Закатанные глаза

Девочка громко взяла воздух пухлыми розовыми губами, ощутив на шее две огромные ладони, которые подобно змее обвили тонкую миловидную и не целованную шею за мгновение ока. Глаза Элеоноры непонимающе поднялись с карманов на его лицо, впервые увидев в Себастьяне пугающий холод, перемешанное с бесчувственностью, словно самостоятельно по щелчку рубильника отключил эмоции. Он смотрел прямо в её глаза, а руки продолжали сжимать артерии. - Себ-Себастьян! Прекрати! Мне больно! - Ответа не последовало. Широкоплечий мужчина, выше девушки на голову, не мог остановиться. Он не мог понять, что конкретно заставляет продолжать это делать: может её милое личико, которое по открытию рта преображается в отталкивающую сладость? Или глаза небесной синевы, что сейчас со стеклянным ужасом смотрели на него? А может...впервые пробудившееся чувство превосходства над этим испуганным зверьком? Ответ был прост - всё сразу.

***

Одна лишь проблема - госпожа, кой сейчас не является, начала рефлекторно бить маленькими кулачками по его груди, пытаясь освободиться из железного капкана. Он наслаждался пониманием того, что его сила больше, а мольбы на него больше не действовали. Его хищное, не похожее ни на что, лицо искривилось в пугающей улыбке. Сердце Элеоноры забилось с бешеной скоростью, а к краснеющему лицу начали подступать огромные комки слёз. Ручки продолжали то биться по накаченному телу, то хвататься за его сжатые руки - она всегда выделялась излишней театральностью. Бесит. Это неимоверно бесит! - Прошу!..Прекрати!...Мне страшно! Прости-прости-ПРОСТИ!!! - кричала между кряхтением и громкими всхлипами, пытаясь отстранить хотя-бы на несколько миллиметров его ладони от себя. Она чувствовала, как лёгкие начинало рвать, голова кружилась от недостатка кислорода, а глазные яблоки медленно начинали закатываться, продолжая заполняться кровью - капилляры лопались от напряжения со страшным стуком в висках. Мир уходил под её ногами, а те предательски утяжелялись, как-будто вместо мышц были забиты ватой. Ещё чуть-чуть и шея бы сломалась под таким давлением.

***

Силуэт Себастьяна казался тёмным, неуловимым и дьявольским, который по сравнению с ней казался неправильно большим. Элеоноре осталось лишь просяще смотреть на него, желая добиться хотя-бы немного сожаления к себе....но её друг не собирался отступать - это было только началом настоящих пыток для того, кто прежде чувствовал вседозволенность над остальными. Пришло время для последнего - смертельного урока.