Глава 10. Город засыпает

Playlist: Fish In A Birdcage - Rule #34

Glass Animals - Toes

Койот

Аврора замерла в проходе гостиной, вперив озадаченный взгляд в меня. Она сделала робкий шаг внутрь комнаты, закрыв за собой входную дверь. Мне доставляло жуткое удовольствие пробираться в её дом — это была одна из самых простых задач, — усаживаться в кресло и встречать девушку в темноте. Меня умилял её испуг, дрожащие руки и голос. Я знал, что она привыкнет, и хотел, чтобы её реакция на подобных непрошеных гостей в собственном доме изменилась. Её страх должен был смениться твердостью — на чужаков нужно нападать, так меня учил Хавьер. Руки Авроры сжались в кулаки вдоль бёдер, грудь нервно поднималась, хватая воздух. Я довольно расплылся в улыбке — обожаю, когда эта Лиса пугается меня. Видит ли она во мне настоящую угрозу? Я был на её стороне, но ей стоило вести себя осторожнее, потому что я тоже умею кусаться. В моём мире нужно очень быстро улавливать, кто с тобой, а кто — против. Аврора ещё не сделала свой окончательный выбор, я видел, как её бросает из стороны в сторону. Она хотела быть честным гражданином, белой овечкой с чистыми руками, но я видел, как её тянуло в мой мир — в темноту и опасность. — Где Итан? — судорожно спросила она. Бедняжка, всё никак не отпустит своего братца. Возможно, она хотела ощущать безопасность рядом с ним, но безопасность и Итан были буквально антонимами. Её брат был кроликом, которому можно было бы перекусить обе задние лапки, чтобы он не удрал, но было слишком жаль животное. — В баре, — протянул я. — Может, хватит бегать за ним, дорогая? Он взрослый мальчик, сам о себе позаботится. Я развалился в мягком кресле Морганов. Я видел, как в нём часто сидел Итан, а до него, наверное, отец Авроры, пока был жив. Такое себе место главы семейства. Мои губы тронула улыбка — для меня оно было маловато, а вот для Авроры — как раз. — А Адела? О, тётя Авроры была ангелом, я бы не сделал ей ничего плохого. Я знал эту женщину не так хорошо, но от неё исходила удивительная энергия. — Спит… так что не кричи. Я медленно встал с кресла и направился в кухню, соединённую с гостиной. — Будешь чай? Аврора следила за мной взглядом, недоверчиво прищурив глаза. Я чувствовал напряжение, исходящее от неё — она всегда была готова напасть, как дикий зверёк. И это напряжение стало манить меня, щекотать нервы и завязывать органы в тугой узел. Я нервно сглотнул, затем повернулся к девушке, не подавая вида смены настроения, выставив две коробки чая. — Ромашка или бергамот? — парировал я. — Советую ромашку, чтобы ты немного успокоилась. Мне нравилось бывать у неё дома. Жилище Морганов было небольшим, очень скромным и уютным. Бежево-коричневые тона были основой интерьера, их ремонт не менялся, наверное, с тех пор, как родители Авроры въехали в дом. Лиса сделала несколько медленных шагов, направляясь ко мне. — Что ты здесь делаешь? — тихо и неуверенно произнесла она. — Хотел узнать, как прошло. Я заметил, как девушка дёрнулась. Я её пугал, и от этого осознания мне становилось весело, но я продолжал держать строгую маску на лице. Аврора молча вытянула пачку банкнот из кармана куртки и бросила передо мной на столешницу. Я не переставал смотреть ей в глаза. Пачка ударилась о кухонную барную стойку — когда-то здесь была перегородка, которую, вероятно, отец Авроры превратил в стойку, выдолбив окно в стене. Я осмотрел девушку с ног до головы и снова вернулся к её глазам. Напуганная и агрессивная Лиса — изумительное зрелище. Мне нравилось, какая дикая она была. Хотелось схватить её за волосы, задрать голову наверх и впиться в эти мягкие губы. Я улыбнулся самому себе. В какой-то момент раздражение сменилось желанием. Странно, но я принимал это, как и всё, что происходило в моей жизни. Морган неуверенно двинулась ближе, страх сменился гневом. — Как ты забрался внутрь? — Дорогая, нет мест, куда я не могу проникнуть, — зловещий оскал мелькнул на моём лице. — Перестань вот так вдираться в мой дом, чёрт тебя дери. Она почти сорвалась на крик. Я достал пакетики чая и заварил нам две чашки. — А ни то что? Наливая кипяток, я услышал шуршание. Когда мои глаза снова оказались на Лисе, она держала в руках небольшой ствол, который я ей дал. Изумительно. Я не смог сдержать улыбки. — Дорогая, убери. Ты не готова играть со мной в эти игры. Она забывала, что у меня тоже есть оружие, и владею я им намного лучше. Преимущество было не на её стороне. Закончив с чаем, я вышел из-за барной стойки и сделал шаг к девушке. Она продолжала держать пистолет, направленный на меня. Я знал, что она блефует, так же, как и с перекупом. Хочет напугать. Милая Аврора, если бы она только знала, как часто меня пугали, то поняла бы, что внутренние рычаги, отвечающие за страх, во мне сломаны. — Если достаёшь пистолет, — начал я, сделав шаг к ней, — приготовься стрелять, Аврора. Ты не сможешь пугать им вечно. Ещё один шаг — и я оказался вплотную к девушке. Она упёрлась в обеденный стол и больше не могла отступить. Моё тело приблизилось к ней, и я почувствовал её аромат: сандал и жасмин. Я вдохнул глубже, позволяя запаху проникнуть под кожу. Я схватил ствол её пистолета, обхватив холодные руки девушки, и направил в свою грудную клетку. Волнение во мне закипало, но не от страха. Сейчас, чертовски близко к ней, с этим пистолетом между нами, я чувствовал узел, завязывающийся в животе. Меня тянуло к ней — её гнев, агрессия и задиристость возбуждали меня, и я не хотел с этим бороться. — Стреляй… — прошептал я. Держа ствол напротив своей груди, я почувствовал, как девушка начала дрожать. Лёгкий тремор прошёл по её рукам, и я заметил, как сжались её бёдра. Уголок моих губ дрогнул, а в штанах становилось тесно. Я склонился над ее ухом, почти касаясь носом рыжих прядей, выпавших из хвоста. – Ты дрожишь от страха, или возбуждения, дорогая? – мои губы почти касались ее кожи, и разделял нас лишь холодный металл пистолета, в который она вцепилась руками. С губ Авроры сорвался выдох, брови чуть вздернулись вверх, а дыхание стало поверхностным. Хватка на оружие ослабла и я перехватил пистолет, откинул его на столешницу и схватил девушку за бедра, усадив на обеденный стол. – От злости – выпалила она, и я усмехнулся. Врунья. – Да что ты? Ты злишься на меня? – Да… – ее губы приоткрылись, и я почти касался их своими – Ты втянул меня в это. Она упёрлась руками в поверхность, расставив их за спиной. Ее тело отклонились под моим напором. – Не говори, что тебе это не нравится, Аврора… – я обхватил ее талию рукой и прикусил ее нижнюю губу, чуть оттянув, улавливая горячее дыхание - мятное, с ноткой табака. Уверен, она курила, когда никто не видел, потому что боялась испортить образ образцовой девочки. Такой ее все хотели видеть, и она слепо шла за этим ярлыком, удовлетворяя запросы окружающих. Аврора не была такой. В ней жил бунт, который Лиса не выпускала. – … Не говори, что этот адреналин не заводит тебя – я накрыл ее губами, крепко, почувствовав всю её сладость и влагу. Я скользнул в ее рот, коснулся языка, который двигался мне навстречу. Мои руки прошлись по бёдрам вверх и ухватились за талию. Я держался за нее, как за спасательный круг, будто я был утопающим. Она не прерывала поцелуй, и я лишь чувствовал, как ее грудь судорожно поднимается и опускается, пытаясь уловить воздух. – Я не такая, как ты – выпалила она, когда наши губы разомкнулись, и я поцеловал ее челюсть, подбородок, затем спустился на шею. – Пока что... Ее руки вонзились в мою голову и я впервые посчитал ультракороткую стрижку хорошим решением, иначе она вырвала бы мне несколько клочков волос. Я издал смешок. Она осознавала, что я прав, хоть и не хотела принимать это. Она уже сделала шаг ко мне, в эту пропасть, в которой размывались граница черного и белого. Она сделала этот шаг, когда приняла деньги, когда отмыла первую купюру… Лиса уже готова была окунуться в этот омут с головой и я был настроен ее туда толкнуть. – Я никогда не стану такой как ты – с ноткой отвращения пролепетала она, что заставило меня улыбнуться. – Не переживай, ты способная… у тебя получится. С насмешкой выдал я ей. Рука Авроры скользнули вниз, к шее, накрывая пальцами татуировки на моем теле. У меня по коже пробежались мурашки, а в штанах становилось чертовски тесно. Ее пальцы обжигали кожу. Я прошёлся языком по ее шее, ключице, приспустив край блузы. Из Лисы вырвался приглушенный стон и я воспринял его как сигнал. Ее тело горело, я чувствовал ее жар, движения навстречу ко мне. Как бы она не старалась задеть меня своими словами - я был непробиваемый. Я отстранился и в два движения разорвал рубашку на кнопках, оголяя тело Авроры. – Что ты делаешь? – прикрикнула она, и на лице снова скользнул след испуга. Ее руки машинально потянулись прикрыть тканью тело, но я перехватил ее руки, расставляя по бокам на стол. Я прислонил палец к ее губам и глянул в глаза – Тш-ш… Спустил вещь с плечей, затем снял резинку с ее волос, распуская рыжие пряди и отступил на шаг назад, осматривая ее, будто произведение искусства в галерее. Ее волосы ниспадали на плечи, рубиновые локоны обрамляли прекрасное лицо, подчёркивая цвет глаз и выделяя пухлые раскрасневшиеся от поцелуя губы. Янтарные пряди падали на шею, ключицы и открывали взор на прекрасное тело. Небольшая аккуратная грудь в черном бюстгальтере, линия, ведущая от груди к пупку меж ребер и синяя полоса джинс, которую хотелось разорвать, лишь бы скорее забраться к Авроре между ног. Член в штанах заныл, пульсация усиливалась и казалось, мое тело вот-вот разорвется от возбуждения. – Посмотри на себя, – начал я, а глаза девушки на мгновение округлились, но я продолжил – кем ты хочешь быть, Аврора? Официанткой до конца своих дней, или стать чем-то стоящим? Я снова ступил к ней, раздвинул ноги и умостился между ними, взяв пальцами подбородок Лисы. Ее дыхание сбилось, от чего губы приоткрылись. – Тебе доступно намного больше власти, чем ты привыкла брать – хриплый шепот остался на ее губах, грудью она продолжала хватать воздух. Краем глаза я заметил, как соски девушки навострились сквозь бюст. Нервно сглотнул, но вернул взгляд прямо ей в глаза. – Дорогая, ты можешь намного больше, чем все вокруг тебе говорят. Я приблизился к ее губам, но не прикасался. Мне нравилось дразнить Лису, хотя я сам был на грани от того, чтобы наброситься на нее и разорвать в клочья. Слишком стремительное возбуждение пугало ее, я видел в глазах девушки сотню эмоций от испуга , недоумения и злости до дикого желания, о чем говорила ее раскрасневшаяся шея, соски торчащие под тканью лифа и бедра, которые она судорожно сжимала, подавляя волну возбуждения Я хотел опуститься на колени, и вылизать ее всю, чтоб она своими бедрами раздавила мне череп, ей богу. – Не указывай мне, что делать – прошипела она, дикий зверёк брыкался. Моя рука взяла девушку за волосы, нежно оттянув голову назад. Язык скользнул по шее, оставляя крепкие поцелуи, вверх до челюсти, проводя губами по контуру, и впился в мягкие губы Авроры. Она была такой неимоверной, что мне казалось - моя голова погружается под воду. Я знал, что она борется с самой собой. Знал, что она хочет оттолкнуть меня, потому что в ее глазах я был воплощением чистого зла, с которым она никогда не хотела иметь дела. Я был сатаной в ее мирном рае. Притворном Эдеме, который она сама себе выдумала, а на самом деле, ее жалкий мир строился на лжи и лицемерстве, где я был единственным, кто говорит все прямо. Была еще Камилла - единственная, кого я уважал из окружения Лисы, Ками была прямолинейной, честной по отношению к подруге, и мне она казалась надежной. – Пусть я буду единственным, кто может тебе указывать, дорогая, – чуть сильнее сжав ее волосы, и оттянув голову, прошептал я ей в губы – И больше никому не позволяй этого делать. Лиса начала тереться о мои джинсы, возбуждая меня сильнее и подначивая собственное желание. Я сунул руку между нами, расстегивая ее джинсы, залез в них, нащупав намокшую ткань трусиков. – Коди стоит повнимательнее относиться к тебе. Я усмехнулся и встретился с серьезным видом Авроры. – Не говори так про него. Я не понимал, почему она защищает его, выгораживает и не видит явных маячков. Коди был наркоманом, богатеньким привилегированным мальчиком, который самостоятельно и шагу не может ступить, без влиятельных родителей. – Я буду говорить то, что посчитаю нужным, – я оттянул тонкую ткань и один палец вошёл в Аврору. Ее веки задрожали, прикрывая глаза, а с губ сорвался приглушенный стон – И когда я вижу, как быстро ты мокнешь, от моих прикосновений, могу предположить, что твой парень не справляется – продолжил я и снова ввел палец, затем добавил второй, большим пальцем накрывая и массируя клитор. Я хотел ее задеть, Аврора шумно выдохнула, и издала что-то похожее на рычание. Я приблизился к ее лицу, поцеловал шею под ухом, и почти касаясь губами мочки прошептал: – А я ведь ещё даже не вошёл в тебя – почувствовал, как ее грудь дрогнула, пальцы вцепились в мое предплечье, она закусила нижнюю губу, подавляя стон. Я ощущал, как влага наполняет ее лоно, как пульсирует горбинка клитора под моим пальцем, как судорожно сжимаются бедра Лисы. Она хотела меня, и я готов был дать то, что ей нужно. Воздух вокруг стал будто наэлектризованный, тяжёлый и влажный, а Аврора будто оголенный провод извивалась от моих касаний. Резкий звук дергающейся дверной руки разбил тяжесть в комнате, под кожу забрался мороз. Кто-то неуклюже теребил входную ручку двери. Аврора отшатнулась и стала нервно застёгивать все свои пуговицы на рубашке и джинсах. В горле пересохло и я постарался сглотнуть, медленно повернулся и облокотился на стол, сложа руки на груди. Аврора постаралась прочистить горло. Застегивая предпоследнюю кнопку рубашки, ее всю передернуло - дверь в дом шумно открылась и на пороге стоял Итан. Его немного покосило и было не сложно догадаться, что он пьян. Когда я сказал Лисе, что ее брат в баре, это было лишь предположение. Я не следил за ним, и выдал первое, что пришло в голову… какой же, все таки, я оказался проницательный. Парень кое-как снял кроссовок, заваливаясь в гостиную, по пути стягивая второй. Обувь улетела куда-то за кресло, а Итан криво усмехнулся. В руке у него была уже почти пустая бутылка пива. Парень остановился перед нами и сделал последний глоток. – Итан, какого черта?! – вырвалось у Авроры и мои глаза невольно закатились под веки, ей пора было отпустить брата. Парень, похоже, только обратил на нас внимание, он поднял голову, осматривая сестру. – Ава… – он набрал побольше воздуха в легкие – а ты почему не спишь, милая? – Где ты шлялся, Итан? Она училась отвечать вопросом на вопрос, мне нравилось. – Отдыхал, – он пожал плечами – я устаю… Я заметил, как Аврора раздражительно закатила глаза и скрестила руки на груди, отзеркаливая мою позу. Морган старший медленно перевел взгляд на меня, его брови дернулись вверх. – А ты что здесь забыл? – я удивился тому, как самоуверенно он прозвучал, но мог лишь усмехаться – Ты здесь не живёшь. – Пришел в гости. Чай попить – Я кивнул головой в сторону столешницы, где стояли две чашки с уже остывшим чаем. Итан расплылся в хитрой улыбке, всматриваясь в меня. Было интересно за ним наблюдать, я никогда не видел его пьяным. – Ну да… чаай – протянул он и медленно перевел взгляд на сестру – У нее, кстати, есть парень, ты знаешь? – Знаю. Блондин выдержал паузу, переговариваясь с сестрой беззвучным диалогом в одних лишь глазах, а затем весело обернулся ко мне. – Да он все равно придурок, – Итан прыснул со смеху, чуть не упав на ровном месте – Ты мне нравишься больше. Я собрал всю волю в кулак, чтобы не разорваться со смеху. – Оставлю вас. Я двинулся к выходу, оставляя позади брата и сестру. У самой двери я обернулся и встретился взглядом с Авророй. Ее грудь поднималась и опускалась, губы разомкнуты, а глаза глубокие и томные. Я хотел остаться, оставить Итана в пьяном сне, и заняться его сестрой. Но я вышел за дверь и захлопнул за собой дверь, через мгновение услышав истерику Авроры, которая кричала на Итана, словно мать, которая нашла у сына сигареты. Я сел в машину и завел двигатель.

***

Подъехав к крохотному белому дому, я запарковался и постучал в дверь. Была уже глубокая ночь и на улице не было ни души. Вокруг было тихо, слышен лишь гул трансформатора где-то за углом. Я не успел постучать, когда дверь тихонько открылась и из нее выглянули голубые сонные глаза. – Привет – почти шепотом раздался хрипловатый голос. В нос ударил запах табака и вишни. – Не спишь? – поинтересовался я, хотя ответ был очевидным – Давай проедемся. Фигура на мгновение закрыла дверь, зашоркала, затем снова открыла и вышла, натягивая на плечи кардиган. Бланка закрыла вход и я провел ее к мустангу, усадил блондинку и отправился к водительскому месту. – От тебя пахнет по-другому – прошептала она, будто боялась разрушить тишину вокруг. Она достала из кардигана пачку сигарет и зажала одну в губах. Я протянул ей зажигалку, не отрываясь от дороги, девушка подкурила и затянулась, выпуская большой клубок дыма в салон. Она потянулась к кнопке на дверце и открыла окно, позволяя ветру вытянуть за собой весь дым. – Что с легашами? Вопросом на вопрос. – Они ищут. – Бланка снова затянулась – У них ничего нет и они копают под мелких барыг. Пока безрезультатно. Она выдохнула в окно и уставилась на дорогу. Я проехал ряды домов и выехал на главное шоссе. – Кого они опрашивают? – Банду Гарри и другую мелочь. Дальше пока не идут. “И другую мелочь”... Пребывание в картеле надломило Бланку, как и всех нас. Тонкая душа раскололась, и трещины сделали ее более холодной и рассчётливой. Я понимал ее. Сейчас помимо проституции, Бланка работала на полицию. И об этом знал только я. Для Хавьера она была безликим информатором, он не знал, кто именно сливает нам всю информацию. Девушка была двойным агентом, она доносила полиции лишь то, что им нужно было донести, а мне сливала всю информацию, которую получала от них. Для Бланки это было не сложно, она владела какими-то неизвестными мне чарами, которые заставляли говорить любого мужчину. Уверен, она заколдовала своими глазами полицейских, и те сливали ей даже ту информацию, которая была под запретом. Мы ехали по шоссе, миновав город и выехав в безлюдную местность, вскоре оказавшись у озера. Заглушив мотор, я шумно выдохнул. Бланка выбросила окурок в окно и сильнее закуталась в кардиган. – Есть ещё кое-что … Она смотрела на темную гладь воды, брови чуть сдвинуты на переносице. В лунном свете выблескивали ровная линия носа и узкой челюсти. Бланка была очень красивой женщиной, и я искренне хотел, чтобы она вышла из этого круга - сменить картель на полицию и частный бизнес - в скобках проституция - было ничем не лучше. – Что у них есть, Бланка? У меня под ложечкой засосало. Если у меня проблемы, то нужно как можно быстрее устранить всех и все, что приведет полицию ко мне. Я был уверен в том, что меня не возьмут, потому что я всегда оказывался на шаг впереди. У меня была Бланка, которая выдавала информацию раньше, чем та окажется в полицейских отчётах Она медленно повернулась ко мне. – Они нашли тело, Диего.