локи, читать ложь. И я поверил, — он отпустил меня, отойдя на шаг. — Но я постоянно теряю тех кого люблю. Локи сказал, что не заметил никакого влияния на Стива, когда он был с нами. И он напал на меня со спины, когда я отказался оставить тебя. А ты… — Баки… — снова попыталась остановить его я, но он прикоснулся костяшками пальцев к моему лицу, и я замолчала. — Я понимаю твою боль и недоверие ко всем, Сунна, — тихо проговорил он, а я сжалась, слыша свое имя. — Ты богиня, а я просто человек, что полюбил тебя. Но, пожалуйста, если ты не чувствуешь ко мне ничего, то… — Баки, я… — прервала я его, но сама умолкла, встретившись с его ледяным взглядом. — Я просил просто выслушать меня, Сунна, — продолжил он, потому что мои слова застряли в горле. — И я не отказываюсь от тебя. Пойми одно, что не только с тобой случается плохое. И есть люди, которым ты дорога. Баки провел костяшками по моей щеке, вытирая слезы, которые я не смогла сдержать. — Как ты могла заметить, то я тоже плохо держу себя в руках, — продолжил он. — Прости за это. Но не только тебе в спину воткнули нож. Отдохни немного, нас ждут тяжелые дни. Убрав от меня руку, Барнс на несколько секунд задержал взгляд на мне и вышел из комнаты, оставив меня одну. Слышать его признание было слишком больно. Я все стояла и смотрела в пол, слушая звенящую тишину. Хаг сидел у изголовья кровати, ничего не комментируя. Мы оба сейчас не понимали, как себя вести. Баки был прав, я обязана была его выслушать, но предпочла его своему гневу и злости. Я ощущала и сейчас его в своем теле. Странная магия, казавшаяся чужой, но далекой. Она была практически в каждой клеточки моего тела, только не подвластной, как это было со светом и огнем. С ними мне было легко, они были частью меня. Но это…

***

Баки шел по коридору, засунув руки в карманы джинс уже больше по привычке, нежели пытаясь скрыть свою бионическую конечность от чужих глаз, которых в этом коттедже не было. Его небольшой и более-менее привычный мир, что с таким трудом он смог создать после ухода от Гидры, рушился. Сейчас Барнсу хотелось разрушить все вокруг, убить всех причастных, но он умело держал себя в руках. «Умело», — остановившись, он истерически усмехнулся, задрав голову вверх. Когда он последний раз терял над собой контроль? Даже сложно сказать. Но сегодня… Отчего-то в его воспоминаниях возникла красная комната с девушками, которых называли Черными Вдовами. Наемные убийцы, совершенные в своем деле. Такие похожие на него, но другие. Грубость — это то, что заставляло их слушаться. И он был Зимним солдатом, был груб и никогда не церемонился. Эта же грубость сегодня проскочила и с Марго. Баки даже не знал, как ее называть. Сунна или Марго? Ему нравились оба имени. Но ее родным он решил назвать только из-за того, что Локи рассказал. Ей было больно из-за предательства друзей. Но то, что она отвернулась от него, что отказалась даже поговорить… Ожидаемо, но чертовски больно. — Как успехи? — скрестив на груди руки, Локи уставился на Барнса. — Как ты и говорил, она разбита, — пожал плечами он, кинув взгляд на стоявшего в дверном проеме бога. Мужчины смерили друг друга холодным взглядом. Оба переживали за девушку, оба по-своему любили. А Локи пришлось смириться с присутствием в жизни своей дочери Барнса. Как бы он не хотел, но сейчас ей нельзя было уходить в себя слишком сильно, иначе последствия будут ужасающие для всех девяти миров. По сути трикстеру на них было плевать, только вот на дочь нет. — Она послала тебя далеко и надолго? — поинтересовался Локи, идя рядом с другом. Они даже смотрелись одинаково. Единственное, что на Локи был черный брючный костюм, он был выше на голову Баки, но Барнс казался в разы шире. Но оба шли, засунув руки в карманы и пристально смотря вперед, будто кто-то собирался на них наброситься. — Пыталась, — односложно ответил Баки, тяжело выдохнув. Ему было тяжело воспринимать Локи отцом Марго. Хоть он и замечал явные сходства между ними. — Но ей пришлось выслушать. Я дал понять, что я ее не предавал и никогда так не сделаю. Локи покачал головой, прикрыв глаза, но принял ответ. Ведь его дочь для него так и осталась маленькой любопытной девочкой с добрым сердцем. И ее «друзья», что посмели осквернить его, заплатят за это жизнями. Трикстер не перережет им горло на глазах у всех, хотя это был бы замечательный способ показать остальным, что будет с теми, кто посмеет тронуть его дочь. Но живыми ни Ванда, ни этот сопляк Пьетро не останутся. — Нет, вот откуда ты все знаешь? — донесся до них возмущенный голос Тони. — Старк, если ты смотрел бы не только на выпуклые части тела, то сам бы понял, — пробубнила Романофф, быстро печатая на своем планшете. — Понял что? — недовольно спросил Баки, зайдя на кухню, где расположились остальные. Он отодвинул стул и сел возле стола. — Тони удивлен, что я сразу догадалась о родстве Локи и Марго…или Сунны?.. — она вопросительно посмотрела на Барнса, который пожал плечами, сам не зная, как ее называть. А следом на Локи, но тот, как обычно, просто волком смотрел на всех. — Ничего не меняется, — она открыла холодильник и достала три бутылки пива. — У них глаза совершенно одинаковые, будто под копирку. Похожая мимика, — объяснила она, дав Барнсу и Локи по бутылке пива, а свое открыла и отпила. — Я не вижу ничего особенного в вашем парне, — подал голос из дальнего конца кухни Бэннер. — Мне нужна лаборатория, тогда, может, я и скажу, как нам блокировать его силы. — Лаборатории больше нет, — недовольно пробубнил Старк. — Его чокнутая сестра только чудом никого не убила. А вот почему ее магия не подчинила нас?.. — он замялся, бросив взгляд на Локи. Оставшаяся часть команды также посмотрела на бога, кроме парня в черной маске, который не проронил ни слова за их дискуссию, что длилась уже час. — Я не заметил какого-либо воздействия на разум Стива, повторюсь, — поняв, что придется что-то сказать, неохотно начал Локи. — Но я не присматривался к нему, так как меня это не интересовало. Я могу… — он замялся, посмотрев на Барнса с прищуром, — кое-что проверить. — Даже не думай! — прорычал Баки, не собираясь быть его подопытным. Локи растянул зловещую улыбку, все же намереваясь проверить свою теорию. — Наташа, расскажи нам про ваше попадание к Литвинову? — переведя взгляд на Вдову, попросил он. Романофф пожала плечами, потому что ей не казалось это какой-то сложной темой. Но, открыв рот, она не смогла произнести и слова, озадаченно уставившись на трикстера. — Я ничего не помню до момента, пока Сунна не начала меня лечить, — тихо произнесла она. Локи подошел к девушке, которая напряглась, уставившись на него. — Не надо рыться в моей голове, — улыбнулась она на одну сторону, только произнеся это с угрозой. — Если моя теория правдива, то я не смогу, — ледяным тоном произнес бог, остановившись в шаге от нее. Наташа покачала головой и сделала большой глоток из своей бутылки. А следом, приподняв ее, кивнула. Она ни разу не задумалась о том, что тогда произошло. До вопроса трикстера у нее даже не появлялось желания вспоминать о том моменте. Локи прикоснулся к ее вискам, и зеленая дымка начала окутывать голову девушки. Но резко она поменяла цвет на красный и рассеялась. — Тебя Сунна вылечила, — предположил Локи, внимательно посмотрев на Наташу, — и сняла влияние Ванды. С Барнсом она… — Локи остановился, не дойдя до стула, на котором сидел. — Это все и так знают, — сквозь зубы процедил он, а следом перевел взгляд на Старка и приподнял правую бровь. — А у тебя что было с моей дочерью? Тони округлил глаза, подняв руки, сообщая этим, что к девушке он не прикасался и даже не думал. — Она лечила и Стива, — ледяным тоном процедил Барнс, с силой сжав бутылку пива, которая чуть ли не треснула. — Его ногу ранили читаури… — Ногу, но не голову, — все же настоял трикстер. — Я сейчас даже не смог приблизиться к разуму Наташи, — тяжело выдохнул он, переживая совершенно о другом. И это не укрылось от внимательного взгляда Баки. Он сильно волновался и за своего друга, и девушку, которая стала для него слишком дорогой. — Мистер Старк, Сунна направляется к заключенному, — разнесся по помещению голос Джарвиса, заставив всех напрячься.

***

Отдохнуть сегодня мне было не суждено. Все же одевшись в одежду, что принес Баки, я вышла из комнаты и направилась в подвал. Мне нужно было поговорить с Пьетро. И срочно. Вернуть Стива, если все же он был под влиянием Ванды, и уберечь остальных. Но без ее планов это было невозможно. В огромном подземном помещении было куда чище, чем там, где нас заперла Ванда. Воздух конечно застоявшийся, но без плесени, сырости и холода. А в каморке Пьетро, ведь это светлое и чистое помещение сложно было назвать камерой, стояла даже вполне себе приличная кровать, небольшой светлый столик и стул. Парень сидел на кровати, прислонившись спиной к стене и закрыв глаза. Выглядел он все же помятым, слишком бледным и не совсем здоровым. Но хотя бы целым. — Решила меня навестить? — усмехнулся он, даже не открыв глаза. Я остановилась возле плотного стекла, отделяющего меня от этого человека. Не знаю, как я сейчас выглядела, конечно лучше, чем он. Хоть и с мокрыми волосами, которые светлыми прядями лежали на моих плечах, в чистой одежде, но безумно злой. — Знаешь, раньше я думала, что самый страшный человек — это тот, кому больше нечего терять — начала говорить я. Но он не обратил на меня внимания. Ну ничего, это исправимо. — Но ошибалась. Спасибо вам, что я действительно получила тех, за кого готова поджечь планету, убив всех, кто угрожает моим близким. Пьетро все же посмотрел на меня, только уже по-другому, ни как на друга, как это было раньше, а как на злейшего врага, который в данный момент угрожал ему расправой. Но так оно и было. — У тебя два варианта, — продолжила я. — Ты либо говоришь, что планирует Ванда. Либо я найду ее сама. Только во втором случае от нее не останется ничего. Это заставило усмехнуться его. Он не верил моим словам. И, покачав головой, парень снова закрыл глаза, игнорируя мое присутствие. — А силенок хватит? — ехидно спросил он. — Может, и его прикончить? — предложил Хаг, который сидел на моем плече. Идея хороша, но нет. Не на глазах у Мстителей, да еще когда от него можно получить информацию. — Знаешь, в чем прелесть ситуации? — поинтересовалась я, не ожидая ответа от парня, которого и не проследовало. — Вы с Вандой мутанты. Обычные людишки, что случайно обрели силу. А я с ней родилась. Видишь ли, отправив меня к Мстителям, вы помогли найти моего отца, — я увидела, как Пьетро сжал скулы. Этого уже было достаточно, чтобы заволновать парня. — Ты с ним знаком. Бог, который вырубил тебя, прежде чем ты сбежал. Именно этой реакции я и ожидала. Сейчас огромным плюсом было то, что Локи выглядел зловеще. И я не менее, потому что ярость во мне не утихала. — Придет Ванда спасать тебя или же продолжит свое дело, неважно, — растянув улыбку, медленно говорила я. — Просто она убьет кого-то, заставит невиновных убивать. И я найду ее, вытяну ее жалкую жизнь из тела медленно, наслаждаясь ее предсмертной агонией и криками. И обязательно запишу на видео… А потом покажу это тебе. Пьетро встал со своей кровати и медленно подошел к стеклу, не отрывая своих глаз от моих. И то, что там был испуг и ненависть, мне очень нравилось. — Когда ты умудрилась стать монстром? — спросил он. — Вчера, — пожала я плечами, улыбнувшись. — У тебя мало времени, дорогой мой друг, — последнее слово я специально выделила, вложив в него все то омерзение, что чувствовала. И он это заметил. — Ты убьешь ее в любом случае, а потом и меня, — тихо сказал он, будто смерившись со своей судьбой. — Не путай меня со своей сестрой, — я склонила голову к плечу. — Если не будет слишком поздно, то я просто ее остановлю. Пьетро закрыл глаза, пытаясь осмыслить сказанное мной. И это оказалось сложно. Сложно принять решение за ограниченное время. — Как хочешь, — пожала плечами я, разворачиваясь на пятках. — Я дала шанс спасти. Но твоя гордость победила, — выставив ладонь вверх, я качнула ей пару раз, даже не повернувшись к парню, и зашагала прочь. — Белый дом в Вашингтоне и здание конгресса в Нью-Йорке, — заговорил Пьетро, заставив меня остановиться. — В среду будут заседания и там, и там. Ванда хотела их взять под контроль и убить президента. Публично. — Вот видишь, можешь, когда хочешь, — кивнула я, немного расслабившись — если планы ведьмы не изменились, то время еще было. — Марго, ты обещала! Не убивай ее! — закричал он, ударив кулаками по стеклу. Но оно было действительно крепким и выдержало. — Я ничего не обещала, — надменно произнесла я, усмехнувшись. Пьетро сцепил зубы так, что их скрежет донесся до моих ушей. — Но я не она. И я не убийца. «Пока что», — мысленно добавила я, скрепя сердце. Я покидала подвал, а мое тело медленно начинало сходить с ума, руки неистово тряслись, а все внутри больно сжималось. Я держалась перед Пьетро, строя из себя зло. Но я никогда им не была. И даже простая игра для меня оказалась тяжелой. А что будет дальше, даже представлять себе не хотела. Я поднялась по лестнице и стоило открыть дверь, как я замерла. Баки и Локи стояли напротив, оба скрестили руки на груди и смотрели на меня исподлобья. — Это было слишком жестко, — тихо сказал Локи. — Но впечатляюще, — улыбнувшись, добавил Баки. Мое сердце, которое уже собралось от меня сбежать, потому что я достала его пугать и терзать, билось аж в ушах. — Ты как? — поинтересовался Баки, подходя ко мне. Он обнял меня за плечи, будто и не было между нами никакого разногласия. А я прильнула к нему, моментально ощутив всю ту усталость, что скопилась во мне за все это время. — Непонятно если честно, — призналась я, посмотрев на отца. — Вы слышали все? Локи просто перевел взгляд на стену, на которой висела огромная плазма. На экране была видна камера Пьетро. Парень снова сидел на своей кровати, опустив голову в руки и с силой сжимая свои светлые волосы. Не знаю, насколько сильно он чувствовал свою вину, но я… Сейчас сложно было говорить что-то, потому что единственное мое ощущение было — это безумная усталость. — Ей надо отдохнуть, — холодно обратился Локи к Барнсу. Меня даже не смутило, что они решали за меня, что мне нужно было сделать. У меня были вопросы к отцу, потому что до его влияния у меня никогда не случалось таких неприятных моментов. Мне могло стать нехорошо, если я использую сильную магию, но сейчас… С каждым днем все сильнее внутри меня что-то разгоралось, и это же забирало мои силы. Баки отвел меня снова в комнату, где мы с ним разговаривали в последний раз. Но только когда он убрал руку от меня, я вжалась в него сильнее. — Останься со мной, — попросила я, посмотрев на него. Подняв руку, я осторожно коснулась его лица. Баки слишком пристально смотрел на меня, ожидая подвоха. Но его не было, а мне просто безумно сильно не хотелось оставаться одной. Я провела пальцами по его колючему подбородку и поднялась к спутанным волосам, на которых еще виднелись остатки засохшей крови. Его крови… — Все в порядке, — тихо сказал он, когда я поджала губу. — Я цел, благодаря стараниям твоего отца и Хага, — он перевел взгляд на ворона, сидевшего снова у изголовья кровати. — Спасибо, что не оставил меня. — Ты останешься? — спросила я, ведь так и не получила ответа. Баки поцеловал меня в лоб, немного сильнее прижав к себе, и тяжело выдохнул. — Да, — ответил он. — Только приму душ. Несмотря на мягкую и удобную кровать, я не могла никак расслабиться, пока Баки не лег рядом. Ему стоило только коснуться меня, как я повернулась к нему и прижалась. Он мне был сейчас необходим как воздух: его крепкие руки, которые обнимали мое тело, его дыхание, касающееся моих волос. Я не хотела думать, что могла сотворить Ванда с ним, лишь бы причинить мне еще больше боли. Но я уяснила одно: оттолкнуть Барнса я не смогу. Ведь без него я просто задохнусь. — Я люблю тебя, — прошептала я, прежде чем провалилась в сон.