Искусство (Хван Хёнджин) [PG - 13]

<[Трепет чужих пальцев — всё, что хочется ощущать. Тихий шёпот чужих губ — всё, что хочется слышать.]> Мазком красной кисти по лицу — сердцу. Краска небрежно ложится на белёсую кожу, замазывая родинку под глазом. Окружённые бесконечной страстью картин. А он не двигается, ощущая холодные пальцы, что мажут валëр краски по щеке. Девушка улыбается, склоняясь. — Не хочешь углубиться в творчество Шопена? Кивком отвечает на вопрос, пока она не громко просит голосового помощника включить композицию на фоне. Так тихо смотрит, не слышно, совсем, как длинные ресницы отбивают линию ударов о край души, оставляя нестираемый след. Страшно задохнуться рядом с ним. Она проводит пальцем, в маслянистой краске, по нижней пухлой губе, а затем срывает короткий поцелуй, едва касаясь губ его, отчаянно страстных. А он посмотрит на неё, сперва, недоуменно, а после подвинется ближе. Заглянет в глаза — как на край обрыва ступит. Не знает, куда прятаться от чуткого взгляда карих глаз. И прятаться никуда не надо. Вот он, и душа его открыта для испытаний любовью. — Можно я поцелую тебя? — тихо спрашивает, а девушка улыбается. Кивает в ответ, и тот, что задавал вопрос потянулся за желанным поцелуем. Она склонилась, давая возможность коснуться своих губ. Кажется, будто время остановилось. Он обещал не влюбляться, ради своего будущего, в котором не было бы места такому властному, но обманчивому чувству. Но что-то пошло не так, как всегда. И теперь, в полной картин, мастерской, он с красным пятном краски под глазом и на губах, мажет цветом живых губ по её, бледным. Она ведёт ладонью по линии его плеч, едва касаясь их, а для него эти прикосновения отдаются дрожью во всём теле. Прикрывает глаза и отдаётся воле искушения, и рук её, нежных. Он безмерно рад, и благодарен судьбе, что встретил её, иначе не испробовал бы на вкус вишнёвых губ, и не испытал бы давно забытых чувств.